ISSN 1866-8836
Клеточная терапия и трансплантация
Change template to: announce
array(11) { [0]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["ID"]=> string(4) "2192" ["~ID"]=> string(4) "2192" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["~NAME"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 04:36:25 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 04:36:25 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(221) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-08-opyt-primeneniya-car-t-kletochnoy-terapii-v-lechenii-indolentnykh-i-agressivnykh-limfom/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(221) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-08-opyt-primeneniya-car-t-kletochnoy-terapii-v-lechenii-indolentnykh-i-agressivnykh-limfom/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "80" ["~SORT"]=> string(2) "80" ["CODE"]=> string(93) "lp-08-opyt-primeneniya-car-t-kletochnoy-terapii-v-lechenii-indolentnykh-i-agressivnykh-limfom" ["~CODE"]=> string(93) "lp-08-opyt-primeneniya-car-t-kletochnoy-terapii-v-lechenii-indolentnykh-i-agressivnykh-limfom" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2192" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2192" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(251) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфомLP-08. Experience with CAR-T-cell therapy in the treatment of indolent and aggressive lymphomas" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(6269) "<p style="text-align: justify;"> CAR-T-терапия (Chimeric antigen receptor T cells) согласно мировому опыту является одним из перспективных методов лечения рецидивирующих/рефрактерных случаев гемобластозов, позволяющий достигать продолжительные ремиссии при минимальной токсичности. Опыт проведения CAR-T-терапии на территории Российской Федерации минимальный. В данной работе объеденены данные, касаемые применения CAR-T-терапии в лечении В/Т-клеточных лимфом в качестве третьей и последующих линий терапии. Целью работы была оценка эффективности CAR-T-терапии в лечении больных индолентными и агрессивными В/Т-клеточными лимфомами. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В проспективное исследование, проведенное с 2017 по 2023 г. в НМИЦ гематологии (г. Москва), отделение химиотерапии лимфатических опухолей с блоком ТКМ и гемопоэтических стволовых клеток крови с ДС, включено 19 больных рецидивирующими/рефрактерными гемобластозами (n=4 первичная медиастинальная В-крупноклеточная лимфома, ПМВКЛ; n=4 медиастинальная лимфома «серой зоны», МЛСЗ; n=3 фолликулярная лимфома, ФЛ; n=4 ФЛ с трансформацией в диффузную В-крупноклеточную лимфому (ДВККЛ); n=2, ангиоиммунобластная лимфома, АИБЛ; n=1, ДВККЛ; n=1, лимфома Ходжкина, ЛХ), которым проведена CAR-T-терапия в качестве третьей/последующих линий терапии, в том числе после аутоТСКК (2/19 (11%)). Медиана возраста – 45 (21-76) лет. Лейкоцитоферез, изготовление и введение CAR-T-клеток выполнялись в четырех клиниках: «Республиканский научно-практический центр онкологии и медицинской радиологии им. Н. Н. Александрова» (Республика Беларусь), Department of research and development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental hospital (Izrael), University hospital of Giessen and Marburg (Germany). В 13/19 (68%) случаев применяли CAR-T-клетки с двух/трехлинейной направленностью, в 6/19 (32%) – однолинейной направленностью. Статистический анализ, кроме стандартного описательного, включал в себя метод Каплана-Мейера для построения кривых выживаемости с различиями, оцененными с помощью логарифмического рангового критерия. Значения p менее 0,05 считали значимыми. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Из 19 пациентов, получивших CAR-T-терапию, противоопухолевый ответ оценен в 17 случаях (двое больных в процессе лечения). Общий противоопухолевый ответ получен в 24% случаев (4/17), при этом у всех достигнута стойкая полная ремиссия (24%): у больных ФЛ (n=2), ФЛ с трансформацией в ДВККЛ (n=1), и ДВВКЛ (n=1). Из 13 больных с прогрессией опухоли после CAR-T-терапии летальность составила 9/13 (69%), в том числе у всех 4 больных с мутацией в гене <i>TP53</i>. Четырем больным (4/13 (31%)) после CAR-T-терапии проведены непрограммные режимы терапии c достижением полной ремиссии: ниволумаб-леналидомид (n=2, МЛСЗ), полатузумаб ведотин – бендамустин (n=1, ФЛ с трансформацией в ДВККЛ), монотерапия ниволумабом (n=1, АИБЛ). Медиана наблюдения составила 9 месяцев (от введения CAR-T-клеток). </p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> CAR-T-терапия в качестве «терапии спасения» в третьей и последующих линиях терапии гемобластозов оказывается эффективной лишь в 24% случаев и является малоэффективной опцией у больных с мутацией в гене <i>TP53</i>. Полученные результаты диктуют необходимость оптимизации протоколов лечения за счет включения таргетных препаратов в терапию первой линии, а также выполнение CAR-T-терапии на более ранних этапах лечения. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Неходжкинская лимфома, рефрактерность, CAR-T-терапия. </p> <br>" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(97) "lp-08-opyt-primeneniya-car-t-kletochnoy-terapii-v-lechenii-indolentnykh-i-agressivnykh-limfom-img" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(156) "LP-08. Опыт применения CAR-T-клеточной терапии в лечении индолентных и агрессивных лимфом" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(97) "lp-08-opyt-primeneniya-car-t-kletochnoy-terapii-v-lechenii-indolentnykh-i-agressivnykh-limfom-img" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(97) "lp-08-opyt-primeneniya-car-t-kletochnoy-terapii-v-lechenii-indolentnykh-i-agressivnykh-limfom-img" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(97) "lp-08-opyt-primeneniya-car-t-kletochnoy-terapii-v-lechenii-indolentnykh-i-agressivnykh-limfom-img" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30057" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(385) "<p>Екатерина С. Нестерова, Аминат У. Магомедова, Лилия Г. Горенкова, Олег В. Марголин, Руниса Р. Абдурашидова, Екатерина А. Фастова, Мадина О. Багова, Сергей К. Кравченко, Евгений Е. Звонков, Яна К. Мангасарова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(373) "

Екатерина С. Нестерова, Аминат У. Магомедова, Лилия Г. Горенкова, Олег В. Марголин, Руниса Р. Абдурашидова, Екатерина А. Фастова, Мадина О. Багова, Сергей К. Кравченко, Евгений Е. Звонков, Яна К. Мангасарова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30058" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30059" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6269) "<p style="text-align: justify;"> CAR-T-терапия (Chimeric antigen receptor T cells) согласно мировому опыту является одним из перспективных методов лечения рецидивирующих/рефрактерных случаев гемобластозов, позволяющий достигать продолжительные ремиссии при минимальной токсичности. Опыт проведения CAR-T-терапии на территории Российской Федерации минимальный. В данной работе объеденены данные, касаемые применения CAR-T-терапии в лечении В/Т-клеточных лимфом в качестве третьей и последующих линий терапии. Целью работы была оценка эффективности CAR-T-терапии в лечении больных индолентными и агрессивными В/Т-клеточными лимфомами. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В проспективное исследование, проведенное с 2017 по 2023 г. в НМИЦ гематологии (г. Москва), отделение химиотерапии лимфатических опухолей с блоком ТКМ и гемопоэтических стволовых клеток крови с ДС, включено 19 больных рецидивирующими/рефрактерными гемобластозами (n=4 первичная медиастинальная В-крупноклеточная лимфома, ПМВКЛ; n=4 медиастинальная лимфома «серой зоны», МЛСЗ; n=3 фолликулярная лимфома, ФЛ; n=4 ФЛ с трансформацией в диффузную В-крупноклеточную лимфому (ДВККЛ); n=2, ангиоиммунобластная лимфома, АИБЛ; n=1, ДВККЛ; n=1, лимфома Ходжкина, ЛХ), которым проведена CAR-T-терапия в качестве третьей/последующих линий терапии, в том числе после аутоТСКК (2/19 (11%)). Медиана возраста – 45 (21-76) лет. Лейкоцитоферез, изготовление и введение CAR-T-клеток выполнялись в четырех клиниках: «Республиканский научно-практический центр онкологии и медицинской радиологии им. Н. Н. Александрова» (Республика Беларусь), Department of research and development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental hospital (Izrael), University hospital of Giessen and Marburg (Germany). В 13/19 (68%) случаев применяли CAR-T-клетки с двух/трехлинейной направленностью, в 6/19 (32%) – однолинейной направленностью. Статистический анализ, кроме стандартного описательного, включал в себя метод Каплана-Мейера для построения кривых выживаемости с различиями, оцененными с помощью логарифмического рангового критерия. Значения p менее 0,05 считали значимыми. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Из 19 пациентов, получивших CAR-T-терапию, противоопухолевый ответ оценен в 17 случаях (двое больных в процессе лечения). Общий противоопухолевый ответ получен в 24% случаев (4/17), при этом у всех достигнута стойкая полная ремиссия (24%): у больных ФЛ (n=2), ФЛ с трансформацией в ДВККЛ (n=1), и ДВВКЛ (n=1). Из 13 больных с прогрессией опухоли после CAR-T-терапии летальность составила 9/13 (69%), в том числе у всех 4 больных с мутацией в гене <i>TP53</i>. Четырем больным (4/13 (31%)) после CAR-T-терапии проведены непрограммные режимы терапии c достижением полной ремиссии: ниволумаб-леналидомид (n=2, МЛСЗ), полатузумаб ведотин – бендамустин (n=1, ФЛ с трансформацией в ДВККЛ), монотерапия ниволумабом (n=1, АИБЛ). Медиана наблюдения составила 9 месяцев (от введения CAR-T-клеток). </p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> CAR-T-терапия в качестве «терапии спасения» в третьей и последующих линиях терапии гемобластозов оказывается эффективной лишь в 24% случаев и является малоэффективной опцией у больных с мутацией в гене <i>TP53</i>. Полученные результаты диктуют необходимость оптимизации протоколов лечения за счет включения таргетных препаратов в терапию первой линии, а также выполнение CAR-T-терапии на более ранних этапах лечения. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Неходжкинская лимфома, рефрактерность, CAR-T-терапия. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6081) "

CAR-T-терапия (Chimeric antigen receptor T cells) согласно мировому опыту является одним из перспективных методов лечения рецидивирующих/рефрактерных случаев гемобластозов, позволяющий достигать продолжительные ремиссии при минимальной токсичности. Опыт проведения CAR-T-терапии на территории Российской Федерации минимальный. В данной работе объеденены данные, касаемые применения CAR-T-терапии в лечении В/Т-клеточных лимфом в качестве третьей и последующих линий терапии. Целью работы была оценка эффективности CAR-T-терапии в лечении больных индолентными и агрессивными В/Т-клеточными лимфомами.

Материалы и методы

В проспективное исследование, проведенное с 2017 по 2023 г. в НМИЦ гематологии (г. Москва), отделение химиотерапии лимфатических опухолей с блоком ТКМ и гемопоэтических стволовых клеток крови с ДС, включено 19 больных рецидивирующими/рефрактерными гемобластозами (n=4 первичная медиастинальная В-крупноклеточная лимфома, ПМВКЛ; n=4 медиастинальная лимфома «серой зоны», МЛСЗ; n=3 фолликулярная лимфома, ФЛ; n=4 ФЛ с трансформацией в диффузную В-крупноклеточную лимфому (ДВККЛ); n=2, ангиоиммунобластная лимфома, АИБЛ; n=1, ДВККЛ; n=1, лимфома Ходжкина, ЛХ), которым проведена CAR-T-терапия в качестве третьей/последующих линий терапии, в том числе после аутоТСКК (2/19 (11%)). Медиана возраста – 45 (21-76) лет. Лейкоцитоферез, изготовление и введение CAR-T-клеток выполнялись в четырех клиниках: «Республиканский научно-практический центр онкологии и медицинской радиологии им. Н. Н. Александрова» (Республика Беларусь), Department of research and development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental hospital (Izrael), University hospital of Giessen and Marburg (Germany). В 13/19 (68%) случаев применяли CAR-T-клетки с двух/трехлинейной направленностью, в 6/19 (32%) – однолинейной направленностью. Статистический анализ, кроме стандартного описательного, включал в себя метод Каплана-Мейера для построения кривых выживаемости с различиями, оцененными с помощью логарифмического рангового критерия. Значения p менее 0,05 считали значимыми.

Результаты

Из 19 пациентов, получивших CAR-T-терапию, противоопухолевый ответ оценен в 17 случаях (двое больных в процессе лечения). Общий противоопухолевый ответ получен в 24% случаев (4/17), при этом у всех достигнута стойкая полная ремиссия (24%): у больных ФЛ (n=2), ФЛ с трансформацией в ДВККЛ (n=1), и ДВВКЛ (n=1). Из 13 больных с прогрессией опухоли после CAR-T-терапии летальность составила 9/13 (69%), в том числе у всех 4 больных с мутацией в гене TP53. Четырем больным (4/13 (31%)) после CAR-T-терапии проведены непрограммные режимы терапии c достижением полной ремиссии: ниволумаб-леналидомид (n=2, МЛСЗ), полатузумаб ведотин – бендамустин (n=1, ФЛ с трансформацией в ДВККЛ), монотерапия ниволумабом (n=1, АИБЛ). Медиана наблюдения составила 9 месяцев (от введения CAR-T-клеток).

Заключение

CAR-T-терапия в качестве «терапии спасения» в третьей и последующих линиях терапии гемобластозов оказывается эффективной лишь в 24% случаев и является малоэффективной опцией у больных с мутацией в гене TP53. Полученные результаты диктуют необходимость оптимизации протоколов лечения за счет включения таргетных препаратов в терапию первой линии, а также выполнение CAR-T-терапии на более ранних этапах лечения.

Ключевые слова

Неходжкинская лимфома, рефрактерность, CAR-T-терапия.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30060" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30061" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(229) "<p>Ekaterina S. Nesterova, Aminat U. Magomedova, Lilia G. Gorenkova, Oleg V. Margolin, Runisa R. Abdurashidova, Ekaterina A. Fastova, Madina O. Bagova, Sergey K. Kravchenko, Evgeny E. Zvonkov, Yana K. Mangasarova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(217) "

Ekaterina S. Nesterova, Aminat U. Magomedova, Lilia G. Gorenkova, Oleg V. Margolin, Runisa R. Abdurashidova, Ekaterina A. Fastova, Madina O. Bagova, Sergey K. Kravchenko, Evgeny E. Zvonkov, Yana K. Mangasarova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30062" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(224) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia </p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Ekaterina S. Nesterova, phone: +7 (910) 429-62-26, e-mail: nest.ek@yandex.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(182) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Ekaterina S. Nesterova, phone: +7 (910) 429-62-26, e-mail: nest.ek@yandex.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30063" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3921) "<p style="text-align: justify;"> CAR-T-therapy (Chimeric antigen receptor T cells), according to world experience, is one of the promising methods for the treatment of relapsed/refractory cases of hemoblastoses, which allows achieving long-term remissions with minimal toxicity. The experience of conducting CAR-T therapy in the Russian Federation is minimal. This study brings together data regarding the use of CAR-T therapy in the treatment of B/T-cell lymphomas as a third and subsequent line of therapy. Our aim was to evaluate efficiency of CAR-T therapy in the treatment of patients with indolent and aggressive B/T-cell lymphomas. </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> A prospective study was conducted from 2017 to 2023 at the Department of Chemotherapy for Lymphatic Tumors (National Research Center for Hematology, Moscow) with bone marrow and hematopoietic blood stem cell transplantation Unit and a day Hospital. The study group included 19 patients with recurrent/refractory hemoblastoses (n=4, primary mediastinal large B-cell lymphoma, PMBCL; n=3, mediastinal gray zone lymphoma, MGZL; n=3, follicular lymphoma, FL; n=4, FL with transformation to DLBCL; n=2, angioimmunoblastic lymphoma, AIBL; n=1, DLBCL; n=1, Hodgkin’s lymphoma; HL), who underwent CAR-T- therapy as a third/subsequent line of therapy, including patients after auto-HSCT (2/19, 11%)). The median age was 45 (21-76) years. Leukapheresis, production and introduction of CAR-T cells were performed in four clinics: “N. N. Aleksandrov Republican Scientific and Practical Center of Oncology and Medical Radiology” (Republic of Belarus), Department of Research and Development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental Hospital (Israel), University Hospital of Giessen and Marburg (Germany). CAR-T cells were used with two- or three-lineage orientation in 13/19 (68%) cases, with uni-linear orientation, in 6/19 (32%) cases. Statistical analysis, in addition to the standard descriptive one, included the Kaplan-Meier method to plot survival curves. The statistical differences were assessed with a logarithmic rank test. P values &lt;0.05 were considered significant. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> Among 19 patients who received CAR-T therapy, the antitumor response was evaluated in 17 cases (two patients still are in the course of treatment). The overall antitumor response was obtained in 24% of cases (4/17), who achieved complete remission of the disease, i.e., in patients with FL (n=2), FL with transformation to DLBCL (n=1), and DLBCL (n=1). In 9 of 13 cases with tumor progression after CAR-T therapy, the mortality rate was 69% including all four patients with a <i>TP53</i> gene mutation. Four patients (31%, 4 of 13 cases) after CAR-T therapy received non-programmed regimens of therapy with complete remission achieved, i.g., nivolumab-lenalidomide (n=2, MGZL), polatuzumab vedotin-bendamustine (n=1, FL with transformation in DLBCL), nivolumab monotherapy (n=1, AIBL). The median follow-up was 9 months (since injection of CAR-T cells). </p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> CAR-T therapy as a “rescue therapy” in the third and subsequent lines of therapy for hemoblastoses is effective only in 24% of cases, and is not effective in patients with a mutation in the <i>TP53</i> gene. Our results suggest a need for optimized treatment protocols by inclusion of targeted drugs into the first-line therapy, and implementation of CAR-T therapy at earlier stages of treatment. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Non-Hodgkin’s lymphoma, refractoriness, CAR-T therapy. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3729) "

CAR-T-therapy (Chimeric antigen receptor T cells), according to world experience, is one of the promising methods for the treatment of relapsed/refractory cases of hemoblastoses, which allows achieving long-term remissions with minimal toxicity. The experience of conducting CAR-T therapy in the Russian Federation is minimal. This study brings together data regarding the use of CAR-T therapy in the treatment of B/T-cell lymphomas as a third and subsequent line of therapy. Our aim was to evaluate efficiency of CAR-T therapy in the treatment of patients with indolent and aggressive B/T-cell lymphomas.

Materials and methods

A prospective study was conducted from 2017 to 2023 at the Department of Chemotherapy for Lymphatic Tumors (National Research Center for Hematology, Moscow) with bone marrow and hematopoietic blood stem cell transplantation Unit and a day Hospital. The study group included 19 patients with recurrent/refractory hemoblastoses (n=4, primary mediastinal large B-cell lymphoma, PMBCL; n=3, mediastinal gray zone lymphoma, MGZL; n=3, follicular lymphoma, FL; n=4, FL with transformation to DLBCL; n=2, angioimmunoblastic lymphoma, AIBL; n=1, DLBCL; n=1, Hodgkin’s lymphoma; HL), who underwent CAR-T- therapy as a third/subsequent line of therapy, including patients after auto-HSCT (2/19, 11%)). The median age was 45 (21-76) years. Leukapheresis, production and introduction of CAR-T cells were performed in four clinics: “N. N. Aleksandrov Republican Scientific and Practical Center of Oncology and Medical Radiology” (Republic of Belarus), Department of Research and Development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental Hospital (Israel), University Hospital of Giessen and Marburg (Germany). CAR-T cells were used with two- or three-lineage orientation in 13/19 (68%) cases, with uni-linear orientation, in 6/19 (32%) cases. Statistical analysis, in addition to the standard descriptive one, included the Kaplan-Meier method to plot survival curves. The statistical differences were assessed with a logarithmic rank test. P values <0.05 were considered significant.

Results

Among 19 patients who received CAR-T therapy, the antitumor response was evaluated in 17 cases (two patients still are in the course of treatment). The overall antitumor response was obtained in 24% of cases (4/17), who achieved complete remission of the disease, i.e., in patients with FL (n=2), FL with transformation to DLBCL (n=1), and DLBCL (n=1). In 9 of 13 cases with tumor progression after CAR-T therapy, the mortality rate was 69% including all four patients with a TP53 gene mutation. Four patients (31%, 4 of 13 cases) after CAR-T therapy received non-programmed regimens of therapy with complete remission achieved, i.g., nivolumab-lenalidomide (n=2, MGZL), polatuzumab vedotin-bendamustine (n=1, FL with transformation in DLBCL), nivolumab monotherapy (n=1, AIBL). The median follow-up was 9 months (since injection of CAR-T cells).

Conclusion

CAR-T therapy as a “rescue therapy” in the third and subsequent lines of therapy for hemoblastoses is effective only in 24% of cases, and is not effective in patients with a mutation in the TP53 gene. Our results suggest a need for optimized treatment protocols by inclusion of targeted drugs into the first-line therapy, and implementation of CAR-T therapy at earlier stages of treatment.

Keywords

Non-Hodgkin’s lymphoma, refractoriness, CAR-T therapy.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30064" ["VALUE"]=> string(95) "LP-08. Experience with CAR-T-cell therapy in the treatment of indolent and aggressive lymphomas" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(95) "LP-08. Experience with CAR-T-cell therapy in the treatment of indolent and aggressive lymphomas" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30065" ["VALUE"]=> string(4) "3348" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3348" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30066" ["VALUE"]=> string(4) "3349" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3349" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30061" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(229) "<p>Ekaterina S. Nesterova, Aminat U. Magomedova, Lilia G. Gorenkova, Oleg V. Margolin, Runisa R. Abdurashidova, Ekaterina A. Fastova, Madina O. Bagova, Sergey K. Kravchenko, Evgeny E. Zvonkov, Yana K. Mangasarova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(217) "

Ekaterina S. Nesterova, Aminat U. Magomedova, Lilia G. Gorenkova, Oleg V. Margolin, Runisa R. Abdurashidova, Ekaterina A. Fastova, Madina O. Bagova, Sergey K. Kravchenko, Evgeny E. Zvonkov, Yana K. Mangasarova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(217) "

Ekaterina S. Nesterova, Aminat U. Magomedova, Lilia G. Gorenkova, Oleg V. Margolin, Runisa R. Abdurashidova, Ekaterina A. Fastova, Madina O. Bagova, Sergey K. Kravchenko, Evgeny E. Zvonkov, Yana K. Mangasarova

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30063" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3921) "<p style="text-align: justify;"> CAR-T-therapy (Chimeric antigen receptor T cells), according to world experience, is one of the promising methods for the treatment of relapsed/refractory cases of hemoblastoses, which allows achieving long-term remissions with minimal toxicity. The experience of conducting CAR-T therapy in the Russian Federation is minimal. This study brings together data regarding the use of CAR-T therapy in the treatment of B/T-cell lymphomas as a third and subsequent line of therapy. Our aim was to evaluate efficiency of CAR-T therapy in the treatment of patients with indolent and aggressive B/T-cell lymphomas. </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> A prospective study was conducted from 2017 to 2023 at the Department of Chemotherapy for Lymphatic Tumors (National Research Center for Hematology, Moscow) with bone marrow and hematopoietic blood stem cell transplantation Unit and a day Hospital. The study group included 19 patients with recurrent/refractory hemoblastoses (n=4, primary mediastinal large B-cell lymphoma, PMBCL; n=3, mediastinal gray zone lymphoma, MGZL; n=3, follicular lymphoma, FL; n=4, FL with transformation to DLBCL; n=2, angioimmunoblastic lymphoma, AIBL; n=1, DLBCL; n=1, Hodgkin’s lymphoma; HL), who underwent CAR-T- therapy as a third/subsequent line of therapy, including patients after auto-HSCT (2/19, 11%)). The median age was 45 (21-76) years. Leukapheresis, production and introduction of CAR-T cells were performed in four clinics: “N. N. Aleksandrov Republican Scientific and Practical Center of Oncology and Medical Radiology” (Republic of Belarus), Department of Research and Development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental Hospital (Israel), University Hospital of Giessen and Marburg (Germany). CAR-T cells were used with two- or three-lineage orientation in 13/19 (68%) cases, with uni-linear orientation, in 6/19 (32%) cases. Statistical analysis, in addition to the standard descriptive one, included the Kaplan-Meier method to plot survival curves. The statistical differences were assessed with a logarithmic rank test. P values &lt;0.05 were considered significant. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> Among 19 patients who received CAR-T therapy, the antitumor response was evaluated in 17 cases (two patients still are in the course of treatment). The overall antitumor response was obtained in 24% of cases (4/17), who achieved complete remission of the disease, i.e., in patients with FL (n=2), FL with transformation to DLBCL (n=1), and DLBCL (n=1). In 9 of 13 cases with tumor progression after CAR-T therapy, the mortality rate was 69% including all four patients with a <i>TP53</i> gene mutation. Four patients (31%, 4 of 13 cases) after CAR-T therapy received non-programmed regimens of therapy with complete remission achieved, i.g., nivolumab-lenalidomide (n=2, MGZL), polatuzumab vedotin-bendamustine (n=1, FL with transformation in DLBCL), nivolumab monotherapy (n=1, AIBL). The median follow-up was 9 months (since injection of CAR-T cells). </p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> CAR-T therapy as a “rescue therapy” in the third and subsequent lines of therapy for hemoblastoses is effective only in 24% of cases, and is not effective in patients with a mutation in the <i>TP53</i> gene. Our results suggest a need for optimized treatment protocols by inclusion of targeted drugs into the first-line therapy, and implementation of CAR-T therapy at earlier stages of treatment. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Non-Hodgkin’s lymphoma, refractoriness, CAR-T therapy. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3729) "

CAR-T-therapy (Chimeric antigen receptor T cells), according to world experience, is one of the promising methods for the treatment of relapsed/refractory cases of hemoblastoses, which allows achieving long-term remissions with minimal toxicity. The experience of conducting CAR-T therapy in the Russian Federation is minimal. This study brings together data regarding the use of CAR-T therapy in the treatment of B/T-cell lymphomas as a third and subsequent line of therapy. Our aim was to evaluate efficiency of CAR-T therapy in the treatment of patients with indolent and aggressive B/T-cell lymphomas.

Materials and methods

A prospective study was conducted from 2017 to 2023 at the Department of Chemotherapy for Lymphatic Tumors (National Research Center for Hematology, Moscow) with bone marrow and hematopoietic blood stem cell transplantation Unit and a day Hospital. The study group included 19 patients with recurrent/refractory hemoblastoses (n=4, primary mediastinal large B-cell lymphoma, PMBCL; n=3, mediastinal gray zone lymphoma, MGZL; n=3, follicular lymphoma, FL; n=4, FL with transformation to DLBCL; n=2, angioimmunoblastic lymphoma, AIBL; n=1, DLBCL; n=1, Hodgkin’s lymphoma; HL), who underwent CAR-T- therapy as a third/subsequent line of therapy, including patients after auto-HSCT (2/19, 11%)). The median age was 45 (21-76) years. Leukapheresis, production and introduction of CAR-T cells were performed in four clinics: “N. N. Aleksandrov Republican Scientific and Practical Center of Oncology and Medical Radiology” (Republic of Belarus), Department of Research and Development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental Hospital (Israel), University Hospital of Giessen and Marburg (Germany). CAR-T cells were used with two- or three-lineage orientation in 13/19 (68%) cases, with uni-linear orientation, in 6/19 (32%) cases. Statistical analysis, in addition to the standard descriptive one, included the Kaplan-Meier method to plot survival curves. The statistical differences were assessed with a logarithmic rank test. P values <0.05 were considered significant.

Results

Among 19 patients who received CAR-T therapy, the antitumor response was evaluated in 17 cases (two patients still are in the course of treatment). The overall antitumor response was obtained in 24% of cases (4/17), who achieved complete remission of the disease, i.e., in patients with FL (n=2), FL with transformation to DLBCL (n=1), and DLBCL (n=1). In 9 of 13 cases with tumor progression after CAR-T therapy, the mortality rate was 69% including all four patients with a TP53 gene mutation. Four patients (31%, 4 of 13 cases) after CAR-T therapy received non-programmed regimens of therapy with complete remission achieved, i.g., nivolumab-lenalidomide (n=2, MGZL), polatuzumab vedotin-bendamustine (n=1, FL with transformation in DLBCL), nivolumab monotherapy (n=1, AIBL). The median follow-up was 9 months (since injection of CAR-T cells).

Conclusion

CAR-T therapy as a “rescue therapy” in the third and subsequent lines of therapy for hemoblastoses is effective only in 24% of cases, and is not effective in patients with a mutation in the TP53 gene. Our results suggest a need for optimized treatment protocols by inclusion of targeted drugs into the first-line therapy, and implementation of CAR-T therapy at earlier stages of treatment.

Keywords

Non-Hodgkin’s lymphoma, refractoriness, CAR-T therapy.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3729) "

CAR-T-therapy (Chimeric antigen receptor T cells), according to world experience, is one of the promising methods for the treatment of relapsed/refractory cases of hemoblastoses, which allows achieving long-term remissions with minimal toxicity. The experience of conducting CAR-T therapy in the Russian Federation is minimal. This study brings together data regarding the use of CAR-T therapy in the treatment of B/T-cell lymphomas as a third and subsequent line of therapy. Our aim was to evaluate efficiency of CAR-T therapy in the treatment of patients with indolent and aggressive B/T-cell lymphomas.

Materials and methods

A prospective study was conducted from 2017 to 2023 at the Department of Chemotherapy for Lymphatic Tumors (National Research Center for Hematology, Moscow) with bone marrow and hematopoietic blood stem cell transplantation Unit and a day Hospital. The study group included 19 patients with recurrent/refractory hemoblastoses (n=4, primary mediastinal large B-cell lymphoma, PMBCL; n=3, mediastinal gray zone lymphoma, MGZL; n=3, follicular lymphoma, FL; n=4, FL with transformation to DLBCL; n=2, angioimmunoblastic lymphoma, AIBL; n=1, DLBCL; n=1, Hodgkin’s lymphoma; HL), who underwent CAR-T- therapy as a third/subsequent line of therapy, including patients after auto-HSCT (2/19, 11%)). The median age was 45 (21-76) years. Leukapheresis, production and introduction of CAR-T cells were performed in four clinics: “N. N. Aleksandrov Republican Scientific and Practical Center of Oncology and Medical Radiology” (Republic of Belarus), Department of Research and Development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental Hospital (Israel), University Hospital of Giessen and Marburg (Germany). CAR-T cells were used with two- or three-lineage orientation in 13/19 (68%) cases, with uni-linear orientation, in 6/19 (32%) cases. Statistical analysis, in addition to the standard descriptive one, included the Kaplan-Meier method to plot survival curves. The statistical differences were assessed with a logarithmic rank test. P values <0.05 were considered significant.

Results

Among 19 patients who received CAR-T therapy, the antitumor response was evaluated in 17 cases (two patients still are in the course of treatment). The overall antitumor response was obtained in 24% of cases (4/17), who achieved complete remission of the disease, i.e., in patients with FL (n=2), FL with transformation to DLBCL (n=1), and DLBCL (n=1). In 9 of 13 cases with tumor progression after CAR-T therapy, the mortality rate was 69% including all four patients with a TP53 gene mutation. Four patients (31%, 4 of 13 cases) after CAR-T therapy received non-programmed regimens of therapy with complete remission achieved, i.g., nivolumab-lenalidomide (n=2, MGZL), polatuzumab vedotin-bendamustine (n=1, FL with transformation in DLBCL), nivolumab monotherapy (n=1, AIBL). The median follow-up was 9 months (since injection of CAR-T cells).

Conclusion

CAR-T therapy as a “rescue therapy” in the third and subsequent lines of therapy for hemoblastoses is effective only in 24% of cases, and is not effective in patients with a mutation in the TP53 gene. Our results suggest a need for optimized treatment protocols by inclusion of targeted drugs into the first-line therapy, and implementation of CAR-T therapy at earlier stages of treatment.

Keywords

Non-Hodgkin’s lymphoma, refractoriness, CAR-T therapy.


" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30060" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30064" ["VALUE"]=> string(95) "LP-08. Experience with CAR-T-cell therapy in the treatment of indolent and aggressive lymphomas" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(95) "LP-08. Experience with CAR-T-cell therapy in the treatment of indolent and aggressive lymphomas" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(95) "LP-08. Experience with CAR-T-cell therapy in the treatment of indolent and aggressive lymphomas" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30062" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(224) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia </p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Ekaterina S. Nesterova, phone: +7 (910) 429-62-26, e-mail: nest.ek@yandex.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(182) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Ekaterina S. Nesterova, phone: +7 (910) 429-62-26, e-mail: nest.ek@yandex.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(182) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Ekaterina S. Nesterova, phone: +7 (910) 429-62-26, e-mail: nest.ek@yandex.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30057" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(385) "<p>Екатерина С. Нестерова, Аминат У. Магомедова, Лилия Г. Горенкова, Олег В. Марголин, Руниса Р. Абдурашидова, Екатерина А. Фастова, Мадина О. Багова, Сергей К. Кравченко, Евгений Е. Звонков, Яна К. Мангасарова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(373) "

Екатерина С. Нестерова, Аминат У. Магомедова, Лилия Г. Горенкова, Олег В. Марголин, Руниса Р. Абдурашидова, Екатерина А. Фастова, Мадина О. Багова, Сергей К. Кравченко, Евгений Е. Звонков, Яна К. Мангасарова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(373) "

Екатерина С. Нестерова, Аминат У. Магомедова, Лилия Г. Горенкова, Олег В. Марголин, Руниса Р. Абдурашидова, Екатерина А. Фастова, Мадина О. Багова, Сергей К. Кравченко, Евгений Е. Звонков, Яна К. Мангасарова

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30059" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6269) "<p style="text-align: justify;"> CAR-T-терапия (Chimeric antigen receptor T cells) согласно мировому опыту является одним из перспективных методов лечения рецидивирующих/рефрактерных случаев гемобластозов, позволяющий достигать продолжительные ремиссии при минимальной токсичности. Опыт проведения CAR-T-терапии на территории Российской Федерации минимальный. В данной работе объеденены данные, касаемые применения CAR-T-терапии в лечении В/Т-клеточных лимфом в качестве третьей и последующих линий терапии. Целью работы была оценка эффективности CAR-T-терапии в лечении больных индолентными и агрессивными В/Т-клеточными лимфомами. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В проспективное исследование, проведенное с 2017 по 2023 г. в НМИЦ гематологии (г. Москва), отделение химиотерапии лимфатических опухолей с блоком ТКМ и гемопоэтических стволовых клеток крови с ДС, включено 19 больных рецидивирующими/рефрактерными гемобластозами (n=4 первичная медиастинальная В-крупноклеточная лимфома, ПМВКЛ; n=4 медиастинальная лимфома «серой зоны», МЛСЗ; n=3 фолликулярная лимфома, ФЛ; n=4 ФЛ с трансформацией в диффузную В-крупноклеточную лимфому (ДВККЛ); n=2, ангиоиммунобластная лимфома, АИБЛ; n=1, ДВККЛ; n=1, лимфома Ходжкина, ЛХ), которым проведена CAR-T-терапия в качестве третьей/последующих линий терапии, в том числе после аутоТСКК (2/19 (11%)). Медиана возраста – 45 (21-76) лет. Лейкоцитоферез, изготовление и введение CAR-T-клеток выполнялись в четырех клиниках: «Республиканский научно-практический центр онкологии и медицинской радиологии им. Н. Н. Александрова» (Республика Беларусь), Department of research and development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental hospital (Izrael), University hospital of Giessen and Marburg (Germany). В 13/19 (68%) случаев применяли CAR-T-клетки с двух/трехлинейной направленностью, в 6/19 (32%) – однолинейной направленностью. Статистический анализ, кроме стандартного описательного, включал в себя метод Каплана-Мейера для построения кривых выживаемости с различиями, оцененными с помощью логарифмического рангового критерия. Значения p менее 0,05 считали значимыми. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Из 19 пациентов, получивших CAR-T-терапию, противоопухолевый ответ оценен в 17 случаях (двое больных в процессе лечения). Общий противоопухолевый ответ получен в 24% случаев (4/17), при этом у всех достигнута стойкая полная ремиссия (24%): у больных ФЛ (n=2), ФЛ с трансформацией в ДВККЛ (n=1), и ДВВКЛ (n=1). Из 13 больных с прогрессией опухоли после CAR-T-терапии летальность составила 9/13 (69%), в том числе у всех 4 больных с мутацией в гене <i>TP53</i>. Четырем больным (4/13 (31%)) после CAR-T-терапии проведены непрограммные режимы терапии c достижением полной ремиссии: ниволумаб-леналидомид (n=2, МЛСЗ), полатузумаб ведотин – бендамустин (n=1, ФЛ с трансформацией в ДВККЛ), монотерапия ниволумабом (n=1, АИБЛ). Медиана наблюдения составила 9 месяцев (от введения CAR-T-клеток). </p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> CAR-T-терапия в качестве «терапии спасения» в третьей и последующих линиях терапии гемобластозов оказывается эффективной лишь в 24% случаев и является малоэффективной опцией у больных с мутацией в гене <i>TP53</i>. Полученные результаты диктуют необходимость оптимизации протоколов лечения за счет включения таргетных препаратов в терапию первой линии, а также выполнение CAR-T-терапии на более ранних этапах лечения. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Неходжкинская лимфома, рефрактерность, CAR-T-терапия. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6081) "

CAR-T-терапия (Chimeric antigen receptor T cells) согласно мировому опыту является одним из перспективных методов лечения рецидивирующих/рефрактерных случаев гемобластозов, позволяющий достигать продолжительные ремиссии при минимальной токсичности. Опыт проведения CAR-T-терапии на территории Российской Федерации минимальный. В данной работе объеденены данные, касаемые применения CAR-T-терапии в лечении В/Т-клеточных лимфом в качестве третьей и последующих линий терапии. Целью работы была оценка эффективности CAR-T-терапии в лечении больных индолентными и агрессивными В/Т-клеточными лимфомами.

Материалы и методы

В проспективное исследование, проведенное с 2017 по 2023 г. в НМИЦ гематологии (г. Москва), отделение химиотерапии лимфатических опухолей с блоком ТКМ и гемопоэтических стволовых клеток крови с ДС, включено 19 больных рецидивирующими/рефрактерными гемобластозами (n=4 первичная медиастинальная В-крупноклеточная лимфома, ПМВКЛ; n=4 медиастинальная лимфома «серой зоны», МЛСЗ; n=3 фолликулярная лимфома, ФЛ; n=4 ФЛ с трансформацией в диффузную В-крупноклеточную лимфому (ДВККЛ); n=2, ангиоиммунобластная лимфома, АИБЛ; n=1, ДВККЛ; n=1, лимфома Ходжкина, ЛХ), которым проведена CAR-T-терапия в качестве третьей/последующих линий терапии, в том числе после аутоТСКК (2/19 (11%)). Медиана возраста – 45 (21-76) лет. Лейкоцитоферез, изготовление и введение CAR-T-клеток выполнялись в четырех клиниках: «Республиканский научно-практический центр онкологии и медицинской радиологии им. Н. Н. Александрова» (Республика Беларусь), Department of research and development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental hospital (Izrael), University hospital of Giessen and Marburg (Germany). В 13/19 (68%) случаев применяли CAR-T-клетки с двух/трехлинейной направленностью, в 6/19 (32%) – однолинейной направленностью. Статистический анализ, кроме стандартного описательного, включал в себя метод Каплана-Мейера для построения кривых выживаемости с различиями, оцененными с помощью логарифмического рангового критерия. Значения p менее 0,05 считали значимыми.

Результаты

Из 19 пациентов, получивших CAR-T-терапию, противоопухолевый ответ оценен в 17 случаях (двое больных в процессе лечения). Общий противоопухолевый ответ получен в 24% случаев (4/17), при этом у всех достигнута стойкая полная ремиссия (24%): у больных ФЛ (n=2), ФЛ с трансформацией в ДВККЛ (n=1), и ДВВКЛ (n=1). Из 13 больных с прогрессией опухоли после CAR-T-терапии летальность составила 9/13 (69%), в том числе у всех 4 больных с мутацией в гене TP53. Четырем больным (4/13 (31%)) после CAR-T-терапии проведены непрограммные режимы терапии c достижением полной ремиссии: ниволумаб-леналидомид (n=2, МЛСЗ), полатузумаб ведотин – бендамустин (n=1, ФЛ с трансформацией в ДВККЛ), монотерапия ниволумабом (n=1, АИБЛ). Медиана наблюдения составила 9 месяцев (от введения CAR-T-клеток).

Заключение

CAR-T-терапия в качестве «терапии спасения» в третьей и последующих линиях терапии гемобластозов оказывается эффективной лишь в 24% случаев и является малоэффективной опцией у больных с мутацией в гене TP53. Полученные результаты диктуют необходимость оптимизации протоколов лечения за счет включения таргетных препаратов в терапию первой линии, а также выполнение CAR-T-терапии на более ранних этапах лечения.

Ключевые слова

Неходжкинская лимфома, рефрактерность, CAR-T-терапия.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(6081) "

CAR-T-терапия (Chimeric antigen receptor T cells) согласно мировому опыту является одним из перспективных методов лечения рецидивирующих/рефрактерных случаев гемобластозов, позволяющий достигать продолжительные ремиссии при минимальной токсичности. Опыт проведения CAR-T-терапии на территории Российской Федерации минимальный. В данной работе объеденены данные, касаемые применения CAR-T-терапии в лечении В/Т-клеточных лимфом в качестве третьей и последующих линий терапии. Целью работы была оценка эффективности CAR-T-терапии в лечении больных индолентными и агрессивными В/Т-клеточными лимфомами.

Материалы и методы

В проспективное исследование, проведенное с 2017 по 2023 г. в НМИЦ гематологии (г. Москва), отделение химиотерапии лимфатических опухолей с блоком ТКМ и гемопоэтических стволовых клеток крови с ДС, включено 19 больных рецидивирующими/рефрактерными гемобластозами (n=4 первичная медиастинальная В-крупноклеточная лимфома, ПМВКЛ; n=4 медиастинальная лимфома «серой зоны», МЛСЗ; n=3 фолликулярная лимфома, ФЛ; n=4 ФЛ с трансформацией в диффузную В-крупноклеточную лимфому (ДВККЛ); n=2, ангиоиммунобластная лимфома, АИБЛ; n=1, ДВККЛ; n=1, лимфома Ходжкина, ЛХ), которым проведена CAR-T-терапия в качестве третьей/последующих линий терапии, в том числе после аутоТСКК (2/19 (11%)). Медиана возраста – 45 (21-76) лет. Лейкоцитоферез, изготовление и введение CAR-T-клеток выполнялись в четырех клиниках: «Республиканский научно-практический центр онкологии и медицинской радиологии им. Н. Н. Александрова» (Республика Беларусь), Department of research and development, Geno-Immue Medical Institute (Shenzhen, China), Sheba Governmental hospital (Izrael), University hospital of Giessen and Marburg (Germany). В 13/19 (68%) случаев применяли CAR-T-клетки с двух/трехлинейной направленностью, в 6/19 (32%) – однолинейной направленностью. Статистический анализ, кроме стандартного описательного, включал в себя метод Каплана-Мейера для построения кривых выживаемости с различиями, оцененными с помощью логарифмического рангового критерия. Значения p менее 0,05 считали значимыми.

