ISSN 1866-8836
Клеточная терапия и трансплантация
Change template to: announce
array(91) { [0]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["ID"]=> string(4) "2171" ["~ID"]=> string(4) "2171" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["~NAME"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:15:35 am" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:15:35 am" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(242) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/aw-02-razrabotka-metodiki-polucheniya-lentivirusnogo-vektora-tretego-pokoleniya-dlya-proizvodstva-an/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(242) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/aw-02-razrabotka-metodiki-polucheniya-lentivirusnogo-vektora-tretego-pokoleniya-dlya-proizvodstva-an/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "20" ["~SORT"]=> string(2) "20" ["CODE"]=> string(100) "aw-02-razrabotka-metodiki-polucheniya-lentivirusnogo-vektora-tretego-pokoleniya-dlya-proizvodstva-an" ["~CODE"]=> string(100) "aw-02-razrabotka-metodiki-polucheniya-lentivirusnogo-vektora-tretego-pokoleniya-dlya-proizvodstva-an" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2171" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2171" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(377) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препаратаAW-02. Development of a method for production of a third-generation lentiviral vector for the manufacturing of an anti-CD19 CAR-T cell product" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(7277) "<p style="text-align: justify;">Клеточная терапия генетически модифицированными Т-клетками, экспрессирующими химерный антигенный рецептор (CAR), достигла значительных успехов при лечении В-клеточных злокачественных новообразований, таких как B-лимфобластный лейкоз (В-ОЛЛ), хронический лимфолейкоз (ХЛЛ) и неходжкинская лимфома (НХЛ). CAR, нацеленный на определенный антиген, представляет собой химерную молекулу, состоящую из доменов Т-клеточного рецепторного комплекса и слитого с ними внеклеточного антиген-распознающего домена, в качестве которого может выступать одноцепочечный фрагмент (scFv) моноклонального антитела. CAR Т клетки способны эффективно распознавать несущие антиген клетки и уничтожать их. В отличие от распознавания, опосредованного ТКР, распознавание антигена с помощью CAR не зависит от главного комплекса гистосовместимости (MHC). Лентивирусные векторы (LV) обладают рядом преимуществ по сравнению с другими векторами доставки генов, кодирующих CAR. Их потенциал для интеграции и долгосрочной экспрессии терапевтических генов делает их эффективным инструментом для разработки генной и клеточной терапии. Целью настоящей работы была оптимизация процесса разработки и получения CAR-Т-клеточного лекарственного препарата со специфичностью к антигену CD19, имеющего в качестве костимуляторного и сигнального доменов последовательности CD28 и CD3ζ, соответственно.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">В качестве линии-продуцента лентивирусного вектора (CAR LV) использовали адгезивную линию клеток эмбриональной почки человека HEK293T и суспензионную линию Expi293F. Экспрессионную плазмиду котрансфецировали в клетки тремя упаковочными плазмидами (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) и pLP/VSV-G (оболочка VSV G) с использованием полиэтиленимина (PEI) или липидных комплексов (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). Для оценки функциональных титров CAR LV проводили трансдукцию клеточной линии Т лимфобластной лейкемии человека (Jurkat E6.1). Уровень трансдукции оценивали с помощью проточной цитофлуориметрии методом окрашивания клеток рекомбинантным белком CD19 Fc, конъюгированным с красителем Alexa Fluor 647. Уровень экспансии первичных Т-клеток, активированных и трансдуцированных CAR LV, измеряли в культуральных планшетах и биореакторах G-Rex в течение 7-14 дней. Для оценки функциональной активности использовали в качестве мишеней клеточные линии, несущие на своей поверхности антиген CD19 (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>), с использованием в качестве контрольной клеточной линии K562-CD19<sup>–</sup>.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Показано, что разработанный протокол получения лентивирусного вектора позволяет нарабатывать лентивирусные частицы, экспрессирующие химерный антигенный рецептор, с инфекционным титром (6-32)×10<sup>6</sup> единиц трансдукции (TU)/мл (со средним значением 19×10<sup>6</sup> TU/мл). Такие титры позволяют эффективно трансдуцировать Т-клеточные линии (Jurkat E6.1) и первичные Т клетки здоровых доноров и пациентов лентивирусным вектором, несущим конструкт CAR, достигая высокого уровня интеграции гена в первичных Т-клетках (20-70% при MOI=10). Полученный CAR-T-клеточный продукт демонстрирует высокий уровень экспансии (до 18 раз в культуральных планшетах и до 28 раз на платформе G-Rex на 8-10 день), а также киллинговую и пролиферативную активность в функциональных тестах <i>in vitro</i> с использованием в качестве мишеней клеточных линий, несущих на своей поверхности антиген CD19 (Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">В результате оптимизации методики производства получен анти-CD19 CAR-T-клеточный продукт, демонстрирующий высокий уровень функциональной активности в тестах <i>in vitro</i>, что позволило запустить проведение доклинических исследований эффективности и безопасности анти-CD19 CAR T-клеточной терапии.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Иммунотерапия, химерный антигенный рецептор, лентивирусный вектор, CAR-T-клетки, анти-CD19 CAR-T, функциональная активность, клеточный продукт. </p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-02-razrabotka-metodiki-polucheniya-lentivirusnogo-vektora-tretego-pokoleniya-dlya-proizvodstva-an" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(235) "AW-02. Разработка методики получения лентивирусного вектора третьего поколения для производства анти-CD19 CAR-T-клеточного препарата" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-02-razrabotka-metodiki-polucheniya-lentivirusnogo-vektora-tretego-pokoleniya-dlya-proizvodstva-an" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-02-razrabotka-metodiki-polucheniya-lentivirusnogo-vektora-tretego-pokoleniya-dlya-proizvodstva-an" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-02-razrabotka-metodiki-polucheniya-lentivirusnogo-vektora-tretego-pokoleniya-dlya-proizvodstva-an" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29846" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(237) "<p>Наталия О. Иванова, Яна В. Сердюк, Екатерина И. Фефелова, Дмитрий В. Дианов, Татьяна А. Ненашева, Аполлинария В. Боголюбова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(225) "

Наталия О. Иванова, Яна В. Сердюк, Екатерина И. Фефелова, Дмитрий В. Дианов, Татьяна А. Ненашева, Аполлинария В. Боголюбова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29847" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29848" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7277) "<p style="text-align: justify;">Клеточная терапия генетически модифицированными Т-клетками, экспрессирующими химерный антигенный рецептор (CAR), достигла значительных успехов при лечении В-клеточных злокачественных новообразований, таких как B-лимфобластный лейкоз (В-ОЛЛ), хронический лимфолейкоз (ХЛЛ) и неходжкинская лимфома (НХЛ). CAR, нацеленный на определенный антиген, представляет собой химерную молекулу, состоящую из доменов Т-клеточного рецепторного комплекса и слитого с ними внеклеточного антиген-распознающего домена, в качестве которого может выступать одноцепочечный фрагмент (scFv) моноклонального антитела. CAR Т клетки способны эффективно распознавать несущие антиген клетки и уничтожать их. В отличие от распознавания, опосредованного ТКР, распознавание антигена с помощью CAR не зависит от главного комплекса гистосовместимости (MHC). Лентивирусные векторы (LV) обладают рядом преимуществ по сравнению с другими векторами доставки генов, кодирующих CAR. Их потенциал для интеграции и долгосрочной экспрессии терапевтических генов делает их эффективным инструментом для разработки генной и клеточной терапии. Целью настоящей работы была оптимизация процесса разработки и получения CAR-Т-клеточного лекарственного препарата со специфичностью к антигену CD19, имеющего в качестве костимуляторного и сигнального доменов последовательности CD28 и CD3ζ, соответственно.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">В качестве линии-продуцента лентивирусного вектора (CAR LV) использовали адгезивную линию клеток эмбриональной почки человека HEK293T и суспензионную линию Expi293F. Экспрессионную плазмиду котрансфецировали в клетки тремя упаковочными плазмидами (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) и pLP/VSV-G (оболочка VSV G) с использованием полиэтиленимина (PEI) или липидных комплексов (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). Для оценки функциональных титров CAR LV проводили трансдукцию клеточной линии Т лимфобластной лейкемии человека (Jurkat E6.1). Уровень трансдукции оценивали с помощью проточной цитофлуориметрии методом окрашивания клеток рекомбинантным белком CD19 Fc, конъюгированным с красителем Alexa Fluor 647. Уровень экспансии первичных Т-клеток, активированных и трансдуцированных CAR LV, измеряли в культуральных планшетах и биореакторах G-Rex в течение 7-14 дней. Для оценки функциональной активности использовали в качестве мишеней клеточные линии, несущие на своей поверхности антиген CD19 (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>), с использованием в качестве контрольной клеточной линии K562-CD19<sup>–</sup>.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Показано, что разработанный протокол получения лентивирусного вектора позволяет нарабатывать лентивирусные частицы, экспрессирующие химерный антигенный рецептор, с инфекционным титром (6-32)×10<sup>6</sup> единиц трансдукции (TU)/мл (со средним значением 19×10<sup>6</sup> TU/мл). Такие титры позволяют эффективно трансдуцировать Т-клеточные линии (Jurkat E6.1) и первичные Т клетки здоровых доноров и пациентов лентивирусным вектором, несущим конструкт CAR, достигая высокого уровня интеграции гена в первичных Т-клетках (20-70% при MOI=10). Полученный CAR-T-клеточный продукт демонстрирует высокий уровень экспансии (до 18 раз в культуральных планшетах и до 28 раз на платформе G-Rex на 8-10 день), а также киллинговую и пролиферативную активность в функциональных тестах <i>in vitro</i> с использованием в качестве мишеней клеточных линий, несущих на своей поверхности антиген CD19 (Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">В результате оптимизации методики производства получен анти-CD19 CAR-T-клеточный продукт, демонстрирующий высокий уровень функциональной активности в тестах <i>in vitro</i>, что позволило запустить проведение доклинических исследований эффективности и безопасности анти-CD19 CAR T-клеточной терапии.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Иммунотерапия, химерный антигенный рецептор, лентивирусный вектор, CAR-T-клетки, анти-CD19 CAR-T, функциональная активность, клеточный продукт. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7035) "