Результаты

Из 19 пациентов, получивших CAR-T-терапию, противоопухолевый ответ оценен в 17 случаях (двое больных в процессе лечения). Общий противоопухолевый ответ получен в 24% случаев (4/17), при этом у всех достигнута стойкая полная ремиссия (24%): у больных ФЛ (n=2), ФЛ с трансформацией в ДВККЛ (n=1), и ДВВКЛ (n=1). Из 13 больных с прогрессией опухоли после CAR-T-терапии летальность составила 9/13 (69%), в том числе у всех 4 больных с мутацией в гене TP53. Четырем больным (4/13 (31%)) после CAR-T-терапии проведены непрограммные режимы терапии c достижением полной ремиссии: ниволумаб-леналидомид (n=2, МЛСЗ), полатузумаб ведотин – бендамустин (n=1, ФЛ с трансформацией в ДВККЛ), монотерапия ниволумабом (n=1, АИБЛ). Медиана наблюдения составила 9 месяцев (от введения CAR-T-клеток).

Заключение

CAR-T-терапия в качестве «терапии спасения» в третьей и последующих линиях терапии гемобластозов оказывается эффективной лишь в 24% случаев и является малоэффективной опцией у больных с мутацией в гене TP53. Полученные результаты диктуют необходимость оптимизации протоколов лечения за счет включения таргетных препаратов в терапию первой линии, а также выполнение CAR-T-терапии на более ранних этапах лечения.

Ключевые слова

Неходжкинская лимфома, рефрактерность, CAR-T-терапия.


" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30058" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" } } } [1]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["ID"]=> string(4) "2193" ["~ID"]=> string(4) "2193" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["~NAME"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 04:44:49 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 04:44:49 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(217) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-09-klinicheskiy-sluchay-terapii-mnozhestvennoy-mielomy-tripletom-isapd-posle-auto-tgsk/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(217) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-09-klinicheskiy-sluchay-terapii-mnozhestvennoy-mielomy-tripletom-isapd-posle-auto-tgsk/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "90" ["~SORT"]=> string(2) "90" ["CODE"]=> string(89) "lp-09-klinicheskiy-sluchay-terapii-mnozhestvennoy-mielomy-tripletom-isapd-posle-auto-tgsk" ["~CODE"]=> string(89) "lp-09-klinicheskiy-sluchay-terapii-mnozhestvennoy-mielomy-tripletom-isapd-posle-auto-tgsk" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2193" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2193" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(242) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСКLP-09. Clinical case of multiple myeloma treated with IsaPD triplet after autologous HSCT" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(4471) "<p style="text-align: justify;">Стремительное, агрессивное течение множественной миеломы, рефрактерность к ингибиторам протеасом и иммуномодулирующим препаратам обусловливают необходимость применения таргетной терапии моноклональными антителами. Цель работы: на примере клинического случая продемонстрировать эффективность применения анти-CD38-моноклонального антитела у пациента с РР ММ после ауто- ТГСК.</p> <h2>Клинический случай</h2> <p style="text-align: justify;"> С 2021 года по настоящее время в Республиканской клинической больнице им. Н. А. Семашко г. Улан-Удэ наблюдается пациентка 47 лет с ММ (Множественая миелома III A стадия, диффузно-очаговая форма, с секрецией парапротеина IgG легкие каппа цепи, М-градиент 24,72 г/л. Белковые фракции – гамма 36,1%, бетта 2 микроглобулин 1,35 мг\л, криоглобулин нет, кальций общий = 2,28, плазматические клетки – 8%, рецидивирующее рефрактерное течение. Осложнения: остеодеструктивный синдром – компрессионный перелом Th 8. Зарегистрированы рецидивы заболевания: в 2021 году первый рецидив возник после применения схемы «VCD» (3 курса), также применение данной схемы сопровождалось полинейропатией. Уровень М-градиента составил 0,79 г/л. Затем пациентка была переведена на схему «RD» (12 курсов), в феврале 2022 г. – М-градиент не обнаружен. Но уже в июле 2022 был констатирован рецидив заболевания, уровень М-градиента составил 1,5 г/л, процент плазматических клеток – 1%. В октябре 2022 пациентке была проведена ауто-ТГСК в ФГБУ НМИЦ им. Алмазова В. А., в связи с недостаточным ответом на предыдущую терапию была выбрана схема IsaPd (изатуксимаб, помалидомид, дексаметазон). Пациентке проведено 7 курсов терапии по схеме IsaPd, отмечено улучшение общего самочувствия, лабораторно подтверждена ремиссия заболевания в ОАК СОЭ 16 мм/ч, гемоглобин 137 г/л, тромбоциты 327, общий белок 67 г/л, креатинин 76 мкм/л, мочевина 5,5 ммоль/л, М-градиент 0,46 г/л, по миелограмме плазматических клеток нет, КТ ПОП КТ – признаки дегенеративно-дистрофических изменений поясничного отдела позвоночника, остеохондроза дисков 2 периода, протрузии межпозвонкового диска L3-L4, L4-L5, L5-S1, деформирующего спондилеза.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> Полученные результаты свидетельствуют о целесообразности применения схемы IsaPd после ауто-ТГСК у пациентов с рефрактерностью к ингибиторам протеасом и леналидомиду.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Множественная миелома, рефрактерная, терапия IsaPD, клинический случай.</p>" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(93) "lp-09-klinicheskiy-sluchay-terapii-mnozhestvennoy-mielomy-tripletom-isapd-posle-auto-tgsk-img" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(153) "LP-09. Клинический случай терапии множественной миеломы триплетом IsaPD после ауто-ТГСК" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(93) "lp-09-klinicheskiy-sluchay-terapii-mnozhestvennoy-mielomy-tripletom-isapd-posle-auto-tgsk-img" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(93) "lp-09-klinicheskiy-sluchay-terapii-mnozhestvennoy-mielomy-tripletom-isapd-posle-auto-tgsk-img" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(93) "lp-09-klinicheskiy-sluchay-terapii-mnozhestvennoy-mielomy-tripletom-isapd-posle-auto-tgsk-img" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30067" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(280) "<p>Оксана Е. Очирова, Эржена Б. Жалсанова, Алина Г. Карпова, Анна Н. Алексеева, Елена Ж. Быкова, Ирина С. Уланова, Айлана В. Содбоева, Тумэн В. Дондоков</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(268) "

Оксана Е. Очирова, Эржена Б. Жалсанова, Алина Г. Карпова, Анна Н. Алексеева, Елена Ж. Быкова, Ирина С. Уланова, Айлана В. Содбоева, Тумэн В. Дондоков

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30068" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(238) "<p>Республиканская клиническая больница им. Н. А. Семашко, Клиническая больница «РЖД-Медицина», Улан-Удэ, Бурятия, Россия </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(226) "

Республиканская клиническая больница им. Н. А. Семашко, Клиническая больница «РЖД-Медицина», Улан-Удэ, Бурятия, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30069" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4471) "<p style="text-align: justify;">Стремительное, агрессивное течение множественной миеломы, рефрактерность к ингибиторам протеасом и иммуномодулирующим препаратам обусловливают необходимость применения таргетной терапии моноклональными антителами. Цель работы: на примере клинического случая продемонстрировать эффективность применения анти-CD38-моноклонального антитела у пациента с РР ММ после ауто- ТГСК.</p> <h2>Клинический случай</h2> <p style="text-align: justify;"> С 2021 года по настоящее время в Республиканской клинической больнице им. Н. А. Семашко г. Улан-Удэ наблюдается пациентка 47 лет с ММ (Множественая миелома III A стадия, диффузно-очаговая форма, с секрецией парапротеина IgG легкие каппа цепи, М-градиент 24,72 г/л. Белковые фракции – гамма 36,1%, бетта 2 микроглобулин 1,35 мг\л, криоглобулин нет, кальций общий = 2,28, плазматические клетки – 8%, рецидивирующее рефрактерное течение. Осложнения: остеодеструктивный синдром – компрессионный перелом Th 8. Зарегистрированы рецидивы заболевания: в 2021 году первый рецидив возник после применения схемы «VCD» (3 курса), также применение данной схемы сопровождалось полинейропатией. Уровень М-градиента составил 0,79 г/л. Затем пациентка была переведена на схему «RD» (12 курсов), в феврале 2022 г. – М-градиент не обнаружен. Но уже в июле 2022 был констатирован рецидив заболевания, уровень М-градиента составил 1,5 г/л, процент плазматических клеток – 1%. В октябре 2022 пациентке была проведена ауто-ТГСК в ФГБУ НМИЦ им. Алмазова В. А., в связи с недостаточным ответом на предыдущую терапию была выбрана схема IsaPd (изатуксимаб, помалидомид, дексаметазон). Пациентке проведено 7 курсов терапии по схеме IsaPd, отмечено улучшение общего самочувствия, лабораторно подтверждена ремиссия заболевания в ОАК СОЭ 16 мм/ч, гемоглобин 137 г/л, тромбоциты 327, общий белок 67 г/л, креатинин 76 мкм/л, мочевина 5,5 ммоль/л, М-градиент 0,46 г/л, по миелограмме плазматических клеток нет, КТ ПОП КТ – признаки дегенеративно-дистрофических изменений поясничного отдела позвоночника, остеохондроза дисков 2 периода, протрузии межпозвонкового диска L3-L4, L4-L5, L5-S1, деформирующего спондилеза.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> Полученные результаты свидетельствуют о целесообразности применения схемы IsaPd после ауто-ТГСК у пациентов с рефрактерностью к ингибиторам протеасом и леналидомиду.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Множественная миелома, рефрактерная, терапия IsaPD, клинический случай.</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4347) "

Стремительное, агрессивное течение множественной миеломы, рефрактерность к ингибиторам протеасом и иммуномодулирующим препаратам обусловливают необходимость применения таргетной терапии моноклональными антителами. Цель работы: на примере клинического случая продемонстрировать эффективность применения анти-CD38-моноклонального антитела у пациента с РР ММ после ауто- ТГСК.

Клинический случай

С 2021 года по настоящее время в Республиканской клинической больнице им. Н. А. Семашко г. Улан-Удэ наблюдается пациентка 47 лет с ММ (Множественая миелома III A стадия, диффузно-очаговая форма, с секрецией парапротеина IgG легкие каппа цепи, М-градиент 24,72 г/л. Белковые фракции – гамма 36,1%, бетта 2 микроглобулин 1,35 мг\л, криоглобулин нет, кальций общий = 2,28, плазматические клетки – 8%, рецидивирующее рефрактерное течение. Осложнения: остеодеструктивный синдром – компрессионный перелом Th 8. Зарегистрированы рецидивы заболевания: в 2021 году первый рецидив возник после применения схемы «VCD» (3 курса), также применение данной схемы сопровождалось полинейропатией. Уровень М-градиента составил 0,79 г/л. Затем пациентка была переведена на схему «RD» (12 курсов), в феврале 2022 г. – М-градиент не обнаружен. Но уже в июле 2022 был констатирован рецидив заболевания, уровень М-градиента составил 1,5 г/л, процент плазматических клеток – 1%. В октябре 2022 пациентке была проведена ауто-ТГСК в ФГБУ НМИЦ им. Алмазова В. А., в связи с недостаточным ответом на предыдущую терапию была выбрана схема IsaPd (изатуксимаб, помалидомид, дексаметазон). Пациентке проведено 7 курсов терапии по схеме IsaPd, отмечено улучшение общего самочувствия, лабораторно подтверждена ремиссия заболевания в ОАК СОЭ 16 мм/ч, гемоглобин 137 г/л, тромбоциты 327, общий белок 67 г/л, креатинин 76 мкм/л, мочевина 5,5 ммоль/л, М-градиент 0,46 г/л, по миелограмме плазматических клеток нет, КТ ПОП КТ – признаки дегенеративно-дистрофических изменений поясничного отдела позвоночника, остеохондроза дисков 2 периода, протрузии межпозвонкового диска L3-L4, L4-L5, L5-S1, деформирующего спондилеза.

Выводы

Полученные результаты свидетельствуют о целесообразности применения схемы IsaPd после ауто-ТГСК у пациентов с рефрактерностью к ингибиторам протеасом и леналидомиду.

Ключевые слова

Множественная миелома, рефрактерная, терапия IsaPD, клинический случай.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30070" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30071" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(174) "<p>Оksana Е. Ochirova, Erzhena B. Zhalsanova, Alina G. Karpova, Anna N. Alexeeva, Elena Zh. Bykova, Irina S. Ulanova, Ailana V. Sodboeva, Tumen V. Dondokov</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(162) "

Оksana Е. Ochirova, Erzhena B. Zhalsanova, Alina G. Karpova, Anna N. Alexeeva, Elena Zh. Bykova, Irina S. Ulanova, Ailana V. Sodboeva, Tumen V. Dondokov

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30072" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(226) "<p>N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, Clinical Hospital RZhD-Medicine, Ulan-Ude, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Oksana E. Ochirova, e-mail: okso4irova@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(184) "

N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, Clinical Hospital RZhD-Medicine, Ulan-Ude, Russia


Contact: Dr. Oksana E. Ochirova, e-mail: okso4irova@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30073" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2582) "<p style="text-align: justify;">Rapid and aggressive course of multiple myeloma (MM) in resistant/refractory cases non-responding to proteasome inhibitors and immunomodulatory drugs require usage of target therapy by means of monoclonal antibodies. The aim of present work was to show efficiency of anti-CD38 Mab in a single clinical case of refractory/resistant MM following autologous HSCT (auto-HSCT).</p> <h2>Clinical case </h2> <p style="text-align: justify;"> A female patient 47 years old is observed with multiple myeloma (MM) since 2021 to the present time at the N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, (Ulan-Ude). Currently, she has stage IIIA MM, diffuse-focal form with IgG paraprotein secretion of kappa chains, M gradient of 24.72 g/L. Protein fractions: gamma, 36.1%; beta 2-MG, 1.35 mg/L, cryoglobulin absent, total calcium, 2.28, plasma cells, 8%, relapsing/refractory clinical course. The disorder was complicated by compression vertebral fracture (ThVIII). The disease relapse was registered in 2021 following 3 rounds of VCD protocol, complicated by polyneuropathy, with M gradient of 0.79 g/L. Later on, the patient was subjected to the RD schedule (12 rounds) in February 2022, with M gradient fading away. However, the new relapse was documented as early as in June 2022 with M gradient reaching 1.5 g/L and 1% plasma cells. In October 2022, the patient underwent autologous HSCT at V. A. Almazov Federal Medical Research Center due to failed response to previous therapy. The IsaPd protocol has been chosen for subsequent treatment (Isatuximab, Pomalidomid, Dexamethason). The patient underwent 7 rounds of the IsaPd therapy associated with improvement of general condition, laboratory signs of remission confirmed by the blood tests (ESR, 16 mm/h; Hb, 137 g/L; platelets, 327; total protein, 67 g/L, creatinine, 76 mcmol/L, urea, 5.5 mmol/L, M gradient, 0.46 g/L, absence of plasma cells in bone marrow. CT scans show degenerative/atrophic changes of lumbar spine, osteochondrosis of the secondary discs, protrusions of the vertebral discs L3-L4, L4-L5, L5-S1, deforming spondilosis.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> The results obtained suggest a rationale for IsaPd protocol usage after auto-HSCT in the patients refractory to proteasome inhibitors and lenalidomide.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Multiple myeloma, refractory, IsaPD therapy, clinical case.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2458) "

Rapid and aggressive course of multiple myeloma (MM) in resistant/refractory cases non-responding to proteasome inhibitors and immunomodulatory drugs require usage of target therapy by means of monoclonal antibodies. The aim of present work was to show efficiency of anti-CD38 Mab in a single clinical case of refractory/resistant MM following autologous HSCT (auto-HSCT).

Clinical case

A female patient 47 years old is observed with multiple myeloma (MM) since 2021 to the present time at the N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, (Ulan-Ude). Currently, she has stage IIIA MM, diffuse-focal form with IgG paraprotein secretion of kappa chains, M gradient of 24.72 g/L. Protein fractions: gamma, 36.1%; beta 2-MG, 1.35 mg/L, cryoglobulin absent, total calcium, 2.28, plasma cells, 8%, relapsing/refractory clinical course. The disorder was complicated by compression vertebral fracture (ThVIII). The disease relapse was registered in 2021 following 3 rounds of VCD protocol, complicated by polyneuropathy, with M gradient of 0.79 g/L. Later on, the patient was subjected to the RD schedule (12 rounds) in February 2022, with M gradient fading away. However, the new relapse was documented as early as in June 2022 with M gradient reaching 1.5 g/L and 1% plasma cells. In October 2022, the patient underwent autologous HSCT at V. A. Almazov Federal Medical Research Center due to failed response to previous therapy. The IsaPd protocol has been chosen for subsequent treatment (Isatuximab, Pomalidomid, Dexamethason). The patient underwent 7 rounds of the IsaPd therapy associated with improvement of general condition, laboratory signs of remission confirmed by the blood tests (ESR, 16 mm/h; Hb, 137 g/L; platelets, 327; total protein, 67 g/L, creatinine, 76 mcmol/L, urea, 5.5 mmol/L, M gradient, 0.46 g/L, absence of plasma cells in bone marrow. CT scans show degenerative/atrophic changes of lumbar spine, osteochondrosis of the secondary discs, protrusions of the vertebral discs L3-L4, L4-L5, L5-S1, deforming spondilosis.

Conclusion

The results obtained suggest a rationale for IsaPd protocol usage after auto-HSCT in the patients refractory to proteasome inhibitors and lenalidomide.

Keywords

Multiple myeloma, refractory, IsaPD therapy, clinical case.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30074" ["VALUE"]=> string(89) "LP-09. Clinical case of multiple myeloma treated with IsaPD triplet after autologous HSCT" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(89) "LP-09. Clinical case of multiple myeloma treated with IsaPD triplet after autologous HSCT" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30075" ["VALUE"]=> string(4) "3350" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3350" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30076" ["VALUE"]=> string(4) "3351" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3351" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30071" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(174) "<p>Оksana Е. Ochirova, Erzhena B. Zhalsanova, Alina G. Karpova, Anna N. Alexeeva, Elena Zh. Bykova, Irina S. Ulanova, Ailana V. Sodboeva, Tumen V. Dondokov</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(162) "

Оksana Е. Ochirova, Erzhena B. Zhalsanova, Alina G. Karpova, Anna N. Alexeeva, Elena Zh. Bykova, Irina S. Ulanova, Ailana V. Sodboeva, Tumen V. Dondokov

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(162) "

Оksana Е. Ochirova, Erzhena B. Zhalsanova, Alina G. Karpova, Anna N. Alexeeva, Elena Zh. Bykova, Irina S. Ulanova, Ailana V. Sodboeva, Tumen V. Dondokov

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30073" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2582) "<p style="text-align: justify;">Rapid and aggressive course of multiple myeloma (MM) in resistant/refractory cases non-responding to proteasome inhibitors and immunomodulatory drugs require usage of target therapy by means of monoclonal antibodies. The aim of present work was to show efficiency of anti-CD38 Mab in a single clinical case of refractory/resistant MM following autologous HSCT (auto-HSCT).</p> <h2>Clinical case </h2> <p style="text-align: justify;"> A female patient 47 years old is observed with multiple myeloma (MM) since 2021 to the present time at the N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, (Ulan-Ude). Currently, she has stage IIIA MM, diffuse-focal form with IgG paraprotein secretion of kappa chains, M gradient of 24.72 g/L. Protein fractions: gamma, 36.1%; beta 2-MG, 1.35 mg/L, cryoglobulin absent, total calcium, 2.28, plasma cells, 8%, relapsing/refractory clinical course. The disorder was complicated by compression vertebral fracture (ThVIII). The disease relapse was registered in 2021 following 3 rounds of VCD protocol, complicated by polyneuropathy, with M gradient of 0.79 g/L. Later on, the patient was subjected to the RD schedule (12 rounds) in February 2022, with M gradient fading away. However, the new relapse was documented as early as in June 2022 with M gradient reaching 1.5 g/L and 1% plasma cells. In October 2022, the patient underwent autologous HSCT at V. A. Almazov Federal Medical Research Center due to failed response to previous therapy. The IsaPd protocol has been chosen for subsequent treatment (Isatuximab, Pomalidomid, Dexamethason). The patient underwent 7 rounds of the IsaPd therapy associated with improvement of general condition, laboratory signs of remission confirmed by the blood tests (ESR, 16 mm/h; Hb, 137 g/L; platelets, 327; total protein, 67 g/L, creatinine, 76 mcmol/L, urea, 5.5 mmol/L, M gradient, 0.46 g/L, absence of plasma cells in bone marrow. CT scans show degenerative/atrophic changes of lumbar spine, osteochondrosis of the secondary discs, protrusions of the vertebral discs L3-L4, L4-L5, L5-S1, deforming spondilosis.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> The results obtained suggest a rationale for IsaPd protocol usage after auto-HSCT in the patients refractory to proteasome inhibitors and lenalidomide.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Multiple myeloma, refractory, IsaPD therapy, clinical case.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2458) "

Rapid and aggressive course of multiple myeloma (MM) in resistant/refractory cases non-responding to proteasome inhibitors and immunomodulatory drugs require usage of target therapy by means of monoclonal antibodies. The aim of present work was to show efficiency of anti-CD38 Mab in a single clinical case of refractory/resistant MM following autologous HSCT (auto-HSCT).

Clinical case

A female patient 47 years old is observed with multiple myeloma (MM) since 2021 to the present time at the N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, (Ulan-Ude). Currently, she has stage IIIA MM, diffuse-focal form with IgG paraprotein secretion of kappa chains, M gradient of 24.72 g/L. Protein fractions: gamma, 36.1%; beta 2-MG, 1.35 mg/L, cryoglobulin absent, total calcium, 2.28, plasma cells, 8%, relapsing/refractory clinical course. The disorder was complicated by compression vertebral fracture (ThVIII). The disease relapse was registered in 2021 following 3 rounds of VCD protocol, complicated by polyneuropathy, with M gradient of 0.79 g/L. Later on, the patient was subjected to the RD schedule (12 rounds) in February 2022, with M gradient fading away. However, the new relapse was documented as early as in June 2022 with M gradient reaching 1.5 g/L and 1% plasma cells. In October 2022, the patient underwent autologous HSCT at V. A. Almazov Federal Medical Research Center due to failed response to previous therapy. The IsaPd protocol has been chosen for subsequent treatment (Isatuximab, Pomalidomid, Dexamethason). The patient underwent 7 rounds of the IsaPd therapy associated with improvement of general condition, laboratory signs of remission confirmed by the blood tests (ESR, 16 mm/h; Hb, 137 g/L; platelets, 327; total protein, 67 g/L, creatinine, 76 mcmol/L, urea, 5.5 mmol/L, M gradient, 0.46 g/L, absence of plasma cells in bone marrow. CT scans show degenerative/atrophic changes of lumbar spine, osteochondrosis of the secondary discs, protrusions of the vertebral discs L3-L4, L4-L5, L5-S1, deforming spondilosis.

Conclusion

The results obtained suggest a rationale for IsaPd protocol usage after auto-HSCT in the patients refractory to proteasome inhibitors and lenalidomide.

Keywords

Multiple myeloma, refractory, IsaPD therapy, clinical case.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(2458) "

Rapid and aggressive course of multiple myeloma (MM) in resistant/refractory cases non-responding to proteasome inhibitors and immunomodulatory drugs require usage of target therapy by means of monoclonal antibodies. The aim of present work was to show efficiency of anti-CD38 Mab in a single clinical case of refractory/resistant MM following autologous HSCT (auto-HSCT).

Clinical case

A female patient 47 years old is observed with multiple myeloma (MM) since 2021 to the present time at the N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, (Ulan-Ude). Currently, she has stage IIIA MM, diffuse-focal form with IgG paraprotein secretion of kappa chains, M gradient of 24.72 g/L. Protein fractions: gamma, 36.1%; beta 2-MG, 1.35 mg/L, cryoglobulin absent, total calcium, 2.28, plasma cells, 8%, relapsing/refractory clinical course. The disorder was complicated by compression vertebral fracture (ThVIII). The disease relapse was registered in 2021 following 3 rounds of VCD protocol, complicated by polyneuropathy, with M gradient of 0.79 g/L. Later on, the patient was subjected to the RD schedule (12 rounds) in February 2022, with M gradient fading away. However, the new relapse was documented as early as in June 2022 with M gradient reaching 1.5 g/L and 1% plasma cells. In October 2022, the patient underwent autologous HSCT at V. A. Almazov Federal Medical Research Center due to failed response to previous therapy. The IsaPd protocol has been chosen for subsequent treatment (Isatuximab, Pomalidomid, Dexamethason). The patient underwent 7 rounds of the IsaPd therapy associated with improvement of general condition, laboratory signs of remission confirmed by the blood tests (ESR, 16 mm/h; Hb, 137 g/L; platelets, 327; total protein, 67 g/L, creatinine, 76 mcmol/L, urea, 5.5 mmol/L, M gradient, 0.46 g/L, absence of plasma cells in bone marrow. CT scans show degenerative/atrophic changes of lumbar spine, osteochondrosis of the secondary discs, protrusions of the vertebral discs L3-L4, L4-L5, L5-S1, deforming spondilosis.

Conclusion

The results obtained suggest a rationale for IsaPd protocol usage after auto-HSCT in the patients refractory to proteasome inhibitors and lenalidomide.

Keywords

Multiple myeloma, refractory, IsaPD therapy, clinical case.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30070" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30074" ["VALUE"]=> string(89) "LP-09. Clinical case of multiple myeloma treated with IsaPD triplet after autologous HSCT" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(89) "LP-09. Clinical case of multiple myeloma treated with IsaPD triplet after autologous HSCT" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(89) "LP-09. Clinical case of multiple myeloma treated with IsaPD triplet after autologous HSCT" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30072" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(226) "<p>N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, Clinical Hospital RZhD-Medicine, Ulan-Ude, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Oksana E. Ochirova, e-mail: okso4irova@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(184) "

N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, Clinical Hospital RZhD-Medicine, Ulan-Ude, Russia


Contact: Dr. Oksana E. Ochirova, e-mail: okso4irova@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(184) "

N. A. Semashko Clinical Republican Hospital, Clinical Hospital RZhD-Medicine, Ulan-Ude, Russia


Contact: Dr. Oksana E. Ochirova, e-mail: okso4irova@mail.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30067" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(280) "<p>Оксана Е. Очирова, Эржена Б. Жалсанова, Алина Г. Карпова, Анна Н. Алексеева, Елена Ж. Быкова, Ирина С. Уланова, Айлана В. Содбоева, Тумэн В. Дондоков</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(268) "

Оксана Е. Очирова, Эржена Б. Жалсанова, Алина Г. Карпова, Анна Н. Алексеева, Елена Ж. Быкова, Ирина С. Уланова, Айлана В. Содбоева, Тумэн В. Дондоков

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(268) "

Оксана Е. Очирова, Эржена Б. Жалсанова, Алина Г. Карпова, Анна Н. Алексеева, Елена Ж. Быкова, Ирина С. Уланова, Айлана В. Содбоева, Тумэн В. Дондоков

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30069" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4471) "<p style="text-align: justify;">Стремительное, агрессивное течение множественной миеломы, рефрактерность к ингибиторам протеасом и иммуномодулирующим препаратам обусловливают необходимость применения таргетной терапии моноклональными антителами. Цель работы: на примере клинического случая продемонстрировать эффективность применения анти-CD38-моноклонального антитела у пациента с РР ММ после ауто- ТГСК.</p> <h2>Клинический случай</h2> <p style="text-align: justify;"> С 2021 года по настоящее время в Республиканской клинической больнице им. Н. А. Семашко г. Улан-Удэ наблюдается пациентка 47 лет с ММ (Множественая миелома III A стадия, диффузно-очаговая форма, с секрецией парапротеина IgG легкие каппа цепи, М-градиент 24,72 г/л. Белковые фракции – гамма 36,1%, бетта 2 микроглобулин 1,35 мг\л, криоглобулин нет, кальций общий = 2,28, плазматические клетки – 8%, рецидивирующее рефрактерное течение. Осложнения: остеодеструктивный синдром – компрессионный перелом Th 8. Зарегистрированы рецидивы заболевания: в 2021 году первый рецидив возник после применения схемы «VCD» (3 курса), также применение данной схемы сопровождалось полинейропатией. Уровень М-градиента составил 0,79 г/л. Затем пациентка была переведена на схему «RD» (12 курсов), в феврале 2022 г. – М-градиент не обнаружен. Но уже в июле 2022 был констатирован рецидив заболевания, уровень М-градиента составил 1,5 г/л, процент плазматических клеток – 1%. В октябре 2022 пациентке была проведена ауто-ТГСК в ФГБУ НМИЦ им. Алмазова В. А., в связи с недостаточным ответом на предыдущую терапию была выбрана схема IsaPd (изатуксимаб, помалидомид, дексаметазон). Пациентке проведено 7 курсов терапии по схеме IsaPd, отмечено улучшение общего самочувствия, лабораторно подтверждена ремиссия заболевания в ОАК СОЭ 16 мм/ч, гемоглобин 137 г/л, тромбоциты 327, общий белок 67 г/л, креатинин 76 мкм/л, мочевина 5,5 ммоль/л, М-градиент 0,46 г/л, по миелограмме плазматических клеток нет, КТ ПОП КТ – признаки дегенеративно-дистрофических изменений поясничного отдела позвоночника, остеохондроза дисков 2 периода, протрузии межпозвонкового диска L3-L4, L4-L5, L5-S1, деформирующего спондилеза.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> Полученные результаты свидетельствуют о целесообразности применения схемы IsaPd после ауто-ТГСК у пациентов с рефрактерностью к ингибиторам протеасом и леналидомиду.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Множественная миелома, рефрактерная, терапия IsaPD, клинический случай.</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4347) "

Стремительное, агрессивное течение множественной миеломы, рефрактерность к ингибиторам протеасом и иммуномодулирующим препаратам обусловливают необходимость применения таргетной терапии моноклональными антителами. Цель работы: на примере клинического случая продемонстрировать эффективность применения анти-CD38-моноклонального антитела у пациента с РР ММ после ауто- ТГСК.

Клинический случай

С 2021 года по настоящее время в Республиканской клинической больнице им. Н. А. Семашко г. Улан-Удэ наблюдается пациентка 47 лет с ММ (Множественая миелома III A стадия, диффузно-очаговая форма, с секрецией парапротеина IgG легкие каппа цепи, М-градиент 24,72 г/л. Белковые фракции – гамма 36,1%, бетта 2 микроглобулин 1,35 мг\л, криоглобулин нет, кальций общий = 2,28, плазматические клетки – 8%, рецидивирующее рефрактерное течение. Осложнения: остеодеструктивный синдром – компрессионный перелом Th 8. Зарегистрированы рецидивы заболевания: в 2021 году первый рецидив возник после применения схемы «VCD» (3 курса), также применение данной схемы сопровождалось полинейропатией. Уровень М-градиента составил 0,79 г/л. Затем пациентка была переведена на схему «RD» (12 курсов), в феврале 2022 г. – М-градиент не обнаружен. Но уже в июле 2022 был констатирован рецидив заболевания, уровень М-градиента составил 1,5 г/л, процент плазматических клеток – 1%. В октябре 2022 пациентке была проведена ауто-ТГСК в ФГБУ НМИЦ им. Алмазова В. А., в связи с недостаточным ответом на предыдущую терапию была выбрана схема IsaPd (изатуксимаб, помалидомид, дексаметазон). Пациентке проведено 7 курсов терапии по схеме IsaPd, отмечено улучшение общего самочувствия, лабораторно подтверждена ремиссия заболевания в ОАК СОЭ 16 мм/ч, гемоглобин 137 г/л, тромбоциты 327, общий белок 67 г/л, креатинин 76 мкм/л, мочевина 5,5 ммоль/л, М-градиент 0,46 г/л, по миелограмме плазматических клеток нет, КТ ПОП КТ – признаки дегенеративно-дистрофических изменений поясничного отдела позвоночника, остеохондроза дисков 2 периода, протрузии межпозвонкового диска L3-L4, L4-L5, L5-S1, деформирующего спондилеза.

Выводы

Полученные результаты свидетельствуют о целесообразности применения схемы IsaPd после ауто-ТГСК у пациентов с рефрактерностью к ингибиторам протеасом и леналидомиду.

Ключевые слова

Множественная миелома, рефрактерная, терапия IsaPD, клинический случай.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(4347) "

Стремительное, агрессивное течение множественной миеломы, рефрактерность к ингибиторам протеасом и иммуномодулирующим препаратам обусловливают необходимость применения таргетной терапии моноклональными антителами. Цель работы: на примере клинического случая продемонстрировать эффективность применения анти-CD38-моноклонального антитела у пациента с РР ММ после ауто- ТГСК.

Клинический случай

С 2021 года по настоящее время в Республиканской клинической больнице им. Н. А. Семашко г. Улан-Удэ наблюдается пациентка 47 лет с ММ (Множественая миелома III A стадия, диффузно-очаговая форма, с секрецией парапротеина IgG легкие каппа цепи, М-градиент 24,72 г/л. Белковые фракции – гамма 36,1%, бетта 2 микроглобулин 1,35 мг\л, криоглобулин нет, кальций общий = 2,28, плазматические клетки – 8%, рецидивирующее рефрактерное течение. Осложнения: остеодеструктивный синдром – компрессионный перелом Th 8. Зарегистрированы рецидивы заболевания: в 2021 году первый рецидив возник после применения схемы «VCD» (3 курса), также применение данной схемы сопровождалось полинейропатией. Уровень М-градиента составил 0,79 г/л. Затем пациентка была переведена на схему «RD» (12 курсов), в феврале 2022 г. – М-градиент не обнаружен. Но уже в июле 2022 был констатирован рецидив заболевания, уровень М-градиента составил 1,5 г/л, процент плазматических клеток – 1%. В октябре 2022 пациентке была проведена ауто-ТГСК в ФГБУ НМИЦ им. Алмазова В. А., в связи с недостаточным ответом на предыдущую терапию была выбрана схема IsaPd (изатуксимаб, помалидомид, дексаметазон). Пациентке проведено 7 курсов терапии по схеме IsaPd, отмечено улучшение общего самочувствия, лабораторно подтверждена ремиссия заболевания в ОАК СОЭ 16 мм/ч, гемоглобин 137 г/л, тромбоциты 327, общий белок 67 г/л, креатинин 76 мкм/л, мочевина 5,5 ммоль/л, М-градиент 0,46 г/л, по миелограмме плазматических клеток нет, КТ ПОП КТ – признаки дегенеративно-дистрофических изменений поясничного отдела позвоночника, остеохондроза дисков 2 периода, протрузии межпозвонкового диска L3-L4, L4-L5, L5-S1, деформирующего спондилеза.

Выводы

Полученные результаты свидетельствуют о целесообразности применения схемы IsaPd после ауто-ТГСК у пациентов с рефрактерностью к ингибиторам протеасом и леналидомиду.

Ключевые слова

Множественная миелома, рефрактерная, терапия IsaPD, клинический случай.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30068" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(238) "<p>Республиканская клиническая больница им. Н. А. Семашко, Клиническая больница «РЖД-Медицина», Улан-Удэ, Бурятия, Россия </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(226) "

Республиканская клиническая больница им. Н. А. Семашко, Клиническая больница «РЖД-Медицина», Улан-Удэ, Бурятия, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(226) "

Республиканская клиническая больница им. Н. А. Семашко, Клиническая больница «РЖД-Медицина», Улан-Удэ, Бурятия, Россия

" } } } [2]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["ID"]=> string(4) "2194" ["~ID"]=> string(4) "2194" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["~NAME"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 05:02:40 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 05:02:40 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(209) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-10-paraproteinassotsiirovannye-polineyropatii-seriya-klinicheskikh-nablyudeniy/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(209) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-10-paraproteinassotsiirovannye-polineyropatii-seriya-klinicheskikh-nablyudeniy/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(448) "

Table 1. Clinical and laboratory features of DPAP patients under study

Potapenko-tab01.jpg

Table 2. Therapy of demyelinating dysimmune paraprotein-associated polyneuropathy

Potapenko-tab02.jpg" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(448) "

Table 1. Clinical and laboratory features of DPAP patients under study

Potapenko-tab01.jpg

Table 2. Therapy of demyelinating dysimmune paraprotein-associated polyneuropathy

Potapenko-tab02.jpg" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(3) "100" ["~SORT"]=> string(3) "100" ["CODE"]=> string(81) "lp-10-paraproteinassotsiirovannye-polineyropatii-seriya-klinicheskikh-nablyudeniy" ["~CODE"]=> string(81) "lp-10-paraproteinassotsiirovannye-polineyropatii-seriya-klinicheskikh-nablyudeniy" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2194" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2194" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(203) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюденийLP-10. Paraprotein associated polyneuropathy: A case series" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(6410) "<p style="text-align: justify;">Дизиммунные парапротеинассоциированные полинейропатии (ДПАП) – это группа различных по течению заболевания. Период от появления жалоб до верификации в связи с редкостью диагноза может занимать длительное время. К стандартной терапии первой линии при демиелинизации относятся глюкокортикостероиды, терапия второй линии не определена. Целью работы было повышение информированности медицинского сообщества об особенностях диагностики и лечения пациентов с ДПАП. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Исследование проведено с помощью ретроспективного анализа медицинской документации. Аксональный (АДПАП) или демиелинизирующий (ДДПАП) тип полинейропатии установлен на основании электронейромиографического исследования в соответствии с критериями Европейской академии неврологии и Общества специалистов по заболеваниям периферических нервов, принятыми в 2021 году. При АДПАП мелких волокон диагноз уточнен на основании количественного сенсорного тестирования. Варианты специфического лечения: плазмаферез в течение не менее трех недель, преднизолон 1 мг/кг/сут. не менее двух недель, ритуксимаб один раз в 6 месяцев до 2 лет (375 мг/м<sup>2</sup> 4 еженедельных введения или 2 введения по 1000 мг/м<sup>2</sup> с интервалом в 2 недели), внутривенный иммуноглобулин начиная с 2 гр/кг, далее 1 гр/кг ежемесячно на период сохранения ответа, азатиоприн 1-3 мг/сутки не менее месяца. Терапия считалась эффективной при уменьшении неврологического дефицита.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Проанализированы данные 16 пациентов с ДПАП: 8 мужчин и 8 женщин, медиана возраста дебюта – 57 (41-88) лет, медиана верификации диагноза – 60 (49-88) лет. Медиана концентрации парапротеина – 4,03 (0,17-26,7) г/л. Иммунохимический вариант и преимущественный тип поражения нервных волокон представлены в Табл. 1. Все пациенты получали симптоматическую анальгетическую терапию аналогами ГАМК. Пациенты с преимущественно демиелинизирующим паттерном поражения получали специфическое лечение. Ритуксимаб показал наибольшую эффективность в лечении ДДПАП по сравнению с глюкокортикостероидами. Общая характеристика и эффективность препаратов и технологий приведена в Табл. 2. У троих пациентов с полинейропатией (AДПАП, n=2 и ДДПАП, n=1) диагностирована тлеющая множественная миелома. Один из пациентов с тлеющей миеломой и ДДПАП, параллельно лечению внутривенным иммуноглобулином, получал противоопухолевую терапию леналидомидом, даратумумабом и дексаметазоном. Достигнуто стойкое уменьшение неврологического дефицита без связи с колебаниями концентрации парапротеина. При медиане наблюдения 15 (1-132) мес. погибли 4 (25%) пациента от субарахноидального кровоизлияния (n=1), тромбоэмболии легочной артерии (n=1) и прогрессирующего неврологического дефицита (n=2).</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;">В представленной группе ДПАП чаще встречается аксональный тип поражения. Время от появления симптомов до верификации диагноза может занимать несколько лет. Парапротеин чаще был представлен с равной частотой иммуноглобулинами M и G, но преобладает клональность каппа-цепи. При анализе малых групп пациентов с ДДПАП, подтверждена эффективность глюкокортикостероидов, но наибольшая результативность выявлена для ритуксимаба. Необходимо продолжение исследования для определения оптимальной тактики. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Парапротеинемия, иммунохимические варианты, полинейропатия, лечение. </p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(85) "lp-10-paraproteinassotsiirovannye-polineyropatii-seriya-klinicheskikh-nablyudeniy-img" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(144) "LP-10. Парапротеинассоциированные полинейропатии. Серия клинических наблюдений" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(85) "lp-10-paraproteinassotsiirovannye-polineyropatii-seriya-klinicheskikh-nablyudeniy-img" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(85) "lp-10-paraproteinassotsiirovannye-polineyropatii-seriya-klinicheskikh-nablyudeniy-img" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(85) "lp-10-paraproteinassotsiirovannye-polineyropatii-seriya-klinicheskikh-nablyudeniy-img" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30077" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(790) "<p>Всеволод Г. Потапенко<sup>1</sup>, Яна Б. Кушнир<sup>2</sup>, Василий Н. Киселев<sup>4</sup>, Юлия В. Забутова<sup>1</sup>, Сергей М. Затаковенко<sup>3</sup>, Наталья А. Тотолян<sup>2</sup>, Наталья А. Котова<sup>1</sup>, Ольга В. Кудяшева<sup>2</sup>, Дмитрий И. Руденко<sup>2,3</sup>, Ирина А. Самородова<sup>1</sup>, Александр В. Серков<sup>1</sup>, Ольга В. Небелицкая<sup>1</sup>, Надежда В. Медведева<sup>1</sup></p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(622) "

Всеволод Г. Потапенко1, Яна Б. Кушнир2, Василий Н. Киселев4, Юлия В. Забутова1, Сергей М. Затаковенко3, Наталья А. Тотолян2, Наталья А. Котова1, Ольга В. Кудяшева2, Дмитрий И. Руденко2,3, Ирина А. Самородова1, Александр В. Серков1, Ольга В. Небелицкая1, Надежда В. Медведева1

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30078" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(650) "<p><sup>1</sup> Городская клиническая больница №31, Санкт-Петербург, Россия<br> <sup>2</sup> Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия<br> <sup>3</sup> Городская многопрофильная больница №2, Санкт-Петербург, Россия<br> <sup>4</sup> Клиника Reaclinic, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(572) "

1 Городская клиническая больница №31, Санкт-Петербург, Россия
2 Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия
3 Городская многопрофильная больница №2, Санкт-Петербург, Россия
4 Клиника Reaclinic, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30079" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6410) "<p style="text-align: justify;">Дизиммунные парапротеинассоциированные полинейропатии (ДПАП) – это группа различных по течению заболевания. Период от появления жалоб до верификации в связи с редкостью диагноза может занимать длительное время. К стандартной терапии первой линии при демиелинизации относятся глюкокортикостероиды, терапия второй линии не определена. Целью работы было повышение информированности медицинского сообщества об особенностях диагностики и лечения пациентов с ДПАП. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Исследование проведено с помощью ретроспективного анализа медицинской документации. Аксональный (АДПАП) или демиелинизирующий (ДДПАП) тип полинейропатии установлен на основании электронейромиографического исследования в соответствии с критериями Европейской академии неврологии и Общества специалистов по заболеваниям периферических нервов, принятыми в 2021 году. При АДПАП мелких волокон диагноз уточнен на основании количественного сенсорного тестирования. Варианты специфического лечения: плазмаферез в течение не менее трех недель, преднизолон 1 мг/кг/сут. не менее двух недель, ритуксимаб один раз в 6 месяцев до 2 лет (375 мг/м<sup>2</sup> 4 еженедельных введения или 2 введения по 1000 мг/м<sup>2</sup> с интервалом в 2 недели), внутривенный иммуноглобулин начиная с 2 гр/кг, далее 1 гр/кг ежемесячно на период сохранения ответа, азатиоприн 1-3 мг/сутки не менее месяца. Терапия считалась эффективной при уменьшении неврологического дефицита.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Проанализированы данные 16 пациентов с ДПАП: 8 мужчин и 8 женщин, медиана возраста дебюта – 57 (41-88) лет, медиана верификации диагноза – 60 (49-88) лет. Медиана концентрации парапротеина – 4,03 (0,17-26,7) г/л. Иммунохимический вариант и преимущественный тип поражения нервных волокон представлены в Табл. 1. Все пациенты получали симптоматическую анальгетическую терапию аналогами ГАМК. Пациенты с преимущественно демиелинизирующим паттерном поражения получали специфическое лечение. Ритуксимаб показал наибольшую эффективность в лечении ДДПАП по сравнению с глюкокортикостероидами. Общая характеристика и эффективность препаратов и технологий приведена в Табл. 2. У троих пациентов с полинейропатией (AДПАП, n=2 и ДДПАП, n=1) диагностирована тлеющая множественная миелома. Один из пациентов с тлеющей миеломой и ДДПАП, параллельно лечению внутривенным иммуноглобулином, получал противоопухолевую терапию леналидомидом, даратумумабом и дексаметазоном. Достигнуто стойкое уменьшение неврологического дефицита без связи с колебаниями концентрации парапротеина. При медиане наблюдения 15 (1-132) мес. погибли 4 (25%) пациента от субарахноидального кровоизлияния (n=1), тромбоэмболии легочной артерии (n=1) и прогрессирующего неврологического дефицита (n=2).</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;">В представленной группе ДПАП чаще встречается аксональный тип поражения. Время от появления симптомов до верификации диагноза может занимать несколько лет. Парапротеин чаще был представлен с равной частотой иммуноглобулинами M и G, но преобладает клональность каппа-цепи. При анализе малых групп пациентов с ДДПАП, подтверждена эффективность глюкокортикостероидов, но наибольшая результативность выявлена для ритуксимаба. Необходимо продолжение исследования для определения оптимальной тактики. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Парапротеинемия, иммунохимические варианты, полинейропатия, лечение. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6228) "

Дизиммунные парапротеинассоциированные полинейропатии (ДПАП) – это группа различных по течению заболевания. Период от появления жалоб до верификации в связи с редкостью диагноза может занимать длительное время. К стандартной терапии первой линии при демиелинизации относятся глюкокортикостероиды, терапия второй линии не определена. Целью работы было повышение информированности медицинского сообщества об особенностях диагностики и лечения пациентов с ДПАП.

Материалы и методы

Исследование проведено с помощью ретроспективного анализа медицинской документации. Аксональный (АДПАП) или демиелинизирующий (ДДПАП) тип полинейропатии установлен на основании электронейромиографического исследования в соответствии с критериями Европейской академии неврологии и Общества специалистов по заболеваниям периферических нервов, принятыми в 2021 году. При АДПАП мелких волокон диагноз уточнен на основании количественного сенсорного тестирования. Варианты специфического лечения: плазмаферез в течение не менее трех недель, преднизолон 1 мг/кг/сут. не менее двух недель, ритуксимаб один раз в 6 месяцев до 2 лет (375 мг/м2 4 еженедельных введения или 2 введения по 1000 мг/м2 с интервалом в 2 недели), внутривенный иммуноглобулин начиная с 2 гр/кг, далее 1 гр/кг ежемесячно на период сохранения ответа, азатиоприн 1-3 мг/сутки не менее месяца. Терапия считалась эффективной при уменьшении неврологического дефицита.

Результаты

Проанализированы данные 16 пациентов с ДПАП: 8 мужчин и 8 женщин, медиана возраста дебюта – 57 (41-88) лет, медиана верификации диагноза – 60 (49-88) лет. Медиана концентрации парапротеина – 4,03 (0,17-26,7) г/л. Иммунохимический вариант и преимущественный тип поражения нервных волокон представлены в Табл. 1. Все пациенты получали симптоматическую анальгетическую терапию аналогами ГАМК. Пациенты с преимущественно демиелинизирующим паттерном поражения получали специфическое лечение. Ритуксимаб показал наибольшую эффективность в лечении ДДПАП по сравнению с глюкокортикостероидами. Общая характеристика и эффективность препаратов и технологий приведена в Табл. 2. У троих пациентов с полинейропатией (AДПАП, n=2 и ДДПАП, n=1) диагностирована тлеющая множественная миелома. Один из пациентов с тлеющей миеломой и ДДПАП, параллельно лечению внутривенным иммуноглобулином, получал противоопухолевую терапию леналидомидом, даратумумабом и дексаметазоном. Достигнуто стойкое уменьшение неврологического дефицита без связи с колебаниями концентрации парапротеина. При медиане наблюдения 15 (1-132) мес. погибли 4 (25%) пациента от субарахноидального кровоизлияния (n=1), тромбоэмболии легочной артерии (n=1) и прогрессирующего неврологического дефицита (n=2).

Заключение

В представленной группе ДПАП чаще встречается аксональный тип поражения. Время от появления симптомов до верификации диагноза может занимать несколько лет. Парапротеин чаще был представлен с равной частотой иммуноглобулинами M и G, но преобладает клональность каппа-цепи. При анализе малых групп пациентов с ДДПАП, подтверждена эффективность глюкокортикостероидов, но наибольшая результативность выявлена для ритуксимаба. Необходимо продолжение исследования для определения оптимальной тактики.

Ключевые слова

Парапротеинемия, иммунохимические варианты, полинейропатия, лечение.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30080" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30081" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(601) "<p>Vsevolod G. Potapenko<sup>1</sup>, Yana B. Kushnir<sup>2</sup>, Vasily N. Kiselev<sup>4</sup>, Julia V. Zabutova<sup>1</sup>, Sergey M. Zatakovenko<sup>3</sup>, Natalia A. Totolyan<sup>2</sup>, Natalia A. Kotova<sup>1</sup>, Olga V. Kudyasheva<sup>2</sup>, Dmitry I. Rudenko<sup>2,3</sup>, Irina A. Samorodova<sup>1</sup>, Alexander V. Serkov<sup>1</sup>, Olga V. Nebelitskaya<sup>1</sup>, Nadezhda V. Medvedeva<sup>1</sup> </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(433) "

Vsevolod G. Potapenko1, Yana B. Kushnir2, Vasily N. Kiselev4, Julia V. Zabutova1, Sergey M. Zatakovenko3, Natalia A. Totolyan2, Natalia A. Kotova1, Olga V. Kudyasheva2, Dmitry I. Rudenko2,3, Irina A. Samorodova1, Alexander V. Serkov1, Olga V. Nebelitskaya1, Nadezhda V. Medvedeva1

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30082" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(475) "<p><sup>1</sup> Municipal Clinical Hospital No. 31, St. Petersburg, Russia<br> <sup>2</sup> Pavlov University, St. Petersburg, Russia<br> <sup>3</sup> Municipal Multidisciplinary Hospital No. 2, St. Petersburg, Russia<br> <sup>4</sup> Reaclinic, St. Petersburg, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Vsevolod G. Potapenko, e-mail: potapenko.vsevolod@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(367) "

1 Municipal Clinical Hospital No. 31, St. Petersburg, Russia
2 Pavlov University, St. Petersburg, Russia
3 Municipal Multidisciplinary Hospital No. 2, St. Petersburg, Russia
4 Reaclinic, St. Petersburg, Russia


Contact: Dr. Vsevolod G. Potapenko, e-mail: potapenko.vsevolod@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30083" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3695) "<p style="text-align: justify;">Dysimmune paraprotein-associated polyneuropathies (DPAP) are a group of diseases with different courses. The period from initial complaints to clinical verification, due to the rarity of the diagnosis, may take a long time. Standard first-line therapy for demyelination includes glucocorticosteroids; second-line therapy has not been specified. Our aim was to rise alertness of the medical community about the peculiarities of diagnosis and treatment of patients with DPAP.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> We performed a retrospective analysis of DPAP cases. Axonal (ADPAP) or demyelinating (DDPAP) type of polyneuropathy was diagnosed on the basis of electroneuromyographic study, according to the criteria of European Academy of Neurology and Peripheral Nerve Society adopted in 2021. In small-fiber ADPAP, the diagnosis was specified by quantitative sensory testing. Immunosuppressive/modulatory treatment included plasmapheresis for at least three weeks, prednisolone 1 mg/kg/day for at least two weeks, rituximab once every 6 months for up to 2 years (375 mg/m<sup>2</sup>, 4 weekly injections or 2 be-weekly injections of 1000 mg/m<sup>2</sup>), intravenous immunoglobulin 2 g/kg, then 1 g/kg monthly injections to maintain clinical response, and azathioprine 1-3 mg/day for at least one month. The therapy was considered effective in case of neurological improvement.</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> We analyzed clinical data of 16 patients with DPAP (8 males and 8 females. Median age at the disease onset was 57 years (41-88), and their age at diagnosis was 60 (49-88) years. The median paraprotein concentration was 4.03 (0.17-26.7) g/L. Immunochemical variants and the pattern of neural affection are listed in Table 1.</p> <p style="text-align: justify;"> All patients received symptomatic analgesic therapy with GABA analogs. Patients with a predominantly demyelinating pattern received specific treatment. In a small-group analysis, rituximab showed higher efficacy in the DDPAP treatment compared with glucocorticosteroids. The general characteristics of therapy and its efficacy are summarized in Table 2.</p> <p style="text-align: justify;"> Three patients (ADPAP, n=2 and DDPAP, n=1) were diagnosed with smoldering multiple myeloma. A single patient with smoldering myeloma and DDPAP received antitumor therapy with lenalidomide, daratumumab and dexamethasone along with intravenous immunoglobulin treatment. A persistent neurologic improvement without any correlation with paraprotein concentration shifts was observed. At a median follow-up of 15 (1-132) months, 4 (25%) patients died from subarachnoid hemorrhage (n=1), progressive neurologic worsening (n=2) and pulmonary embolism (n=1).</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> The ADPAP is more common in the presented group of DPAP. The time from onset of symptoms to verification of the diagnosis may take several years. Paraprotein was more often represented by immunoglobulins M and G, but kappa-chain clonality predominates. When analyzing small groups of patients with DDPAP, the efficacy of glucocorticosteroids was confirmed, but better efficacy was found for rituximab. Further studies are needed to determine the optimal treatment.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Paraproteinaemia, immunochemical variants, polyneuropathy, treatment. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3469) "

Dysimmune paraprotein-associated polyneuropathies (DPAP) are a group of diseases with different courses. The period from initial complaints to clinical verification, due to the rarity of the diagnosis, may take a long time. Standard first-line therapy for demyelination includes glucocorticosteroids; second-line therapy has not been specified. Our aim was to rise alertness of the medical community about the peculiarities of diagnosis and treatment of patients with DPAP.

Materials and methods

We performed a retrospective analysis of DPAP cases. Axonal (ADPAP) or demyelinating (DDPAP) type of polyneuropathy was diagnosed on the basis of electroneuromyographic study, according to the criteria of European Academy of Neurology and Peripheral Nerve Society adopted in 2021. In small-fiber ADPAP, the diagnosis was specified by quantitative sensory testing. Immunosuppressive/modulatory treatment included plasmapheresis for at least three weeks, prednisolone 1 mg/kg/day for at least two weeks, rituximab once every 6 months for up to 2 years (375 mg/m2, 4 weekly injections or 2 be-weekly injections of 1000 mg/m2), intravenous immunoglobulin 2 g/kg, then 1 g/kg monthly injections to maintain clinical response, and azathioprine 1-3 mg/day for at least one month. The therapy was considered effective in case of neurological improvement.

Results

We analyzed clinical data of 16 patients with DPAP (8 males and 8 females. Median age at the disease onset was 57 years (41-88), and their age at diagnosis was 60 (49-88) years. The median paraprotein concentration was 4.03 (0.17-26.7) g/L. Immunochemical variants and the pattern of neural affection are listed in Table 1.

All patients received symptomatic analgesic therapy with GABA analogs. Patients with a predominantly demyelinating pattern received specific treatment. In a small-group analysis, rituximab showed higher efficacy in the DDPAP treatment compared with glucocorticosteroids. The general characteristics of therapy and its efficacy are summarized in Table 2.

Three patients (ADPAP, n=2 and DDPAP, n=1) were diagnosed with smoldering multiple myeloma. A single patient with smoldering myeloma and DDPAP received antitumor therapy with lenalidomide, daratumumab and dexamethasone along with intravenous immunoglobulin treatment. A persistent neurologic improvement without any correlation with paraprotein concentration shifts was observed. At a median follow-up of 15 (1-132) months, 4 (25%) patients died from subarachnoid hemorrhage (n=1), progressive neurologic worsening (n=2) and pulmonary embolism (n=1).

Conclusion

The ADPAP is more common in the presented group of DPAP. The time from onset of symptoms to verification of the diagnosis may take several years. Paraprotein was more often represented by immunoglobulins M and G, but kappa-chain clonality predominates. When analyzing small groups of patients with DDPAP, the efficacy of glucocorticosteroids was confirmed, but better efficacy was found for rituximab. Further studies are needed to determine the optimal treatment.

Keywords

Paraproteinaemia, immunochemical variants, polyneuropathy, treatment.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30084" ["VALUE"]=> string(59) "LP-10. Paraprotein associated polyneuropathy: A case series" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(59) "LP-10. Paraprotein associated polyneuropathy: A case series" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30085" ["VALUE"]=> string(4) "3354" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3354" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30086" ["VALUE"]=> string(4) "3355" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3355" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30081" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(601) "<p>Vsevolod G. Potapenko<sup>1</sup>, Yana B. Kushnir<sup>2</sup>, Vasily N. Kiselev<sup>4</sup>, Julia V. Zabutova<sup>1</sup>, Sergey M. Zatakovenko<sup>3</sup>, Natalia A. Totolyan<sup>2</sup>, Natalia A. Kotova<sup>1</sup>, Olga V. Kudyasheva<sup>2</sup>, Dmitry I. Rudenko<sup>2,3</sup>, Irina A. Samorodova<sup>1</sup>, Alexander V. Serkov<sup>1</sup>, Olga V. Nebelitskaya<sup>1</sup>, Nadezhda V. Medvedeva<sup>1</sup> </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(433) "

Vsevolod G. Potapenko1, Yana B. Kushnir2, Vasily N. Kiselev4, Julia V. Zabutova1, Sergey M. Zatakovenko3, Natalia A. Totolyan2, Natalia A. Kotova1, Olga V. Kudyasheva2, Dmitry I. Rudenko2,3, Irina A. Samorodova1, Alexander V. Serkov1, Olga V. Nebelitskaya1, Nadezhda V. Medvedeva1

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(433) "

Vsevolod G. Potapenko1, Yana B. Kushnir2, Vasily N. Kiselev4, Julia V. Zabutova1, Sergey M. Zatakovenko3, Natalia A. Totolyan2, Natalia A. Kotova1, Olga V. Kudyasheva2, Dmitry I. Rudenko2,3, Irina A. Samorodova1, Alexander V. Serkov1, Olga V. Nebelitskaya1, Nadezhda V. Medvedeva1

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30083" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3695) "<p style="text-align: justify;">Dysimmune paraprotein-associated polyneuropathies (DPAP) are a group of diseases with different courses. The period from initial complaints to clinical verification, due to the rarity of the diagnosis, may take a long time. Standard first-line therapy for demyelination includes glucocorticosteroids; second-line therapy has not been specified. Our aim was to rise alertness of the medical community about the peculiarities of diagnosis and treatment of patients with DPAP.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> We performed a retrospective analysis of DPAP cases. Axonal (ADPAP) or demyelinating (DDPAP) type of polyneuropathy was diagnosed on the basis of electroneuromyographic study, according to the criteria of European Academy of Neurology and Peripheral Nerve Society adopted in 2021. In small-fiber ADPAP, the diagnosis was specified by quantitative sensory testing. Immunosuppressive/modulatory treatment included plasmapheresis for at least three weeks, prednisolone 1 mg/kg/day for at least two weeks, rituximab once every 6 months for up to 2 years (375 mg/m<sup>2</sup>, 4 weekly injections or 2 be-weekly injections of 1000 mg/m<sup>2</sup>), intravenous immunoglobulin 2 g/kg, then 1 g/kg monthly injections to maintain clinical response, and azathioprine 1-3 mg/day for at least one month. The therapy was considered effective in case of neurological improvement.</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> We analyzed clinical data of 16 patients with DPAP (8 males and 8 females. Median age at the disease onset was 57 years (41-88), and their age at diagnosis was 60 (49-88) years. The median paraprotein concentration was 4.03 (0.17-26.7) g/L. Immunochemical variants and the pattern of neural affection are listed in Table 1.</p> <p style="text-align: justify;"> All patients received symptomatic analgesic therapy with GABA analogs. Patients with a predominantly demyelinating pattern received specific treatment. In a small-group analysis, rituximab showed higher efficacy in the DDPAP treatment compared with glucocorticosteroids. The general characteristics of therapy and its efficacy are summarized in Table 2.</p> <p style="text-align: justify;"> Three patients (ADPAP, n=2 and DDPAP, n=1) were diagnosed with smoldering multiple myeloma. A single patient with smoldering myeloma and DDPAP received antitumor therapy with lenalidomide, daratumumab and dexamethasone along with intravenous immunoglobulin treatment. A persistent neurologic improvement without any correlation with paraprotein concentration shifts was observed. At a median follow-up of 15 (1-132) months, 4 (25%) patients died from subarachnoid hemorrhage (n=1), progressive neurologic worsening (n=2) and pulmonary embolism (n=1).</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> The ADPAP is more common in the presented group of DPAP. The time from onset of symptoms to verification of the diagnosis may take several years. Paraprotein was more often represented by immunoglobulins M and G, but kappa-chain clonality predominates. When analyzing small groups of patients with DDPAP, the efficacy of glucocorticosteroids was confirmed, but better efficacy was found for rituximab. Further studies are needed to determine the optimal treatment.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Paraproteinaemia, immunochemical variants, polyneuropathy, treatment. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3469) "

Dysimmune paraprotein-associated polyneuropathies (DPAP) are a group of diseases with different courses. The period from initial complaints to clinical verification, due to the rarity of the diagnosis, may take a long time. Standard first-line therapy for demyelination includes glucocorticosteroids; second-line therapy has not been specified. Our aim was to rise alertness of the medical community about the peculiarities of diagnosis and treatment of patients with DPAP.

Materials and methods

We performed a retrospective analysis of DPAP cases. Axonal (ADPAP) or demyelinating (DDPAP) type of polyneuropathy was diagnosed on the basis of electroneuromyographic study, according to the criteria of European Academy of Neurology and Peripheral Nerve Society adopted in 2021. In small-fiber ADPAP, the diagnosis was specified by quantitative sensory testing. Immunosuppressive/modulatory treatment included plasmapheresis for at least three weeks, prednisolone 1 mg/kg/day for at least two weeks, rituximab once every 6 months for up to 2 years (375 mg/m2, 4 weekly injections or 2 be-weekly injections of 1000 mg/m2), intravenous immunoglobulin 2 g/kg, then 1 g/kg monthly injections to maintain clinical response, and azathioprine 1-3 mg/day for at least one month. The therapy was considered effective in case of neurological improvement.

Results

We analyzed clinical data of 16 patients with DPAP (8 males and 8 females. Median age at the disease onset was 57 years (41-88), and their age at diagnosis was 60 (49-88) years. The median paraprotein concentration was 4.03 (0.17-26.7) g/L. Immunochemical variants and the pattern of neural affection are listed in Table 1.

All patients received symptomatic analgesic therapy with GABA analogs. Patients with a predominantly demyelinating pattern received specific treatment. In a small-group analysis, rituximab showed higher efficacy in the DDPAP treatment compared with glucocorticosteroids. The general characteristics of therapy and its efficacy are summarized in Table 2.

Three patients (ADPAP, n=2 and DDPAP, n=1) were diagnosed with smoldering multiple myeloma. A single patient with smoldering myeloma and DDPAP received antitumor therapy with lenalidomide, daratumumab and dexamethasone along with intravenous immunoglobulin treatment. A persistent neurologic improvement without any correlation with paraprotein concentration shifts was observed. At a median follow-up of 15 (1-132) months, 4 (25%) patients died from subarachnoid hemorrhage (n=1), progressive neurologic worsening (n=2) and pulmonary embolism (n=1).

Conclusion

The ADPAP is more common in the presented group of DPAP. The time from onset of symptoms to verification of the diagnosis may take several years. Paraprotein was more often represented by immunoglobulins M and G, but kappa-chain clonality predominates. When analyzing small groups of patients with DDPAP, the efficacy of glucocorticosteroids was confirmed, but better efficacy was found for rituximab. Further studies are needed to determine the optimal treatment.

Keywords

Paraproteinaemia, immunochemical variants, polyneuropathy, treatment.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3469) "

Dysimmune paraprotein-associated polyneuropathies (DPAP) are a group of diseases with different courses. The period from initial complaints to clinical verification, due to the rarity of the diagnosis, may take a long time. Standard first-line therapy for demyelination includes glucocorticosteroids; second-line therapy has not been specified. Our aim was to rise alertness of the medical community about the peculiarities of diagnosis and treatment of patients with DPAP.

Materials and methods

We performed a retrospective analysis of DPAP cases. Axonal (ADPAP) or demyelinating (DDPAP) type of polyneuropathy was diagnosed on the basis of electroneuromyographic study, according to the criteria of European Academy of Neurology and Peripheral Nerve Society adopted in 2021. In small-fiber ADPAP, the diagnosis was specified by quantitative sensory testing. Immunosuppressive/modulatory treatment included plasmapheresis for at least three weeks, prednisolone 1 mg/kg/day for at least two weeks, rituximab once every 6 months for up to 2 years (375 mg/m2, 4 weekly injections or 2 be-weekly injections of 1000 mg/m2), intravenous immunoglobulin 2 g/kg, then 1 g/kg monthly injections to maintain clinical response, and azathioprine 1-3 mg/day for at least one month. The therapy was considered effective in case of neurological improvement.

Results

We analyzed clinical data of 16 patients with DPAP (8 males and 8 females. Median age at the disease onset was 57 years (41-88), and their age at diagnosis was 60 (49-88) years. The median paraprotein concentration was 4.03 (0.17-26.7) g/L. Immunochemical variants and the pattern of neural affection are listed in Table 1.

All patients received symptomatic analgesic therapy with GABA analogs. Patients with a predominantly demyelinating pattern received specific treatment. In a small-group analysis, rituximab showed higher efficacy in the DDPAP treatment compared with glucocorticosteroids. The general characteristics of therapy and its efficacy are summarized in Table 2.

Three patients (ADPAP, n=2 and DDPAP, n=1) were diagnosed with smoldering multiple myeloma. A single patient with smoldering myeloma and DDPAP received antitumor therapy with lenalidomide, daratumumab and dexamethasone along with intravenous immunoglobulin treatment. A persistent neurologic improvement without any correlation with paraprotein concentration shifts was observed. At a median follow-up of 15 (1-132) months, 4 (25%) patients died from subarachnoid hemorrhage (n=1), progressive neurologic worsening (n=2) and pulmonary embolism (n=1).

Conclusion

The ADPAP is more common in the presented group of DPAP. The time from onset of symptoms to verification of the diagnosis may take several years. Paraprotein was more often represented by immunoglobulins M and G, but kappa-chain clonality predominates. When analyzing small groups of patients with DDPAP, the efficacy of glucocorticosteroids was confirmed, but better efficacy was found for rituximab. Further studies are needed to determine the optimal treatment.

Keywords

Paraproteinaemia, immunochemical variants, polyneuropathy, treatment.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30080" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30084" ["VALUE"]=> string(59) "LP-10. Paraprotein associated polyneuropathy: A case series" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(59) "LP-10. Paraprotein associated polyneuropathy: A case series" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(59) "LP-10. Paraprotein associated polyneuropathy: A case series" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30082" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(475) "<p><sup>1</sup> Municipal Clinical Hospital No. 31, St. Petersburg, Russia<br> <sup>2</sup> Pavlov University, St. Petersburg, Russia<br> <sup>3</sup> Municipal Multidisciplinary Hospital No. 2, St. Petersburg, Russia<br> <sup>4</sup> Reaclinic, St. Petersburg, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Vsevolod G. Potapenko, e-mail: potapenko.vsevolod@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(367) "

1 Municipal Clinical Hospital No. 31, St. Petersburg, Russia
2 Pavlov University, St. Petersburg, Russia
3 Municipal Multidisciplinary Hospital No. 2, St. Petersburg, Russia
4 Reaclinic, St. Petersburg, Russia


Contact: Dr. Vsevolod G. Potapenko, e-mail: potapenko.vsevolod@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(367) "

1 Municipal Clinical Hospital No. 31, St. Petersburg, Russia
2 Pavlov University, St. Petersburg, Russia
3 Municipal Multidisciplinary Hospital No. 2, St. Petersburg, Russia
4 Reaclinic, St. Petersburg, Russia


Contact: Dr. Vsevolod G. Potapenko, e-mail: potapenko.vsevolod@mail.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30077" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(790) "<p>Всеволод Г. Потапенко<sup>1</sup>, Яна Б. Кушнир<sup>2</sup>, Василий Н. Киселев<sup>4</sup>, Юлия В. Забутова<sup>1</sup>, Сергей М. Затаковенко<sup>3</sup>, Наталья А. Тотолян<sup>2</sup>, Наталья А. Котова<sup>1</sup>, Ольга В. Кудяшева<sup>2</sup>, Дмитрий И. Руденко<sup>2,3</sup>, Ирина А. Самородова<sup>1</sup>, Александр В. Серков<sup>1</sup>, Ольга В. Небелицкая<sup>1</sup>, Надежда В. Медведева<sup>1</sup></p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(622) "

Всеволод Г. Потапенко1, Яна Б. Кушнир2, Василий Н. Киселев4, Юлия В. Забутова1, Сергей М. Затаковенко3, Наталья А. Тотолян2, Наталья А. Котова1, Ольга В. Кудяшева2, Дмитрий И. Руденко2,3, Ирина А. Самородова1, Александр В. Серков1, Ольга В. Небелицкая1, Надежда В. Медведева1

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(622) "

Всеволод Г. Потапенко1, Яна Б. Кушнир2, Василий Н. Киселев4, Юлия В. Забутова1, Сергей М. Затаковенко3, Наталья А. Тотолян2, Наталья А. Котова1, Ольга В. Кудяшева2, Дмитрий И. Руденко2,3, Ирина А. Самородова1, Александр В. Серков1, Ольга В. Небелицкая1, Надежда В. Медведева1

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30079" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6410) "<p style="text-align: justify;">Дизиммунные парапротеинассоциированные полинейропатии (ДПАП) – это группа различных по течению заболевания. Период от появления жалоб до верификации в связи с редкостью диагноза может занимать длительное время. К стандартной терапии первой линии при демиелинизации относятся глюкокортикостероиды, терапия второй линии не определена. Целью работы было повышение информированности медицинского сообщества об особенностях диагностики и лечения пациентов с ДПАП. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Исследование проведено с помощью ретроспективного анализа медицинской документации. Аксональный (АДПАП) или демиелинизирующий (ДДПАП) тип полинейропатии установлен на основании электронейромиографического исследования в соответствии с критериями Европейской академии неврологии и Общества специалистов по заболеваниям периферических нервов, принятыми в 2021 году. При АДПАП мелких волокон диагноз уточнен на основании количественного сенсорного тестирования. Варианты специфического лечения: плазмаферез в течение не менее трех недель, преднизолон 1 мг/кг/сут. не менее двух недель, ритуксимаб один раз в 6 месяцев до 2 лет (375 мг/м<sup>2</sup> 4 еженедельных введения или 2 введения по 1000 мг/м<sup>2</sup> с интервалом в 2 недели), внутривенный иммуноглобулин начиная с 2 гр/кг, далее 1 гр/кг ежемесячно на период сохранения ответа, азатиоприн 1-3 мг/сутки не менее месяца. Терапия считалась эффективной при уменьшении неврологического дефицита.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Проанализированы данные 16 пациентов с ДПАП: 8 мужчин и 8 женщин, медиана возраста дебюта – 57 (41-88) лет, медиана верификации диагноза – 60 (49-88) лет. Медиана концентрации парапротеина – 4,03 (0,17-26,7) г/л. Иммунохимический вариант и преимущественный тип поражения нервных волокон представлены в Табл. 1. Все пациенты получали симптоматическую анальгетическую терапию аналогами ГАМК. Пациенты с преимущественно демиелинизирующим паттерном поражения получали специфическое лечение. Ритуксимаб показал наибольшую эффективность в лечении ДДПАП по сравнению с глюкокортикостероидами. Общая характеристика и эффективность препаратов и технологий приведена в Табл. 2. У троих пациентов с полинейропатией (AДПАП, n=2 и ДДПАП, n=1) диагностирована тлеющая множественная миелома. Один из пациентов с тлеющей миеломой и ДДПАП, параллельно лечению внутривенным иммуноглобулином, получал противоопухолевую терапию леналидомидом, даратумумабом и дексаметазоном. Достигнуто стойкое уменьшение неврологического дефицита без связи с колебаниями концентрации парапротеина. При медиане наблюдения 15 (1-132) мес. погибли 4 (25%) пациента от субарахноидального кровоизлияния (n=1), тромбоэмболии легочной артерии (n=1) и прогрессирующего неврологического дефицита (n=2).</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;">В представленной группе ДПАП чаще встречается аксональный тип поражения. Время от появления симптомов до верификации диагноза может занимать несколько лет. Парапротеин чаще был представлен с равной частотой иммуноглобулинами M и G, но преобладает клональность каппа-цепи. При анализе малых групп пациентов с ДДПАП, подтверждена эффективность глюкокортикостероидов, но наибольшая результативность выявлена для ритуксимаба. Необходимо продолжение исследования для определения оптимальной тактики. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Парапротеинемия, иммунохимические варианты, полинейропатия, лечение. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6228) "

Дизиммунные парапротеинассоциированные полинейропатии (ДПАП) – это группа различных по течению заболевания. Период от появления жалоб до верификации в связи с редкостью диагноза может занимать длительное время. К стандартной терапии первой линии при демиелинизации относятся глюкокортикостероиды, терапия второй линии не определена. Целью работы было повышение информированности медицинского сообщества об особенностях диагностики и лечения пациентов с ДПАП.

Материалы и методы

Исследование проведено с помощью ретроспективного анализа медицинской документации. Аксональный (АДПАП) или демиелинизирующий (ДДПАП) тип полинейропатии установлен на основании электронейромиографического исследования в соответствии с критериями Европейской академии неврологии и Общества специалистов по заболеваниям периферических нервов, принятыми в 2021 году. При АДПАП мелких волокон диагноз уточнен на основании количественного сенсорного тестирования. Варианты специфического лечения: плазмаферез в течение не менее трех недель, преднизолон 1 мг/кг/сут. не менее двух недель, ритуксимаб один раз в 6 месяцев до 2 лет (375 мг/м2 4 еженедельных введения или 2 введения по 1000 мг/м2 с интервалом в 2 недели), внутривенный иммуноглобулин начиная с 2 гр/кг, далее 1 гр/кг ежемесячно на период сохранения ответа, азатиоприн 1-3 мг/сутки не менее месяца. Терапия считалась эффективной при уменьшении неврологического дефицита.

Результаты

Проанализированы данные 16 пациентов с ДПАП: 8 мужчин и 8 женщин, медиана возраста дебюта – 57 (41-88) лет, медиана верификации диагноза – 60 (49-88) лет. Медиана концентрации парапротеина – 4,03 (0,17-26,7) г/л. Иммунохимический вариант и преимущественный тип поражения нервных волокон представлены в Табл. 1. Все пациенты получали симптоматическую анальгетическую терапию аналогами ГАМК. Пациенты с преимущественно демиелинизирующим паттерном поражения получали специфическое лечение. Ритуксимаб показал наибольшую эффективность в лечении ДДПАП по сравнению с глюкокортикостероидами. Общая характеристика и эффективность препаратов и технологий приведена в Табл. 2. У троих пациентов с полинейропатией (AДПАП, n=2 и ДДПАП, n=1) диагностирована тлеющая множественная миелома. Один из пациентов с тлеющей миеломой и ДДПАП, параллельно лечению внутривенным иммуноглобулином, получал противоопухолевую терапию леналидомидом, даратумумабом и дексаметазоном. Достигнуто стойкое уменьшение неврологического дефицита без связи с колебаниями концентрации парапротеина. При медиане наблюдения 15 (1-132) мес. погибли 4 (25%) пациента от субарахноидального кровоизлияния (n=1), тромбоэмболии легочной артерии (n=1) и прогрессирующего неврологического дефицита (n=2).

Заключение

В представленной группе ДПАП чаще встречается аксональный тип поражения. Время от появления симптомов до верификации диагноза может занимать несколько лет. Парапротеин чаще был представлен с равной частотой иммуноглобулинами M и G, но преобладает клональность каппа-цепи. При анализе малых групп пациентов с ДДПАП, подтверждена эффективность глюкокортикостероидов, но наибольшая результативность выявлена для ритуксимаба. Необходимо продолжение исследования для определения оптимальной тактики.

Ключевые слова

Парапротеинемия, иммунохимические варианты, полинейропатия, лечение.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(6228) "

Дизиммунные парапротеинассоциированные полинейропатии (ДПАП) – это группа различных по течению заболевания. Период от появления жалоб до верификации в связи с редкостью диагноза может занимать длительное время. К стандартной терапии первой линии при демиелинизации относятся глюкокортикостероиды, терапия второй линии не определена. Целью работы было повышение информированности медицинского сообщества об особенностях диагностики и лечения пациентов с ДПАП.

Материалы и методы

Исследование проведено с помощью ретроспективного анализа медицинской документации. Аксональный (АДПАП) или демиелинизирующий (ДДПАП) тип полинейропатии установлен на основании электронейромиографического исследования в соответствии с критериями Европейской академии неврологии и Общества специалистов по заболеваниям периферических нервов, принятыми в 2021 году. При АДПАП мелких волокон диагноз уточнен на основании количественного сенсорного тестирования. Варианты специфического лечения: плазмаферез в течение не менее трех недель, преднизолон 1 мг/кг/сут. не менее двух недель, ритуксимаб один раз в 6 месяцев до 2 лет (375 мг/м2 4 еженедельных введения или 2 введения по 1000 мг/м2 с интервалом в 2 недели), внутривенный иммуноглобулин начиная с 2 гр/кг, далее 1 гр/кг ежемесячно на период сохранения ответа, азатиоприн 1-3 мг/сутки не менее месяца. Терапия считалась эффективной при уменьшении неврологического дефицита.

Результаты

Проанализированы данные 16 пациентов с ДПАП: 8 мужчин и 8 женщин, медиана возраста дебюта – 57 (41-88) лет, медиана верификации диагноза – 60 (49-88) лет. Медиана концентрации парапротеина – 4,03 (0,17-26,7) г/л. Иммунохимический вариант и преимущественный тип поражения нервных волокон представлены в Табл. 1. Все пациенты получали симптоматическую анальгетическую терапию аналогами ГАМК. Пациенты с преимущественно демиелинизирующим паттерном поражения получали специфическое лечение. Ритуксимаб показал наибольшую эффективность в лечении ДДПАП по сравнению с глюкокортикостероидами. Общая характеристика и эффективность препаратов и технологий приведена в Табл. 2. У троих пациентов с полинейропатией (AДПАП, n=2 и ДДПАП, n=1) диагностирована тлеющая множественная миелома. Один из пациентов с тлеющей миеломой и ДДПАП, параллельно лечению внутривенным иммуноглобулином, получал противоопухолевую терапию леналидомидом, даратумумабом и дексаметазоном. Достигнуто стойкое уменьшение неврологического дефицита без связи с колебаниями концентрации парапротеина. При медиане наблюдения 15 (1-132) мес. погибли 4 (25%) пациента от субарахноидального кровоизлияния (n=1), тромбоэмболии легочной артерии (n=1) и прогрессирующего неврологического дефицита (n=2).

Заключение

В представленной группе ДПАП чаще встречается аксональный тип поражения. Время от появления симптомов до верификации диагноза может занимать несколько лет. Парапротеин чаще был представлен с равной частотой иммуноглобулинами M и G, но преобладает клональность каппа-цепи. При анализе малых групп пациентов с ДДПАП, подтверждена эффективность глюкокортикостероидов, но наибольшая результативность выявлена для ритуксимаба. Необходимо продолжение исследования для определения оптимальной тактики.

Ключевые слова

Парапротеинемия, иммунохимические варианты, полинейропатия, лечение.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30078" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(650) "<p><sup>1</sup> Городская клиническая больница №31, Санкт-Петербург, Россия<br> <sup>2</sup> Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия<br> <sup>3</sup> Городская многопрофильная больница №2, Санкт-Петербург, Россия<br> <sup>4</sup> Клиника Reaclinic, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(572) "

1 Городская клиническая больница №31, Санкт-Петербург, Россия
2 Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия
3 Городская многопрофильная больница №2, Санкт-Петербург, Россия
4 Клиника Reaclinic, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(572) "

1 Городская клиническая больница №31, Санкт-Петербург, Россия
2 Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия
3 Городская многопрофильная больница №2, Санкт-Петербург, Россия
4 Клиника Reaclinic, Санкт-Петербург, Россия

" } } } [3]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["ID"]=> string(4) "2195" ["~ID"]=> string(4) "2195" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["~NAME"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 05:14:25 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 05:14:25 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(228) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-11-snizhenie-kontsentratsii-tsirkuliruyushchego-v-krovi-belka-bcma-posle-transplantatsii-autologi/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(228) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-11-snizhenie-kontsentratsii-tsirkuliruyushchego-v-krovi-belka-bcma-posle-transplantatsii-autologi/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(3) "110" ["~SORT"]=> string(3) "110" ["CODE"]=> string(100) "lp-11-snizhenie-kontsentratsii-tsirkuliruyushchego-v-krovi-belka-bcma-posle-transplantatsii-autologi" ["~CODE"]=> string(100) "lp-11-snizhenie-kontsentratsii-tsirkuliruyushchego-v-krovi-belka-bcma-posle-transplantatsii-autologi" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2195" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2195" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(439) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломойLP-11. Decreased concentration of circulating BCMA protein after autologous transplantation of hematopoietic stem cells in multiple myeloma patients" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(7024) "<p style="text-align: justify;">Антиген В-клеточного созревания (BCMA, CD269) – трансмембранный сигнальный белок, экспрессируемый преимущественно зрелыми B-лимфоцитами, который участвует в процессах созревания В-клеток и формирования иммунного ответа. Степень экспрессии этого кластера дифференцировки повышена на опухолевых плазматических клетках. Поверхностный домен белка BCMA лизируется ферментами, циркулирует в крови и может быть обнаружен в сыворотке больных множественной миеломой (ММ) методом иммуноферментного анализа (ИФА). Высокая концентрация этого белка детектируется у больных ММ как в дебюте, так и в прогрессии заболевания. К настоящему момент опубликован ряд работ, демонстрирующих взаимосвязь между концентрацией BCMA в крови и глубиной ответа на терапию. Целью нашей работы была оценка динамики концентрации циркулирующего белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания и на 100 день после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК).</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В проспективное исследование включены 26 больных ММ (13 женщин, 13 мужчин) в возрасте от 26 до 67 лет (медиана 54 года) с впервые выявленной ММ. Диагноз устанавливали согласно критериям Международной рабочей группы по изучению множественной миеломы (IMWG, 2014). Стадия заболевания по системе R-ISS в момент диагностики была расценена как I у 8 больных, II – у 11, III – в 7 случаях. 22 больным индукционная терапия проводилась с включением 2 таргетных препаратов (бортезомиб и леналидомид); 3 больным – 3 таргетных препарата (бортезомиб, леналидомид, даратумумаб); 1 больному – 1 таргетный препарат (бортезомиб). При оценке эффективности индукционной терапии по критериям IMWG полная ремиссия (ПР) и очень хорошая частичная ремиссия (ОХЧР) достигнуты у 13 больных (50%), частичная ремиссия (ЧР) – у 13 (50%). Всем больным была выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования высокодозным мелфаланом (140-200 мг/м<sup>2</sup>). Концентрация BCMA, циркулирующего в сыворотке, оценивалась методом ИФА в дебюте заболевания и после ауто-ТГСК. В качестве контроля использовалась сыворотка крови 15 доноров. Медиана концентрации белка BCMA у доноров составила 157,9 пг/мл (30,8-322,3). Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью программы SPSS. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Концентрация белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания варьировала от 181,4 пг/мл до 16312,8 пг/мл; при этом у 6 больных (24%) концентрация исследуемого белка не превышала донорских значений. На +100 день после ауто-ТГСК у 11 больных (42%) констатирована ПР, у 8 (31%) – ОХЧР, у 6 (23%) – ЧР, у 1 (4%) – прогрессия заболевания (ПЗ). Концентрация белка BCMA составила от 22,1 пг/мл до 3378,8 пг/мл. У 24 больных (92%) отмечено снижение концентрации BCMA в сыворотке до донорских значений. У двух пациентов (8%) концентрация BCMA сохранялась повышенной. У 1 больного с ЧР уровень ВСМА составил 1147,4 пг/мл, у больного с прогрессией – 3378,8 пг/мл. Далее нами была оценена глубина ответа после ауто-ТГСК в зависимости от концентрации белка BCMA в дебюте ММ. У больных, достигших ПР на +100 день ауто-ТГСК, медиана концентрации циркулирующего белка BCMA в дебюте ММ была достоверно ниже, чем у больных с ОХЧР и ЧР: 1252,9 пг/мл против 2539,3 пг/мл, соответственно (р=0.04).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> У 76% больных в дебюте ММ выявляется повышенная концентрация циркулирующего белка BCMA в крови. Достижение глубокого противоопухолевого ответа после ауто-ТГСК сопровождалось снижением концентрации исследуемого белка до донорских значений у 92% больных. Контроль концентрации белка BCMA в крови может быть рассмотрена в качестве дополнительного метода для оценки эффективности противоопухолевого лечения. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Множественная миелома, трансплантация гемопоэтических клеток, аутологичная, BCMA.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-11-snizhenie-kontsentratsii-tsirkuliruyushchego-v-krovi-belka-bcma-posle-transplantatsii-autologi" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(291) "LP-11. Снижение концентрации циркулирующего в крови белка BCMA после трансплантации аутологичных стволовых кроветворных клеток у больных множественной миеломой" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-11-snizhenie-kontsentratsii-tsirkuliruyushchego-v-krovi-belka-bcma-posle-transplantatsii-autologi" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-11-snizhenie-kontsentratsii-tsirkuliruyushchego-v-krovi-belka-bcma-posle-transplantatsii-autologi" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-11-snizhenie-kontsentratsii-tsirkuliruyushchego-v-krovi-belka-bcma-posle-transplantatsii-autologi" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30087" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(348) "<p>Антон А. Старцев, Максим В. Соловьев, Валентина Н. Двирнык, Мария Н. Панасенко, Майя В. Соловьева, Александра В. Абакумова, Елизавета А. Мамаева, Виктория А. Хышова, Лариса П. Менделеева</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(336) "

Антон А. Старцев, Максим В. Соловьев, Валентина Н. Двирнык, Мария Н. Панасенко, Майя В. Соловьева, Александра В. Абакумова, Елизавета А. Мамаева, Виктория А. Хышова, Лариса П. Менделеева

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30088" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(164) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(152) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30089" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7024) "<p style="text-align: justify;">Антиген В-клеточного созревания (BCMA, CD269) – трансмембранный сигнальный белок, экспрессируемый преимущественно зрелыми B-лимфоцитами, который участвует в процессах созревания В-клеток и формирования иммунного ответа. Степень экспрессии этого кластера дифференцировки повышена на опухолевых плазматических клетках. Поверхностный домен белка BCMA лизируется ферментами, циркулирует в крови и может быть обнаружен в сыворотке больных множественной миеломой (ММ) методом иммуноферментного анализа (ИФА). Высокая концентрация этого белка детектируется у больных ММ как в дебюте, так и в прогрессии заболевания. К настоящему момент опубликован ряд работ, демонстрирующих взаимосвязь между концентрацией BCMA в крови и глубиной ответа на терапию. Целью нашей работы была оценка динамики концентрации циркулирующего белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания и на 100 день после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК).</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В проспективное исследование включены 26 больных ММ (13 женщин, 13 мужчин) в возрасте от 26 до 67 лет (медиана 54 года) с впервые выявленной ММ. Диагноз устанавливали согласно критериям Международной рабочей группы по изучению множественной миеломы (IMWG, 2014). Стадия заболевания по системе R-ISS в момент диагностики была расценена как I у 8 больных, II – у 11, III – в 7 случаях. 22 больным индукционная терапия проводилась с включением 2 таргетных препаратов (бортезомиб и леналидомид); 3 больным – 3 таргетных препарата (бортезомиб, леналидомид, даратумумаб); 1 больному – 1 таргетный препарат (бортезомиб). При оценке эффективности индукционной терапии по критериям IMWG полная ремиссия (ПР) и очень хорошая частичная ремиссия (ОХЧР) достигнуты у 13 больных (50%), частичная ремиссия (ЧР) – у 13 (50%). Всем больным была выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования высокодозным мелфаланом (140-200 мг/м<sup>2</sup>). Концентрация BCMA, циркулирующего в сыворотке, оценивалась методом ИФА в дебюте заболевания и после ауто-ТГСК. В качестве контроля использовалась сыворотка крови 15 доноров. Медиана концентрации белка BCMA у доноров составила 157,9 пг/мл (30,8-322,3). Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью программы SPSS. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Концентрация белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания варьировала от 181,4 пг/мл до 16312,8 пг/мл; при этом у 6 больных (24%) концентрация исследуемого белка не превышала донорских значений. На +100 день после ауто-ТГСК у 11 больных (42%) констатирована ПР, у 8 (31%) – ОХЧР, у 6 (23%) – ЧР, у 1 (4%) – прогрессия заболевания (ПЗ). Концентрация белка BCMA составила от 22,1 пг/мл до 3378,8 пг/мл. У 24 больных (92%) отмечено снижение концентрации BCMA в сыворотке до донорских значений. У двух пациентов (8%) концентрация BCMA сохранялась повышенной. У 1 больного с ЧР уровень ВСМА составил 1147,4 пг/мл, у больного с прогрессией – 3378,8 пг/мл. Далее нами была оценена глубина ответа после ауто-ТГСК в зависимости от концентрации белка BCMA в дебюте ММ. У больных, достигших ПР на +100 день ауто-ТГСК, медиана концентрации циркулирующего белка BCMA в дебюте ММ была достоверно ниже, чем у больных с ОХЧР и ЧР: 1252,9 пг/мл против 2539,3 пг/мл, соответственно (р=0.04).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> У 76% больных в дебюте ММ выявляется повышенная концентрация циркулирующего белка BCMA в крови. Достижение глубокого противоопухолевого ответа после ауто-ТГСК сопровождалось снижением концентрации исследуемого белка до донорских значений у 92% больных. Контроль концентрации белка BCMA в крови может быть рассмотрена в качестве дополнительного метода для оценки эффективности противоопухолевого лечения. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Множественная миелома, трансплантация гемопоэтических клеток, аутологичная, BCMA.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6854) "

Антиген В-клеточного созревания (BCMA, CD269) – трансмембранный сигнальный белок, экспрессируемый преимущественно зрелыми B-лимфоцитами, который участвует в процессах созревания В-клеток и формирования иммунного ответа. Степень экспрессии этого кластера дифференцировки повышена на опухолевых плазматических клетках. Поверхностный домен белка BCMA лизируется ферментами, циркулирует в крови и может быть обнаружен в сыворотке больных множественной миеломой (ММ) методом иммуноферментного анализа (ИФА). Высокая концентрация этого белка детектируется у больных ММ как в дебюте, так и в прогрессии заболевания. К настоящему момент опубликован ряд работ, демонстрирующих взаимосвязь между концентрацией BCMA в крови и глубиной ответа на терапию. Целью нашей работы была оценка динамики концентрации циркулирующего белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания и на 100 день после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК).