Клеточная терапия генетически модифицированными Т-клетками, экспрессирующими химерный антигенный рецептор (CAR), достигла значительных успехов при лечении В-клеточных злокачественных новообразований, таких как B-лимфобластный лейкоз (В-ОЛЛ), хронический лимфолейкоз (ХЛЛ) и неходжкинская лимфома (НХЛ). CAR, нацеленный на определенный антиген, представляет собой химерную молекулу, состоящую из доменов Т-клеточного рецепторного комплекса и слитого с ними внеклеточного антиген-распознающего домена, в качестве которого может выступать одноцепочечный фрагмент (scFv) моноклонального антитела. CAR Т клетки способны эффективно распознавать несущие антиген клетки и уничтожать их. В отличие от распознавания, опосредованного ТКР, распознавание антигена с помощью CAR не зависит от главного комплекса гистосовместимости (MHC). Лентивирусные векторы (LV) обладают рядом преимуществ по сравнению с другими векторами доставки генов, кодирующих CAR. Их потенциал для интеграции и долгосрочной экспрессии терапевтических генов делает их эффективным инструментом для разработки генной и клеточной терапии. Целью настоящей работы была оптимизация процесса разработки и получения CAR-Т-клеточного лекарственного препарата со специфичностью к антигену CD19, имеющего в качестве костимуляторного и сигнального доменов последовательности CD28 и CD3ζ, соответственно.