Материалы и методы

В проспективное исследование включены 26 больных ММ (13 женщин, 13 мужчин) в возрасте от 26 до 67 лет (медиана 54 года) с впервые выявленной ММ. Диагноз устанавливали согласно критериям Международной рабочей группы по изучению множественной миеломы (IMWG, 2014). Стадия заболевания по системе R-ISS в момент диагностики была расценена как I у 8 больных, II – у 11, III – в 7 случаях. 22 больным индукционная терапия проводилась с включением 2 таргетных препаратов (бортезомиб и леналидомид); 3 больным – 3 таргетных препарата (бортезомиб, леналидомид, даратумумаб); 1 больному – 1 таргетный препарат (бортезомиб). При оценке эффективности индукционной терапии по критериям IMWG полная ремиссия (ПР) и очень хорошая частичная ремиссия (ОХЧР) достигнуты у 13 больных (50%), частичная ремиссия (ЧР) – у 13 (50%). Всем больным была выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования высокодозным мелфаланом (140-200 мг/м2). Концентрация BCMA, циркулирующего в сыворотке, оценивалась методом ИФА в дебюте заболевания и после ауто-ТГСК. В качестве контроля использовалась сыворотка крови 15 доноров. Медиана концентрации белка BCMA у доноров составила 157,9 пг/мл (30,8-322,3). Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью программы SPSS.

Результаты

Концентрация белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания варьировала от 181,4 пг/мл до 16312,8 пг/мл; при этом у 6 больных (24%) концентрация исследуемого белка не превышала донорских значений. На +100 день после ауто-ТГСК у 11 больных (42%) констатирована ПР, у 8 (31%) – ОХЧР, у 6 (23%) – ЧР, у 1 (4%) – прогрессия заболевания (ПЗ). Концентрация белка BCMA составила от 22,1 пг/мл до 3378,8 пг/мл. У 24 больных (92%) отмечено снижение концентрации BCMA в сыворотке до донорских значений. У двух пациентов (8%) концентрация BCMA сохранялась повышенной. У 1 больного с ЧР уровень ВСМА составил 1147,4 пг/мл, у больного с прогрессией – 3378,8 пг/мл. Далее нами была оценена глубина ответа после ауто-ТГСК в зависимости от концентрации белка BCMA в дебюте ММ. У больных, достигших ПР на +100 день ауто-ТГСК, медиана концентрации циркулирующего белка BCMA в дебюте ММ была достоверно ниже, чем у больных с ОХЧР и ЧР: 1252,9 пг/мл против 2539,3 пг/мл, соответственно (р=0.04).

Выводы

У 76% больных в дебюте ММ выявляется повышенная концентрация циркулирующего белка BCMA в крови. Достижение глубокого противоопухолевого ответа после ауто-ТГСК сопровождалось снижением концентрации исследуемого белка до донорских значений у 92% больных. Контроль концентрации белка BCMA в крови может быть рассмотрена в качестве дополнительного метода для оценки эффективности противоопухолевого лечения.

Ключевые слова

Множественная миелома, трансплантация гемопоэтических клеток, аутологичная, BCMA.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30090" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30091" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(206) "<p>Anton A. Startsev, Maksim V. Solovev, Valentina N. Dvirnyk, Maria N. Panasenko, Maya V. Soloveva, Alexandra V. Abakumova, Elizaveta A. Mamaeva, Victoria A. Khyshova, Larisa P. Mendeleeva</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(194) "

Anton A. Startsev, Maksim V. Solovev, Valentina N. Dvirnyk, Maria N. Panasenko, Maya V. Soloveva, Alexandra V. Abakumova, Elizaveta A. Mamaeva, Victoria A. Khyshova, Larisa P. Mendeleeva

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30092" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(216) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Anton A. Startsev, phone: +7 (987) 741-24-29, e-mail: startsev.a@blood.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(174) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Anton A. Startsev, phone: +7 (987) 741-24-29, e-mail: startsev.a@blood.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30093" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4119) "<p style="text-align: justify;"> B-cell maturation antigen (BCMA, CD269) is a transmembrane signaling protein preferentially expressed by mature B lymphocytes. It participates in B cell maturation and development of immune response. This cluster of differentiation is overexpressed on malignant plasma cells. The surface domain of BCMA is lysed by enzymes. It circulates in bloodstream and can be detected in blood serum of multiple myeloma (MM) patients by enzyme immunoassay (ELISA). This protein is detected at high concentrations in MM patients, both at the onset and during progression of the disease. To date, a number of studies have been published which demonstrate a relationship between the concentration of BCMA in the blood and the depth of clinical response. Our aim was to evaluate the dynamics of BCMA protein concentration in blood serum of MM patients at the debut of the disease, and on day 100 after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT). </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> The prospective study included 26 MM patients (13 women, 13 males) aged 26 to 67 years (median, 54) with newly diagnosed MM. The diagnosis was based on the criteria of International Multiple Myeloma Working Group (IMWG) 2014. The stage of disease at diagnosis (by the R-ISS scale) was assessed as I in 8 patients; II, in 11; III, in 7 cases. 22 patients underwent induction therapy including 2 targeted drugs (bortezomib and lenalidomide); 3 patients received 3 targeted drugs (bortezomib, lenalidomide, daratumumab); 1 patient was treated by one targeted drug (bortezomib). Complete remission (CR) and very good partial remission (VGPR) were achieved in 13 patients (50%); partial remission (PR), in 13 (50%) after induction therapy. All patients underwent auto-HSCT after conditioning with high-dose melphalan (140-200 mg/m<sup>2</sup>). The serum concentration of BCMA was assessed by ELISA at the onset of the disease and after auto-HSCT on 100<sup>th</sup> day. Blood serum samples of 15 donors were used as controls. The median concentration of BCMA protein in donors was 157.9 pg/mL (30.8 to 322.3). Statistical processing of the obtained data was carried out using SPSS software. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> The concentration of BCMA protein in MM patients at the onset of the disease varied from 181.4 pg/ml to 16312.8 pg/ml. In 6 patients (24%), Meanwhile, the initial BCMA concentrations did not exceed the donor values in six MM cases. Eleven patients (42%) achieved CR; 8 (31%), VGPR; 6 (23%), PR. One patient developed the disease progression (PD) on the day +100 after auto-HSCT. BCMA concentration ranged from 22.1 pg/mL to 3378.8 pg/mL. 24 patients (92%) showed a decrease of serum BCMA concentration to the donor values. BCMA concentration remained elevated in 2 cases (8%). The BCMA level was 1147.4 pg/mL in one patient with PR. Another patient had a PD with BCMA concentration of 3378.8 pg/mL. Next, we evaluated the depth of clinical response after auto-HSCT depending on the initial BCMA levels. The median BCMA concentration at the onset of MM was significantly lower in those patients who achieved CR on day +100 following auto-HSCT compared to the patients with VGPR and PR: 1252.9 pg/mL <i>vs </i>2539.3 pg/mL, respectively (p =0.04). </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;"> 76% patients with newly diagnosed MM have an increased BCMA concentration in blood serum. A complete response after auto-HSCT was accompanied by a decrease in BCMA concentration to the normal donor values in 92% of MM patients. Monitoring of BCMA concentration in blood may be considered an additional method to assess the efficiency of treatment. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Multiple myeloma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous, BCMA. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3919) "

B-cell maturation antigen (BCMA, CD269) is a transmembrane signaling protein preferentially expressed by mature B lymphocytes. It participates in B cell maturation and development of immune response. This cluster of differentiation is overexpressed on malignant plasma cells. The surface domain of BCMA is lysed by enzymes. It circulates in bloodstream and can be detected in blood serum of multiple myeloma (MM) patients by enzyme immunoassay (ELISA). This protein is detected at high concentrations in MM patients, both at the onset and during progression of the disease. To date, a number of studies have been published which demonstrate a relationship between the concentration of BCMA in the blood and the depth of clinical response. Our aim was to evaluate the dynamics of BCMA protein concentration in blood serum of MM patients at the debut of the disease, and on day 100 after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT).

Materials and methods

The prospective study included 26 MM patients (13 women, 13 males) aged 26 to 67 years (median, 54) with newly diagnosed MM. The diagnosis was based on the criteria of International Multiple Myeloma Working Group (IMWG) 2014. The stage of disease at diagnosis (by the R-ISS scale) was assessed as I in 8 patients; II, in 11; III, in 7 cases. 22 patients underwent induction therapy including 2 targeted drugs (bortezomib and lenalidomide); 3 patients received 3 targeted drugs (bortezomib, lenalidomide, daratumumab); 1 patient was treated by one targeted drug (bortezomib). Complete remission (CR) and very good partial remission (VGPR) were achieved in 13 patients (50%); partial remission (PR), in 13 (50%) after induction therapy. All patients underwent auto-HSCT after conditioning with high-dose melphalan (140-200 mg/m2). The serum concentration of BCMA was assessed by ELISA at the onset of the disease and after auto-HSCT on 100th day. Blood serum samples of 15 donors were used as controls. The median concentration of BCMA protein in donors was 157.9 pg/mL (30.8 to 322.3). Statistical processing of the obtained data was carried out using SPSS software.

Results

The concentration of BCMA protein in MM patients at the onset of the disease varied from 181.4 pg/ml to 16312.8 pg/ml. In 6 patients (24%), Meanwhile, the initial BCMA concentrations did not exceed the donor values in six MM cases. Eleven patients (42%) achieved CR; 8 (31%), VGPR; 6 (23%), PR. One patient developed the disease progression (PD) on the day +100 after auto-HSCT. BCMA concentration ranged from 22.1 pg/mL to 3378.8 pg/mL. 24 patients (92%) showed a decrease of serum BCMA concentration to the donor values. BCMA concentration remained elevated in 2 cases (8%). The BCMA level was 1147.4 pg/mL in one patient with PR. Another patient had a PD with BCMA concentration of 3378.8 pg/mL. Next, we evaluated the depth of clinical response after auto-HSCT depending on the initial BCMA levels. The median BCMA concentration at the onset of MM was significantly lower in those patients who achieved CR on day +100 following auto-HSCT compared to the patients with VGPR and PR: 1252.9 pg/mL vs 2539.3 pg/mL, respectively (p =0.04).

Conclusions

76% patients with newly diagnosed MM have an increased BCMA concentration in blood serum. A complete response after auto-HSCT was accompanied by a decrease in BCMA concentration to the normal donor values in 92% of MM patients. Monitoring of BCMA concentration in blood may be considered an additional method to assess the efficiency of treatment.

Keywords

Multiple myeloma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous, BCMA.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30094" ["VALUE"]=> string(148) "LP-11. Decreased concentration of circulating BCMA protein after autologous transplantation of hematopoietic stem cells in multiple myeloma patients" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(148) "LP-11. Decreased concentration of circulating BCMA protein after autologous transplantation of hematopoietic stem cells in multiple myeloma patients" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> &array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30095" ["VALUE"]=> string(4) "3356" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3356" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30096" ["VALUE"]=> string(4) "3357" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3357" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30091" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(206) "<p>Anton A. Startsev, Maksim V. Solovev, Valentina N. Dvirnyk, Maria N. Panasenko, Maya V. Soloveva, Alexandra V. Abakumova, Elizaveta A. Mamaeva, Victoria A. Khyshova, Larisa P. Mendeleeva</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(194) "

Anton A. Startsev, Maksim V. Solovev, Valentina N. Dvirnyk, Maria N. Panasenko, Maya V. Soloveva, Alexandra V. Abakumova, Elizaveta A. Mamaeva, Victoria A. Khyshova, Larisa P. Mendeleeva

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(194) "

Anton A. Startsev, Maksim V. Solovev, Valentina N. Dvirnyk, Maria N. Panasenko, Maya V. Soloveva, Alexandra V. Abakumova, Elizaveta A. Mamaeva, Victoria A. Khyshova, Larisa P. Mendeleeva

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30093" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4119) "<p style="text-align: justify;"> B-cell maturation antigen (BCMA, CD269) is a transmembrane signaling protein preferentially expressed by mature B lymphocytes. It participates in B cell maturation and development of immune response. This cluster of differentiation is overexpressed on malignant plasma cells. The surface domain of BCMA is lysed by enzymes. It circulates in bloodstream and can be detected in blood serum of multiple myeloma (MM) patients by enzyme immunoassay (ELISA). This protein is detected at high concentrations in MM patients, both at the onset and during progression of the disease. To date, a number of studies have been published which demonstrate a relationship between the concentration of BCMA in the blood and the depth of clinical response. Our aim was to evaluate the dynamics of BCMA protein concentration in blood serum of MM patients at the debut of the disease, and on day 100 after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT). </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> The prospective study included 26 MM patients (13 women, 13 males) aged 26 to 67 years (median, 54) with newly diagnosed MM. The diagnosis was based on the criteria of International Multiple Myeloma Working Group (IMWG) 2014. The stage of disease at diagnosis (by the R-ISS scale) was assessed as I in 8 patients; II, in 11; III, in 7 cases. 22 patients underwent induction therapy including 2 targeted drugs (bortezomib and lenalidomide); 3 patients received 3 targeted drugs (bortezomib, lenalidomide, daratumumab); 1 patient was treated by one targeted drug (bortezomib). Complete remission (CR) and very good partial remission (VGPR) were achieved in 13 patients (50%); partial remission (PR), in 13 (50%) after induction therapy. All patients underwent auto-HSCT after conditioning with high-dose melphalan (140-200 mg/m<sup>2</sup>). The serum concentration of BCMA was assessed by ELISA at the onset of the disease and after auto-HSCT on 100<sup>th</sup> day. Blood serum samples of 15 donors were used as controls. The median concentration of BCMA protein in donors was 157.9 pg/mL (30.8 to 322.3). Statistical processing of the obtained data was carried out using SPSS software. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> The concentration of BCMA protein in MM patients at the onset of the disease varied from 181.4 pg/ml to 16312.8 pg/ml. In 6 patients (24%), Meanwhile, the initial BCMA concentrations did not exceed the donor values in six MM cases. Eleven patients (42%) achieved CR; 8 (31%), VGPR; 6 (23%), PR. One patient developed the disease progression (PD) on the day +100 after auto-HSCT. BCMA concentration ranged from 22.1 pg/mL to 3378.8 pg/mL. 24 patients (92%) showed a decrease of serum BCMA concentration to the donor values. BCMA concentration remained elevated in 2 cases (8%). The BCMA level was 1147.4 pg/mL in one patient with PR. Another patient had a PD with BCMA concentration of 3378.8 pg/mL. Next, we evaluated the depth of clinical response after auto-HSCT depending on the initial BCMA levels. The median BCMA concentration at the onset of MM was significantly lower in those patients who achieved CR on day +100 following auto-HSCT compared to the patients with VGPR and PR: 1252.9 pg/mL <i>vs </i>2539.3 pg/mL, respectively (p =0.04). </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;"> 76% patients with newly diagnosed MM have an increased BCMA concentration in blood serum. A complete response after auto-HSCT was accompanied by a decrease in BCMA concentration to the normal donor values in 92% of MM patients. Monitoring of BCMA concentration in blood may be considered an additional method to assess the efficiency of treatment. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Multiple myeloma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous, BCMA. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3919) "

B-cell maturation antigen (BCMA, CD269) is a transmembrane signaling protein preferentially expressed by mature B lymphocytes. It participates in B cell maturation and development of immune response. This cluster of differentiation is overexpressed on malignant plasma cells. The surface domain of BCMA is lysed by enzymes. It circulates in bloodstream and can be detected in blood serum of multiple myeloma (MM) patients by enzyme immunoassay (ELISA). This protein is detected at high concentrations in MM patients, both at the onset and during progression of the disease. To date, a number of studies have been published which demonstrate a relationship between the concentration of BCMA in the blood and the depth of clinical response. Our aim was to evaluate the dynamics of BCMA protein concentration in blood serum of MM patients at the debut of the disease, and on day 100 after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT).

Materials and methods

The prospective study included 26 MM patients (13 women, 13 males) aged 26 to 67 years (median, 54) with newly diagnosed MM. The diagnosis was based on the criteria of International Multiple Myeloma Working Group (IMWG) 2014. The stage of disease at diagnosis (by the R-ISS scale) was assessed as I in 8 patients; II, in 11; III, in 7 cases. 22 patients underwent induction therapy including 2 targeted drugs (bortezomib and lenalidomide); 3 patients received 3 targeted drugs (bortezomib, lenalidomide, daratumumab); 1 patient was treated by one targeted drug (bortezomib). Complete remission (CR) and very good partial remission (VGPR) were achieved in 13 patients (50%); partial remission (PR), in 13 (50%) after induction therapy. All patients underwent auto-HSCT after conditioning with high-dose melphalan (140-200 mg/m2). The serum concentration of BCMA was assessed by ELISA at the onset of the disease and after auto-HSCT on 100th day. Blood serum samples of 15 donors were used as controls. The median concentration of BCMA protein in donors was 157.9 pg/mL (30.8 to 322.3). Statistical processing of the obtained data was carried out using SPSS software.

Results

The concentration of BCMA protein in MM patients at the onset of the disease varied from 181.4 pg/ml to 16312.8 pg/ml. In 6 patients (24%), Meanwhile, the initial BCMA concentrations did not exceed the donor values in six MM cases. Eleven patients (42%) achieved CR; 8 (31%), VGPR; 6 (23%), PR. One patient developed the disease progression (PD) on the day +100 after auto-HSCT. BCMA concentration ranged from 22.1 pg/mL to 3378.8 pg/mL. 24 patients (92%) showed a decrease of serum BCMA concentration to the donor values. BCMA concentration remained elevated in 2 cases (8%). The BCMA level was 1147.4 pg/mL in one patient with PR. Another patient had a PD with BCMA concentration of 3378.8 pg/mL. Next, we evaluated the depth of clinical response after auto-HSCT depending on the initial BCMA levels. The median BCMA concentration at the onset of MM was significantly lower in those patients who achieved CR on day +100 following auto-HSCT compared to the patients with VGPR and PR: 1252.9 pg/mL vs 2539.3 pg/mL, respectively (p =0.04).

Conclusions

76% patients with newly diagnosed MM have an increased BCMA concentration in blood serum. A complete response after auto-HSCT was accompanied by a decrease in BCMA concentration to the normal donor values in 92% of MM patients. Monitoring of BCMA concentration in blood may be considered an additional method to assess the efficiency of treatment.

Keywords

Multiple myeloma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous, BCMA.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3919) "

B-cell maturation antigen (BCMA, CD269) is a transmembrane signaling protein preferentially expressed by mature B lymphocytes. It participates in B cell maturation and development of immune response. This cluster of differentiation is overexpressed on malignant plasma cells. The surface domain of BCMA is lysed by enzymes. It circulates in bloodstream and can be detected in blood serum of multiple myeloma (MM) patients by enzyme immunoassay (ELISA). This protein is detected at high concentrations in MM patients, both at the onset and during progression of the disease. To date, a number of studies have been published which demonstrate a relationship between the concentration of BCMA in the blood and the depth of clinical response. Our aim was to evaluate the dynamics of BCMA protein concentration in blood serum of MM patients at the debut of the disease, and on day 100 after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT).

Materials and methods

The prospective study included 26 MM patients (13 women, 13 males) aged 26 to 67 years (median, 54) with newly diagnosed MM. The diagnosis was based on the criteria of International Multiple Myeloma Working Group (IMWG) 2014. The stage of disease at diagnosis (by the R-ISS scale) was assessed as I in 8 patients; II, in 11; III, in 7 cases. 22 patients underwent induction therapy including 2 targeted drugs (bortezomib and lenalidomide); 3 patients received 3 targeted drugs (bortezomib, lenalidomide, daratumumab); 1 patient was treated by one targeted drug (bortezomib). Complete remission (CR) and very good partial remission (VGPR) were achieved in 13 patients (50%); partial remission (PR), in 13 (50%) after induction therapy. All patients underwent auto-HSCT after conditioning with high-dose melphalan (140-200 mg/m2). The serum concentration of BCMA was assessed by ELISA at the onset of the disease and after auto-HSCT on 100th day. Blood serum samples of 15 donors were used as controls. The median concentration of BCMA protein in donors was 157.9 pg/mL (30.8 to 322.3). Statistical processing of the obtained data was carried out using SPSS software.

Results

The concentration of BCMA protein in MM patients at the onset of the disease varied from 181.4 pg/ml to 16312.8 pg/ml. In 6 patients (24%), Meanwhile, the initial BCMA concentrations did not exceed the donor values in six MM cases. Eleven patients (42%) achieved CR; 8 (31%), VGPR; 6 (23%), PR. One patient developed the disease progression (PD) on the day +100 after auto-HSCT. BCMA concentration ranged from 22.1 pg/mL to 3378.8 pg/mL. 24 patients (92%) showed a decrease of serum BCMA concentration to the donor values. BCMA concentration remained elevated in 2 cases (8%). The BCMA level was 1147.4 pg/mL in one patient with PR. Another patient had a PD with BCMA concentration of 3378.8 pg/mL. Next, we evaluated the depth of clinical response after auto-HSCT depending on the initial BCMA levels. The median BCMA concentration at the onset of MM was significantly lower in those patients who achieved CR on day +100 following auto-HSCT compared to the patients with VGPR and PR: 1252.9 pg/mL vs 2539.3 pg/mL, respectively (p =0.04).

Conclusions

76% patients with newly diagnosed MM have an increased BCMA concentration in blood serum. A complete response after auto-HSCT was accompanied by a decrease in BCMA concentration to the normal donor values in 92% of MM patients. Monitoring of BCMA concentration in blood may be considered an additional method to assess the efficiency of treatment.

Keywords

Multiple myeloma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous, BCMA.


" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30090" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30094" ["VALUE"]=> string(148) "LP-11. Decreased concentration of circulating BCMA protein after autologous transplantation of hematopoietic stem cells in multiple myeloma patients" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(148) "LP-11. Decreased concentration of circulating BCMA protein after autologous transplantation of hematopoietic stem cells in multiple myeloma patients" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(148) "LP-11. Decreased concentration of circulating BCMA protein after autologous transplantation of hematopoietic stem cells in multiple myeloma patients" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30092" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(216) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Anton A. Startsev, phone: +7 (987) 741-24-29, e-mail: startsev.a@blood.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(174) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Anton A. Startsev, phone: +7 (987) 741-24-29, e-mail: startsev.a@blood.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(174) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Anton A. Startsev, phone: +7 (987) 741-24-29, e-mail: startsev.a@blood.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30087" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(348) "<p>Антон А. Старцев, Максим В. Соловьев, Валентина Н. Двирнык, Мария Н. Панасенко, Майя В. Соловьева, Александра В. Абакумова, Елизавета А. Мамаева, Виктория А. Хышова, Лариса П. Менделеева</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(336) "

Антон А. Старцев, Максим В. Соловьев, Валентина Н. Двирнык, Мария Н. Панасенко, Майя В. Соловьева, Александра В. Абакумова, Елизавета А. Мамаева, Виктория А. Хышова, Лариса П. Менделеева

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(336) "

Антон А. Старцев, Максим В. Соловьев, Валентина Н. Двирнык, Мария Н. Панасенко, Майя В. Соловьева, Александра В. Абакумова, Елизавета А. Мамаева, Виктория А. Хышова, Лариса П. Менделеева

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30089" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7024) "<p style="text-align: justify;">Антиген В-клеточного созревания (BCMA, CD269) – трансмембранный сигнальный белок, экспрессируемый преимущественно зрелыми B-лимфоцитами, который участвует в процессах созревания В-клеток и формирования иммунного ответа. Степень экспрессии этого кластера дифференцировки повышена на опухолевых плазматических клетках. Поверхностный домен белка BCMA лизируется ферментами, циркулирует в крови и может быть обнаружен в сыворотке больных множественной миеломой (ММ) методом иммуноферментного анализа (ИФА). Высокая концентрация этого белка детектируется у больных ММ как в дебюте, так и в прогрессии заболевания. К настоящему момент опубликован ряд работ, демонстрирующих взаимосвязь между концентрацией BCMA в крови и глубиной ответа на терапию. Целью нашей работы была оценка динамики концентрации циркулирующего белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания и на 100 день после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК).</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В проспективное исследование включены 26 больных ММ (13 женщин, 13 мужчин) в возрасте от 26 до 67 лет (медиана 54 года) с впервые выявленной ММ. Диагноз устанавливали согласно критериям Международной рабочей группы по изучению множественной миеломы (IMWG, 2014). Стадия заболевания по системе R-ISS в момент диагностики была расценена как I у 8 больных, II – у 11, III – в 7 случаях. 22 больным индукционная терапия проводилась с включением 2 таргетных препаратов (бортезомиб и леналидомид); 3 больным – 3 таргетных препарата (бортезомиб, леналидомид, даратумумаб); 1 больному – 1 таргетный препарат (бортезомиб). При оценке эффективности индукционной терапии по критериям IMWG полная ремиссия (ПР) и очень хорошая частичная ремиссия (ОХЧР) достигнуты у 13 больных (50%), частичная ремиссия (ЧР) – у 13 (50%). Всем больным была выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования высокодозным мелфаланом (140-200 мг/м<sup>2</sup>). Концентрация BCMA, циркулирующего в сыворотке, оценивалась методом ИФА в дебюте заболевания и после ауто-ТГСК. В качестве контроля использовалась сыворотка крови 15 доноров. Медиана концентрации белка BCMA у доноров составила 157,9 пг/мл (30,8-322,3). Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью программы SPSS. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Концентрация белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания варьировала от 181,4 пг/мл до 16312,8 пг/мл; при этом у 6 больных (24%) концентрация исследуемого белка не превышала донорских значений. На +100 день после ауто-ТГСК у 11 больных (42%) констатирована ПР, у 8 (31%) – ОХЧР, у 6 (23%) – ЧР, у 1 (4%) – прогрессия заболевания (ПЗ). Концентрация белка BCMA составила от 22,1 пг/мл до 3378,8 пг/мл. У 24 больных (92%) отмечено снижение концентрации BCMA в сыворотке до донорских значений. У двух пациентов (8%) концентрация BCMA сохранялась повышенной. У 1 больного с ЧР уровень ВСМА составил 1147,4 пг/мл, у больного с прогрессией – 3378,8 пг/мл. Далее нами была оценена глубина ответа после ауто-ТГСК в зависимости от концентрации белка BCMA в дебюте ММ. У больных, достигших ПР на +100 день ауто-ТГСК, медиана концентрации циркулирующего белка BCMA в дебюте ММ была достоверно ниже, чем у больных с ОХЧР и ЧР: 1252,9 пг/мл против 2539,3 пг/мл, соответственно (р=0.04).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> У 76% больных в дебюте ММ выявляется повышенная концентрация циркулирующего белка BCMA в крови. Достижение глубокого противоопухолевого ответа после ауто-ТГСК сопровождалось снижением концентрации исследуемого белка до донорских значений у 92% больных. Контроль концентрации белка BCMA в крови может быть рассмотрена в качестве дополнительного метода для оценки эффективности противоопухолевого лечения. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Множественная миелома, трансплантация гемопоэтических клеток, аутологичная, BCMA.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6854) "

Антиген В-клеточного созревания (BCMA, CD269) – трансмембранный сигнальный белок, экспрессируемый преимущественно зрелыми B-лимфоцитами, который участвует в процессах созревания В-клеток и формирования иммунного ответа. Степень экспрессии этого кластера дифференцировки повышена на опухолевых плазматических клетках. Поверхностный домен белка BCMA лизируется ферментами, циркулирует в крови и может быть обнаружен в сыворотке больных множественной миеломой (ММ) методом иммуноферментного анализа (ИФА). Высокая концентрация этого белка детектируется у больных ММ как в дебюте, так и в прогрессии заболевания. К настоящему момент опубликован ряд работ, демонстрирующих взаимосвязь между концентрацией BCMA в крови и глубиной ответа на терапию. Целью нашей работы была оценка динамики концентрации циркулирующего белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания и на 100 день после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК).

Материалы и методы

В проспективное исследование включены 26 больных ММ (13 женщин, 13 мужчин) в возрасте от 26 до 67 лет (медиана 54 года) с впервые выявленной ММ. Диагноз устанавливали согласно критериям Международной рабочей группы по изучению множественной миеломы (IMWG, 2014). Стадия заболевания по системе R-ISS в момент диагностики была расценена как I у 8 больных, II – у 11, III – в 7 случаях. 22 больным индукционная терапия проводилась с включением 2 таргетных препаратов (бортезомиб и леналидомид); 3 больным – 3 таргетных препарата (бортезомиб, леналидомид, даратумумаб); 1 больному – 1 таргетный препарат (бортезомиб). При оценке эффективности индукционной терапии по критериям IMWG полная ремиссия (ПР) и очень хорошая частичная ремиссия (ОХЧР) достигнуты у 13 больных (50%), частичная ремиссия (ЧР) – у 13 (50%). Всем больным была выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования высокодозным мелфаланом (140-200 мг/м2). Концентрация BCMA, циркулирующего в сыворотке, оценивалась методом ИФА в дебюте заболевания и после ауто-ТГСК. В качестве контроля использовалась сыворотка крови 15 доноров. Медиана концентрации белка BCMA у доноров составила 157,9 пг/мл (30,8-322,3). Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью программы SPSS.

Результаты

Концентрация белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания варьировала от 181,4 пг/мл до 16312,8 пг/мл; при этом у 6 больных (24%) концентрация исследуемого белка не превышала донорских значений. На +100 день после ауто-ТГСК у 11 больных (42%) констатирована ПР, у 8 (31%) – ОХЧР, у 6 (23%) – ЧР, у 1 (4%) – прогрессия заболевания (ПЗ). Концентрация белка BCMA составила от 22,1 пг/мл до 3378,8 пг/мл. У 24 больных (92%) отмечено снижение концентрации BCMA в сыворотке до донорских значений. У двух пациентов (8%) концентрация BCMA сохранялась повышенной. У 1 больного с ЧР уровень ВСМА составил 1147,4 пг/мл, у больного с прогрессией – 3378,8 пг/мл. Далее нами была оценена глубина ответа после ауто-ТГСК в зависимости от концентрации белка BCMA в дебюте ММ. У больных, достигших ПР на +100 день ауто-ТГСК, медиана концентрации циркулирующего белка BCMA в дебюте ММ была достоверно ниже, чем у больных с ОХЧР и ЧР: 1252,9 пг/мл против 2539,3 пг/мл, соответственно (р=0.04).

Выводы

У 76% больных в дебюте ММ выявляется повышенная концентрация циркулирующего белка BCMA в крови. Достижение глубокого противоопухолевого ответа после ауто-ТГСК сопровождалось снижением концентрации исследуемого белка до донорских значений у 92% больных. Контроль концентрации белка BCMA в крови может быть рассмотрена в качестве дополнительного метода для оценки эффективности противоопухолевого лечения.

Ключевые слова

Множественная миелома, трансплантация гемопоэтических клеток, аутологичная, BCMA.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(6854) "

Антиген В-клеточного созревания (BCMA, CD269) – трансмембранный сигнальный белок, экспрессируемый преимущественно зрелыми B-лимфоцитами, который участвует в процессах созревания В-клеток и формирования иммунного ответа. Степень экспрессии этого кластера дифференцировки повышена на опухолевых плазматических клетках. Поверхностный домен белка BCMA лизируется ферментами, циркулирует в крови и может быть обнаружен в сыворотке больных множественной миеломой (ММ) методом иммуноферментного анализа (ИФА). Высокая концентрация этого белка детектируется у больных ММ как в дебюте, так и в прогрессии заболевания. К настоящему момент опубликован ряд работ, демонстрирующих взаимосвязь между концентрацией BCMA в крови и глубиной ответа на терапию. Целью нашей работы была оценка динамики концентрации циркулирующего белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания и на 100 день после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК).

Материалы и методы

В проспективное исследование включены 26 больных ММ (13 женщин, 13 мужчин) в возрасте от 26 до 67 лет (медиана 54 года) с впервые выявленной ММ. Диагноз устанавливали согласно критериям Международной рабочей группы по изучению множественной миеломы (IMWG, 2014). Стадия заболевания по системе R-ISS в момент диагностики была расценена как I у 8 больных, II – у 11, III – в 7 случаях. 22 больным индукционная терапия проводилась с включением 2 таргетных препаратов (бортезомиб и леналидомид); 3 больным – 3 таргетных препарата (бортезомиб, леналидомид, даратумумаб); 1 больному – 1 таргетный препарат (бортезомиб). При оценке эффективности индукционной терапии по критериям IMWG полная ремиссия (ПР) и очень хорошая частичная ремиссия (ОХЧР) достигнуты у 13 больных (50%), частичная ремиссия (ЧР) – у 13 (50%). Всем больным была выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования высокодозным мелфаланом (140-200 мг/м2). Концентрация BCMA, циркулирующего в сыворотке, оценивалась методом ИФА в дебюте заболевания и после ауто-ТГСК. В качестве контроля использовалась сыворотка крови 15 доноров. Медиана концентрации белка BCMA у доноров составила 157,9 пг/мл (30,8-322,3). Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью программы SPSS.

Результаты

Концентрация белка BCMA в сыворотке крови у больных ММ в дебюте заболевания варьировала от 181,4 пг/мл до 16312,8 пг/мл; при этом у 6 больных (24%) концентрация исследуемого белка не превышала донорских значений. На +100 день после ауто-ТГСК у 11 больных (42%) констатирована ПР, у 8 (31%) – ОХЧР, у 6 (23%) – ЧР, у 1 (4%) – прогрессия заболевания (ПЗ). Концентрация белка BCMA составила от 22,1 пг/мл до 3378,8 пг/мл. У 24 больных (92%) отмечено снижение концентрации BCMA в сыворотке до донорских значений. У двух пациентов (8%) концентрация BCMA сохранялась повышенной. У 1 больного с ЧР уровень ВСМА составил 1147,4 пг/мл, у больного с прогрессией – 3378,8 пг/мл. Далее нами была оценена глубина ответа после ауто-ТГСК в зависимости от концентрации белка BCMA в дебюте ММ. У больных, достигших ПР на +100 день ауто-ТГСК, медиана концентрации циркулирующего белка BCMA в дебюте ММ была достоверно ниже, чем у больных с ОХЧР и ЧР: 1252,9 пг/мл против 2539,3 пг/мл, соответственно (р=0.04).

Выводы

У 76% больных в дебюте ММ выявляется повышенная концентрация циркулирующего белка BCMA в крови. Достижение глубокого противоопухолевого ответа после ауто-ТГСК сопровождалось снижением концентрации исследуемого белка до донорских значений у 92% больных. Контроль концентрации белка BCMA в крови может быть рассмотрена в качестве дополнительного метода для оценки эффективности противоопухолевого лечения.