Материалы и методы

В качестве линии-продуцента лентивирусного вектора (CAR LV) использовали адгезивную линию клеток эмбриональной почки человека HEK293T и суспензионную линию Expi293F. Экспрессионную плазмиду котрансфецировали в клетки тремя упаковочными плазмидами (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) и pLP/VSV-G (оболочка VSV G) с использованием полиэтиленимина (PEI) или липидных комплексов (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). Для оценки функциональных титров CAR LV проводили трансдукцию клеточной линии Т лимфобластной лейкемии человека (Jurkat E6.1). Уровень трансдукции оценивали с помощью проточной цитофлуориметрии методом окрашивания клеток рекомбинантным белком CD19 Fc, конъюгированным с красителем Alexa Fluor 647. Уровень экспансии первичных Т-клеток, активированных и трансдуцированных CAR LV, измеряли в культуральных планшетах и биореакторах G-Rex в течение 7-14 дней. Для оценки функциональной активности использовали в качестве мишеней клеточные линии, несущие на своей поверхности антиген CD19 (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19+), с использованием в качестве контрольной клеточной линии K562-CD19.

Результаты

Показано, что разработанный протокол получения лентивирусного вектора позволяет нарабатывать лентивирусные частицы, экспрессирующие химерный антигенный рецептор, с инфекционным титром (6-32)×106 единиц трансдукции (TU)/мл (со средним значением 19×106 TU/мл). Такие титры позволяют эффективно трансдуцировать Т-клеточные линии (Jurkat E6.1) и первичные Т клетки здоровых доноров и пациентов лентивирусным вектором, несущим конструкт CAR, достигая высокого уровня интеграции гена в первичных Т-клетках (20-70% при MOI=10). Полученный CAR-T-клеточный продукт демонстрирует высокий уровень экспансии (до 18 раз в культуральных планшетах и до 28 раз на платформе G-Rex на 8-10 день), а также киллинговую и пролиферативную активность в функциональных тестах in vitro с использованием в качестве мишеней клеточных линий, несущих на своей поверхности антиген CD19 (Raji, NALM6, K562-CD19+).

Выводы

В результате оптимизации методики производства получен анти-CD19 CAR-T-клеточный продукт, демонстрирующий высокий уровень функциональной активности в тестах in vitro, что позволило запустить проведение доклинических исследований эффективности и безопасности анти-CD19 CAR T-клеточной терапии.

Ключевые слова

Иммунотерапия, химерный антигенный рецептор, лентивирусный вектор, CAR-T-клетки, анти-CD19 CAR-T, функциональная активность, клеточный продукт.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29849" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29850" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(152) "<p>Nataliya О. Ivanova, Yana V. Serdyuk, Еkaterina I. Fefelova, Dmitriy V. Dianov, Tatyana A. Nenasheva, Аpollinariya V. Bogolyubova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(140) "

Nataliya О. Ivanova, Yana V. Serdyuk, Еkaterina I. Fefelova, Dmitriy V. Dianov, Tatyana A. Nenasheva, Аpollinariya V. Bogolyubova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29851" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(192) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Nataliya O. Ivanova, e-mail: halfblood394@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(150) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Nataliya O. Ivanova, e-mail: halfblood394@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29852" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4029) "<p style="text-align: justify;">Cell therapy with genetically modified T cells expressing chimeric antigen receptor (CAR) has achieved significant success in the treatment of B-cell malignancies, such as B-lymphoblastic leukemia (B-ALL), chronic lymphocytic leukemia (CLL) and non-Hodgkin’s lymphoma (NHL). Antigen-targeted CAR is a chimeric molecule consisting of signaling domains from T cell receptor complex and extracellular antigen-recognizing domain, which can be a single-chain fragment (scFv) of a monoclonal antibody. CAR-T cells are able to effectively recognize and eliminate target antigen-expressing cells. Unlike TCR mediated recognition, antigen recognition by CAR is independent of the major histocompatibility complex (MHC). In comparison to other delivery vectors for CAR gene, lentiviral vectors (LV) have a number of advantages. This includes their capacity for integration into the host genome, driving sustained expression of therapeutic genes. Thus, they are an effective tool for the development of gene and cell therapies. The aim of this work is to optimize the process of developing and obtaining a CAR-T cellular product specific for CD19 antigen, with the CD28 and CD3ζ sequences as costimulatory and signaling domains, respectively.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;">The adhesive cell line of human embryonic kidney HEK293T and suspension cell line Expi293F were used for the lentiviral vector (CAR LV) production. The expression plasmid was co-transfected into cells with three packaging plasmids (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) and pLP/VSV-G (VSV G shell) by using polyethylenimine (PEI) or lipofectamine (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). To assess the functional titers of CAR LV, a human T lymphoblastic leukemia cell line was transduced (Jurkat E6.1). The level of transduction was assessed using flow cytometry by cell staining with recombinant CD19-Fc protein conjugated with Alexa Fluor 647 dye. The expansion level of primary T cells, that were activated and transduced with CAR LV, was measured in culture plates and G-Rex bioreactors after 7-14 days. To assess functional activity of CAR-T cells, cell lines expressing CD19 antigen on their surface (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>) were used as targets and K562-CD19<sup>–</sup> cell line was used as control. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">The developed protocol for obtaining lentiviral vector was shown to be effective for the production of lentiviral particles carrying CAR-transgene, with an infectious titer of (6-32)×10<sup>6</sup> transducing units (TU) per mL (average of 19×10<sup>6</sup> TU/mL). Such titers enable effective transduction of T-cell line Jurkat E6.1 and primary T cells from healthy donors and patients, achieving a high level of CAR-gene integration in primary T cells (20-70% with MOI=10). The resulting CAR T cellular product demonstrates a high level of expansion (up to 18 times in the culture plates, up to 28 times in the G Rex platform over the course of 8 10 days). In addition, CAR-T cells demonstrated cytotoxic and proliferative activities though functional <i>in vitro</i> tests using CD19-expressing target cell lines (Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>). <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">As a result of the optimization of the production methodology, an anti-CD19 CAR-T cellular product was obtained with a high level of functional activity in tests. This allowed for the preclinical studies of the efficacy and safety of anti-CD19 CAR-T cell therapy to commence.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Immunotherapy, chimeric antigen receptor, lentiviral vector, CAR-T cells, anti-CD19 CAR-T, functional activity, cellular product. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3805) "

Cell therapy with genetically modified T cells expressing chimeric antigen receptor (CAR) has achieved significant success in the treatment of B-cell malignancies, such as B-lymphoblastic leukemia (B-ALL), chronic lymphocytic leukemia (CLL) and non-Hodgkin’s lymphoma (NHL). Antigen-targeted CAR is a chimeric molecule consisting of signaling domains from T cell receptor complex and extracellular antigen-recognizing domain, which can be a single-chain fragment (scFv) of a monoclonal antibody. CAR-T cells are able to effectively recognize and eliminate target antigen-expressing cells. Unlike TCR mediated recognition, antigen recognition by CAR is independent of the major histocompatibility complex (MHC). In comparison to other delivery vectors for CAR gene, lentiviral vectors (LV) have a number of advantages. This includes their capacity for integration into the host genome, driving sustained expression of therapeutic genes. Thus, they are an effective tool for the development of gene and cell therapies. The aim of this work is to optimize the process of developing and obtaining a CAR-T cellular product specific for CD19 antigen, with the CD28 and CD3ζ sequences as costimulatory and signaling domains, respectively.