Ключевые слова

Множественная миелома, трансплантация гемопоэтических клеток, аутологичная, BCMA.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30088" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(164) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(152) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(152) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" } } } [4]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["ID"]=> string(4) "2191" ["~ID"]=> string(4) "2191" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["~NAME"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 04:28:57 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 04:28:57 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(229) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-07-effektivnost-transplantatsii-autologichnykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-u-bolnykh-mnozh/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(229) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-07-effektivnost-transplantatsii-autologichnykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-u-bolnykh-mnozh/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(269) "

Table 1. Response to induction therapy and auto-HSCT depending on the presence of bone plasmacytomas and their size

Mamaeva-tab01.jpg

" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(269) "

Table 1. Response to induction therapy and auto-HSCT depending on the presence of bone plasmacytomas and their size

Mamaeva-tab01.jpg

" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "70" ["~SORT"]=> string(2) "70" ["CODE"]=> string(101) "lp-07-effektivnost-transplantatsii-autologichnykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-u-bolnykh-mnozh" ["~CODE"]=> string(101) "lp-07-effektivnost-transplantatsii-autologichnykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-u-bolnykh-mnozh" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2191" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2191" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(421) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомамиLP-07. Efficiency of autologous hematopoietic stem cell transplantation in patients with multiple myeloma complicated by bone plasmacytomas" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(5963) "<p style="text-align: justify;">Костная плазмоцитома – новообразование из плазматических клеток, которое развивается в костномозговых полостях костей скелета и может разрушить корковый слой кости с последующим выходом опухолевого пролиферата в окружающие ткани. Некоторые исследователи определяют отдельную клиническую форму множественной миеломы (ММ), которая протекает с формированием костных плазмоцитом. Однако в настоящее время до конца не разработаны терапевтические подходы к лечению ММ, осложненной костными плазмоцитомами. Цель исследования было определение частоты достижения противоопухолевого ответа после завершения индукционного и трансплантационного этапов лечения у больных ММ в зависимости от наличия костных плазмоцитом.</p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В исследование включено 47 больных ММ в возрасте от 26 до 66 лет (медиана 54 года). Всем пациентам при диагностике заболевания выполнялась низкодозная КТ костей скелета. Индукционная терапия проводилась бортезомибсодержащими схемами. Всем пациентам в период с 2019 по 2022 годы выполнена трансплантация аутологичных гемопоэтических стволовых клеток крови (ауто-ТГСК) в отделении гематологии и химиотерапии парапротеинемических гемобластозов с блоком ТКМ и ГСК ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ. Оценка противоопухолевого ответа проводилась в соответствии с критериями IMWG (2016). У пациентов с костными плазмоцитомами выполнялось исследование размеров каждой конкретной плазмоцитомы в динамике с помощью КТ.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> По данным КТ у 10 больных плазмоцитомы не определялись, у 11 выявлены костные плазмоцитомы без выхода мягкотканного компонента за пределы кости, у 26 – костные плазмоцитомы с выходом мягкотканного компонента. В Табл. 1 приведена частота достижения противоопухолевого ответа у больных ММ после индукционной терапии и на +100 день ауто-ТГСК в зависимости от наличия костных плазмоцитом. Ауто-ТГСК привнесла дополнительный эффект и позволила углубить противоопухолевый ответ во всех группах больных. Наиболее впечатляющие результаты получены у больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости. После индукционной терапии достигли очень хорошего частичного ответа (ОХЧО) и полного ответа (ПО) только 19,2% больных с костными плазмоцитомами, выходящими за пределы кости. Уже на +100 день ауто-ТГСК ОХЧО и ПО документированы в этой группе в 53,9% случаев. Аналогично в группах больных без плазмоцитом и с костными плазмоцитомами без выхода мягкотканного компонента за пределы кости ауто-ТГСК позволила углубить противоопухолевый ответ: если после окончания индукционного этапа ОХЧО и ПО достигли 60% и 63,6% больных, соответственно, то после трансплантационного этапа – уже 80% и 81,8% больных, соответственно.</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> Ауто-ТГСК эффективна в группе больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости: она позволила в 2,5-3 раза увеличить частоту достижения глубокого противоопухолевого ответа (ОХЧО и ПО).</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Множественная миелома, костная плазмацитома, трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, аутологичная.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(101) "lp-07-effektivnost-transplantatsii-autologichnykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-u-bolnykh-mnozh" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(282) "LP-07. Эффективность трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток у больных множественной миеломой, осложненной костными плазмоцитомами" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(101) "lp-07-effektivnost-transplantatsii-autologichnykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-u-bolnykh-mnozh" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(101) "lp-07-effektivnost-transplantatsii-autologichnykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-u-bolnykh-mnozh" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(101) "lp-07-effektivnost-transplantatsii-autologichnykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-u-bolnykh-mnozh" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30047" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(195) "<p>Елизавета А. Мамаева, Майя В. Соловьева, Максим В. Соловьев, Ирина Э. Костина, Лариса П. Менделеева </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(183) "

Елизавета А. Мамаева, Майя В. Соловьева, Максим В. Соловьев, Ирина Э. Костина, Лариса П. Менделеева

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30048" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(164) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(152) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30049" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5963) "<p style="text-align: justify;">Костная плазмоцитома – новообразование из плазматических клеток, которое развивается в костномозговых полостях костей скелета и может разрушить корковый слой кости с последующим выходом опухолевого пролиферата в окружающие ткани. Некоторые исследователи определяют отдельную клиническую форму множественной миеломы (ММ), которая протекает с формированием костных плазмоцитом. Однако в настоящее время до конца не разработаны терапевтические подходы к лечению ММ, осложненной костными плазмоцитомами. Цель исследования было определение частоты достижения противоопухолевого ответа после завершения индукционного и трансплантационного этапов лечения у больных ММ в зависимости от наличия костных плазмоцитом.</p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В исследование включено 47 больных ММ в возрасте от 26 до 66 лет (медиана 54 года). Всем пациентам при диагностике заболевания выполнялась низкодозная КТ костей скелета. Индукционная терапия проводилась бортезомибсодержащими схемами. Всем пациентам в период с 2019 по 2022 годы выполнена трансплантация аутологичных гемопоэтических стволовых клеток крови (ауто-ТГСК) в отделении гематологии и химиотерапии парапротеинемических гемобластозов с блоком ТКМ и ГСК ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ. Оценка противоопухолевого ответа проводилась в соответствии с критериями IMWG (2016). У пациентов с костными плазмоцитомами выполнялось исследование размеров каждой конкретной плазмоцитомы в динамике с помощью КТ.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> По данным КТ у 10 больных плазмоцитомы не определялись, у 11 выявлены костные плазмоцитомы без выхода мягкотканного компонента за пределы кости, у 26 – костные плазмоцитомы с выходом мягкотканного компонента. В Табл. 1 приведена частота достижения противоопухолевого ответа у больных ММ после индукционной терапии и на +100 день ауто-ТГСК в зависимости от наличия костных плазмоцитом. Ауто-ТГСК привнесла дополнительный эффект и позволила углубить противоопухолевый ответ во всех группах больных. Наиболее впечатляющие результаты получены у больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости. После индукционной терапии достигли очень хорошего частичного ответа (ОХЧО) и полного ответа (ПО) только 19,2% больных с костными плазмоцитомами, выходящими за пределы кости. Уже на +100 день ауто-ТГСК ОХЧО и ПО документированы в этой группе в 53,9% случаев. Аналогично в группах больных без плазмоцитом и с костными плазмоцитомами без выхода мягкотканного компонента за пределы кости ауто-ТГСК позволила углубить противоопухолевый ответ: если после окончания индукционного этапа ОХЧО и ПО достигли 60% и 63,6% больных, соответственно, то после трансплантационного этапа – уже 80% и 81,8% больных, соответственно.</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> Ауто-ТГСК эффективна в группе больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости: она позволила в 2,5-3 раза увеличить частоту достижения глубокого противоопухолевого ответа (ОХЧО и ПО).</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Множественная миелома, костная плазмацитома, трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, аутологичная.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5805) "

Костная плазмоцитома – новообразование из плазматических клеток, которое развивается в костномозговых полостях костей скелета и может разрушить корковый слой кости с последующим выходом опухолевого пролиферата в окружающие ткани. Некоторые исследователи определяют отдельную клиническую форму множественной миеломы (ММ), которая протекает с формированием костных плазмоцитом. Однако в настоящее время до конца не разработаны терапевтические подходы к лечению ММ, осложненной костными плазмоцитомами. Цель исследования было определение частоты достижения противоопухолевого ответа после завершения индукционного и трансплантационного этапов лечения у больных ММ в зависимости от наличия костных плазмоцитом.

Пациенты и методы

В исследование включено 47 больных ММ в возрасте от 26 до 66 лет (медиана 54 года). Всем пациентам при диагностике заболевания выполнялась низкодозная КТ костей скелета. Индукционная терапия проводилась бортезомибсодержащими схемами. Всем пациентам в период с 2019 по 2022 годы выполнена трансплантация аутологичных гемопоэтических стволовых клеток крови (ауто-ТГСК) в отделении гематологии и химиотерапии парапротеинемических гемобластозов с блоком ТКМ и ГСК ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ. Оценка противоопухолевого ответа проводилась в соответствии с критериями IMWG (2016). У пациентов с костными плазмоцитомами выполнялось исследование размеров каждой конкретной плазмоцитомы в динамике с помощью КТ.

Результаты

По данным КТ у 10 больных плазмоцитомы не определялись, у 11 выявлены костные плазмоцитомы без выхода мягкотканного компонента за пределы кости, у 26 – костные плазмоцитомы с выходом мягкотканного компонента. В Табл. 1 приведена частота достижения противоопухолевого ответа у больных ММ после индукционной терапии и на +100 день ауто-ТГСК в зависимости от наличия костных плазмоцитом. Ауто-ТГСК привнесла дополнительный эффект и позволила углубить противоопухолевый ответ во всех группах больных. Наиболее впечатляющие результаты получены у больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости. После индукционной терапии достигли очень хорошего частичного ответа (ОХЧО) и полного ответа (ПО) только 19,2% больных с костными плазмоцитомами, выходящими за пределы кости. Уже на +100 день ауто-ТГСК ОХЧО и ПО документированы в этой группе в 53,9% случаев. Аналогично в группах больных без плазмоцитом и с костными плазмоцитомами без выхода мягкотканного компонента за пределы кости ауто-ТГСК позволила углубить противоопухолевый ответ: если после окончания индукционного этапа ОХЧО и ПО достигли 60% и 63,6% больных, соответственно, то после трансплантационного этапа – уже 80% и 81,8% больных, соответственно.

Заключение

Ауто-ТГСК эффективна в группе больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости: она позволила в 2,5-3 раза увеличить частоту достижения глубокого противоопухолевого ответа (ОХЧО и ПО).

Ключевые слова

Множественная миелома, костная плазмацитома, трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, аутологичная.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30050" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30051" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(117) "<p>Elizaveta A. Mamaeva, Maiia V. Soloveva, Maxim V. Solovev, Irina E. Kostina, Larisa P. Mendeleeva </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(105) "

Elizaveta A. Mamaeva, Maiia V. Soloveva, Maxim V. Solovev, Irina E. Kostina, Larisa P. Mendeleeva

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30052" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(198) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Elizaveta A. Mamaeva, e-mail: mamaeva.e1@yandex.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(156) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Elizaveta A. Mamaeva, e-mail: mamaeva.e1@yandex.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30053" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3632) "<p style="text-align: justify;">Bone plasmacytoma is a plasma cell tumor that develops in the bone marrow cavities of the skeletal bones and can destroy the cortical layer of the bone, followed by the release of tumor proliferate into the surrounding tissues. Some researchers define a distinct clinical form of multiple myeloma (MM), which occurs with the formation of bone plasmacytomas. However, at present, therapeutic approaches to the treatment of MM complicated by bone plasmacytomas have not been fully developed. Our aim was to determine the frequency of achieving antitumor response after induction and transplantation stages of treatment in patients with MM, depending on the presence of bone plasmacytomas.</p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> The study included 47 patients with MM aged 26 to 66 years (median 54 years). All patients underwent low-dose CT of the skeletal bones during the diagnosis of the disease. Induction therapy was carried out with bortezomib-containing regimens. In the period from 2019 to 2022, all patients underwent transplantation of autologous hematopoietic blood stem cells (auto-HSCT) in the Department of Hematology and Chemotherapy of Paraproteinemic Hemoblastoses with a BMT and HSC unit of the National Research Center for Hematology of the Ministry of Health of the Russian Federation. The assessment of the antitumor response was carried out in accordance with the IMWG criteria (2016). In patients with bone plasmacytomas, a study of the size of each specific plasmacytoma in dynamics was performed using CT.</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> According to CT, plasmacytomas weren’t detected in 10 patients, bone plasmacytomas without the release of the soft tissue component beyond the bone were detected in 11 patients, in 26 cases – bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component. Table 1 shows the frequency of achieving antitumor response in patients with MM after induction therapy and on day +100 of auto-HSCT, depending on the presence of bone plasmacytomas. Auto-HSCT brought an additional effect and allowed to deepen the antitumor response in all groups of patients. The most impressive results were obtained in patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone. After induction therapy, only 19.2% of patients with bone plasmacytomas releasing beyond the bone achieved a very good partial response (VGPR) and a complete response (CR). On +100 day following auto-HSCT, VGPR and CR were already documented in this group in 53.9% of cases. Similarly, in the groups of patients without plasmacytomas and with bone plasmacytomas without external release of the soft tissue component, auto-HSCT made it possible to enhance the antitumor response. I.e., the VGPR and CR rates after the induction stage were documented in 60% and 63.6% of patients. Following hematopoietic cell transplantation, these indexes reached 80% and 81.8%, respectively.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> Auto-HSCT is effective in the group of patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone: it allowed a 2.5-3-fold increase in the frequency of achieving a deep antitumor response (VGPR and CR).</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Multiple myeloma, bone plasmacytoma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3474) "

Bone plasmacytoma is a plasma cell tumor that develops in the bone marrow cavities of the skeletal bones and can destroy the cortical layer of the bone, followed by the release of tumor proliferate into the surrounding tissues. Some researchers define a distinct clinical form of multiple myeloma (MM), which occurs with the formation of bone plasmacytomas. However, at present, therapeutic approaches to the treatment of MM complicated by bone plasmacytomas have not been fully developed. Our aim was to determine the frequency of achieving antitumor response after induction and transplantation stages of treatment in patients with MM, depending on the presence of bone plasmacytomas.

Patients and methods

The study included 47 patients with MM aged 26 to 66 years (median 54 years). All patients underwent low-dose CT of the skeletal bones during the diagnosis of the disease. Induction therapy was carried out with bortezomib-containing regimens. In the period from 2019 to 2022, all patients underwent transplantation of autologous hematopoietic blood stem cells (auto-HSCT) in the Department of Hematology and Chemotherapy of Paraproteinemic Hemoblastoses with a BMT and HSC unit of the National Research Center for Hematology of the Ministry of Health of the Russian Federation. The assessment of the antitumor response was carried out in accordance with the IMWG criteria (2016). In patients with bone plasmacytomas, a study of the size of each specific plasmacytoma in dynamics was performed using CT.

Results

According to CT, plasmacytomas weren’t detected in 10 patients, bone plasmacytomas without the release of the soft tissue component beyond the bone were detected in 11 patients, in 26 cases – bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component. Table 1 shows the frequency of achieving antitumor response in patients with MM after induction therapy and on day +100 of auto-HSCT, depending on the presence of bone plasmacytomas. Auto-HSCT brought an additional effect and allowed to deepen the antitumor response in all groups of patients. The most impressive results were obtained in patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone. After induction therapy, only 19.2% of patients with bone plasmacytomas releasing beyond the bone achieved a very good partial response (VGPR) and a complete response (CR). On +100 day following auto-HSCT, VGPR and CR were already documented in this group in 53.9% of cases. Similarly, in the groups of patients without plasmacytomas and with bone plasmacytomas without external release of the soft tissue component, auto-HSCT made it possible to enhance the antitumor response. I.e., the VGPR and CR rates after the induction stage were documented in 60% and 63.6% of patients. Following hematopoietic cell transplantation, these indexes reached 80% and 81.8%, respectively.

Conclusion

Auto-HSCT is effective in the group of patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone: it allowed a 2.5-3-fold increase in the frequency of achieving a deep antitumor response (VGPR and CR).

Keywords

Multiple myeloma, bone plasmacytoma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30054" ["VALUE"]=> string(139) "LP-07. Efficiency of autologous hematopoietic stem cell transplantation in patients with multiple myeloma complicated by bone plasmacytomas" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(139) "LP-07. Efficiency of autologous hematopoietic stem cell transplantation in patients with multiple myeloma complicated by bone plasmacytomas" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30055" ["VALUE"]=> string(4) "3346" ["DESCRIPTION"]=> NULL ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3346" ["~DESCRIPTION"]=> NULL ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30056" ["VALUE"]=> string(4) "3347" ["DESCRIPTION"]=> NULL ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3347" ["~DESCRIPTION"]=> NULL ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30051" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(117) "<p>Elizaveta A. Mamaeva, Maiia V. Soloveva, Maxim V. Solovev, Irina E. Kostina, Larisa P. Mendeleeva </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(105) "

Elizaveta A. Mamaeva, Maiia V. Soloveva, Maxim V. Solovev, Irina E. Kostina, Larisa P. Mendeleeva

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(105) "

Elizaveta A. Mamaeva, Maiia V. Soloveva, Maxim V. Solovev, Irina E. Kostina, Larisa P. Mendeleeva

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30053" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3632) "<p style="text-align: justify;">Bone plasmacytoma is a plasma cell tumor that develops in the bone marrow cavities of the skeletal bones and can destroy the cortical layer of the bone, followed by the release of tumor proliferate into the surrounding tissues. Some researchers define a distinct clinical form of multiple myeloma (MM), which occurs with the formation of bone plasmacytomas. However, at present, therapeutic approaches to the treatment of MM complicated by bone plasmacytomas have not been fully developed. Our aim was to determine the frequency of achieving antitumor response after induction and transplantation stages of treatment in patients with MM, depending on the presence of bone plasmacytomas.</p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> The study included 47 patients with MM aged 26 to 66 years (median 54 years). All patients underwent low-dose CT of the skeletal bones during the diagnosis of the disease. Induction therapy was carried out with bortezomib-containing regimens. In the period from 2019 to 2022, all patients underwent transplantation of autologous hematopoietic blood stem cells (auto-HSCT) in the Department of Hematology and Chemotherapy of Paraproteinemic Hemoblastoses with a BMT and HSC unit of the National Research Center for Hematology of the Ministry of Health of the Russian Federation. The assessment of the antitumor response was carried out in accordance with the IMWG criteria (2016). In patients with bone plasmacytomas, a study of the size of each specific plasmacytoma in dynamics was performed using CT.</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> According to CT, plasmacytomas weren’t detected in 10 patients, bone plasmacytomas without the release of the soft tissue component beyond the bone were detected in 11 patients, in 26 cases – bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component. Table 1 shows the frequency of achieving antitumor response in patients with MM after induction therapy and on day +100 of auto-HSCT, depending on the presence of bone plasmacytomas. Auto-HSCT brought an additional effect and allowed to deepen the antitumor response in all groups of patients. The most impressive results were obtained in patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone. After induction therapy, only 19.2% of patients with bone plasmacytomas releasing beyond the bone achieved a very good partial response (VGPR) and a complete response (CR). On +100 day following auto-HSCT, VGPR and CR were already documented in this group in 53.9% of cases. Similarly, in the groups of patients without plasmacytomas and with bone plasmacytomas without external release of the soft tissue component, auto-HSCT made it possible to enhance the antitumor response. I.e., the VGPR and CR rates after the induction stage were documented in 60% and 63.6% of patients. Following hematopoietic cell transplantation, these indexes reached 80% and 81.8%, respectively.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> Auto-HSCT is effective in the group of patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone: it allowed a 2.5-3-fold increase in the frequency of achieving a deep antitumor response (VGPR and CR).</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Multiple myeloma, bone plasmacytoma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3474) "

Bone plasmacytoma is a plasma cell tumor that develops in the bone marrow cavities of the skeletal bones and can destroy the cortical layer of the bone, followed by the release of tumor proliferate into the surrounding tissues. Some researchers define a distinct clinical form of multiple myeloma (MM), which occurs with the formation of bone plasmacytomas. However, at present, therapeutic approaches to the treatment of MM complicated by bone plasmacytomas have not been fully developed. Our aim was to determine the frequency of achieving antitumor response after induction and transplantation stages of treatment in patients with MM, depending on the presence of bone plasmacytomas.

Patients and methods

The study included 47 patients with MM aged 26 to 66 years (median 54 years). All patients underwent low-dose CT of the skeletal bones during the diagnosis of the disease. Induction therapy was carried out with bortezomib-containing regimens. In the period from 2019 to 2022, all patients underwent transplantation of autologous hematopoietic blood stem cells (auto-HSCT) in the Department of Hematology and Chemotherapy of Paraproteinemic Hemoblastoses with a BMT and HSC unit of the National Research Center for Hematology of the Ministry of Health of the Russian Federation. The assessment of the antitumor response was carried out in accordance with the IMWG criteria (2016). In patients with bone plasmacytomas, a study of the size of each specific plasmacytoma in dynamics was performed using CT.

Results

According to CT, plasmacytomas weren’t detected in 10 patients, bone plasmacytomas without the release of the soft tissue component beyond the bone were detected in 11 patients, in 26 cases – bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component. Table 1 shows the frequency of achieving antitumor response in patients with MM after induction therapy and on day +100 of auto-HSCT, depending on the presence of bone plasmacytomas. Auto-HSCT brought an additional effect and allowed to deepen the antitumor response in all groups of patients. The most impressive results were obtained in patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone. After induction therapy, only 19.2% of patients with bone plasmacytomas releasing beyond the bone achieved a very good partial response (VGPR) and a complete response (CR). On +100 day following auto-HSCT, VGPR and CR were already documented in this group in 53.9% of cases. Similarly, in the groups of patients without plasmacytomas and with bone plasmacytomas without external release of the soft tissue component, auto-HSCT made it possible to enhance the antitumor response. I.e., the VGPR and CR rates after the induction stage were documented in 60% and 63.6% of patients. Following hematopoietic cell transplantation, these indexes reached 80% and 81.8%, respectively.

Conclusion

Auto-HSCT is effective in the group of patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone: it allowed a 2.5-3-fold increase in the frequency of achieving a deep antitumor response (VGPR and CR).

Keywords

Multiple myeloma, bone plasmacytoma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3474) "

Bone plasmacytoma is a plasma cell tumor that develops in the bone marrow cavities of the skeletal bones and can destroy the cortical layer of the bone, followed by the release of tumor proliferate into the surrounding tissues. Some researchers define a distinct clinical form of multiple myeloma (MM), which occurs with the formation of bone plasmacytomas. However, at present, therapeutic approaches to the treatment of MM complicated by bone plasmacytomas have not been fully developed. Our aim was to determine the frequency of achieving antitumor response after induction and transplantation stages of treatment in patients with MM, depending on the presence of bone plasmacytomas.

Patients and methods

The study included 47 patients with MM aged 26 to 66 years (median 54 years). All patients underwent low-dose CT of the skeletal bones during the diagnosis of the disease. Induction therapy was carried out with bortezomib-containing regimens. In the period from 2019 to 2022, all patients underwent transplantation of autologous hematopoietic blood stem cells (auto-HSCT) in the Department of Hematology and Chemotherapy of Paraproteinemic Hemoblastoses with a BMT and HSC unit of the National Research Center for Hematology of the Ministry of Health of the Russian Federation. The assessment of the antitumor response was carried out in accordance with the IMWG criteria (2016). In patients with bone plasmacytomas, a study of the size of each specific plasmacytoma in dynamics was performed using CT.

Results

According to CT, plasmacytomas weren’t detected in 10 patients, bone plasmacytomas without the release of the soft tissue component beyond the bone were detected in 11 patients, in 26 cases – bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component. Table 1 shows the frequency of achieving antitumor response in patients with MM after induction therapy and on day +100 of auto-HSCT, depending on the presence of bone plasmacytomas. Auto-HSCT brought an additional effect and allowed to deepen the antitumor response in all groups of patients. The most impressive results were obtained in patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone. After induction therapy, only 19.2% of patients with bone plasmacytomas releasing beyond the bone achieved a very good partial response (VGPR) and a complete response (CR). On +100 day following auto-HSCT, VGPR and CR were already documented in this group in 53.9% of cases. Similarly, in the groups of patients without plasmacytomas and with bone plasmacytomas without external release of the soft tissue component, auto-HSCT made it possible to enhance the antitumor response. I.e., the VGPR and CR rates after the induction stage were documented in 60% and 63.6% of patients. Following hematopoietic cell transplantation, these indexes reached 80% and 81.8%, respectively.

Conclusion

Auto-HSCT is effective in the group of patients with bone plasmacytomas with the release of the soft tissue component beyond the bone: it allowed a 2.5-3-fold increase in the frequency of achieving a deep antitumor response (VGPR and CR).

Keywords

Multiple myeloma, bone plasmacytoma, hematopoietic stem cell transplantation, autologous.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30050" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30054" ["VALUE"]=> string(139) "LP-07. Efficiency of autologous hematopoietic stem cell transplantation in patients with multiple myeloma complicated by bone plasmacytomas" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(139) "LP-07. Efficiency of autologous hematopoietic stem cell transplantation in patients with multiple myeloma complicated by bone plasmacytomas" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(139) "LP-07. Efficiency of autologous hematopoietic stem cell transplantation in patients with multiple myeloma complicated by bone plasmacytomas" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30052" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(198) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Elizaveta A. Mamaeva, e-mail: mamaeva.e1@yandex.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(156) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Elizaveta A. Mamaeva, e-mail: mamaeva.e1@yandex.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(156) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Elizaveta A. Mamaeva, e-mail: mamaeva.e1@yandex.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30047" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(195) "<p>Елизавета А. Мамаева, Майя В. Соловьева, Максим В. Соловьев, Ирина Э. Костина, Лариса П. Менделеева </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(183) "

Елизавета А. Мамаева, Майя В. Соловьева, Максим В. Соловьев, Ирина Э. Костина, Лариса П. Менделеева

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(183) "

Елизавета А. Мамаева, Майя В. Соловьева, Максим В. Соловьев, Ирина Э. Костина, Лариса П. Менделеева

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30049" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5963) "<p style="text-align: justify;">Костная плазмоцитома – новообразование из плазматических клеток, которое развивается в костномозговых полостях костей скелета и может разрушить корковый слой кости с последующим выходом опухолевого пролиферата в окружающие ткани. Некоторые исследователи определяют отдельную клиническую форму множественной миеломы (ММ), которая протекает с формированием костных плазмоцитом. Однако в настоящее время до конца не разработаны терапевтические подходы к лечению ММ, осложненной костными плазмоцитомами. Цель исследования было определение частоты достижения противоопухолевого ответа после завершения индукционного и трансплантационного этапов лечения у больных ММ в зависимости от наличия костных плазмоцитом.</p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В исследование включено 47 больных ММ в возрасте от 26 до 66 лет (медиана 54 года). Всем пациентам при диагностике заболевания выполнялась низкодозная КТ костей скелета. Индукционная терапия проводилась бортезомибсодержащими схемами. Всем пациентам в период с 2019 по 2022 годы выполнена трансплантация аутологичных гемопоэтических стволовых клеток крови (ауто-ТГСК) в отделении гематологии и химиотерапии парапротеинемических гемобластозов с блоком ТКМ и ГСК ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ. Оценка противоопухолевого ответа проводилась в соответствии с критериями IMWG (2016). У пациентов с костными плазмоцитомами выполнялось исследование размеров каждой конкретной плазмоцитомы в динамике с помощью КТ.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> По данным КТ у 10 больных плазмоцитомы не определялись, у 11 выявлены костные плазмоцитомы без выхода мягкотканного компонента за пределы кости, у 26 – костные плазмоцитомы с выходом мягкотканного компонента. В Табл. 1 приведена частота достижения противоопухолевого ответа у больных ММ после индукционной терапии и на +100 день ауто-ТГСК в зависимости от наличия костных плазмоцитом. Ауто-ТГСК привнесла дополнительный эффект и позволила углубить противоопухолевый ответ во всех группах больных. Наиболее впечатляющие результаты получены у больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости. После индукционной терапии достигли очень хорошего частичного ответа (ОХЧО) и полного ответа (ПО) только 19,2% больных с костными плазмоцитомами, выходящими за пределы кости. Уже на +100 день ауто-ТГСК ОХЧО и ПО документированы в этой группе в 53,9% случаев. Аналогично в группах больных без плазмоцитом и с костными плазмоцитомами без выхода мягкотканного компонента за пределы кости ауто-ТГСК позволила углубить противоопухолевый ответ: если после окончания индукционного этапа ОХЧО и ПО достигли 60% и 63,6% больных, соответственно, то после трансплантационного этапа – уже 80% и 81,8% больных, соответственно.</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> Ауто-ТГСК эффективна в группе больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости: она позволила в 2,5-3 раза увеличить частоту достижения глубокого противоопухолевого ответа (ОХЧО и ПО).</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Множественная миелома, костная плазмацитома, трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, аутологичная.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5805) "

Костная плазмоцитома – новообразование из плазматических клеток, которое развивается в костномозговых полостях костей скелета и может разрушить корковый слой кости с последующим выходом опухолевого пролиферата в окружающие ткани. Некоторые исследователи определяют отдельную клиническую форму множественной миеломы (ММ), которая протекает с формированием костных плазмоцитом. Однако в настоящее время до конца не разработаны терапевтические подходы к лечению ММ, осложненной костными плазмоцитомами. Цель исследования было определение частоты достижения противоопухолевого ответа после завершения индукционного и трансплантационного этапов лечения у больных ММ в зависимости от наличия костных плазмоцитом.

Пациенты и методы

В исследование включено 47 больных ММ в возрасте от 26 до 66 лет (медиана 54 года). Всем пациентам при диагностике заболевания выполнялась низкодозная КТ костей скелета. Индукционная терапия проводилась бортезомибсодержащими схемами. Всем пациентам в период с 2019 по 2022 годы выполнена трансплантация аутологичных гемопоэтических стволовых клеток крови (ауто-ТГСК) в отделении гематологии и химиотерапии парапротеинемических гемобластозов с блоком ТКМ и ГСК ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ. Оценка противоопухолевого ответа проводилась в соответствии с критериями IMWG (2016). У пациентов с костными плазмоцитомами выполнялось исследование размеров каждой конкретной плазмоцитомы в динамике с помощью КТ.

Результаты

По данным КТ у 10 больных плазмоцитомы не определялись, у 11 выявлены костные плазмоцитомы без выхода мягкотканного компонента за пределы кости, у 26 – костные плазмоцитомы с выходом мягкотканного компонента. В Табл. 1 приведена частота достижения противоопухолевого ответа у больных ММ после индукционной терапии и на +100 день ауто-ТГСК в зависимости от наличия костных плазмоцитом. Ауто-ТГСК привнесла дополнительный эффект и позволила углубить противоопухолевый ответ во всех группах больных. Наиболее впечатляющие результаты получены у больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости. После индукционной терапии достигли очень хорошего частичного ответа (ОХЧО) и полного ответа (ПО) только 19,2% больных с костными плазмоцитомами, выходящими за пределы кости. Уже на +100 день ауто-ТГСК ОХЧО и ПО документированы в этой группе в 53,9% случаев. Аналогично в группах больных без плазмоцитом и с костными плазмоцитомами без выхода мягкотканного компонента за пределы кости ауто-ТГСК позволила углубить противоопухолевый ответ: если после окончания индукционного этапа ОХЧО и ПО достигли 60% и 63,6% больных, соответственно, то после трансплантационного этапа – уже 80% и 81,8% больных, соответственно.

Заключение

Ауто-ТГСК эффективна в группе больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости: она позволила в 2,5-3 раза увеличить частоту достижения глубокого противоопухолевого ответа (ОХЧО и ПО).

Ключевые слова

Множественная миелома, костная плазмацитома, трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, аутологичная.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(5805) "

Костная плазмоцитома – новообразование из плазматических клеток, которое развивается в костномозговых полостях костей скелета и может разрушить корковый слой кости с последующим выходом опухолевого пролиферата в окружающие ткани. Некоторые исследователи определяют отдельную клиническую форму множественной миеломы (ММ), которая протекает с формированием костных плазмоцитом. Однако в настоящее время до конца не разработаны терапевтические подходы к лечению ММ, осложненной костными плазмоцитомами. Цель исследования было определение частоты достижения противоопухолевого ответа после завершения индукционного и трансплантационного этапов лечения у больных ММ в зависимости от наличия костных плазмоцитом.

Пациенты и методы

В исследование включено 47 больных ММ в возрасте от 26 до 66 лет (медиана 54 года). Всем пациентам при диагностике заболевания выполнялась низкодозная КТ костей скелета. Индукционная терапия проводилась бортезомибсодержащими схемами. Всем пациентам в период с 2019 по 2022 годы выполнена трансплантация аутологичных гемопоэтических стволовых клеток крови (ауто-ТГСК) в отделении гематологии и химиотерапии парапротеинемических гемобластозов с блоком ТКМ и ГСК ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ. Оценка противоопухолевого ответа проводилась в соответствии с критериями IMWG (2016). У пациентов с костными плазмоцитомами выполнялось исследование размеров каждой конкретной плазмоцитомы в динамике с помощью КТ.

Результаты

По данным КТ у 10 больных плазмоцитомы не определялись, у 11 выявлены костные плазмоцитомы без выхода мягкотканного компонента за пределы кости, у 26 – костные плазмоцитомы с выходом мягкотканного компонента. В Табл. 1 приведена частота достижения противоопухолевого ответа у больных ММ после индукционной терапии и на +100 день ауто-ТГСК в зависимости от наличия костных плазмоцитом. Ауто-ТГСК привнесла дополнительный эффект и позволила углубить противоопухолевый ответ во всех группах больных. Наиболее впечатляющие результаты получены у больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости. После индукционной терапии достигли очень хорошего частичного ответа (ОХЧО) и полного ответа (ПО) только 19,2% больных с костными плазмоцитомами, выходящими за пределы кости. Уже на +100 день ауто-ТГСК ОХЧО и ПО документированы в этой группе в 53,9% случаев. Аналогично в группах больных без плазмоцитом и с костными плазмоцитомами без выхода мягкотканного компонента за пределы кости ауто-ТГСК позволила углубить противоопухолевый ответ: если после окончания индукционного этапа ОХЧО и ПО достигли 60% и 63,6% больных, соответственно, то после трансплантационного этапа – уже 80% и 81,8% больных, соответственно.

Заключение

Ауто-ТГСК эффективна в группе больных с костными плазмоцитомами с выходом мягкотканного компонента за пределы кости: она позволила в 2,5-3 раза увеличить частоту достижения глубокого противоопухолевого ответа (ОХЧО и ПО).

Ключевые слова

Множественная миелома, костная плазмацитома, трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, аутологичная.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30048" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(164) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(152) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(152) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" } } } [5]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["ID"]=> string(4) "2190" ["~ID"]=> string(4) "2190" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["~NAME"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 04:18:35 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 04:18:35 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(228) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-06-reduktsiya-doz-rezhimov-konditsionirovaniya-u-patsientov-s-limfomami-perenesshikh-autologichnu/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(228) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-06-reduktsiya-doz-rezhimov-konditsionirovaniya-u-patsientov-s-limfomami-perenesshikh-autologichnu/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(185) "

Table 1. Patient characteristics

Kotselyabina-tab01.jpg" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(185) "

Table 1. Patient characteristics

Kotselyabina-tab01.jpg" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "60" ["~SORT"]=> string(2) "60" ["CODE"]=> string(100) "lp-06-reduktsiya-doz-rezhimov-konditsionirovaniya-u-patsientov-s-limfomami-perenesshikh-autologichnu" ["~CODE"]=> string(100) "lp-06-reduktsiya-doz-rezhimov-konditsionirovaniya-u-patsientov-s-limfomami-perenesshikh-autologichnu" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2190" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2190" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(593) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование LP-06. Conditioning regimen dose reduction in patients with lymphomas undergoing autologous hematopoietic stem cell transplantation: a retrospective-prospective matched cohort study" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(6928) "<p style="text-align: justify;">Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) является стандартом терапии пациентов с рецидивирующими/рефрактерными (р/р) лимфомами. Поскольку высокодозная химиотерапия (ВДХТ) является ключевым терапевтическим компонентом ауто-ТГСК, ее оптимальный дозовый режим имеет решающее значение. В настоящее время данные о влиянии сниженных доз ВДХТ на результаты ауто-ТГСК у пациентов с лимфомами ограничены. В данном исследовании мы оценили исходы ауто-ТГСК у пациентов с р/р лимфомами в группе с редуцированной и полнодозной ВДХТ. </p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Было проведено одноцентровое когортное исследование 178 пациентов с р/р лимфомами, которым была выполнена ауто-ТГСК в период с 2013 по 2023 г. в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой. Пациенты с отсутствующими данными и те, кому невозможно было подобрать пару в процессе псевдорандомизации, были исключены из анализа (всего исключено 78 пациентов). Таким образом, исследование включало 100 пациентов, из которых ретроспективно наблюдались 94, а проспективно – 6 пациентов. Пациенты с редуцированными дозами ВДХТ (группа 1) были сопоставлены с теми, кто получил ВДХТ в полной дозе (группа 2) в соотношении 1:1 методом псевдорандомизации. Факторы сопоставления включали возраст и ответ на момент проведения ауто-ТГСК, количество CD34+ клеток в трансплантате и тип лимфомы. Режимы кондиционирования включали BeEAM (бендамустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) и BEAM (кармустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) с ритуксимабом или без него. Наша гипотеза заключалась в том, что пациенты в двух группах могут не иметь различий в 5-летней общей и беспрогрессивной выживаемости (ОВ, БПВ) и медиане приживления нейтрофилов и тромбоцитов. Для сравнения ОВ и БПВ использовался лог-ранк тест. Сравнение других факторов проводилось с помощью теста хи-квадрат для категориальных переменных и теста Манна-Уитни для непрерывных переменных. Анализ проводился в RStudio (v2022.07.2). </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Так, к 50 пациентам группы 1 было подобрано 50 пациентов группы 2 в соотношении 1:1. Пациенты имели аналогичные исходные характеристики (Табл. 1). У большинства пациентов группы 1 (54%, n=27) наблюдалась редукция доз нескольких препаратов, снижение только этопозида наблюдалось у 22% (n=11), цитарабина – у 16% (n=8), бендамустина и мелфалана – у 4% (n=2) для каждого препарата. Медиана снижения дозы этопозида составила 50% (25-75%), бендамустина – 20% (15-25%), цитарабина – 50% (25-100%), мелфалана – 29% (11-85%). Причинами снижения дозы были низкое (2 млн и ниже на кг) количество CD34+ клеток (10%, n=5), почечная (10%, n=5) и печеночная коморбидность (2%, n=1), другие коморбидности (40%, n=20), включая ВИЧ, различные виды сердечно-легочных, желудочно-кишечных заболеваний, и неизвестные причины (38%, n=19). При медиане наблюдения 25 месяцев (1-147) 5-летняя ОВ была одинаковой между 1-й и 2-й группами: 84% (95% ДИ 73-97%) и 87% (95% ДИ 76-98%) соответственно (p=0,69). Также, не было обнаружено разницы в 5-летней БПВ: 72% (95% ДИ 60-89%) и 79% (95% ДИ 65-96%) соответственно (p=0,42). Медиана времени приживления нейтрофилов и тромбоцитов была одинаковой в группах: 15 и 14 дней для нейтрофилов, 13 и 16 дней для тромбоцитов (p=0,36 и p=0,14). В ходе исследования также не было продемонстрировано различий между 1-й и 2-й группами по частоте развития мукозита ротовой полости 3/4 степени (34% и 34%), мукозита желудочно-кишечного тракта (24% и 16%, p=0,32), фебрильной нейтропении (92% и 86%, p=0,34) и сепсиса (8% и 16%, p=0,22).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Среди пациентов с р/р лимфомами, прошедших ауто-ТГСК, снижение доз ВДХТ не повлияло на ОВ и БПВ, приживление нейтрофилов и тромбоцитов в сопоставленных когортах.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, высокодозная химиотерапия, лимфомы.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["SECTION_META_TITLE"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-06-reduktsiya-doz-rezhimov-konditsionirovaniya-u-patsientov-s-limfomami-perenesshikh-autologichnu" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(412) "LP-06. Редукция доз режимов кондиционирования у пациентов с лимфомами, перенесших аутологичную трансплантацию гемопоэтических стволовых клеток: ретроспективно-проспективное когортное псевдорандомизированное исследование " ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-06-reduktsiya-doz-rezhimov-konditsionirovaniya-u-patsientov-s-limfomami-perenesshikh-autologichnu" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-06-reduktsiya-doz-rezhimov-konditsionirovaniya-u-patsientov-s-limfomami-perenesshikh-autologichnu" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-06-reduktsiya-doz-rezhimov-konditsionirovaniya-u-patsientov-s-limfomami-perenesshikh-autologichnu" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30037" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(507) "<p>Полина В. Коцелябина, Владислав В. Ковалик, Артем С. Иванов, Кирилл В. Лепик, Андрей М. Чекалов, Людмила В. Федорова, Елена Е. Лепик, Олеся Г. Смыкова, Владислав В. Маркелов, Евгения С. Борзенкова, Елена В. Кондакова, Иван С. Моисеев, Наталья Б. Михайлова, Александр Д. Кулагин</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(495) "

Полина В. Коцелябина, Владислав В. Ковалик, Артем С. Иванов, Кирилл В. Лепик, Андрей М. Чекалов, Людмила В. Федорова, Елена Е. Лепик, Олеся Г. Смыкова, Владислав В. Маркелов, Евгения С. Борзенкова, Елена В. Кондакова, Иван С. Моисеев, Наталья Б. Михайлова, Александр Д. Кулагин

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30038" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(358) "<p>НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(346) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30039" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6928) "<p style="text-align: justify;">Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) является стандартом терапии пациентов с рецидивирующими/рефрактерными (р/р) лимфомами. Поскольку высокодозная химиотерапия (ВДХТ) является ключевым терапевтическим компонентом ауто-ТГСК, ее оптимальный дозовый режим имеет решающее значение. В настоящее время данные о влиянии сниженных доз ВДХТ на результаты ауто-ТГСК у пациентов с лимфомами ограничены. В данном исследовании мы оценили исходы ауто-ТГСК у пациентов с р/р лимфомами в группе с редуцированной и полнодозной ВДХТ. </p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Было проведено одноцентровое когортное исследование 178 пациентов с р/р лимфомами, которым была выполнена ауто-ТГСК в период с 2013 по 2023 г. в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой. Пациенты с отсутствующими данными и те, кому невозможно было подобрать пару в процессе псевдорандомизации, были исключены из анализа (всего исключено 78 пациентов). Таким образом, исследование включало 100 пациентов, из которых ретроспективно наблюдались 94, а проспективно – 6 пациентов. Пациенты с редуцированными дозами ВДХТ (группа 1) были сопоставлены с теми, кто получил ВДХТ в полной дозе (группа 2) в соотношении 1:1 методом псевдорандомизации. Факторы сопоставления включали возраст и ответ на момент проведения ауто-ТГСК, количество CD34+ клеток в трансплантате и тип лимфомы. Режимы кондиционирования включали BeEAM (бендамустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) и BEAM (кармустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) с ритуксимабом или без него. Наша гипотеза заключалась в том, что пациенты в двух группах могут не иметь различий в 5-летней общей и беспрогрессивной выживаемости (ОВ, БПВ) и медиане приживления нейтрофилов и тромбоцитов. Для сравнения ОВ и БПВ использовался лог-ранк тест. Сравнение других факторов проводилось с помощью теста хи-квадрат для категориальных переменных и теста Манна-Уитни для непрерывных переменных. Анализ проводился в RStudio (v2022.07.2). </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Так, к 50 пациентам группы 1 было подобрано 50 пациентов группы 2 в соотношении 1:1. Пациенты имели аналогичные исходные характеристики (Табл. 1). У большинства пациентов группы 1 (54%, n=27) наблюдалась редукция доз нескольких препаратов, снижение только этопозида наблюдалось у 22% (n=11), цитарабина – у 16% (n=8), бендамустина и мелфалана – у 4% (n=2) для каждого препарата. Медиана снижения дозы этопозида составила 50% (25-75%), бендамустина – 20% (15-25%), цитарабина – 50% (25-100%), мелфалана – 29% (11-85%). Причинами снижения дозы были низкое (2 млн и ниже на кг) количество CD34+ клеток (10%, n=5), почечная (10%, n=5) и печеночная коморбидность (2%, n=1), другие коморбидности (40%, n=20), включая ВИЧ, различные виды сердечно-легочных, желудочно-кишечных заболеваний, и неизвестные причины (38%, n=19). При медиане наблюдения 25 месяцев (1-147) 5-летняя ОВ была одинаковой между 1-й и 2-й группами: 84% (95% ДИ 73-97%) и 87% (95% ДИ 76-98%) соответственно (p=0,69). Также, не было обнаружено разницы в 5-летней БПВ: 72% (95% ДИ 60-89%) и 79% (95% ДИ 65-96%) соответственно (p=0,42). Медиана времени приживления нейтрофилов и тромбоцитов была одинаковой в группах: 15 и 14 дней для нейтрофилов, 13 и 16 дней для тромбоцитов (p=0,36 и p=0,14). В ходе исследования также не было продемонстрировано различий между 1-й и 2-й группами по частоте развития мукозита ротовой полости 3/4 степени (34% и 34%), мукозита желудочно-кишечного тракта (24% и 16%, p=0,32), фебрильной нейтропении (92% и 86%, p=0,34) и сепсиса (8% и 16%, p=0,22).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Среди пациентов с р/р лимфомами, прошедших ауто-ТГСК, снижение доз ВДХТ не повлияло на ОВ и БПВ, приживление нейтрофилов и тромбоцитов в сопоставленных когортах.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, высокодозная химиотерапия, лимфомы.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6770) "

Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) является стандартом терапии пациентов с рецидивирующими/рефрактерными (р/р) лимфомами. Поскольку высокодозная химиотерапия (ВДХТ) является ключевым терапевтическим компонентом ауто-ТГСК, ее оптимальный дозовый режим имеет решающее значение. В настоящее время данные о влиянии сниженных доз ВДХТ на результаты ауто-ТГСК у пациентов с лимфомами ограничены. В данном исследовании мы оценили исходы ауто-ТГСК у пациентов с р/р лимфомами в группе с редуцированной и полнодозной ВДХТ.