Materials and methods

The adhesive cell line of human embryonic kidney HEK293T and suspension cell line Expi293F were used for the lentiviral vector (CAR LV) production. The expression plasmid was co-transfected into cells with three packaging plasmids (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) and pLP/VSV-G (VSV G shell) by using polyethylenimine (PEI) or lipofectamine (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). To assess the functional titers of CAR LV, a human T lymphoblastic leukemia cell line was transduced (Jurkat E6.1). The level of transduction was assessed using flow cytometry by cell staining with recombinant CD19-Fc protein conjugated with Alexa Fluor 647 dye. The expansion level of primary T cells, that were activated and transduced with CAR LV, was measured in culture plates and G-Rex bioreactors after 7-14 days. To assess functional activity of CAR-T cells, cell lines expressing CD19 antigen on their surface (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19+) were used as targets and K562-CD19 cell line was used as control.

Results

The developed protocol for obtaining lentiviral vector was shown to be effective for the production of lentiviral particles carrying CAR-transgene, with an infectious titer of (6-32)×106 transducing units (TU) per mL (average of 19×106 TU/mL). Such titers enable effective transduction of T-cell line Jurkat E6.1 and primary T cells from healthy donors and patients, achieving a high level of CAR-gene integration in primary T cells (20-70% with MOI=10). The resulting CAR T cellular product demonstrates a high level of expansion (up to 18 times in the culture plates, up to 28 times in the G Rex platform over the course of 8 10 days). In addition, CAR-T cells demonstrated cytotoxic and proliferative activities though functional in vitro tests using CD19-expressing target cell lines (Raji, NALM6, K562-CD19+).

Conclusion

As a result of the optimization of the production methodology, an anti-CD19 CAR-T cellular product was obtained with a high level of functional activity in tests. This allowed for the preclinical studies of the efficacy and safety of anti-CD19 CAR-T cell therapy to commence.

Keywords

Immunotherapy, chimeric antigen receptor, lentiviral vector, CAR-T cells, anti-CD19 CAR-T, functional activity, cellular product.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29853" ["VALUE"]=> string(142) "AW-02. Development of a method for production of a third-generation lentiviral vector for the manufacturing of an anti-CD19 CAR-T cell product" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(142) "AW-02. Development of a method for production of a third-generation lentiviral vector for the manufacturing of an anti-CD19 CAR-T cell product" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29854" ["VALUE"]=> string(4) "3295" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3295" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29855" ["VALUE"]=> string(4) "3296" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3296" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29850" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(152) "<p>Nataliya О. Ivanova, Yana V. Serdyuk, Еkaterina I. Fefelova, Dmitriy V. Dianov, Tatyana A. Nenasheva, Аpollinariya V. Bogolyubova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(140) "

Nataliya О. Ivanova, Yana V. Serdyuk, Еkaterina I. Fefelova, Dmitriy V. Dianov, Tatyana A. Nenasheva, Аpollinariya V. Bogolyubova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(140) "

Nataliya О. Ivanova, Yana V. Serdyuk, Еkaterina I. Fefelova, Dmitriy V. Dianov, Tatyana A. Nenasheva, Аpollinariya V. Bogolyubova

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29852" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4029) "<p style="text-align: justify;">Cell therapy with genetically modified T cells expressing chimeric antigen receptor (CAR) has achieved significant success in the treatment of B-cell malignancies, such as B-lymphoblastic leukemia (B-ALL), chronic lymphocytic leukemia (CLL) and non-Hodgkin’s lymphoma (NHL). Antigen-targeted CAR is a chimeric molecule consisting of signaling domains from T cell receptor complex and extracellular antigen-recognizing domain, which can be a single-chain fragment (scFv) of a monoclonal antibody. CAR-T cells are able to effectively recognize and eliminate target antigen-expressing cells. Unlike TCR mediated recognition, antigen recognition by CAR is independent of the major histocompatibility complex (MHC). In comparison to other delivery vectors for CAR gene, lentiviral vectors (LV) have a number of advantages. This includes their capacity for integration into the host genome, driving sustained expression of therapeutic genes. Thus, they are an effective tool for the development of gene and cell therapies. The aim of this work is to optimize the process of developing and obtaining a CAR-T cellular product specific for CD19 antigen, with the CD28 and CD3ζ sequences as costimulatory and signaling domains, respectively.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;">The adhesive cell line of human embryonic kidney HEK293T and suspension cell line Expi293F were used for the lentiviral vector (CAR LV) production. The expression plasmid was co-transfected into cells with three packaging plasmids (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) and pLP/VSV-G (VSV G shell) by using polyethylenimine (PEI) or lipofectamine (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). To assess the functional titers of CAR LV, a human T lymphoblastic leukemia cell line was transduced (Jurkat E6.1). The level of transduction was assessed using flow cytometry by cell staining with recombinant CD19-Fc protein conjugated with Alexa Fluor 647 dye. The expansion level of primary T cells, that were activated and transduced with CAR LV, was measured in culture plates and G-Rex bioreactors after 7-14 days. To assess functional activity of CAR-T cells, cell lines expressing CD19 antigen on their surface (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>) were used as targets and K562-CD19<sup>–</sup> cell line was used as control. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">The developed protocol for obtaining lentiviral vector was shown to be effective for the production of lentiviral particles carrying CAR-transgene, with an infectious titer of (6-32)×10<sup>6</sup> transducing units (TU) per mL (average of 19×10<sup>6</sup> TU/mL). Such titers enable effective transduction of T-cell line Jurkat E6.1 and primary T cells from healthy donors and patients, achieving a high level of CAR-gene integration in primary T cells (20-70% with MOI=10). The resulting CAR T cellular product demonstrates a high level of expansion (up to 18 times in the culture plates, up to 28 times in the G Rex platform over the course of 8 10 days). In addition, CAR-T cells demonstrated cytotoxic and proliferative activities though functional <i>in vitro</i> tests using CD19-expressing target cell lines (Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>). <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">As a result of the optimization of the production methodology, an anti-CD19 CAR-T cellular product was obtained with a high level of functional activity in tests. This allowed for the preclinical studies of the efficacy and safety of anti-CD19 CAR-T cell therapy to commence.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Immunotherapy, chimeric antigen receptor, lentiviral vector, CAR-T cells, anti-CD19 CAR-T, functional activity, cellular product. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3805) "

Cell therapy with genetically modified T cells expressing chimeric antigen receptor (CAR) has achieved significant success in the treatment of B-cell malignancies, such as B-lymphoblastic leukemia (B-ALL), chronic lymphocytic leukemia (CLL) and non-Hodgkin’s lymphoma (NHL). Antigen-targeted CAR is a chimeric molecule consisting of signaling domains from T cell receptor complex and extracellular antigen-recognizing domain, which can be a single-chain fragment (scFv) of a monoclonal antibody. CAR-T cells are able to effectively recognize and eliminate target antigen-expressing cells. Unlike TCR mediated recognition, antigen recognition by CAR is independent of the major histocompatibility complex (MHC). In comparison to other delivery vectors for CAR gene, lentiviral vectors (LV) have a number of advantages. This includes their capacity for integration into the host genome, driving sustained expression of therapeutic genes. Thus, they are an effective tool for the development of gene and cell therapies. The aim of this work is to optimize the process of developing and obtaining a CAR-T cellular product specific for CD19 antigen, with the CD28 and CD3ζ sequences as costimulatory and signaling domains, respectively.

Materials and methods

The adhesive cell line of human embryonic kidney HEK293T and suspension cell line Expi293F were used for the lentiviral vector (CAR LV) production. The expression plasmid was co-transfected into cells with three packaging plasmids (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) and pLP/VSV-G (VSV G shell) by using polyethylenimine (PEI) or lipofectamine (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). To assess the functional titers of CAR LV, a human T lymphoblastic leukemia cell line was transduced (Jurkat E6.1). The level of transduction was assessed using flow cytometry by cell staining with recombinant CD19-Fc protein conjugated with Alexa Fluor 647 dye. The expansion level of primary T cells, that were activated and transduced with CAR LV, was measured in culture plates and G-Rex bioreactors after 7-14 days. To assess functional activity of CAR-T cells, cell lines expressing CD19 antigen on their surface (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19+) were used as targets and K562-CD19 cell line was used as control.