Пациенты и методы

Было проведено одноцентровое когортное исследование 178 пациентов с р/р лимфомами, которым была выполнена ауто-ТГСК в период с 2013 по 2023 г. в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой. Пациенты с отсутствующими данными и те, кому невозможно было подобрать пару в процессе псевдорандомизации, были исключены из анализа (всего исключено 78 пациентов). Таким образом, исследование включало 100 пациентов, из которых ретроспективно наблюдались 94, а проспективно – 6 пациентов. Пациенты с редуцированными дозами ВДХТ (группа 1) были сопоставлены с теми, кто получил ВДХТ в полной дозе (группа 2) в соотношении 1:1 методом псевдорандомизации. Факторы сопоставления включали возраст и ответ на момент проведения ауто-ТГСК, количество CD34+ клеток в трансплантате и тип лимфомы. Режимы кондиционирования включали BeEAM (бендамустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) и BEAM (кармустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) с ритуксимабом или без него. Наша гипотеза заключалась в том, что пациенты в двух группах могут не иметь различий в 5-летней общей и беспрогрессивной выживаемости (ОВ, БПВ) и медиане приживления нейтрофилов и тромбоцитов. Для сравнения ОВ и БПВ использовался лог-ранк тест. Сравнение других факторов проводилось с помощью теста хи-квадрат для категориальных переменных и теста Манна-Уитни для непрерывных переменных. Анализ проводился в RStudio (v2022.07.2).

Результаты

Так, к 50 пациентам группы 1 было подобрано 50 пациентов группы 2 в соотношении 1:1. Пациенты имели аналогичные исходные характеристики (Табл. 1). У большинства пациентов группы 1 (54%, n=27) наблюдалась редукция доз нескольких препаратов, снижение только этопозида наблюдалось у 22% (n=11), цитарабина – у 16% (n=8), бендамустина и мелфалана – у 4% (n=2) для каждого препарата. Медиана снижения дозы этопозида составила 50% (25-75%), бендамустина – 20% (15-25%), цитарабина – 50% (25-100%), мелфалана – 29% (11-85%). Причинами снижения дозы были низкое (2 млн и ниже на кг) количество CD34+ клеток (10%, n=5), почечная (10%, n=5) и печеночная коморбидность (2%, n=1), другие коморбидности (40%, n=20), включая ВИЧ, различные виды сердечно-легочных, желудочно-кишечных заболеваний, и неизвестные причины (38%, n=19). При медиане наблюдения 25 месяцев (1-147) 5-летняя ОВ была одинаковой между 1-й и 2-й группами: 84% (95% ДИ 73-97%) и 87% (95% ДИ 76-98%) соответственно (p=0,69). Также, не было обнаружено разницы в 5-летней БПВ: 72% (95% ДИ 60-89%) и 79% (95% ДИ 65-96%) соответственно (p=0,42). Медиана времени приживления нейтрофилов и тромбоцитов была одинаковой в группах: 15 и 14 дней для нейтрофилов, 13 и 16 дней для тромбоцитов (p=0,36 и p=0,14). В ходе исследования также не было продемонстрировано различий между 1-й и 2-й группами по частоте развития мукозита ротовой полости 3/4 степени (34% и 34%), мукозита желудочно-кишечного тракта (24% и 16%, p=0,32), фебрильной нейтропении (92% и 86%, p=0,34) и сепсиса (8% и 16%, p=0,22).

Выводы

Среди пациентов с р/р лимфомами, прошедших ауто-ТГСК, снижение доз ВДХТ не повлияло на ОВ и БПВ, приживление нейтрофилов и тромбоцитов в сопоставленных когортах.

Ключевые слова

Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, высокодозная химиотерапия, лимфомы.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30040" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30041" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(302) "<p>Polina V. Kotselyabina, Vladislav V. Kovalik, Artem S. Ivanov, Kirill V. Lepik, Andrey M. Chekalov, Liudmila V. Fedorova, Elena E. Lepik, Olesia G. Smykova, Vladislav V. Markelov, Evgenia S. Borzenkova, Elena V. Kondakova, Ivan S. Moiseev, Natalia B. Mikhailova, Alexander D. Kulagin</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(290) "

Polina V. Kotselyabina, Vladislav V. Kovalik, Artem S. Ivanov, Kirill V. Lepik, Andrey M. Chekalov, Liudmila V. Fedorova, Elena E. Lepik, Olesia G. Smykova, Vladislav V. Markelov, Evgenia S. Borzenkova, Elena V. Kondakova, Ivan S. Moiseev, Natalia B. Mikhailova, Alexander D. Kulagin

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30042" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(224) "<p>RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Polina V. Kotselyabina, e-mail: polina.kotselyabina.med@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(182) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Dr. Polina V. Kotselyabina, e-mail: polina.kotselyabina.med@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30043" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4089) "<p style="text-align: justify;"> Autologous hematopoietic stem cell transplantation (aHSCT) is the standard of care for patients with relapsed/refractory (r/r) lymphomas. Since high-dose chemotherapy (HDC) is the key therapeutic component of aHSCT, optimal dosing is critical. Currently, data regarding the impact of HDC dose reduction on aHSCT outcomes in lymphoma patients remains limited. In this study, we evaluated main aHSCT outcomes in patients with r/r lymphomas in HDC reduced-dose and full-dose groups. </p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> We conducted a single-center matched cohort study of 178 patients with r/r lymphomas who received aHSCT between 2013 and 2023. After excluding patients with missed data and those unmatched after matching was done (in total, 78 patients were excluded), we included 100 patients in the study, with retrospective part accounting for 94 and prospective making up to 6 patients. The patients with HDC dose reduction (group 1) were matched to the full-dose HDC patients (group 2) to 1:1 ratio, using the optimal pair matching method. The matching factors included age and disease status at the time of aHSCT, the number of CD34+ cells in transplant, and the type of lymphomas. The conditioning regimens included BeEAM (bendamustine, etoposide, cytarabine, melphalan) and BEAM (carmustine, etoposide, cytarabine, and melphalan) with or without rituximab. We hypothesized that patients in two groups may have similar 5-year overall survival (OS), progression-free survival (PFS) and median of neutrophil and platelets engraftment. To compare OS and PFS, we used a log-rank test. The other factors were compared using chi-square test for categorical variables and Mann-Whitney test for continuous variables. Analysis was performed in RStudio (v2022.07.2). </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> In total, 50 patients of the groups 1 and 50 of the group 2 were matched in a 1:1 ratio. Patients shared similar baseline characteristics between groups (Table 1). The majority of group 1 patients had dose reduction of multiple agents in 54% (n=27), with etoposide separately being reduced in 22% (n=11), cytarabine in 16% (n=8), bendamustine and melphalan in 4% (n=2) each. Median etoposide reduction rate was 50% (25-75%), bendamustine – 20% (15-25%), cytarabine – 50% (25-100%), melphalan – 29% (11-85%). The reasons behind dose reduction included low (2 millions and lower <i>per </i>kg) number of CD34+ cells (10%, n=5), renal (10%, n=5) and liver comorbidity (2%, n=1), other comorbidity (40%, n=20), including HIV, various types of cardiopulmonary, gastrointestinal diseases, and unknown reasons (38%, n=19). The median follow-up was 25 months (1-147) for both groups. The 5-year OS was similar between the groups 1 and the group 2: 84% (95% CI 73-97%) and 87% (95% CI 76-98%) respectively (p=0.69). There was no difference in 5-year PFS: 72% (95% CI 60-89%) and 79% (95% CI 65-96%) respectively (p=0.42). Additionally, the median time to neutrophil and platelet engraftment was similar between the dose-reduced and full-dose groups: 15 and 14 days for neutrophil, 13 and 16 days for platelets respectively (p=0.36 for the former, p=0.14, for the latter). As for adverse events, the study did not show any difference between group 1 and 2 in the frequency of grade 3/4 oral mucositis (34% and 34%) and gastrointestinal mucositis (24% and 16%, p=0.32), febrile neutropenia (92% and 86%, p=0.34) and sepsis (8% and 16%, p=0.22). </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;"> Among patients with r/r lymphomas who received aHSCT, HDC dosage reduction did not impact OS and PFS, neutrophil and platelets engraftment in the matched cohorts. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Hematopoietic stem cell transplantation, autologous, high-dose chemotherapy, lymphoma. </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3919) "

Autologous hematopoietic stem cell transplantation (aHSCT) is the standard of care for patients with relapsed/refractory (r/r) lymphomas. Since high-dose chemotherapy (HDC) is the key therapeutic component of aHSCT, optimal dosing is critical. Currently, data regarding the impact of HDC dose reduction on aHSCT outcomes in lymphoma patients remains limited. In this study, we evaluated main aHSCT outcomes in patients with r/r lymphomas in HDC reduced-dose and full-dose groups.

Patients and methods

We conducted a single-center matched cohort study of 178 patients with r/r lymphomas who received aHSCT between 2013 and 2023. After excluding patients with missed data and those unmatched after matching was done (in total, 78 patients were excluded), we included 100 patients in the study, with retrospective part accounting for 94 and prospective making up to 6 patients. The patients with HDC dose reduction (group 1) were matched to the full-dose HDC patients (group 2) to 1:1 ratio, using the optimal pair matching method. The matching factors included age and disease status at the time of aHSCT, the number of CD34+ cells in transplant, and the type of lymphomas. The conditioning regimens included BeEAM (bendamustine, etoposide, cytarabine, melphalan) and BEAM (carmustine, etoposide, cytarabine, and melphalan) with or without rituximab. We hypothesized that patients in two groups may have similar 5-year overall survival (OS), progression-free survival (PFS) and median of neutrophil and platelets engraftment. To compare OS and PFS, we used a log-rank test. The other factors were compared using chi-square test for categorical variables and Mann-Whitney test for continuous variables. Analysis was performed in RStudio (v2022.07.2).

Results

In total, 50 patients of the groups 1 and 50 of the group 2 were matched in a 1:1 ratio. Patients shared similar baseline characteristics between groups (Table 1). The majority of group 1 patients had dose reduction of multiple agents in 54% (n=27), with etoposide separately being reduced in 22% (n=11), cytarabine in 16% (n=8), bendamustine and melphalan in 4% (n=2) each. Median etoposide reduction rate was 50% (25-75%), bendamustine – 20% (15-25%), cytarabine – 50% (25-100%), melphalan – 29% (11-85%). The reasons behind dose reduction included low (2 millions and lower per kg) number of CD34+ cells (10%, n=5), renal (10%, n=5) and liver comorbidity (2%, n=1), other comorbidity (40%, n=20), including HIV, various types of cardiopulmonary, gastrointestinal diseases, and unknown reasons (38%, n=19). The median follow-up was 25 months (1-147) for both groups. The 5-year OS was similar between the groups 1 and the group 2: 84% (95% CI 73-97%) and 87% (95% CI 76-98%) respectively (p=0.69). There was no difference in 5-year PFS: 72% (95% CI 60-89%) and 79% (95% CI 65-96%) respectively (p=0.42). Additionally, the median time to neutrophil and platelet engraftment was similar between the dose-reduced and full-dose groups: 15 and 14 days for neutrophil, 13 and 16 days for platelets respectively (p=0.36 for the former, p=0.14, for the latter). As for adverse events, the study did not show any difference between group 1 and 2 in the frequency of grade 3/4 oral mucositis (34% and 34%) and gastrointestinal mucositis (24% and 16%, p=0.32), febrile neutropenia (92% and 86%, p=0.34) and sepsis (8% and 16%, p=0.22).

Conclusions

Among patients with r/r lymphomas who received aHSCT, HDC dosage reduction did not impact OS and PFS, neutrophil and platelets engraftment in the matched cohorts.

Keywords

Hematopoietic stem cell transplantation, autologous, high-dose chemotherapy, lymphoma.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30044" ["VALUE"]=> string(181) "LP-06. Conditioning regimen dose reduction in patients with lymphomas undergoing autologous hematopoietic stem cell transplantation: a retrospective-prospective matched cohort study" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(181) "LP-06. Conditioning regimen dose reduction in patients with lymphomas undergoing autologous hematopoietic stem cell transplantation: a retrospective-prospective matched cohort study" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30045" ["VALUE"]=> string(4) "3343" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3343" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30046" ["VALUE"]=> string(4) "3344" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3344" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30041" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(302) "<p>Polina V. Kotselyabina, Vladislav V. Kovalik, Artem S. Ivanov, Kirill V. Lepik, Andrey M. Chekalov, Liudmila V. Fedorova, Elena E. Lepik, Olesia G. Smykova, Vladislav V. Markelov, Evgenia S. Borzenkova, Elena V. Kondakova, Ivan S. Moiseev, Natalia B. Mikhailova, Alexander D. Kulagin</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(290) "

Polina V. Kotselyabina, Vladislav V. Kovalik, Artem S. Ivanov, Kirill V. Lepik, Andrey M. Chekalov, Liudmila V. Fedorova, Elena E. Lepik, Olesia G. Smykova, Vladislav V. Markelov, Evgenia S. Borzenkova, Elena V. Kondakova, Ivan S. Moiseev, Natalia B. Mikhailova, Alexander D. Kulagin

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(290) "

Polina V. Kotselyabina, Vladislav V. Kovalik, Artem S. Ivanov, Kirill V. Lepik, Andrey M. Chekalov, Liudmila V. Fedorova, Elena E. Lepik, Olesia G. Smykova, Vladislav V. Markelov, Evgenia S. Borzenkova, Elena V. Kondakova, Ivan S. Moiseev, Natalia B. Mikhailova, Alexander D. Kulagin

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30043" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4089) "<p style="text-align: justify;"> Autologous hematopoietic stem cell transplantation (aHSCT) is the standard of care for patients with relapsed/refractory (r/r) lymphomas. Since high-dose chemotherapy (HDC) is the key therapeutic component of aHSCT, optimal dosing is critical. Currently, data regarding the impact of HDC dose reduction on aHSCT outcomes in lymphoma patients remains limited. In this study, we evaluated main aHSCT outcomes in patients with r/r lymphomas in HDC reduced-dose and full-dose groups. </p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> We conducted a single-center matched cohort study of 178 patients with r/r lymphomas who received aHSCT between 2013 and 2023. After excluding patients with missed data and those unmatched after matching was done (in total, 78 patients were excluded), we included 100 patients in the study, with retrospective part accounting for 94 and prospective making up to 6 patients. The patients with HDC dose reduction (group 1) were matched to the full-dose HDC patients (group 2) to 1:1 ratio, using the optimal pair matching method. The matching factors included age and disease status at the time of aHSCT, the number of CD34+ cells in transplant, and the type of lymphomas. The conditioning regimens included BeEAM (bendamustine, etoposide, cytarabine, melphalan) and BEAM (carmustine, etoposide, cytarabine, and melphalan) with or without rituximab. We hypothesized that patients in two groups may have similar 5-year overall survival (OS), progression-free survival (PFS) and median of neutrophil and platelets engraftment. To compare OS and PFS, we used a log-rank test. The other factors were compared using chi-square test for categorical variables and Mann-Whitney test for continuous variables. Analysis was performed in RStudio (v2022.07.2). </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> In total, 50 patients of the groups 1 and 50 of the group 2 were matched in a 1:1 ratio. Patients shared similar baseline characteristics between groups (Table 1). The majority of group 1 patients had dose reduction of multiple agents in 54% (n=27), with etoposide separately being reduced in 22% (n=11), cytarabine in 16% (n=8), bendamustine and melphalan in 4% (n=2) each. Median etoposide reduction rate was 50% (25-75%), bendamustine – 20% (15-25%), cytarabine – 50% (25-100%), melphalan – 29% (11-85%). The reasons behind dose reduction included low (2 millions and lower <i>per </i>kg) number of CD34+ cells (10%, n=5), renal (10%, n=5) and liver comorbidity (2%, n=1), other comorbidity (40%, n=20), including HIV, various types of cardiopulmonary, gastrointestinal diseases, and unknown reasons (38%, n=19). The median follow-up was 25 months (1-147) for both groups. The 5-year OS was similar between the groups 1 and the group 2: 84% (95% CI 73-97%) and 87% (95% CI 76-98%) respectively (p=0.69). There was no difference in 5-year PFS: 72% (95% CI 60-89%) and 79% (95% CI 65-96%) respectively (p=0.42). Additionally, the median time to neutrophil and platelet engraftment was similar between the dose-reduced and full-dose groups: 15 and 14 days for neutrophil, 13 and 16 days for platelets respectively (p=0.36 for the former, p=0.14, for the latter). As for adverse events, the study did not show any difference between group 1 and 2 in the frequency of grade 3/4 oral mucositis (34% and 34%) and gastrointestinal mucositis (24% and 16%, p=0.32), febrile neutropenia (92% and 86%, p=0.34) and sepsis (8% and 16%, p=0.22). </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;"> Among patients with r/r lymphomas who received aHSCT, HDC dosage reduction did not impact OS and PFS, neutrophil and platelets engraftment in the matched cohorts. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Hematopoietic stem cell transplantation, autologous, high-dose chemotherapy, lymphoma. </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3919) "

Autologous hematopoietic stem cell transplantation (aHSCT) is the standard of care for patients with relapsed/refractory (r/r) lymphomas. Since high-dose chemotherapy (HDC) is the key therapeutic component of aHSCT, optimal dosing is critical. Currently, data regarding the impact of HDC dose reduction on aHSCT outcomes in lymphoma patients remains limited. In this study, we evaluated main aHSCT outcomes in patients with r/r lymphomas in HDC reduced-dose and full-dose groups.

Patients and methods

We conducted a single-center matched cohort study of 178 patients with r/r lymphomas who received aHSCT between 2013 and 2023. After excluding patients with missed data and those unmatched after matching was done (in total, 78 patients were excluded), we included 100 patients in the study, with retrospective part accounting for 94 and prospective making up to 6 patients. The patients with HDC dose reduction (group 1) were matched to the full-dose HDC patients (group 2) to 1:1 ratio, using the optimal pair matching method. The matching factors included age and disease status at the time of aHSCT, the number of CD34+ cells in transplant, and the type of lymphomas. The conditioning regimens included BeEAM (bendamustine, etoposide, cytarabine, melphalan) and BEAM (carmustine, etoposide, cytarabine, and melphalan) with or without rituximab. We hypothesized that patients in two groups may have similar 5-year overall survival (OS), progression-free survival (PFS) and median of neutrophil and platelets engraftment. To compare OS and PFS, we used a log-rank test. The other factors were compared using chi-square test for categorical variables and Mann-Whitney test for continuous variables. Analysis was performed in RStudio (v2022.07.2).

Results

In total, 50 patients of the groups 1 and 50 of the group 2 were matched in a 1:1 ratio. Patients shared similar baseline characteristics between groups (Table 1). The majority of group 1 patients had dose reduction of multiple agents in 54% (n=27), with etoposide separately being reduced in 22% (n=11), cytarabine in 16% (n=8), bendamustine and melphalan in 4% (n=2) each. Median etoposide reduction rate was 50% (25-75%), bendamustine – 20% (15-25%), cytarabine – 50% (25-100%), melphalan – 29% (11-85%). The reasons behind dose reduction included low (2 millions and lower per kg) number of CD34+ cells (10%, n=5), renal (10%, n=5) and liver comorbidity (2%, n=1), other comorbidity (40%, n=20), including HIV, various types of cardiopulmonary, gastrointestinal diseases, and unknown reasons (38%, n=19). The median follow-up was 25 months (1-147) for both groups. The 5-year OS was similar between the groups 1 and the group 2: 84% (95% CI 73-97%) and 87% (95% CI 76-98%) respectively (p=0.69). There was no difference in 5-year PFS: 72% (95% CI 60-89%) and 79% (95% CI 65-96%) respectively (p=0.42). Additionally, the median time to neutrophil and platelet engraftment was similar between the dose-reduced and full-dose groups: 15 and 14 days for neutrophil, 13 and 16 days for platelets respectively (p=0.36 for the former, p=0.14, for the latter). As for adverse events, the study did not show any difference between group 1 and 2 in the frequency of grade 3/4 oral mucositis (34% and 34%) and gastrointestinal mucositis (24% and 16%, p=0.32), febrile neutropenia (92% and 86%, p=0.34) and sepsis (8% and 16%, p=0.22).

Conclusions

Among patients with r/r lymphomas who received aHSCT, HDC dosage reduction did not impact OS and PFS, neutrophil and platelets engraftment in the matched cohorts.

Keywords

Hematopoietic stem cell transplantation, autologous, high-dose chemotherapy, lymphoma.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3919) "

Autologous hematopoietic stem cell transplantation (aHSCT) is the standard of care for patients with relapsed/refractory (r/r) lymphomas. Since high-dose chemotherapy (HDC) is the key therapeutic component of aHSCT, optimal dosing is critical. Currently, data regarding the impact of HDC dose reduction on aHSCT outcomes in lymphoma patients remains limited. In this study, we evaluated main aHSCT outcomes in patients with r/r lymphomas in HDC reduced-dose and full-dose groups.

Patients and methods

We conducted a single-center matched cohort study of 178 patients with r/r lymphomas who received aHSCT between 2013 and 2023. After excluding patients with missed data and those unmatched after matching was done (in total, 78 patients were excluded), we included 100 patients in the study, with retrospective part accounting for 94 and prospective making up to 6 patients. The patients with HDC dose reduction (group 1) were matched to the full-dose HDC patients (group 2) to 1:1 ratio, using the optimal pair matching method. The matching factors included age and disease status at the time of aHSCT, the number of CD34+ cells in transplant, and the type of lymphomas. The conditioning regimens included BeEAM (bendamustine, etoposide, cytarabine, melphalan) and BEAM (carmustine, etoposide, cytarabine, and melphalan) with or without rituximab. We hypothesized that patients in two groups may have similar 5-year overall survival (OS), progression-free survival (PFS) and median of neutrophil and platelets engraftment. To compare OS and PFS, we used a log-rank test. The other factors were compared using chi-square test for categorical variables and Mann-Whitney test for continuous variables. Analysis was performed in RStudio (v2022.07.2).

Results

In total, 50 patients of the groups 1 and 50 of the group 2 were matched in a 1:1 ratio. Patients shared similar baseline characteristics between groups (Table 1). The majority of group 1 patients had dose reduction of multiple agents in 54% (n=27), with etoposide separately being reduced in 22% (n=11), cytarabine in 16% (n=8), bendamustine and melphalan in 4% (n=2) each. Median etoposide reduction rate was 50% (25-75%), bendamustine – 20% (15-25%), cytarabine – 50% (25-100%), melphalan – 29% (11-85%). The reasons behind dose reduction included low (2 millions and lower per kg) number of CD34+ cells (10%, n=5), renal (10%, n=5) and liver comorbidity (2%, n=1), other comorbidity (40%, n=20), including HIV, various types of cardiopulmonary, gastrointestinal diseases, and unknown reasons (38%, n=19). The median follow-up was 25 months (1-147) for both groups. The 5-year OS was similar between the groups 1 and the group 2: 84% (95% CI 73-97%) and 87% (95% CI 76-98%) respectively (p=0.69). There was no difference in 5-year PFS: 72% (95% CI 60-89%) and 79% (95% CI 65-96%) respectively (p=0.42). Additionally, the median time to neutrophil and platelet engraftment was similar between the dose-reduced and full-dose groups: 15 and 14 days for neutrophil, 13 and 16 days for platelets respectively (p=0.36 for the former, p=0.14, for the latter). As for adverse events, the study did not show any difference between group 1 and 2 in the frequency of grade 3/4 oral mucositis (34% and 34%) and gastrointestinal mucositis (24% and 16%, p=0.32), febrile neutropenia (92% and 86%, p=0.34) and sepsis (8% and 16%, p=0.22).

Conclusions

Among patients with r/r lymphomas who received aHSCT, HDC dosage reduction did not impact OS and PFS, neutrophil and platelets engraftment in the matched cohorts.

Keywords

Hematopoietic stem cell transplantation, autologous, high-dose chemotherapy, lymphoma.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30040" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30044" ["VALUE"]=> string(181) "LP-06. Conditioning regimen dose reduction in patients with lymphomas undergoing autologous hematopoietic stem cell transplantation: a retrospective-prospective matched cohort study" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(181) "LP-06. Conditioning regimen dose reduction in patients with lymphomas undergoing autologous hematopoietic stem cell transplantation: a retrospective-prospective matched cohort study" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(181) "LP-06. Conditioning regimen dose reduction in patients with lymphomas undergoing autologous hematopoietic stem cell transplantation: a retrospective-prospective matched cohort study" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30042" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(224) "<p>RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Polina V. Kotselyabina, e-mail: polina.kotselyabina.med@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(182) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Dr. Polina V. Kotselyabina, e-mail: polina.kotselyabina.med@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(182) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Dr. Polina V. Kotselyabina, e-mail: polina.kotselyabina.med@gmail.com

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30037" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(507) "<p>Полина В. Коцелябина, Владислав В. Ковалик, Артем С. Иванов, Кирилл В. Лепик, Андрей М. Чекалов, Людмила В. Федорова, Елена Е. Лепик, Олеся Г. Смыкова, Владислав В. Маркелов, Евгения С. Борзенкова, Елена В. Кондакова, Иван С. Моисеев, Наталья Б. Михайлова, Александр Д. Кулагин</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(495) "

Полина В. Коцелябина, Владислав В. Ковалик, Артем С. Иванов, Кирилл В. Лепик, Андрей М. Чекалов, Людмила В. Федорова, Елена Е. Лепик, Олеся Г. Смыкова, Владислав В. Маркелов, Евгения С. Борзенкова, Елена В. Кондакова, Иван С. Моисеев, Наталья Б. Михайлова, Александр Д. Кулагин

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(495) "

Полина В. Коцелябина, Владислав В. Ковалик, Артем С. Иванов, Кирилл В. Лепик, Андрей М. Чекалов, Людмила В. Федорова, Елена Е. Лепик, Олеся Г. Смыкова, Владислав В. Маркелов, Евгения С. Борзенкова, Елена В. Кондакова, Иван С. Моисеев, Наталья Б. Михайлова, Александр Д. Кулагин

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30039" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6928) "<p style="text-align: justify;">Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) является стандартом терапии пациентов с рецидивирующими/рефрактерными (р/р) лимфомами. Поскольку высокодозная химиотерапия (ВДХТ) является ключевым терапевтическим компонентом ауто-ТГСК, ее оптимальный дозовый режим имеет решающее значение. В настоящее время данные о влиянии сниженных доз ВДХТ на результаты ауто-ТГСК у пациентов с лимфомами ограничены. В данном исследовании мы оценили исходы ауто-ТГСК у пациентов с р/р лимфомами в группе с редуцированной и полнодозной ВДХТ. </p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Было проведено одноцентровое когортное исследование 178 пациентов с р/р лимфомами, которым была выполнена ауто-ТГСК в период с 2013 по 2023 г. в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой. Пациенты с отсутствующими данными и те, кому невозможно было подобрать пару в процессе псевдорандомизации, были исключены из анализа (всего исключено 78 пациентов). Таким образом, исследование включало 100 пациентов, из которых ретроспективно наблюдались 94, а проспективно – 6 пациентов. Пациенты с редуцированными дозами ВДХТ (группа 1) были сопоставлены с теми, кто получил ВДХТ в полной дозе (группа 2) в соотношении 1:1 методом псевдорандомизации. Факторы сопоставления включали возраст и ответ на момент проведения ауто-ТГСК, количество CD34+ клеток в трансплантате и тип лимфомы. Режимы кондиционирования включали BeEAM (бендамустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) и BEAM (кармустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) с ритуксимабом или без него. Наша гипотеза заключалась в том, что пациенты в двух группах могут не иметь различий в 5-летней общей и беспрогрессивной выживаемости (ОВ, БПВ) и медиане приживления нейтрофилов и тромбоцитов. Для сравнения ОВ и БПВ использовался лог-ранк тест. Сравнение других факторов проводилось с помощью теста хи-квадрат для категориальных переменных и теста Манна-Уитни для непрерывных переменных. Анализ проводился в RStudio (v2022.07.2). </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Так, к 50 пациентам группы 1 было подобрано 50 пациентов группы 2 в соотношении 1:1. Пациенты имели аналогичные исходные характеристики (Табл. 1). У большинства пациентов группы 1 (54%, n=27) наблюдалась редукция доз нескольких препаратов, снижение только этопозида наблюдалось у 22% (n=11), цитарабина – у 16% (n=8), бендамустина и мелфалана – у 4% (n=2) для каждого препарата. Медиана снижения дозы этопозида составила 50% (25-75%), бендамустина – 20% (15-25%), цитарабина – 50% (25-100%), мелфалана – 29% (11-85%). Причинами снижения дозы были низкое (2 млн и ниже на кг) количество CD34+ клеток (10%, n=5), почечная (10%, n=5) и печеночная коморбидность (2%, n=1), другие коморбидности (40%, n=20), включая ВИЧ, различные виды сердечно-легочных, желудочно-кишечных заболеваний, и неизвестные причины (38%, n=19). При медиане наблюдения 25 месяцев (1-147) 5-летняя ОВ была одинаковой между 1-й и 2-й группами: 84% (95% ДИ 73-97%) и 87% (95% ДИ 76-98%) соответственно (p=0,69). Также, не было обнаружено разницы в 5-летней БПВ: 72% (95% ДИ 60-89%) и 79% (95% ДИ 65-96%) соответственно (p=0,42). Медиана времени приживления нейтрофилов и тромбоцитов была одинаковой в группах: 15 и 14 дней для нейтрофилов, 13 и 16 дней для тромбоцитов (p=0,36 и p=0,14). В ходе исследования также не было продемонстрировано различий между 1-й и 2-й группами по частоте развития мукозита ротовой полости 3/4 степени (34% и 34%), мукозита желудочно-кишечного тракта (24% и 16%, p=0,32), фебрильной нейтропении (92% и 86%, p=0,34) и сепсиса (8% и 16%, p=0,22).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Среди пациентов с р/р лимфомами, прошедших ауто-ТГСК, снижение доз ВДХТ не повлияло на ОВ и БПВ, приживление нейтрофилов и тромбоцитов в сопоставленных когортах.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, высокодозная химиотерапия, лимфомы.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6770) "

Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) является стандартом терапии пациентов с рецидивирующими/рефрактерными (р/р) лимфомами. Поскольку высокодозная химиотерапия (ВДХТ) является ключевым терапевтическим компонентом ауто-ТГСК, ее оптимальный дозовый режим имеет решающее значение. В настоящее время данные о влиянии сниженных доз ВДХТ на результаты ауто-ТГСК у пациентов с лимфомами ограничены. В данном исследовании мы оценили исходы ауто-ТГСК у пациентов с р/р лимфомами в группе с редуцированной и полнодозной ВДХТ.

Пациенты и методы

Было проведено одноцентровое когортное исследование 178 пациентов с р/р лимфомами, которым была выполнена ауто-ТГСК в период с 2013 по 2023 г. в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой. Пациенты с отсутствующими данными и те, кому невозможно было подобрать пару в процессе псевдорандомизации, были исключены из анализа (всего исключено 78 пациентов). Таким образом, исследование включало 100 пациентов, из которых ретроспективно наблюдались 94, а проспективно – 6 пациентов. Пациенты с редуцированными дозами ВДХТ (группа 1) были сопоставлены с теми, кто получил ВДХТ в полной дозе (группа 2) в соотношении 1:1 методом псевдорандомизации. Факторы сопоставления включали возраст и ответ на момент проведения ауто-ТГСК, количество CD34+ клеток в трансплантате и тип лимфомы. Режимы кондиционирования включали BeEAM (бендамустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) и BEAM (кармустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) с ритуксимабом или без него. Наша гипотеза заключалась в том, что пациенты в двух группах могут не иметь различий в 5-летней общей и беспрогрессивной выживаемости (ОВ, БПВ) и медиане приживления нейтрофилов и тромбоцитов. Для сравнения ОВ и БПВ использовался лог-ранк тест. Сравнение других факторов проводилось с помощью теста хи-квадрат для категориальных переменных и теста Манна-Уитни для непрерывных переменных. Анализ проводился в RStudio (v2022.07.2).

Результаты

Так, к 50 пациентам группы 1 было подобрано 50 пациентов группы 2 в соотношении 1:1. Пациенты имели аналогичные исходные характеристики (Табл. 1). У большинства пациентов группы 1 (54%, n=27) наблюдалась редукция доз нескольких препаратов, снижение только этопозида наблюдалось у 22% (n=11), цитарабина – у 16% (n=8), бендамустина и мелфалана – у 4% (n=2) для каждого препарата. Медиана снижения дозы этопозида составила 50% (25-75%), бендамустина – 20% (15-25%), цитарабина – 50% (25-100%), мелфалана – 29% (11-85%). Причинами снижения дозы были низкое (2 млн и ниже на кг) количество CD34+ клеток (10%, n=5), почечная (10%, n=5) и печеночная коморбидность (2%, n=1), другие коморбидности (40%, n=20), включая ВИЧ, различные виды сердечно-легочных, желудочно-кишечных заболеваний, и неизвестные причины (38%, n=19). При медиане наблюдения 25 месяцев (1-147) 5-летняя ОВ была одинаковой между 1-й и 2-й группами: 84% (95% ДИ 73-97%) и 87% (95% ДИ 76-98%) соответственно (p=0,69). Также, не было обнаружено разницы в 5-летней БПВ: 72% (95% ДИ 60-89%) и 79% (95% ДИ 65-96%) соответственно (p=0,42). Медиана времени приживления нейтрофилов и тромбоцитов была одинаковой в группах: 15 и 14 дней для нейтрофилов, 13 и 16 дней для тромбоцитов (p=0,36 и p=0,14). В ходе исследования также не было продемонстрировано различий между 1-й и 2-й группами по частоте развития мукозита ротовой полости 3/4 степени (34% и 34%), мукозита желудочно-кишечного тракта (24% и 16%, p=0,32), фебрильной нейтропении (92% и 86%, p=0,34) и сепсиса (8% и 16%, p=0,22).

Выводы

Среди пациентов с р/р лимфомами, прошедших ауто-ТГСК, снижение доз ВДХТ не повлияло на ОВ и БПВ, приживление нейтрофилов и тромбоцитов в сопоставленных когортах.

Ключевые слова

Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, высокодозная химиотерапия, лимфомы.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(6770) "

Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) является стандартом терапии пациентов с рецидивирующими/рефрактерными (р/р) лимфомами. Поскольку высокодозная химиотерапия (ВДХТ) является ключевым терапевтическим компонентом ауто-ТГСК, ее оптимальный дозовый режим имеет решающее значение. В настоящее время данные о влиянии сниженных доз ВДХТ на результаты ауто-ТГСК у пациентов с лимфомами ограничены. В данном исследовании мы оценили исходы ауто-ТГСК у пациентов с р/р лимфомами в группе с редуцированной и полнодозной ВДХТ.

Пациенты и методы

Было проведено одноцентровое когортное исследование 178 пациентов с р/р лимфомами, которым была выполнена ауто-ТГСК в период с 2013 по 2023 г. в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой. Пациенты с отсутствующими данными и те, кому невозможно было подобрать пару в процессе псевдорандомизации, были исключены из анализа (всего исключено 78 пациентов). Таким образом, исследование включало 100 пациентов, из которых ретроспективно наблюдались 94, а проспективно – 6 пациентов. Пациенты с редуцированными дозами ВДХТ (группа 1) были сопоставлены с теми, кто получил ВДХТ в полной дозе (группа 2) в соотношении 1:1 методом псевдорандомизации. Факторы сопоставления включали возраст и ответ на момент проведения ауто-ТГСК, количество CD34+ клеток в трансплантате и тип лимфомы. Режимы кондиционирования включали BeEAM (бендамустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) и BEAM (кармустин, этопозид, цитарабин, мелфалан) с ритуксимабом или без него. Наша гипотеза заключалась в том, что пациенты в двух группах могут не иметь различий в 5-летней общей и беспрогрессивной выживаемости (ОВ, БПВ) и медиане приживления нейтрофилов и тромбоцитов. Для сравнения ОВ и БПВ использовался лог-ранк тест. Сравнение других факторов проводилось с помощью теста хи-квадрат для категориальных переменных и теста Манна-Уитни для непрерывных переменных. Анализ проводился в RStudio (v2022.07.2).

Результаты

Так, к 50 пациентам группы 1 было подобрано 50 пациентов группы 2 в соотношении 1:1. Пациенты имели аналогичные исходные характеристики (Табл. 1). У большинства пациентов группы 1 (54%, n=27) наблюдалась редукция доз нескольких препаратов, снижение только этопозида наблюдалось у 22% (n=11), цитарабина – у 16% (n=8), бендамустина и мелфалана – у 4% (n=2) для каждого препарата. Медиана снижения дозы этопозида составила 50% (25-75%), бендамустина – 20% (15-25%), цитарабина – 50% (25-100%), мелфалана – 29% (11-85%). Причинами снижения дозы были низкое (2 млн и ниже на кг) количество CD34+ клеток (10%, n=5), почечная (10%, n=5) и печеночная коморбидность (2%, n=1), другие коморбидности (40%, n=20), включая ВИЧ, различные виды сердечно-легочных, желудочно-кишечных заболеваний, и неизвестные причины (38%, n=19). При медиане наблюдения 25 месяцев (1-147) 5-летняя ОВ была одинаковой между 1-й и 2-й группами: 84% (95% ДИ 73-97%) и 87% (95% ДИ 76-98%) соответственно (p=0,69). Также, не было обнаружено разницы в 5-летней БПВ: 72% (95% ДИ 60-89%) и 79% (95% ДИ 65-96%) соответственно (p=0,42). Медиана времени приживления нейтрофилов и тромбоцитов была одинаковой в группах: 15 и 14 дней для нейтрофилов, 13 и 16 дней для тромбоцитов (p=0,36 и p=0,14). В ходе исследования также не было продемонстрировано различий между 1-й и 2-й группами по частоте развития мукозита ротовой полости 3/4 степени (34% и 34%), мукозита желудочно-кишечного тракта (24% и 16%, p=0,32), фебрильной нейтропении (92% и 86%, p=0,34) и сепсиса (8% и 16%, p=0,22).

Выводы

Среди пациентов с р/р лимфомами, прошедших ауто-ТГСК, снижение доз ВДХТ не повлияло на ОВ и БПВ, приживление нейтрофилов и тромбоцитов в сопоставленных когортах.

Ключевые слова

Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, высокодозная химиотерапия, лимфомы.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30038" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(358) "<p>НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(346) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(346) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" } } } [6]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["ID"]=> string(4) "2186" ["~ID"]=> string(4) "2186" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["~NAME"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 03:33:36 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 03:33:36 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(210) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-02-effektivnost-allogennoy-transplantatsii-pri-kozhnykh-t-kletochnykh-limfomakh/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(210) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-02-effektivnost-allogennoy-transplantatsii-pri-kozhnykh-t-kletochnykh-limfomakh/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "20" ["~SORT"]=> string(2) "20" ["CODE"]=> string(82) "lp-02-effektivnost-allogennoy-transplantatsii-pri-kozhnykh-t-kletochnykh-limfomakh" ["~CODE"]=> string(82) "lp-02-effektivnost-allogennoy-transplantatsii-pri-kozhnykh-t-kletochnykh-limfomakh" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2186" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2186" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(236) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомахLP-02. Efficacy of allogeneic hematopoietic cell transplantation in cutaneous T-cell lymphomas" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(5480) "<p style="text-align: justify;">Первичные кожные Т-клеточные лимфомы – это редкая группа неходжкинских лимфом, характеризующаяся опухолевой инфильтрацией кожи. Среди них, чаще всего встречается грибовидный микоз (ГМ, более 50%) и намного реже – синдром Сезари (СС). В среднем в год диагностируются не более 10 новых случаев кожных лимфом. Терапия ранних стадий ограничена применением локальных видов лечения, в то время как основной проблемой продолжает оставаться лечение поздних стадий ГМ/СС. Применение системных подходов (рекомбинантные интерфероны, ингибиторы гистодеацитилаз, моноклональные антитела, химиотерапия) не всегда позволяют достигнуть долгосрочных результатов, а продолженный рост опухоли во время проведения терапии, равно как и развитие крупноклеточной трансформации, является одним из самых неблагоприятных событий в течении заболевания. Медиана выживаемости таких пациентов составляет 11 месяцев. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> По данным системного мета-анализа на основании 5 исследований, было показано, что выполнение именно аллогенной трансплантации костного мозга при продвинутых формах заболевания, демонстрирует ее потенциальную эффективность. Обобщенные показатели ОВ и БПВ составили 59% и 36%, соответственно. Обобщенный показатель рецидива и смертности не связанной с заболеванием составил 47% и 19%, соответственно. </p> <p style="text-align: justify;"> В НМИЦ Гематологии 7 пациентам с кожными Т-клеточными лимфомами выполнена алло-ТКМ – 4 с ГМ (из них двое с трансформацией в крупноклеточную лимфому), 2 – с СС, 1 первичная кожная периферическая Т-клеточная лимфома неспецифицированная. Статус заболевания на момент трансплантации – прогрессия у 2 пациентов, стабилизация/ремиссия – 5 пациентов. Отмечено, что у двух умерших пациентов количество линий терапии до алло-ТКМ было более 3, в то время как в других случаях от 1 до 3 максимально. Из 5 пациентов у 2 случился рецидив заболевания, однако со снижением стадии заболевания (на момент алло-ТКМ – IVA-IVB, в рецидиве IIA) и отсутствием крупноклеточной трансформации, проводилась локальная терапия. Медиана срока наблюдения после алло-ТКМ 74 месяца. Таким образом, 5-летняя ОВ и БПВ составили 71%, а 5-летняя БСВ – 57%.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> Результаты систематического обзора и наш собственный опыт показывают, что алло-ТКМ позволяет достичь длительных обнадеживающих показателей ОВ и БПВ; однако, предлеченность и прогрессия на момент алло-ТКМ и рецидив остаются основными причинами неудач. Вероятнее всего, при поздних стадий заболевания, неэффективности максимум 2 линий системной терапии, для молодых пациентов необходимо рассмотрение опции алло-ТКМ до развития устойчивой резистентности, а также необходимо внедрение поддерживающей терапии после трансплантации для снижения риска развития рецидива.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Кожные лимфомы, аллогенная трансплантация, поздние стадии, грибовидный микоз, синдром Сезари.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(86) "lp-02-effektivnost-allogennoy-transplantatsii-pri-kozhnykh-t-kletochnykh-limfomakh-img" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(142) "LP-02. Эффективность аллогенной трансплантации при кожных Т-клеточных лимфомах" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(86) "lp-02-effektivnost-allogennoy-transplantatsii-pri-kozhnykh-t-kletochnykh-limfomakh-img" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(86) "lp-02-effektivnost-allogennoy-transplantatsii-pri-kozhnykh-t-kletochnykh-limfomakh-img" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(86) "lp-02-effektivnost-allogennoy-transplantatsii-pri-kozhnykh-t-kletochnykh-limfomakh-img" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29997" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(200) "<p>Лилия Г. Горенкова, Лариса А. Кузьмина, Яна К. Мангасарова, Евгений Е. Звонков, Елена Н. Паровичникова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(188) "

Лилия Г. Горенкова, Лариса А. Кузьмина, Яна К. Мангасарова, Евгений Е. Звонков, Елена Н. Паровичникова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29998" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29999" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5480) "<p style="text-align: justify;">Первичные кожные Т-клеточные лимфомы – это редкая группа неходжкинских лимфом, характеризующаяся опухолевой инфильтрацией кожи. Среди них, чаще всего встречается грибовидный микоз (ГМ, более 50%) и намного реже – синдром Сезари (СС). В среднем в год диагностируются не более 10 новых случаев кожных лимфом. Терапия ранних стадий ограничена применением локальных видов лечения, в то время как основной проблемой продолжает оставаться лечение поздних стадий ГМ/СС. Применение системных подходов (рекомбинантные интерфероны, ингибиторы гистодеацитилаз, моноклональные антитела, химиотерапия) не всегда позволяют достигнуть долгосрочных результатов, а продолженный рост опухоли во время проведения терапии, равно как и развитие крупноклеточной трансформации, является одним из самых неблагоприятных событий в течении заболевания. Медиана выживаемости таких пациентов составляет 11 месяцев. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> По данным системного мета-анализа на основании 5 исследований, было показано, что выполнение именно аллогенной трансплантации костного мозга при продвинутых формах заболевания, демонстрирует ее потенциальную эффективность. Обобщенные показатели ОВ и БПВ составили 59% и 36%, соответственно. Обобщенный показатель рецидива и смертности не связанной с заболеванием составил 47% и 19%, соответственно. </p> <p style="text-align: justify;"> В НМИЦ Гематологии 7 пациентам с кожными Т-клеточными лимфомами выполнена алло-ТКМ – 4 с ГМ (из них двое с трансформацией в крупноклеточную лимфому), 2 – с СС, 1 первичная кожная периферическая Т-клеточная лимфома неспецифицированная. Статус заболевания на момент трансплантации – прогрессия у 2 пациентов, стабилизация/ремиссия – 5 пациентов. Отмечено, что у двух умерших пациентов количество линий терапии до алло-ТКМ было более 3, в то время как в других случаях от 1 до 3 максимально. Из 5 пациентов у 2 случился рецидив заболевания, однако со снижением стадии заболевания (на момент алло-ТКМ – IVA-IVB, в рецидиве IIA) и отсутствием крупноклеточной трансформации, проводилась локальная терапия. Медиана срока наблюдения после алло-ТКМ 74 месяца. Таким образом, 5-летняя ОВ и БПВ составили 71%, а 5-летняя БСВ – 57%.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> Результаты систематического обзора и наш собственный опыт показывают, что алло-ТКМ позволяет достичь длительных обнадеживающих показателей ОВ и БПВ; однако, предлеченность и прогрессия на момент алло-ТКМ и рецидив остаются основными причинами неудач. Вероятнее всего, при поздних стадий заболевания, неэффективности максимум 2 линий системной терапии, для молодых пациентов необходимо рассмотрение опции алло-ТКМ до развития устойчивой резистентности, а также необходимо внедрение поддерживающей терапии после трансплантации для снижения риска развития рецидива.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Кожные лимфомы, аллогенная трансплантация, поздние стадии, грибовидный микоз, синдром Сезари.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5334) "

Первичные кожные Т-клеточные лимфомы – это редкая группа неходжкинских лимфом, характеризующаяся опухолевой инфильтрацией кожи. Среди них, чаще всего встречается грибовидный микоз (ГМ, более 50%) и намного реже – синдром Сезари (СС). В среднем в год диагностируются не более 10 новых случаев кожных лимфом. Терапия ранних стадий ограничена применением локальных видов лечения, в то время как основной проблемой продолжает оставаться лечение поздних стадий ГМ/СС. Применение системных подходов (рекомбинантные интерфероны, ингибиторы гистодеацитилаз, моноклональные антитела, химиотерапия) не всегда позволяют достигнуть долгосрочных результатов, а продолженный рост опухоли во время проведения терапии, равно как и развитие крупноклеточной трансформации, является одним из самых неблагоприятных событий в течении заболевания. Медиана выживаемости таких пациентов составляет 11 месяцев.

Результаты

По данным системного мета-анализа на основании 5 исследований, было показано, что выполнение именно аллогенной трансплантации костного мозга при продвинутых формах заболевания, демонстрирует ее потенциальную эффективность. Обобщенные показатели ОВ и БПВ составили 59% и 36%, соответственно. Обобщенный показатель рецидива и смертности не связанной с заболеванием составил 47% и 19%, соответственно.

В НМИЦ Гематологии 7 пациентам с кожными Т-клеточными лимфомами выполнена алло-ТКМ – 4 с ГМ (из них двое с трансформацией в крупноклеточную лимфому), 2 – с СС, 1 первичная кожная периферическая Т-клеточная лимфома неспецифицированная. Статус заболевания на момент трансплантации – прогрессия у 2 пациентов, стабилизация/ремиссия – 5 пациентов. Отмечено, что у двух умерших пациентов количество линий терапии до алло-ТКМ было более 3, в то время как в других случаях от 1 до 3 максимально. Из 5 пациентов у 2 случился рецидив заболевания, однако со снижением стадии заболевания (на момент алло-ТКМ – IVA-IVB, в рецидиве IIA) и отсутствием крупноклеточной трансформации, проводилась локальная терапия. Медиана срока наблюдения после алло-ТКМ 74 месяца. Таким образом, 5-летняя ОВ и БПВ составили 71%, а 5-летняя БСВ – 57%.

Выводы

Результаты систематического обзора и наш собственный опыт показывают, что алло-ТКМ позволяет достичь длительных обнадеживающих показателей ОВ и БПВ; однако, предлеченность и прогрессия на момент алло-ТКМ и рецидив остаются основными причинами неудач. Вероятнее всего, при поздних стадий заболевания, неэффективности максимум 2 линий системной терапии, для молодых пациентов необходимо рассмотрение опции алло-ТКМ до развития устойчивой резистентности, а также необходимо внедрение поддерживающей терапии после трансплантации для снижения риска развития рецидива.

Ключевые слова

Кожные лимфомы, аллогенная трансплантация, поздние стадии, грибовидный микоз, синдром Сезари.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30000" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30001" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(123) "<p>Liliya G. Gorenkova, Larisa A. Kuzmina, Yana K. Mangasarova, Evgenii E. Zvonkov, Elena N. Parovichnikova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(111) "

Liliya G. Gorenkova, Larisa A. Kuzmina, Yana K. Mangasarova, Evgenii E. Zvonkov, Elena N. Parovichnikova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30002" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(192) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Liliya G. Gorenkova, e-mail: l.aitova@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(150) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Liliya G. Gorenkova, e-mail: l.aitova@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30003" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2665) "<p style="text-align: justify;"> There is a rare group of non-Hodgkin lymphomas characterized by neoplastic skin infiltration. Among them, mycosis fungoides is more common disorder (over 50%), whereas Sezary syndrome is much less common. On average, no more than 10 new cases of cutaneous lymphomas are diagnosed <i>per </i>year. Treatment at the early stages of the disease is limited to usage of local therapies. However, the treatment of advanced stages of mycosis fungoides and Sezary syndrome still presents the main challenge. Systemic approaches, e.g., therapy with recombinant interferons, histone deacetylase inhibitors, monoclonal antibodies, and chemotherapy, do not always provide long-term results. Continuous tumor growth during treatment or large cell transformation often lead to unfavorable outcomes. The median survival term for such patients is 11 months. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> According to a systematic meta-analysis based on 5 studies, allogeneic hematopoietic cell transplantation (allo-HCT) has demonstrated potential effectiveness in advanced stages of the disease. Pooled overall survival (OS) and progression-free survival (PFS) rates were 59% and 36%, respectively. The pooled relapse rate was 47%, and the pooled non-relapse mortality rate was 19%. At the National Medical Hematology Research Center, allo-HCT was performed in 7 patients with cutaneous T-cell lymphomas, including mycosis fungoides and Sezary syndrome. Two patients experienced disease relapse, but local therapy successfully reduced the disease stage. The median follow-up after allo-HCT was 74 months, and the 5-year OS and PFS rates were 71% and 57%, respectively. </p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> The results of systematic review and our clinical experience show that allo-HCT may be associated with encouraging OS and PFS rates. However, the disease status and progression at the time of allo-HCT and relapse remain the main causes of treatment failure. For young patients with advanced stages of the disease and ineffectiveness of systemic therapy, one may consider allo-HCT before the development of resistant disease. Moreovery, usage of post-transplant maintenance therapy is suggested in order to reduce the risk of relapse. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Skin lymphoma, cutaneous lymphomas, treatment, advanced stages, allogeneic hematopoietic cell transplantation, mycosis fungoides, Sezary syndrome. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2523) "

There is a rare group of non-Hodgkin lymphomas characterized by neoplastic skin infiltration. Among them, mycosis fungoides is more common disorder (over 50%), whereas Sezary syndrome is much less common. On average, no more than 10 new cases of cutaneous lymphomas are diagnosed per year. Treatment at the early stages of the disease is limited to usage of local therapies. However, the treatment of advanced stages of mycosis fungoides and Sezary syndrome still presents the main challenge. Systemic approaches, e.g., therapy with recombinant interferons, histone deacetylase inhibitors, monoclonal antibodies, and chemotherapy, do not always provide long-term results. Continuous tumor growth during treatment or large cell transformation often lead to unfavorable outcomes. The median survival term for such patients is 11 months.

Results

According to a systematic meta-analysis based on 5 studies, allogeneic hematopoietic cell transplantation (allo-HCT) has demonstrated potential effectiveness in advanced stages of the disease. Pooled overall survival (OS) and progression-free survival (PFS) rates were 59% and 36%, respectively. The pooled relapse rate was 47%, and the pooled non-relapse mortality rate was 19%. At the National Medical Hematology Research Center, allo-HCT was performed in 7 patients with cutaneous T-cell lymphomas, including mycosis fungoides and Sezary syndrome. Two patients experienced disease relapse, but local therapy successfully reduced the disease stage. The median follow-up after allo-HCT was 74 months, and the 5-year OS and PFS rates were 71% and 57%, respectively.

Conclusion

The results of systematic review and our clinical experience show that allo-HCT may be associated with encouraging OS and PFS rates. However, the disease status and progression at the time of allo-HCT and relapse remain the main causes of treatment failure. For young patients with advanced stages of the disease and ineffectiveness of systemic therapy, one may consider allo-HCT before the development of resistant disease. Moreovery, usage of post-transplant maintenance therapy is suggested in order to reduce the risk of relapse.

Keywords

Skin lymphoma, cutaneous lymphomas, treatment, advanced stages, allogeneic hematopoietic cell transplantation, mycosis fungoides, Sezary syndrome.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30004" ["VALUE"]=> string(94) "LP-02. Efficacy of allogeneic hematopoietic cell transplantation in cutaneous T-cell lymphomas" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(94) "LP-02. Efficacy of allogeneic hematopoietic cell transplantation in cutaneous T-cell lymphomas" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30005" ["VALUE"]=> string(4) "3332" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3332" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30006" ["VALUE"]=> string(4) "3333" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3333" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30001" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(123) "<p>Liliya G. Gorenkova, Larisa A. Kuzmina, Yana K. Mangasarova, Evgenii E. Zvonkov, Elena N. Parovichnikova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(111) "

Liliya G. Gorenkova, Larisa A. Kuzmina, Yana K. Mangasarova, Evgenii E. Zvonkov, Elena N. Parovichnikova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(111) "

Liliya G. Gorenkova, Larisa A. Kuzmina, Yana K. Mangasarova, Evgenii E. Zvonkov, Elena N. Parovichnikova

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30003" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2665) "<p style="text-align: justify;"> There is a rare group of non-Hodgkin lymphomas characterized by neoplastic skin infiltration. Among them, mycosis fungoides is more common disorder (over 50%), whereas Sezary syndrome is much less common. On average, no more than 10 new cases of cutaneous lymphomas are diagnosed <i>per </i>year. Treatment at the early stages of the disease is limited to usage of local therapies. However, the treatment of advanced stages of mycosis fungoides and Sezary syndrome still presents the main challenge. Systemic approaches, e.g., therapy with recombinant interferons, histone deacetylase inhibitors, monoclonal antibodies, and chemotherapy, do not always provide long-term results. Continuous tumor growth during treatment or large cell transformation often lead to unfavorable outcomes. The median survival term for such patients is 11 months. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> According to a systematic meta-analysis based on 5 studies, allogeneic hematopoietic cell transplantation (allo-HCT) has demonstrated potential effectiveness in advanced stages of the disease. Pooled overall survival (OS) and progression-free survival (PFS) rates were 59% and 36%, respectively. The pooled relapse rate was 47%, and the pooled non-relapse mortality rate was 19%. At the National Medical Hematology Research Center, allo-HCT was performed in 7 patients with cutaneous T-cell lymphomas, including mycosis fungoides and Sezary syndrome. Two patients experienced disease relapse, but local therapy successfully reduced the disease stage. The median follow-up after allo-HCT was 74 months, and the 5-year OS and PFS rates were 71% and 57%, respectively. </p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> The results of systematic review and our clinical experience show that allo-HCT may be associated with encouraging OS and PFS rates. However, the disease status and progression at the time of allo-HCT and relapse remain the main causes of treatment failure. For young patients with advanced stages of the disease and ineffectiveness of systemic therapy, one may consider allo-HCT before the development of resistant disease. Moreovery, usage of post-transplant maintenance therapy is suggested in order to reduce the risk of relapse. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Skin lymphoma, cutaneous lymphomas, treatment, advanced stages, allogeneic hematopoietic cell transplantation, mycosis fungoides, Sezary syndrome. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2523) "

There is a rare group of non-Hodgkin lymphomas characterized by neoplastic skin infiltration. Among them, mycosis fungoides is more common disorder (over 50%), whereas Sezary syndrome is much less common. On average, no more than 10 new cases of cutaneous lymphomas are diagnosed per year. Treatment at the early stages of the disease is limited to usage of local therapies. However, the treatment of advanced stages of mycosis fungoides and Sezary syndrome still presents the main challenge. Systemic approaches, e.g., therapy with recombinant interferons, histone deacetylase inhibitors, monoclonal antibodies, and chemotherapy, do not always provide long-term results. Continuous tumor growth during treatment or large cell transformation often lead to unfavorable outcomes. The median survival term for such patients is 11 months.

Results

According to a systematic meta-analysis based on 5 studies, allogeneic hematopoietic cell transplantation (allo-HCT) has demonstrated potential effectiveness in advanced stages of the disease. Pooled overall survival (OS) and progression-free survival (PFS) rates were 59% and 36%, respectively. The pooled relapse rate was 47%, and the pooled non-relapse mortality rate was 19%. At the National Medical Hematology Research Center, allo-HCT was performed in 7 patients with cutaneous T-cell lymphomas, including mycosis fungoides and Sezary syndrome. Two patients experienced disease relapse, but local therapy successfully reduced the disease stage. The median follow-up after allo-HCT was 74 months, and the 5-year OS and PFS rates were 71% and 57%, respectively.

Conclusion

The results of systematic review and our clinical experience show that allo-HCT may be associated with encouraging OS and PFS rates. However, the disease status and progression at the time of allo-HCT and relapse remain the main causes of treatment failure. For young patients with advanced stages of the disease and ineffectiveness of systemic therapy, one may consider allo-HCT before the development of resistant disease. Moreovery, usage of post-transplant maintenance therapy is suggested in order to reduce the risk of relapse.

Keywords

Skin lymphoma, cutaneous lymphomas, treatment, advanced stages, allogeneic hematopoietic cell transplantation, mycosis fungoides, Sezary syndrome.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(2523) "

There is a rare group of non-Hodgkin lymphomas characterized by neoplastic skin infiltration. Among them, mycosis fungoides is more common disorder (over 50%), whereas Sezary syndrome is much less common. On average, no more than 10 new cases of cutaneous lymphomas are diagnosed per year. Treatment at the early stages of the disease is limited to usage of local therapies. However, the treatment of advanced stages of mycosis fungoides and Sezary syndrome still presents the main challenge. Systemic approaches, e.g., therapy with recombinant interferons, histone deacetylase inhibitors, monoclonal antibodies, and chemotherapy, do not always provide long-term results. Continuous tumor growth during treatment or large cell transformation often lead to unfavorable outcomes. The median survival term for such patients is 11 months.

Results

According to a systematic meta-analysis based on 5 studies, allogeneic hematopoietic cell transplantation (allo-HCT) has demonstrated potential effectiveness in advanced stages of the disease. Pooled overall survival (OS) and progression-free survival (PFS) rates were 59% and 36%, respectively. The pooled relapse rate was 47%, and the pooled non-relapse mortality rate was 19%. At the National Medical Hematology Research Center, allo-HCT was performed in 7 patients with cutaneous T-cell lymphomas, including mycosis fungoides and Sezary syndrome. Two patients experienced disease relapse, but local therapy successfully reduced the disease stage. The median follow-up after allo-HCT was 74 months, and the 5-year OS and PFS rates were 71% and 57%, respectively.

Conclusion

The results of systematic review and our clinical experience show that allo-HCT may be associated with encouraging OS and PFS rates. However, the disease status and progression at the time of allo-HCT and relapse remain the main causes of treatment failure. For young patients with advanced stages of the disease and ineffectiveness of systemic therapy, one may consider allo-HCT before the development of resistant disease. Moreovery, usage of post-transplant maintenance therapy is suggested in order to reduce the risk of relapse.

Keywords

Skin lymphoma, cutaneous lymphomas, treatment, advanced stages, allogeneic hematopoietic cell transplantation, mycosis fungoides, Sezary syndrome.


" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30000" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30004" ["VALUE"]=> string(94) "LP-02. Efficacy of allogeneic hematopoietic cell transplantation in cutaneous T-cell lymphomas" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(94) "LP-02. Efficacy of allogeneic hematopoietic cell transplantation in cutaneous T-cell lymphomas" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(94) "LP-02. Efficacy of allogeneic hematopoietic cell transplantation in cutaneous T-cell lymphomas" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30002" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(192) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Liliya G. Gorenkova, e-mail: l.aitova@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(150) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Liliya G. Gorenkova, e-mail: l.aitova@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(150) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Liliya G. Gorenkova, e-mail: l.aitova@mail.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29997" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(200) "<p>Лилия Г. Горенкова, Лариса А. Кузьмина, Яна К. Мангасарова, Евгений Е. Звонков, Елена Н. Паровичникова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(188) "

Лилия Г. Горенкова, Лариса А. Кузьмина, Яна К. Мангасарова, Евгений Е. Звонков, Елена Н. Паровичникова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(188) "

Лилия Г. Горенкова, Лариса А. Кузьмина, Яна К. Мангасарова, Евгений Е. Звонков, Елена Н. Паровичникова

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29999" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5480) "<p style="text-align: justify;">Первичные кожные Т-клеточные лимфомы – это редкая группа неходжкинских лимфом, характеризующаяся опухолевой инфильтрацией кожи. Среди них, чаще всего встречается грибовидный микоз (ГМ, более 50%) и намного реже – синдром Сезари (СС). В среднем в год диагностируются не более 10 новых случаев кожных лимфом. Терапия ранних стадий ограничена применением локальных видов лечения, в то время как основной проблемой продолжает оставаться лечение поздних стадий ГМ/СС. Применение системных подходов (рекомбинантные интерфероны, ингибиторы гистодеацитилаз, моноклональные антитела, химиотерапия) не всегда позволяют достигнуть долгосрочных результатов, а продолженный рост опухоли во время проведения терапии, равно как и развитие крупноклеточной трансформации, является одним из самых неблагоприятных событий в течении заболевания. Медиана выживаемости таких пациентов составляет 11 месяцев. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> По данным системного мета-анализа на основании 5 исследований, было показано, что выполнение именно аллогенной трансплантации костного мозга при продвинутых формах заболевания, демонстрирует ее потенциальную эффективность. Обобщенные показатели ОВ и БПВ составили 59% и 36%, соответственно. Обобщенный показатель рецидива и смертности не связанной с заболеванием составил 47% и 19%, соответственно. </p> <p style="text-align: justify;"> В НМИЦ Гематологии 7 пациентам с кожными Т-клеточными лимфомами выполнена алло-ТКМ – 4 с ГМ (из них двое с трансформацией в крупноклеточную лимфому), 2 – с СС, 1 первичная кожная периферическая Т-клеточная лимфома неспецифицированная. Статус заболевания на момент трансплантации – прогрессия у 2 пациентов, стабилизация/ремиссия – 5 пациентов. Отмечено, что у двух умерших пациентов количество линий терапии до алло-ТКМ было более 3, в то время как в других случаях от 1 до 3 максимально. Из 5 пациентов у 2 случился рецидив заболевания, однако со снижением стадии заболевания (на момент алло-ТКМ – IVA-IVB, в рецидиве IIA) и отсутствием крупноклеточной трансформации, проводилась локальная терапия. Медиана срока наблюдения после алло-ТКМ 74 месяца. Таким образом, 5-летняя ОВ и БПВ составили 71%, а 5-летняя БСВ – 57%.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> Результаты систематического обзора и наш собственный опыт показывают, что алло-ТКМ позволяет достичь длительных обнадеживающих показателей ОВ и БПВ; однако, предлеченность и прогрессия на момент алло-ТКМ и рецидив остаются основными причинами неудач. Вероятнее всего, при поздних стадий заболевания, неэффективности максимум 2 линий системной терапии, для молодых пациентов необходимо рассмотрение опции алло-ТКМ до развития устойчивой резистентности, а также необходимо внедрение поддерживающей терапии после трансплантации для снижения риска развития рецидива.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Кожные лимфомы, аллогенная трансплантация, поздние стадии, грибовидный микоз, синдром Сезари.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5334) "

Первичные кожные Т-клеточные лимфомы – это редкая группа неходжкинских лимфом, характеризующаяся опухолевой инфильтрацией кожи. Среди них, чаще всего встречается грибовидный микоз (ГМ, более 50%) и намного реже – синдром Сезари (СС). В среднем в год диагностируются не более 10 новых случаев кожных лимфом. Терапия ранних стадий ограничена применением локальных видов лечения, в то время как основной проблемой продолжает оставаться лечение поздних стадий ГМ/СС. Применение системных подходов (рекомбинантные интерфероны, ингибиторы гистодеацитилаз, моноклональные антитела, химиотерапия) не всегда позволяют достигнуть долгосрочных результатов, а продолженный рост опухоли во время проведения терапии, равно как и развитие крупноклеточной трансформации, является одним из самых неблагоприятных событий в течении заболевания. Медиана выживаемости таких пациентов составляет 11 месяцев.

Результаты

По данным системного мета-анализа на основании 5 исследований, было показано, что выполнение именно аллогенной трансплантации костного мозга при продвинутых формах заболевания, демонстрирует ее потенциальную эффективность. Обобщенные показатели ОВ и БПВ составили 59% и 36%, соответственно. Обобщенный показатель рецидива и смертности не связанной с заболеванием составил 47% и 19%, соответственно.

В НМИЦ Гематологии 7 пациентам с кожными Т-клеточными лимфомами выполнена алло-ТКМ – 4 с ГМ (из них двое с трансформацией в крупноклеточную лимфому), 2 – с СС, 1 первичная кожная периферическая Т-клеточная лимфома неспецифицированная. Статус заболевания на момент трансплантации – прогрессия у 2 пациентов, стабилизация/ремиссия – 5 пациентов. Отмечено, что у двух умерших пациентов количество линий терапии до алло-ТКМ было более 3, в то время как в других случаях от 1 до 3 максимально. Из 5 пациентов у 2 случился рецидив заболевания, однако со снижением стадии заболевания (на момент алло-ТКМ – IVA-IVB, в рецидиве IIA) и отсутствием крупноклеточной трансформации, проводилась локальная терапия. Медиана срока наблюдения после алло-ТКМ 74 месяца. Таким образом, 5-летняя ОВ и БПВ составили 71%, а 5-летняя БСВ – 57%.

Выводы

Результаты систематического обзора и наш собственный опыт показывают, что алло-ТКМ позволяет достичь длительных обнадеживающих показателей ОВ и БПВ; однако, предлеченность и прогрессия на момент алло-ТКМ и рецидив остаются основными причинами неудач. Вероятнее всего, при поздних стадий заболевания, неэффективности максимум 2 линий системной терапии, для молодых пациентов необходимо рассмотрение опции алло-ТКМ до развития устойчивой резистентности, а также необходимо внедрение поддерживающей терапии после трансплантации для снижения риска развития рецидива.

Ключевые слова

Кожные лимфомы, аллогенная трансплантация, поздние стадии, грибовидный микоз, синдром Сезари.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(5334) "

Первичные кожные Т-клеточные лимфомы – это редкая группа неходжкинских лимфом, характеризующаяся опухолевой инфильтрацией кожи. Среди них, чаще всего встречается грибовидный микоз (ГМ, более 50%) и намного реже – синдром Сезари (СС). В среднем в год диагностируются не более 10 новых случаев кожных лимфом. Терапия ранних стадий ограничена применением локальных видов лечения, в то время как основной проблемой продолжает оставаться лечение поздних стадий ГМ/СС. Применение системных подходов (рекомбинантные интерфероны, ингибиторы гистодеацитилаз, моноклональные антитела, химиотерапия) не всегда позволяют достигнуть долгосрочных результатов, а продолженный рост опухоли во время проведения терапии, равно как и развитие крупноклеточной трансформации, является одним из самых неблагоприятных событий в течении заболевания. Медиана выживаемости таких пациентов составляет 11 месяцев.

Результаты

По данным системного мета-анализа на основании 5 исследований, было показано, что выполнение именно аллогенной трансплантации костного мозга при продвинутых формах заболевания, демонстрирует ее потенциальную эффективность. Обобщенные показатели ОВ и БПВ составили 59% и 36%, соответственно. Обобщенный показатель рецидива и смертности не связанной с заболеванием составил 47% и 19%, соответственно.

В НМИЦ Гематологии 7 пациентам с кожными Т-клеточными лимфомами выполнена алло-ТКМ – 4 с ГМ (из них двое с трансформацией в крупноклеточную лимфому), 2 – с СС, 1 первичная кожная периферическая Т-клеточная лимфома неспецифицированная. Статус заболевания на момент трансплантации – прогрессия у 2 пациентов, стабилизация/ремиссия – 5 пациентов. Отмечено, что у двух умерших пациентов количество линий терапии до алло-ТКМ было более 3, в то время как в других случаях от 1 до 3 максимально. Из 5 пациентов у 2 случился рецидив заболевания, однако со снижением стадии заболевания (на момент алло-ТКМ – IVA-IVB, в рецидиве IIA) и отсутствием крупноклеточной трансформации, проводилась локальная терапия. Медиана срока наблюдения после алло-ТКМ 74 месяца. Таким образом, 5-летняя ОВ и БПВ составили 71%, а 5-летняя БСВ – 57%.

Выводы

Результаты систематического обзора и наш собственный опыт показывают, что алло-ТКМ позволяет достичь длительных обнадеживающих показателей ОВ и БПВ; однако, предлеченность и прогрессия на момент алло-ТКМ и рецидив остаются основными причинами неудач. Вероятнее всего, при поздних стадий заболевания, неэффективности максимум 2 линий системной терапии, для молодых пациентов необходимо рассмотрение опции алло-ТКМ до развития устойчивой резистентности, а также необходимо внедрение поддерживающей терапии после трансплантации для снижения риска развития рецидива.

Ключевые слова

Кожные лимфомы, аллогенная трансплантация, поздние стадии, грибовидный микоз, синдром Сезари.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29998" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" } } } [7]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["ID"]=> string(4) "2187" ["~ID"]=> string(4) "2187" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["~NAME"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 03:42:55 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 03:42:55 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(228) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-03-bolevoy-sindrom-i-psikhicheskie-rasstroystva-obuslovlennye-mukozitom-v-rannem-periode-posle-au/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(228) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-03-bolevoy-sindrom-i-psikhicheskie-rasstroystva-obuslovlennye-mukozitom-v-rannem-periode-posle-au/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "30" ["~SORT"]=> string(2) "30" ["CODE"]=> string(100) "lp-03-bolevoy-sindrom-i-psikhicheskie-rasstroystva-obuslovlennye-mukozitom-v-rannem-periode-posle-au" ["~CODE"]=> string(100) "lp-03-bolevoy-sindrom-i-psikhicheskie-rasstroystva-obuslovlennye-mukozitom-v-rannem-periode-posle-au" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2187" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2187" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(386) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломойLP-03. Pain syndrome and mental disorders caused by mucositis at an early stage after auto-HSCT in patients with multiple myeloma" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(7221) "<p style="text-align: justify;">Мукозит ротовой полости в период нейтропении в ранние сроки после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) диагностируется у 75-100% пациентов. В связи с выраженным болевым синдромом на фоне поражения слизистой ротовой полости требуется проведение анальгетической терапии и коррекция манифестирующих психических расстройств.</p> <h2>Цель работы</h2> <p style="text-align: justify;"> Изучить характеристики болевого синдрома, обусловленного мукозитом ротовой полости в период посттрансплантационной нейтропении, а также формирующиеся на этом фоне психические расстройства у пациентов с множественной миеломой (ММ).</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В исследование включен 31 больной ММ (24 женщин и 7 мужчин, медиана возраста 51 год), которым в ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ в период с января по июль 2023г выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования мелфаланом в дозе 140-200 мг/м<sup>2</sup>. Оценка болевого синдрома и психометрическое тестирование осуществлялись с использованием опросника катастрофизации боли и опросника боли Мак-Гилла, шкал депрессии и тревоги Бека (ШДБ и ШТБ), методики КОП-25 («количественная оценка приверженности лечению»).</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Степень тяжести мукозита ротовой полости оценивалась в соответствии с практическими рекомендациями по лечению и профилактике мукозитов (Семиглазова Т. Ю. и др., 2021). Так, у 23 (74%) пациентов было диагностировано поражение слизистой оболочки ротовой полости: у 13 – I степени, у 6 больных – II степени, у 3 – III степени, у 1 пациента – IV степени. У остальных 8 (26%) больных в период миелотоксического агранулоцитоза признаки мукозита отсутствовали. Оценка болевого синдрома выполнялась у 10 пациентов с болевым синдромом (II-IV степень тяжести мукозита). Согласно опроснику Мак-Гилла, 4 пациента оценивали интенсивность боли как «умеренную» и «сильную», и именно у них диагностировано поражение слизистой ротовой полости III-IV степени. Остальные 6 пациентов с мукозитом II степени характеризовали боль как «слабую». При этом, согласно результатам оценки по аффективной шкале опросника, 60% больных (II степень мукозита) не обнаруживали выраженного эмоционального ответа на боль, тогда как у 40% (III-IV степень мукозита) была выявлена интенсивная эмоциональная реакция. При оценке по шкале катастрофизации боли у 10 больных основные баллы приходились на такие параметры, как «мысленная жвачка» (сосредоточенность внимания человека на мыслях, связанных с болью) и «безнадежность» (принятие позиции смирения, невозможность управления ситуацией при болевых ощущениях), в то время, как результаты по шкале «преувеличение» (преувеличение силы, значения болевого синдрома) были низкими. При психометрической оценке состояния пациентов была установлена прямая связь боли с депрессией по ШДБ. При этом тревога по ШТБ не превышала значимый уровень. По результатам опросника КОП-25 только у 1 пациента (с мукозитом II степени тяжести) из группы с болевым синдромом выявлялась высокая степень приверженности лечению, в то время как у 3 больных – средняя, и еще у 6 – низкая степень приверженности. В группе без болевого синдрома для 9 пациентов была характерна высокая степень приверженности терапии, 8 – средняя и 4 – низкая степень приверженности.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Частота развития мукозита ротовой полости у больных ММ в период нейтропении на раннем посттрансплантационном этапе составила 74%, при этом в 13% случаев встречалась III-IV степень поражения, сопровождающаяся болями. Можно утверждать, что с болевым синдром на фоне выраженного мукозита тесно сопряжены депрессивные расстройства, а также преобладание когнитивных и поведенческих аспектов катастрофизации болевых ощущений.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, множественная миелома, мукозит ротовой полости. </p>" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-03-bolevoy-sindrom-i-psikhicheskie-rasstroystva-obuslovlennye-mukozitom-v-rannem-periode-posle-au" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(257) "LP-03. Болевой синдром и психические расстройства, обусловленные мукозитом, в раннем периоде после ауто-ТГСК у больных множественной миеломой" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-03-bolevoy-sindrom-i-psikhicheskie-rasstroystva-obuslovlennye-mukozitom-v-rannem-periode-posle-au" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-03-bolevoy-sindrom-i-psikhicheskie-rasstroystva-obuslovlennye-mukozitom-v-rannem-periode-posle-au" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-03-bolevoy-sindrom-i-psikhicheskie-rasstroystva-obuslovlennye-mukozitom-v-rannem-periode-posle-au" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30007" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Эльмира З. Иругова, Дмитрий Э. Выборных, Максим В. Соловьев, Лариса П. Менделеева</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Эльмира З. Иругова, Дмитрий Э. Выборных, Максим В. Соловьев, Лариса П. Менделеева

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30008" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(164) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(152) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30009" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7221) "<p style="text-align: justify;">Мукозит ротовой полости в период нейтропении в ранние сроки после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) диагностируется у 75-100% пациентов. В связи с выраженным болевым синдромом на фоне поражения слизистой ротовой полости требуется проведение анальгетической терапии и коррекция манифестирующих психических расстройств.</p> <h2>Цель работы</h2> <p style="text-align: justify;"> Изучить характеристики болевого синдрома, обусловленного мукозитом ротовой полости в период посттрансплантационной нейтропении, а также формирующиеся на этом фоне психические расстройства у пациентов с множественной миеломой (ММ).</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В исследование включен 31 больной ММ (24 женщин и 7 мужчин, медиана возраста 51 год), которым в ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ в период с января по июль 2023г выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования мелфаланом в дозе 140-200 мг/м<sup>2</sup>. Оценка болевого синдрома и психометрическое тестирование осуществлялись с использованием опросника катастрофизации боли и опросника боли Мак-Гилла, шкал депрессии и тревоги Бека (ШДБ и ШТБ), методики КОП-25 («количественная оценка приверженности лечению»).</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Степень тяжести мукозита ротовой полости оценивалась в соответствии с практическими рекомендациями по лечению и профилактике мукозитов (Семиглазова Т. Ю. и др., 2021). Так, у 23 (74%) пациентов было диагностировано поражение слизистой оболочки ротовой полости: у 13 – I степени, у 6 больных – II степени, у 3 – III степени, у 1 пациента – IV степени. У остальных 8 (26%) больных в период миелотоксического агранулоцитоза признаки мукозита отсутствовали. Оценка болевого синдрома выполнялась у 10 пациентов с болевым синдромом (II-IV степень тяжести мукозита). Согласно опроснику Мак-Гилла, 4 пациента оценивали интенсивность боли как «умеренную» и «сильную», и именно у них диагностировано поражение слизистой ротовой полости III-IV степени. Остальные 6 пациентов с мукозитом II степени характеризовали боль как «слабую». При этом, согласно результатам оценки по аффективной шкале опросника, 60% больных (II степень мукозита) не обнаруживали выраженного эмоционального ответа на боль, тогда как у 40% (III-IV степень мукозита) была выявлена интенсивная эмоциональная реакция. При оценке по шкале катастрофизации боли у 10 больных основные баллы приходились на такие параметры, как «мысленная жвачка» (сосредоточенность внимания человека на мыслях, связанных с болью) и «безнадежность» (принятие позиции смирения, невозможность управления ситуацией при болевых ощущениях), в то время, как результаты по шкале «преувеличение» (преувеличение силы, значения болевого синдрома) были низкими. При психометрической оценке состояния пациентов была установлена прямая связь боли с депрессией по ШДБ. При этом тревога по ШТБ не превышала значимый уровень. По результатам опросника КОП-25 только у 1 пациента (с мукозитом II степени тяжести) из группы с болевым синдромом выявлялась высокая степень приверженности лечению, в то время как у 3 больных – средняя, и еще у 6 – низкая степень приверженности. В группе без болевого синдрома для 9 пациентов была характерна высокая степень приверженности терапии, 8 – средняя и 4 – низкая степень приверженности.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Частота развития мукозита ротовой полости у больных ММ в период нейтропении на раннем посттрансплантационном этапе составила 74%, при этом в 13% случаев встречалась III-IV степень поражения, сопровождающаяся болями. Можно утверждать, что с болевым синдром на фоне выраженного мукозита тесно сопряжены депрессивные расстройства, а также преобладание когнитивных и поведенческих аспектов катастрофизации болевых ощущений.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, множественная миелома, мукозит ротовой полости. </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7017) "

Мукозит ротовой полости в период нейтропении в ранние сроки после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) диагностируется у 75-100% пациентов. В связи с выраженным болевым синдромом на фоне поражения слизистой ротовой полости требуется проведение анальгетической терапии и коррекция манифестирующих психических расстройств.

Цель работы

Изучить характеристики болевого синдрома, обусловленного мукозитом ротовой полости в период посттрансплантационной нейтропении, а также формирующиеся на этом фоне психические расстройства у пациентов с множественной миеломой (ММ).

Материалы и методы

В исследование включен 31 больной ММ (24 женщин и 7 мужчин, медиана возраста 51 год), которым в ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ в период с января по июль 2023г выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования мелфаланом в дозе 140-200 мг/м2. Оценка болевого синдрома и психометрическое тестирование осуществлялись с использованием опросника катастрофизации боли и опросника боли Мак-Гилла, шкал депрессии и тревоги Бека (ШДБ и ШТБ), методики КОП-25 («количественная оценка приверженности лечению»).

Результаты

Степень тяжести мукозита ротовой полости оценивалась в соответствии с практическими рекомендациями по лечению и профилактике мукозитов (Семиглазова Т. Ю. и др., 2021). Так, у 23 (74%) пациентов было диагностировано поражение слизистой оболочки ротовой полости: у 13 – I степени, у 6 больных – II степени, у 3 – III степени, у 1 пациента – IV степени. У остальных 8 (26%) больных в период миелотоксического агранулоцитоза признаки мукозита отсутствовали. Оценка болевого синдрома выполнялась у 10 пациентов с болевым синдромом (II-IV степень тяжести мукозита). Согласно опроснику Мак-Гилла, 4 пациента оценивали интенсивность боли как «умеренную» и «сильную», и именно у них диагностировано поражение слизистой ротовой полости III-IV степени. Остальные 6 пациентов с мукозитом II степени характеризовали боль как «слабую». При этом, согласно результатам оценки по аффективной шкале опросника, 60% больных (II степень мукозита) не обнаруживали выраженного эмоционального ответа на боль, тогда как у 40% (III-IV степень мукозита) была выявлена интенсивная эмоциональная реакция. При оценке по шкале катастрофизации боли у 10 больных основные баллы приходились на такие параметры, как «мысленная жвачка» (сосредоточенность внимания человека на мыслях, связанных с болью) и «безнадежность» (принятие позиции смирения, невозможность управления ситуацией при болевых ощущениях), в то время, как результаты по шкале «преувеличение» (преувеличение силы, значения болевого синдрома) были низкими. При психометрической оценке состояния пациентов была установлена прямая связь боли с депрессией по ШДБ. При этом тревога по ШТБ не превышала значимый уровень. По результатам опросника КОП-25 только у 1 пациента (с мукозитом II степени тяжести) из группы с болевым синдромом выявлялась высокая степень приверженности лечению, в то время как у 3 больных – средняя, и еще у 6 – низкая степень приверженности. В группе без болевого синдрома для 9 пациентов была характерна высокая степень приверженности терапии, 8 – средняя и 4 – низкая степень приверженности.

Выводы

Частота развития мукозита ротовой полости у больных ММ в период нейтропении на раннем посттрансплантационном этапе составила 74%, при этом в 13% случаев встречалась III-IV степень поражения, сопровождающаяся болями. Можно утверждать, что с болевым синдром на фоне выраженного мукозита тесно сопряжены депрессивные расстройства, а также преобладание когнитивных и поведенческих аспектов катастрофизации болевых ощущений.

Ключевые слова

Трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, множественная миелома, мукозит ротовой полости.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30010" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30011" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(98) "<p>Elmira Z. Irugova, Dmitry E. Vybornykh, Maksim V. Solovev, Larisa P. Mendeleeva</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(86) "

Elmira Z. Irugova, Dmitry E. Vybornykh, Maksim V. Solovev, Larisa P. Mendeleeva

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30012" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(219) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Elmira Z. Irugova, phone: +7 (938) 700-54-00, e-mail: irugova.e@blood.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(177) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Elmira Z. Irugova, phone: +7 (938) 700-54-00, e-mail: irugova.e@blood.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30013" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3615) "<p style="text-align: justify;"> Oral mucositis during neutropenia at the early stages after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT) is diagnosed in 75-100% of patients. The pronounced pain syndrome in presence of oral mucosa lesions requires pain management and correction of emerging mental disorders. Our objective was to study the characteristics of pain syndrome caused by oral mucositis during post-transplantation neutropenia, and mental disorders formed against this background in patients with multiple myeloma (MM). </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> We included 31 patients with MM (24 women and 7 men, median age was 51 years) after auto-HSCT with high-dose melphalan (140-200 mg/m<sup>2</sup>) conditioning performed at the National Medical Research Center of Hematology from January to July 2023. Pain syndrome assessment and psychometric testing utilized the pain catastrophizing questionnaire, the McGill pain questionnaire, the Beck Depression and Beck Anxiety Inventory (BDI and BAI) as well as QAA-25 (quantitative assessment of the adherence to treatment). </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> Severity of oral mucositis was determined by the practical recommendations for mucositis treatment and prevention (Semiglazova et al., 2021). Hence, 23 patients (74%) had lesions on the oral mucous membrane, i.e., 13 cases with grade I; six patients with grade II; 3 cases with grade III, and 1 patient with grade IV mucositis. The remaining 8 patients (26%) had no signs of mucositis during the myelotoxic agranulocytosis. Among 10 patients with pain syndrome (grades II-IV mucositis), four persons classified their pain as “moderate” or “severe” according to the McGill questionnaire, which corresponds to grade III-IV lesions. The other six patients with grade II mucositis rated their pain as “mild.” The affective scale of this questionnaire indicated that 60% with grade II mucositis had no significant emotional pain response, whereas 40% of the patients with grades III-IV showed an intense emotional reaction. Upon evaluation with pain catastrophizing scale, the key scores were assigned to “obsession” and “helplessness”, with lower scores for the “exaggeration” parameter. A significant correlation between pain and depression was identified via the BDI scale. Conversely, the BAI indicated anxiety levels did not surpass the significant thresholds. According to the QAA-25 questionnaire, among those with pain syndrome, only one patient with grade II mucositis demonstrated high adherence to treatment, while 3 patients had a medium degree of adherence, and another 6 had a low degree of adherence. The adherence levels among the patients without pain syndrome were as follows: 9, high levels; 8, medium level, and 4 patients had low adherence to treatment. </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;"> Oral mucositis developed in 74% of patients with MM during neutropenia at the early stages after auto-HSCT. Of them, 13% had III-IV degree lesions accompanied by pain syndrome. Severe mucositis with pain syndrome correlates closely with depressive disorders and the cognitive and behavioral aspects of the pain catastrophizing. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Hematopoietic stem cell transplantation, multiple myeloma, oral mucositis. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3439) "

Oral mucositis during neutropenia at the early stages after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT) is diagnosed in 75-100% of patients. The pronounced pain syndrome in presence of oral mucosa lesions requires pain management and correction of emerging mental disorders. Our objective was to study the characteristics of pain syndrome caused by oral mucositis during post-transplantation neutropenia, and mental disorders formed against this background in patients with multiple myeloma (MM).

Materials and methods

We included 31 patients with MM (24 women and 7 men, median age was 51 years) after auto-HSCT with high-dose melphalan (140-200 mg/m2) conditioning performed at the National Medical Research Center of Hematology from January to July 2023. Pain syndrome assessment and psychometric testing utilized the pain catastrophizing questionnaire, the McGill pain questionnaire, the Beck Depression and Beck Anxiety Inventory (BDI and BAI) as well as QAA-25 (quantitative assessment of the adherence to treatment).

Results

Severity of oral mucositis was determined by the practical recommendations for mucositis treatment and prevention (Semiglazova et al., 2021). Hence, 23 patients (74%) had lesions on the oral mucous membrane, i.e., 13 cases with grade I; six patients with grade II; 3 cases with grade III, and 1 patient with grade IV mucositis. The remaining 8 patients (26%) had no signs of mucositis during the myelotoxic agranulocytosis. Among 10 patients with pain syndrome (grades II-IV mucositis), four persons classified their pain as “moderate” or “severe” according to the McGill questionnaire, which corresponds to grade III-IV lesions. The other six patients with grade II mucositis rated their pain as “mild.” The affective scale of this questionnaire indicated that 60% with grade II mucositis had no significant emotional pain response, whereas 40% of the patients with grades III-IV showed an intense emotional reaction. Upon evaluation with pain catastrophizing scale, the key scores were assigned to “obsession” and “helplessness”, with lower scores for the “exaggeration” parameter. A significant correlation between pain and depression was identified via the BDI scale. Conversely, the BAI indicated anxiety levels did not surpass the significant thresholds. According to the QAA-25 questionnaire, among those with pain syndrome, only one patient with grade II mucositis demonstrated high adherence to treatment, while 3 patients had a medium degree of adherence, and another 6 had a low degree of adherence. The adherence levels among the patients without pain syndrome were as follows: 9, high levels; 8, medium level, and 4 patients had low adherence to treatment.

Conclusions

Oral mucositis developed in 74% of patients with MM during neutropenia at the early stages after auto-HSCT. Of them, 13% had III-IV degree lesions accompanied by pain syndrome. Severe mucositis with pain syndrome correlates closely with depressive disorders and the cognitive and behavioral aspects of the pain catastrophizing.

Keywords

Hematopoietic stem cell transplantation, multiple myeloma, oral mucositis.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30014" ["VALUE"]=> string(129) "LP-03. Pain syndrome and mental disorders caused by mucositis at an early stage after auto-HSCT in patients with multiple myeloma" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(129) "LP-03. Pain syndrome and mental disorders caused by mucositis at an early stage after auto-HSCT in patients with multiple myeloma" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30015" ["VALUE"]=> string(4) "3334" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3334" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30016" ["VALUE"]=> string(4) "3335" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3335" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30011" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(98) "<p>Elmira Z. Irugova, Dmitry E. Vybornykh, Maksim V. Solovev, Larisa P. Mendeleeva</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(86) "

Elmira Z. Irugova, Dmitry E. Vybornykh, Maksim V. Solovev, Larisa P. Mendeleeva

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(86) "

Elmira Z. Irugova, Dmitry E. Vybornykh, Maksim V. Solovev, Larisa P. Mendeleeva

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30013" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3615) "<p style="text-align: justify;"> Oral mucositis during neutropenia at the early stages after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT) is diagnosed in 75-100% of patients. The pronounced pain syndrome in presence of oral mucosa lesions requires pain management and correction of emerging mental disorders. Our objective was to study the characteristics of pain syndrome caused by oral mucositis during post-transplantation neutropenia, and mental disorders formed against this background in patients with multiple myeloma (MM). </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> We included 31 patients with MM (24 women and 7 men, median age was 51 years) after auto-HSCT with high-dose melphalan (140-200 mg/m<sup>2</sup>) conditioning performed at the National Medical Research Center of Hematology from January to July 2023. Pain syndrome assessment and psychometric testing utilized the pain catastrophizing questionnaire, the McGill pain questionnaire, the Beck Depression and Beck Anxiety Inventory (BDI and BAI) as well as QAA-25 (quantitative assessment of the adherence to treatment). </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> Severity of oral mucositis was determined by the practical recommendations for mucositis treatment and prevention (Semiglazova et al., 2021). Hence, 23 patients (74%) had lesions on the oral mucous membrane, i.e., 13 cases with grade I; six patients with grade II; 3 cases with grade III, and 1 patient with grade IV mucositis. The remaining 8 patients (26%) had no signs of mucositis during the myelotoxic agranulocytosis. Among 10 patients with pain syndrome (grades II-IV mucositis), four persons classified their pain as “moderate” or “severe” according to the McGill questionnaire, which corresponds to grade III-IV lesions. The other six patients with grade II mucositis rated their pain as “mild.” The affective scale of this questionnaire indicated that 60% with grade II mucositis had no significant emotional pain response, whereas 40% of the patients with grades III-IV showed an intense emotional reaction. Upon evaluation with pain catastrophizing scale, the key scores were assigned to “obsession” and “helplessness”, with lower scores for the “exaggeration” parameter. A significant correlation between pain and depression was identified via the BDI scale. Conversely, the BAI indicated anxiety levels did not surpass the significant thresholds. According to the QAA-25 questionnaire, among those with pain syndrome, only one patient with grade II mucositis demonstrated high adherence to treatment, while 3 patients had a medium degree of adherence, and another 6 had a low degree of adherence. The adherence levels among the patients without pain syndrome were as follows: 9, high levels; 8, medium level, and 4 patients had low adherence to treatment. </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;"> Oral mucositis developed in 74% of patients with MM during neutropenia at the early stages after auto-HSCT. Of them, 13% had III-IV degree lesions accompanied by pain syndrome. Severe mucositis with pain syndrome correlates closely with depressive disorders and the cognitive and behavioral aspects of the pain catastrophizing. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Hematopoietic stem cell transplantation, multiple myeloma, oral mucositis. </p> <br>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3439) "

Oral mucositis during neutropenia at the early stages after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT) is diagnosed in 75-100% of patients. The pronounced pain syndrome in presence of oral mucosa lesions requires pain management and correction of emerging mental disorders. Our objective was to study the characteristics of pain syndrome caused by oral mucositis during post-transplantation neutropenia, and mental disorders formed against this background in patients with multiple myeloma (MM).

Materials and methods

We included 31 patients with MM (24 women and 7 men, median age was 51 years) after auto-HSCT with high-dose melphalan (140-200 mg/m2) conditioning performed at the National Medical Research Center of Hematology from January to July 2023. Pain syndrome assessment and psychometric testing utilized the pain catastrophizing questionnaire, the McGill pain questionnaire, the Beck Depression and Beck Anxiety Inventory (BDI and BAI) as well as QAA-25 (quantitative assessment of the adherence to treatment).

Results

Severity of oral mucositis was determined by the practical recommendations for mucositis treatment and prevention (Semiglazova et al., 2021). Hence, 23 patients (74%) had lesions on the oral mucous membrane, i.e., 13 cases with grade I; six patients with grade II; 3 cases with grade III, and 1 patient with grade IV mucositis. The remaining 8 patients (26%) had no signs of mucositis during the myelotoxic agranulocytosis. Among 10 patients with pain syndrome (grades II-IV mucositis), four persons classified their pain as “moderate” or “severe” according to the McGill questionnaire, which corresponds to grade III-IV lesions. The other six patients with grade II mucositis rated their pain as “mild.” The affective scale of this questionnaire indicated that 60% with grade II mucositis had no significant emotional pain response, whereas 40% of the patients with grades III-IV showed an intense emotional reaction. Upon evaluation with pain catastrophizing scale, the key scores were assigned to “obsession” and “helplessness”, with lower scores for the “exaggeration” parameter. A significant correlation between pain and depression was identified via the BDI scale. Conversely, the BAI indicated anxiety levels did not surpass the significant thresholds. According to the QAA-25 questionnaire, among those with pain syndrome, only one patient with grade II mucositis demonstrated high adherence to treatment, while 3 patients had a medium degree of adherence, and another 6 had a low degree of adherence. The adherence levels among the patients without pain syndrome were as follows: 9, high levels; 8, medium level, and 4 patients had low adherence to treatment.

Conclusions

Oral mucositis developed in 74% of patients with MM during neutropenia at the early stages after auto-HSCT. Of them, 13% had III-IV degree lesions accompanied by pain syndrome. Severe mucositis with pain syndrome correlates closely with depressive disorders and the cognitive and behavioral aspects of the pain catastrophizing.

Keywords

Hematopoietic stem cell transplantation, multiple myeloma, oral mucositis.


" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3439) "

Oral mucositis during neutropenia at the early stages after autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT) is diagnosed in 75-100% of patients. The pronounced pain syndrome in presence of oral mucosa lesions requires pain management and correction of emerging mental disorders. Our objective was to study the characteristics of pain syndrome caused by oral mucositis during post-transplantation neutropenia, and mental disorders formed against this background in patients with multiple myeloma (MM).

Materials and methods

We included 31 patients with MM (24 women and 7 men, median age was 51 years) after auto-HSCT with high-dose melphalan (140-200 mg/m2) conditioning performed at the National Medical Research Center of Hematology from January to July 2023. Pain syndrome assessment and psychometric testing utilized the pain catastrophizing questionnaire, the McGill pain questionnaire, the Beck Depression and Beck Anxiety Inventory (BDI and BAI) as well as QAA-25 (quantitative assessment of the adherence to treatment).

Results

Severity of oral mucositis was determined by the practical recommendations for mucositis treatment and prevention (Semiglazova et al., 2021). Hence, 23 patients (74%) had lesions on the oral mucous membrane, i.e., 13 cases with grade I; six patients with grade II; 3 cases with grade III, and 1 patient with grade IV mucositis. The remaining 8 patients (26%) had no signs of mucositis during the myelotoxic agranulocytosis. Among 10 patients with pain syndrome (grades II-IV mucositis), four persons classified their pain as “moderate” or “severe” according to the McGill questionnaire, which corresponds to grade III-IV lesions. The other six patients with grade II mucositis rated their pain as “mild.” The affective scale of this questionnaire indicated that 60% with grade II mucositis had no significant emotional pain response, whereas 40% of the patients with grades III-IV showed an intense emotional reaction. Upon evaluation with pain catastrophizing scale, the key scores were assigned to “obsession” and “helplessness”, with lower scores for the “exaggeration” parameter. A significant correlation between pain and depression was identified via the BDI scale. Conversely, the BAI indicated anxiety levels did not surpass the significant thresholds. According to the QAA-25 questionnaire, among those with pain syndrome, only one patient with grade II mucositis demonstrated high adherence to treatment, while 3 patients had a medium degree of adherence, and another 6 had a low degree of adherence. The adherence levels among the patients without pain syndrome were as follows: 9, high levels; 8, medium level, and 4 patients had low adherence to treatment.

Conclusions

Oral mucositis developed in 74% of patients with MM during neutropenia at the early stages after auto-HSCT. Of them, 13% had III-IV degree lesions accompanied by pain syndrome. Severe mucositis with pain syndrome correlates closely with depressive disorders and the cognitive and behavioral aspects of the pain catastrophizing.

Keywords

Hematopoietic stem cell transplantation, multiple myeloma, oral mucositis.


" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30010" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30014" ["VALUE"]=> string(129) "LP-03. Pain syndrome and mental disorders caused by mucositis at an early stage after auto-HSCT in patients with multiple myeloma" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(129) "LP-03. Pain syndrome and mental disorders caused by mucositis at an early stage after auto-HSCT in patients with multiple myeloma" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(129) "LP-03. Pain syndrome and mental disorders caused by mucositis at an early stage after auto-HSCT in patients with multiple myeloma" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30012" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(219) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Elmira Z. Irugova, phone: +7 (938) 700-54-00, e-mail: irugova.e@blood.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(177) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Elmira Z. Irugova, phone: +7 (938) 700-54-00, e-mail: irugova.e@blood.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(177) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Elmira Z. Irugova, phone: +7 (938) 700-54-00, e-mail: irugova.e@blood.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30007" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Эльмира З. Иругова, Дмитрий Э. Выборных, Максим В. Соловьев, Лариса П. Менделеева</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Эльмира З. Иругова, Дмитрий Э. Выборных, Максим В. Соловьев, Лариса П. Менделеева

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(151) "

Эльмира З. Иругова, Дмитрий Э. Выборных, Максим В. Соловьев, Лариса П. Менделеева

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30009" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7221) "<p style="text-align: justify;">Мукозит ротовой полости в период нейтропении в ранние сроки после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) диагностируется у 75-100% пациентов. В связи с выраженным болевым синдромом на фоне поражения слизистой ротовой полости требуется проведение анальгетической терапии и коррекция манифестирующих психических расстройств.</p> <h2>Цель работы</h2> <p style="text-align: justify;"> Изучить характеристики болевого синдрома, обусловленного мукозитом ротовой полости в период посттрансплантационной нейтропении, а также формирующиеся на этом фоне психические расстройства у пациентов с множественной миеломой (ММ).</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В исследование включен 31 больной ММ (24 женщин и 7 мужчин, медиана возраста 51 год), которым в ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ в период с января по июль 2023г выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования мелфаланом в дозе 140-200 мг/м<sup>2</sup>. Оценка болевого синдрома и психометрическое тестирование осуществлялись с использованием опросника катастрофизации боли и опросника боли Мак-Гилла, шкал депрессии и тревоги Бека (ШДБ и ШТБ), методики КОП-25 («количественная оценка приверженности лечению»).</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Степень тяжести мукозита ротовой полости оценивалась в соответствии с практическими рекомендациями по лечению и профилактике мукозитов (Семиглазова Т. Ю. и др., 2021). Так, у 23 (74%) пациентов было диагностировано поражение слизистой оболочки ротовой полости: у 13 – I степени, у 6 больных – II степени, у 3 – III степени, у 1 пациента – IV степени. У остальных 8 (26%) больных в период миелотоксического агранулоцитоза признаки мукозита отсутствовали. Оценка болевого синдрома выполнялась у 10 пациентов с болевым синдромом (II-IV степень тяжести мукозита). Согласно опроснику Мак-Гилла, 4 пациента оценивали интенсивность боли как «умеренную» и «сильную», и именно у них диагностировано поражение слизистой ротовой полости III-IV степени. Остальные 6 пациентов с мукозитом II степени характеризовали боль как «слабую». При этом, согласно результатам оценки по аффективной шкале опросника, 60% больных (II степень мукозита) не обнаруживали выраженного эмоционального ответа на боль, тогда как у 40% (III-IV степень мукозита) была выявлена интенсивная эмоциональная реакция. При оценке по шкале катастрофизации боли у 10 больных основные баллы приходились на такие параметры, как «мысленная жвачка» (сосредоточенность внимания человека на мыслях, связанных с болью) и «безнадежность» (принятие позиции смирения, невозможность управления ситуацией при болевых ощущениях), в то время, как результаты по шкале «преувеличение» (преувеличение силы, значения болевого синдрома) были низкими. При психометрической оценке состояния пациентов была установлена прямая связь боли с депрессией по ШДБ. При этом тревога по ШТБ не превышала значимый уровень. По результатам опросника КОП-25 только у 1 пациента (с мукозитом II степени тяжести) из группы с болевым синдромом выявлялась высокая степень приверженности лечению, в то время как у 3 больных – средняя, и еще у 6 – низкая степень приверженности. В группе без болевого синдрома для 9 пациентов была характерна высокая степень приверженности терапии, 8 – средняя и 4 – низкая степень приверженности.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Частота развития мукозита ротовой полости у больных ММ в период нейтропении на раннем посттрансплантационном этапе составила 74%, при этом в 13% случаев встречалась III-IV степень поражения, сопровождающаяся болями. Можно утверждать, что с болевым синдром на фоне выраженного мукозита тесно сопряжены депрессивные расстройства, а также преобладание когнитивных и поведенческих аспектов катастрофизации болевых ощущений.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, множественная миелома, мукозит ротовой полости. </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7017) "

Мукозит ротовой полости в период нейтропении в ранние сроки после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) диагностируется у 75-100% пациентов. В связи с выраженным болевым синдромом на фоне поражения слизистой ротовой полости требуется проведение анальгетической терапии и коррекция манифестирующих психических расстройств.

Цель работы

Изучить характеристики болевого синдрома, обусловленного мукозитом ротовой полости в период посттрансплантационной нейтропении, а также формирующиеся на этом фоне психические расстройства у пациентов с множественной миеломой (ММ).

Материалы и методы

В исследование включен 31 больной ММ (24 женщин и 7 мужчин, медиана возраста 51 год), которым в ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ в период с января по июль 2023г выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования мелфаланом в дозе 140-200 мг/м2. Оценка болевого синдрома и психометрическое тестирование осуществлялись с использованием опросника катастрофизации боли и опросника боли Мак-Гилла, шкал депрессии и тревоги Бека (ШДБ и ШТБ), методики КОП-25 («количественная оценка приверженности лечению»).

Результаты

Степень тяжести мукозита ротовой полости оценивалась в соответствии с практическими рекомендациями по лечению и профилактике мукозитов (Семиглазова Т. Ю. и др., 2021). Так, у 23 (74%) пациентов было диагностировано поражение слизистой оболочки ротовой полости: у 13 – I степени, у 6 больных – II степени, у 3 – III степени, у 1 пациента – IV степени. У остальных 8 (26%) больных в период миелотоксического агранулоцитоза признаки мукозита отсутствовали. Оценка болевого синдрома выполнялась у 10 пациентов с болевым синдромом (II-IV степень тяжести мукозита). Согласно опроснику Мак-Гилла, 4 пациента оценивали интенсивность боли как «умеренную» и «сильную», и именно у них диагностировано поражение слизистой ротовой полости III-IV степени. Остальные 6 пациентов с мукозитом II степени характеризовали боль как «слабую». При этом, согласно результатам оценки по аффективной шкале опросника, 60% больных (II степень мукозита) не обнаруживали выраженного эмоционального ответа на боль, тогда как у 40% (III-IV степень мукозита) была выявлена интенсивная эмоциональная реакция. При оценке по шкале катастрофизации боли у 10 больных основные баллы приходились на такие параметры, как «мысленная жвачка» (сосредоточенность внимания человека на мыслях, связанных с болью) и «безнадежность» (принятие позиции смирения, невозможность управления ситуацией при болевых ощущениях), в то время, как результаты по шкале «преувеличение» (преувеличение силы, значения болевого синдрома) были низкими. При психометрической оценке состояния пациентов была установлена прямая связь боли с депрессией по ШДБ. При этом тревога по ШТБ не превышала значимый уровень. По результатам опросника КОП-25 только у 1 пациента (с мукозитом II степени тяжести) из группы с болевым синдромом выявлялась высокая степень приверженности лечению, в то время как у 3 больных – средняя, и еще у 6 – низкая степень приверженности. В группе без болевого синдрома для 9 пациентов была характерна высокая степень приверженности терапии, 8 – средняя и 4 – низкая степень приверженности.

Выводы

Частота развития мукозита ротовой полости у больных ММ в период нейтропении на раннем посттрансплантационном этапе составила 74%, при этом в 13% случаев встречалась III-IV степень поражения, сопровождающаяся болями. Можно утверждать, что с болевым синдром на фоне выраженного мукозита тесно сопряжены депрессивные расстройства, а также преобладание когнитивных и поведенческих аспектов катастрофизации болевых ощущений.

Ключевые слова

Трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, множественная миелома, мукозит ротовой полости.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(7017) "

Мукозит ротовой полости в период нейтропении в ранние сроки после трансплантации аутологичных гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) диагностируется у 75-100% пациентов. В связи с выраженным болевым синдромом на фоне поражения слизистой ротовой полости требуется проведение анальгетической терапии и коррекция манифестирующих психических расстройств.

Цель работы

Изучить характеристики болевого синдрома, обусловленного мукозитом ротовой полости в период посттрансплантационной нейтропении, а также формирующиеся на этом фоне психические расстройства у пациентов с множественной миеломой (ММ).

Материалы и методы

В исследование включен 31 больной ММ (24 женщин и 7 мужчин, медиана возраста 51 год), которым в ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ РФ в период с января по июль 2023г выполнена ауто-ТГСК после кондиционирования мелфаланом в дозе 140-200 мг/м2. Оценка болевого синдрома и психометрическое тестирование осуществлялись с использованием опросника катастрофизации боли и опросника боли Мак-Гилла, шкал депрессии и тревоги Бека (ШДБ и ШТБ), методики КОП-25 («количественная оценка приверженности лечению»).

Результаты

Степень тяжести мукозита ротовой полости оценивалась в соответствии с практическими рекомендациями по лечению и профилактике мукозитов (Семиглазова Т. Ю. и др., 2021). Так, у 23 (74%) пациентов было диагностировано поражение слизистой оболочки ротовой полости: у 13 – I степени, у 6 больных – II степени, у 3 – III степени, у 1 пациента – IV степени. У остальных 8 (26%) больных в период миелотоксического агранулоцитоза признаки мукозита отсутствовали. Оценка болевого синдрома выполнялась у 10 пациентов с болевым синдромом (II-IV степень тяжести мукозита). Согласно опроснику Мак-Гилла, 4 пациента оценивали интенсивность боли как «умеренную» и «сильную», и именно у них диагностировано поражение слизистой ротовой полости III-IV степени. Остальные 6 пациентов с мукозитом II степени характеризовали боль как «слабую». При этом, согласно результатам оценки по аффективной шкале опросника, 60% больных (II степень мукозита) не обнаруживали выраженного эмоционального ответа на боль, тогда как у 40% (III-IV степень мукозита) была выявлена интенсивная эмоциональная реакция. При оценке по шкале катастрофизации боли у 10 больных основные баллы приходились на такие параметры, как «мысленная жвачка» (сосредоточенность внимания человека на мыслях, связанных с болью) и «безнадежность» (принятие позиции смирения, невозможность управления ситуацией при болевых ощущениях), в то время, как результаты по шкале «преувеличение» (преувеличение силы, значения болевого синдрома) были низкими. При психометрической оценке состояния пациентов была установлена прямая связь боли с депрессией по ШДБ. При этом тревога по ШТБ не превышала значимый уровень. По результатам опросника КОП-25 только у 1 пациента (с мукозитом II степени тяжести) из группы с болевым синдромом выявлялась высокая степень приверженности лечению, в то время как у 3 больных – средняя, и еще у 6 – низкая степень приверженности. В группе без болевого синдрома для 9 пациентов была характерна высокая степень приверженности терапии, 8 – средняя и 4 – низкая степень приверженности.

Выводы

Частота развития мукозита ротовой полости у больных ММ в период нейтропении на раннем посттрансплантационном этапе составила 74%, при этом в 13% случаев встречалась III-IV степень поражения, сопровождающаяся болями. Можно утверждать, что с болевым синдром на фоне выраженного мукозита тесно сопряжены депрессивные расстройства, а также преобладание когнитивных и поведенческих аспектов катастрофизации болевых ощущений.

Ключевые слова

Трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, множественная миелома, мукозит ротовой полости.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30008" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(164) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(152) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(152) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" } } } [8]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" ["ID"]=> string(4) "2188" ["~ID"]=> string(4) "2188" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["~NAME"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 03:49:07 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 03:49:07 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(228) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-04-allogennaya-transplantatsiya-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-pri-zrelykh-t-nk-kletochnykh-/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(228) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/limfomy-lp-01-lp-11/lp-04-allogennaya-transplantatsiya-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-pri-zrelykh-t-nk-kletochnykh-/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "40" ["~SORT"]=> string(2) "40" ["CODE"]=> string(100) "lp-04-allogennaya-transplantatsiya-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-pri-zrelykh-t-nk-kletochnykh-" ["~CODE"]=> string(100) "lp-04-allogennaya-transplantatsiya-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-pri-zrelykh-t-nk-kletochnykh-" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2188" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2188" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(294) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детейLP-04. Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation for mature T/NK-cell lymphomas in children" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(3988) "<p style="text-align: justify;">Зрелые Т/NK-клеточные лимфомы зачастую являются крайне агрессивным заболеванием, однако редкая встречаемость, в особенности у детей, приводит к ограниченнму количеству исследовательских данных по результатам терапии, в том числе и результатам аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток (ТГСК). Целью работы была оценка основных клинических исходов ТГСК на платформе селективной деплеции лимфоцитов у детей с зрелыми T/NK-клеточными лимфомами.</p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Девятнадцати пациентам детского возраста с различными вариантами зрелых T/NK-клеточных лимфом (кожная Т-клеточная лимфома, ALK-позитивная анапластическая крупноклеточная лимфома, гепатолиенальная γδT-клеточная лимфома, назальный тип T/NK-клеточной лимфомы) выполнена аллогенная ТГСК на платформе TCRαβ деплеции от неродственного (n=6) или гаплоидентичного (n=13) донора. Девять пациентов (45%) на момент ТГСК имели остаточную опухоль, десять находились в полной ремиссии. В качестве подготовительного режима были использованы миелоаблативные схемы на основе тотального облучения тела в 9 случаях и треосульфана в 10 случаях. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Приживление трансплантата зафиксировано у 19 пациентов (100%). Один пациент умер на ранних сроках от инфекционных осложнений, кумулятивная вероятность трансплантат-ассоциированной смертности составила 5%. Кумулятивная вероятность острой реакции трансплантат-против-хозяина (РТПХ) II-IV и III-IV составила 32% и 6%, соответственно; хронической РТПХ – 7%. Прогрессия заболевания или рецидив зафиксированы у 5 пациентов с медианой 101 день, кумулятивный риск рецидива/прогрессии в течение 5-ти лет составил 27%, пятилетняя общая и безсобытийная выживаемость 78% и 67%, соответственно. </p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> Аллогенная ТГСК на платформе TCRαβ деплеции может обеспечить долгосрочную общую выживаемость у 78% детей со зрелыми Т/NK-клеточными лимфомами высокого риска, даже если они получают трансплантацию вне ремиссии.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> T/NK клеточная лимфома, дети, аллогенная ТГСК, TCRαβ деплеция.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-04-allogennaya-transplantatsiya-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-pri-zrelykh-t-nk-kletochnykh-" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(194) "LP-04. Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток при зрелых T/NK-клеточных лимфомах у детей" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-04-allogennaya-transplantatsiya-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-pri-zrelykh-t-nk-kletochnykh-" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-04-allogennaya-transplantatsiya-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-pri-zrelykh-t-nk-kletochnykh-" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "lp-04-allogennaya-transplantatsiya-gemopoeticheskikh-stvolovykh-kletok-pri-zrelykh-t-nk-kletochnykh-" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "255" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30017" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(292) "<p>Мария А. Климентова, Маргарита Е. Перминова, Лариса Н. Шелихова, Сергей Л. Благов, Ольга О. Молостова, Юлия Г. Абугова, Наталья В. Мякова, Михаил А. Масчан</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(280) "

Мария А. Климентова, Маргарита Е. Перминова, Лариса Н. Шелихова, Сергей Л. Благов, Ольга О. Молостова, Юлия Г. Абугова, Наталья В. Мякова, Михаил А. Масчан

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30018" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(251) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(239) "

Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30019" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3988) "<p style="text-align: justify;">Зрелые Т/NK-клеточные лимфомы зачастую являются крайне агрессивным заболеванием, однако редкая встречаемость, в особенности у детей, приводит к ограниченнму количеству исследовательских данных по результатам терапии, в том числе и результатам аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток (ТГСК). Целью работы была оценка основных клинических исходов ТГСК на платформе селективной деплеции лимфоцитов у детей с зрелыми T/NK-клеточными лимфомами.</p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Девятнадцати пациентам детского возраста с различными вариантами зрелых T/NK-клеточных лимфом (кожная Т-клеточная лимфома, ALK-позитивная анапластическая крупноклеточная лимфома, гепатолиенальная γδT-клеточная лимфома, назальный тип T/NK-клеточной лимфомы) выполнена аллогенная ТГСК на платформе TCRαβ деплеции от неродственного (n=6) или гаплоидентичного (n=13) донора. Девять пациентов (45%) на момент ТГСК имели остаточную опухоль, десять находились в полной ремиссии. В качестве подготовительного режима были использованы миелоаблативные схемы на основе тотального облучения тела в 9 случаях и треосульфана в 10 случаях. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Приживление трансплантата зафиксировано у 19 пациентов (100%). Один пациент умер на ранних сроках от инфекционных осложнений, кумулятивная вероятность трансплантат-ассоциированной смертности составила 5%. Кумулятивная вероятность острой реакции трансплантат-против-хозяина (РТПХ) II-IV и III-IV составила 32% и 6%, соответственно; хронической РТПХ – 7%. Прогрессия заболевания или рецидив зафиксированы у 5 пациентов с медианой 101 день, кумулятивный риск рецидива/прогрессии в течение 5-ти лет составил 27%, пятилетняя общая и безсобытийная выживаемость 78% и 67%, соответственно. </p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;"> Аллогенная ТГСК на платформе TCRαβ деплеции может обеспечить долгосрочную общую выживаемость у 78% детей со зрелыми Т/NK-клеточными лимфомами высокого риска, даже если они получают трансплантацию вне ремиссии.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> T/NK клеточная лимфома, дети, аллогенная ТГСК, TCRαβ деплеция.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3830) "

Зрелые Т/NK-клеточные лимфомы зачастую являются крайне агрессивным заболеванием, однако редкая встречаемость, в особенности у детей, приводит к ограниченнму количеству исследовательских данных по результатам терапии, в том числе и результатам аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток (ТГСК). Целью работы была оценка основных клинических исходов ТГСК на платформе селективной деплеции лимфоцитов у детей с зрелыми T/NK-клеточными лимфомами.

Пациенты и методы

Девятнадцати пациентам детского возраста с различными вариантами зрелых T/NK-клеточных лимфом (кожная Т-клеточная лимфома, ALK-позитивная анапластическая крупноклеточная лимфома, гепатолиенальная γδT-клеточная лимфома, назальный тип T/NK-клеточной лимфомы) выполнена аллогенная ТГСК на платформе TCRαβ деплеции от неродственного (n=6) или гаплоидентичного (n=13) донора. Девять пациентов (45%) на момент ТГСК имели остаточную опухоль, десять находились в полной ремиссии. В качестве подготовительного режима были использованы миелоаблативные схемы на основе тотального облучения тела в 9 случаях и треосульфана в 10 случаях.

Результаты

Приживление трансплантата зафиксировано у 19 пациентов (100%). Один пациент умер на ранних сроках от инфекционных осложнений, кумулятивная вероятность трансплантат-ассоциированной смертности составила 5%. Кумулятивная вероятность острой реакции трансплантат-против-хозяина (РТПХ) II-IV и III-IV составила 32% и 6%, соответственно; хронической РТПХ – 7%. Прогрессия заболевания или рецидив зафиксированы у 5 пациентов с медианой 101 день, кумулятивный риск рецидива/прогрессии в течение 5-ти лет составил 27%, пятилетняя общая и безсобытийная выживаемость 78% и 67%, соответственно.

Выводы

Аллогенная ТГСК на платформе TCRαβ деплеции может обеспечить долгосрочную общую выживаемость у 78% детей со зрелыми Т/NK-клеточными лимфомами высокого риска, даже если они получают трансплантацию вне ремиссии.

Ключевые слова

T/NK клеточная лимфома, дети, аллогенная ТГСК, TCRαβ деплеция.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30020" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30021" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(180) "<p>Maria A. Klimentova, Margarita E. Perminova, Larisa N. Shelikhova, Sergey L. Blagov, Olga O. Molostova, Yulia G. Abugova, Natalia V. Myakova, Michael A. Maschan</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(168) "

Maria A. Klimentova, Margarita E. Perminova, Larisa N. Shelikhova, Sergey L. Blagov, Olga O. Molostova, Yulia G. Abugova, Natalia V. Myakova, Michael A. Maschan

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30022" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(275) "<p>Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Maria A. Klimentova, phone: +7 (968) 808-16-48, e-mail: klimentowa1702@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(233) "

Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Maria A. Klimentova, phone: +7 (968) 808-16-48, e-mail: klimentowa1702@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30023" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2188) "<p style="text-align: justify;">Mature T/NK cell lymphomas are often a highly aggressive disease, but their rare occurrence, especially in children, results in limited research data on treatment outcomes, including the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (HSCT). Our purpose was to evaluate the main outcomes of HSCT on the platform of selective depletion in children with mature T/NK-cell lymphomas.</p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> Nineteen pediatric patients with various types of mature T/NK-cell lymphomas (cutaneous T-cell lymphoma, ALK-positive anaplastic large cell lymphoma, hepatolienal γδT-cell lymphoma, nasal type T/NK-cell lymphoma) underwent allogeneic HSCT on the TCRαβ depletion platform from unrelated (n=6), or haploidentical donors (n=13). Nine patients (45%) had residual tumor at the time of HSCT, ten children were in complete remission. Myeloablative schedules based on total body irradiation (TBI) in 9 cases and treosulfan in 10 cases were used as a preparatory regimen.</p> <h2>Results </h2> <p style="text-align: justify;"> Engraftment was recorded in 19 patients (100%). One patient died in the early period from infectious complications; the cumulative incidence of transplant-related mortality was 5%. The cumulative incidence of grade II-IV acute graft-versus-host disease (GvHD) was 32%, grade III-IV GvHD was 6%; chronic GvHD developed in 7% of cases. Disease progression or relapse was observed in 5 patients at a median of 101 days. The 5-year cumulative relapse incidence was 27% with event-free survival of 67%, and overall survival of 78%.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> Allogeneic αβ T-cell-depleted HSCT may provide long-term overall survival in 78% of children with high-risk mature T-cell lymphomas, even if they received HSCT beyond the remission.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Mature T-cell lymphoma, children, allogeneic HSCT, αβ T-cell-depletion.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2030) "

Mature T/NK cell lymphomas are often a highly aggressive disease, but their rare occurrence, especially in children, results in limited research data on treatment outcomes, including the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (HSCT). Our purpose was to evaluate the main outcomes of HSCT on the platform of selective depletion in children with mature T/NK-cell lymphomas.

Patients and methods

Nineteen pediatric patients with various types of mature T/NK-cell lymphomas (cutaneous T-cell lymphoma, ALK-positive anaplastic large cell lymphoma, hepatolienal γδT-cell lymphoma, nasal type T/NK-cell lymphoma) underwent allogeneic HSCT on the TCRαβ depletion platform from unrelated (n=6), or haploidentical donors (n=13). Nine patients (45%) had residual tumor at the time of HSCT, ten children were in complete remission. Myeloablative schedules based on total body irradiation (TBI) in 9 cases and treosulfan in 10 cases were used as a preparatory regimen.

Results

Engraftment was recorded in 19 patients (100%). One patient died in the early period from infectious complications; the cumulative incidence of transplant-related mortality was 5%. The cumulative incidence of grade II-IV acute graft-versus-host disease (GvHD) was 32%, grade III-IV GvHD was 6%; chronic GvHD developed in 7% of cases. Disease progression or relapse was observed in 5 patients at a median of 101 days. The 5-year cumulative relapse incidence was 27% with event-free survival of 67%, and overall survival of 78%.

Conclusion

Allogeneic αβ T-cell-depleted HSCT may provide long-term overall survival in 78% of children with high-risk mature T-cell lymphomas, even if they received HSCT beyond the remission.

Keywords

Mature T-cell lymphoma, children, allogeneic HSCT, αβ T-cell-depletion.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30024" ["VALUE"]=> string(100) "LP-04. Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation for mature T/NK-cell lymphomas in children" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(100) "LP-04. Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation for mature T/NK-cell lymphomas in children" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30025" ["VALUE"]=> string(4) "3336" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3336" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30026" ["VALUE"]=> string(4) "3337" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3337" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30021" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(180) "<p>Maria A. Klimentova, Margarita E. Perminova, Larisa N. Shelikhova, Sergey L. Blagov, Olga O. Molostova, Yulia G. Abugova, Natalia V. Myakova, Michael A. Maschan</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(168) "

Maria A. Klimentova, Margarita E. Perminova, Larisa N. Shelikhova, Sergey L. Blagov, Olga O. Molostova, Yulia G. Abugova, Natalia V. Myakova, Michael A. Maschan

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(168) "

Maria A. Klimentova, Margarita E. Perminova, Larisa N. Shelikhova, Sergey L. Blagov, Olga O. Molostova, Yulia G. Abugova, Natalia V. Myakova, Michael A. Maschan

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30023" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2188) "<p style="text-align: justify;">Mature T/NK cell lymphomas are often a highly aggressive disease, but their rare occurrence, especially in children, results in limited research data on treatment outcomes, including the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (HSCT). Our purpose was to evaluate the main outcomes of HSCT on the platform of selective depletion in children with mature T/NK-cell lymphomas.</p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> Nineteen pediatric patients with various types of mature T/NK-cell lymphomas (cutaneous T-cell lymphoma, ALK-positive anaplastic large cell lymphoma, hepatolienal γδT-cell lymphoma, nasal type T/NK-cell lymphoma) underwent allogeneic HSCT on the TCRαβ depletion platform from unrelated (n=6), or haploidentical donors (n=13). Nine patients (45%) had residual tumor at the time of HSCT, ten children were in complete remission. Myeloablative schedules based on total body irradiation (TBI) in 9 cases and treosulfan in 10 cases were used as a preparatory regimen.</p> <h2>Results </h2> <p style="text-align: justify;"> Engraftment was recorded in 19 patients (100%). One patient died in the early period from infectious complications; the cumulative incidence of transplant-related mortality was 5%. The cumulative incidence of grade II-IV acute graft-versus-host disease (GvHD) was 32%, grade III-IV GvHD was 6%; chronic GvHD developed in 7% of cases. Disease progression or relapse was observed in 5 patients at a median of 101 days. The 5-year cumulative relapse incidence was 27% with event-free survival of 67%, and overall survival of 78%.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> Allogeneic αβ T-cell-depleted HSCT may provide long-term overall survival in 78% of children with high-risk mature T-cell lymphomas, even if they received HSCT beyond the remission.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Mature T-cell lymphoma, children, allogeneic HSCT, αβ T-cell-depletion.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2030) "

Mature T/NK cell lymphomas are often a highly aggressive disease, but their rare occurrence, especially in children, results in limited research data on treatment outcomes, including the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (HSCT). Our purpose was to evaluate the main outcomes of HSCT on the platform of selective depletion in children with mature T/NK-cell lymphomas.

Patients and methods

Nineteen pediatric patients with various types of mature T/NK-cell lymphomas (cutaneous T-cell lymphoma, ALK-positive anaplastic large cell lymphoma, hepatolienal γδT-cell lymphoma, nasal type T/NK-cell lymphoma) underwent allogeneic HSCT on the TCRαβ depletion platform from unrelated (n=6), or haploidentical donors (n=13). Nine patients (45%) had residual tumor at the time of HSCT, ten children were in complete remission. Myeloablative schedules based on total body irradiation (TBI) in 9 cases and treosulfan in 10 cases were used as a preparatory regimen.

Results

Engraftment was recorded in 19 patients (100%). One patient died in the early period from infectious complications; the cumulative incidence of transplant-related mortality was 5%. The cumulative incidence of grade II-IV acute graft-versus-host disease (GvHD) was 32%, grade III-IV GvHD was 6%; chronic GvHD developed in 7% of cases. Disease progression or relapse was observed in 5 patients at a median of 101 days. The 5-year cumulative relapse incidence was 27% with event-free survival of 67%, and overall survival of 78%.

Conclusion

Allogeneic αβ T-cell-depleted HSCT may provide long-term overall survival in 78% of children with high-risk mature T-cell lymphomas, even if they received HSCT beyond the remission.

Keywords

Mature T-cell lymphoma, children, allogeneic HSCT, αβ T-cell-depletion.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(2030) "

Mature T/NK cell lymphomas are often a highly aggressive disease, but their rare occurrence, especially in children, results in limited research data on treatment outcomes, including the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (HSCT). Our purpose was to evaluate the main outcomes of HSCT on the platform of selective depletion in children with mature T/NK-cell lymphomas.

Patients and methods

Nineteen pediatric patients with various types of mature T/NK-cell lymphomas (cutaneous T-cell lymphoma, ALK-positive anaplastic large cell lymphoma, hepatolienal γδT-cell lymphoma, nasal type T/NK-cell lymphoma) underwent allogeneic HSCT on the TCRαβ depletion platform from unrelated (n=6), or haploidentical donors (n=13). Nine patients (45%) had residual tumor at the time of HSCT, ten children were in complete remission. Myeloablative schedules based on total body irradiation (TBI) in 9 cases and treosulfan in 10 cases were used as a preparatory regimen.

Results

Engraftment was recorded in 19 patients (100%). One patient died in the early period from infectious complications; the cumulative incidence of transplant-related mortality was 5%. The cumulative incidence of grade II-IV acute graft-versus-host disease (GvHD) was 32%, grade III-IV GvHD was 6%; chronic GvHD developed in 7% of cases. Disease progression or relapse was observed in 5 patients at a median of 101 days. The 5-year cumulative relapse incidence was 27% with event-free survival of 67%, and overall survival of 78%.

Conclusion

Allogeneic αβ T-cell-depleted HSCT may provide long-term overall survival in 78% of children with high-risk mature T-cell lymphomas, even if they received HSCT beyond the remission.

Keywords

Mature T-cell lymphoma, children, allogeneic HSCT, αβ T-cell-depletion.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30020" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30024" ["VALUE"]=> string(100) "LP-04. Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation for mature T/NK-cell lymphomas in children" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(100) "LP-04. Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation for mature T/NK-cell lymphomas in children" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(100) "LP-04. Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation for mature T/NK-cell lymphomas in children" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "30022" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(275) "<p>Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia</p><br> <p><b> Contact:</b> Dr. Maria A. Klimentova, phone: +7 (968) 808-16-48, e-mail: klimentowa1702@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(233) "

Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Maria A. K