Results

The developed protocol for obtaining lentiviral vector was shown to be effective for the production of lentiviral particles carrying CAR-transgene, with an infectious titer of (6-32)×106 transducing units (TU) per mL (average of 19×106 TU/mL). Such titers enable effective transduction of T-cell line Jurkat E6.1 and primary T cells from healthy donors and patients, achieving a high level of CAR-gene integration in primary T cells (20-70% with MOI=10). The resulting CAR T cellular product demonstrates a high level of expansion (up to 18 times in the culture plates, up to 28 times in the G Rex platform over the course of 8 10 days). In addition, CAR-T cells demonstrated cytotoxic and proliferative activities though functional in vitro tests using CD19-expressing target cell lines (Raji, NALM6, K562-CD19+).

Conclusion

As a result of the optimization of the production methodology, an anti-CD19 CAR-T cellular product was obtained with a high level of functional activity in tests. This allowed for the preclinical studies of the efficacy and safety of anti-CD19 CAR-T cell therapy to commence.

Keywords

Immunotherapy, chimeric antigen receptor, lentiviral vector, CAR-T cells, anti-CD19 CAR-T, functional activity, cellular product.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3805) "

Cell therapy with genetically modified T cells expressing chimeric antigen receptor (CAR) has achieved significant success in the treatment of B-cell malignancies, such as B-lymphoblastic leukemia (B-ALL), chronic lymphocytic leukemia (CLL) and non-Hodgkin’s lymphoma (NHL). Antigen-targeted CAR is a chimeric molecule consisting of signaling domains from T cell receptor complex and extracellular antigen-recognizing domain, which can be a single-chain fragment (scFv) of a monoclonal antibody. CAR-T cells are able to effectively recognize and eliminate target antigen-expressing cells. Unlike TCR mediated recognition, antigen recognition by CAR is independent of the major histocompatibility complex (MHC). In comparison to other delivery vectors for CAR gene, lentiviral vectors (LV) have a number of advantages. This includes their capacity for integration into the host genome, driving sustained expression of therapeutic genes. Thus, they are an effective tool for the development of gene and cell therapies. The aim of this work is to optimize the process of developing and obtaining a CAR-T cellular product specific for CD19 antigen, with the CD28 and CD3ζ sequences as costimulatory and signaling domains, respectively.

Materials and methods

The adhesive cell line of human embryonic kidney HEK293T and suspension cell line Expi293F were used for the lentiviral vector (CAR LV) production. The expression plasmid was co-transfected into cells with three packaging plasmids (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) and pLP/VSV-G (VSV G shell) by using polyethylenimine (PEI) or lipofectamine (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). To assess the functional titers of CAR LV, a human T lymphoblastic leukemia cell line was transduced (Jurkat E6.1). The level of transduction was assessed using flow cytometry by cell staining with recombinant CD19-Fc protein conjugated with Alexa Fluor 647 dye. The expansion level of primary T cells, that were activated and transduced with CAR LV, was measured in culture plates and G-Rex bioreactors after 7-14 days. To assess functional activity of CAR-T cells, cell lines expressing CD19 antigen on their surface (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19+) were used as targets and K562-CD19 cell line was used as control.

Results

The developed protocol for obtaining lentiviral vector was shown to be effective for the production of lentiviral particles carrying CAR-transgene, with an infectious titer of (6-32)×106 transducing units (TU) per mL (average of 19×106 TU/mL). Such titers enable effective transduction of T-cell line Jurkat E6.1 and primary T cells from healthy donors and patients, achieving a high level of CAR-gene integration in primary T cells (20-70% with MOI=10). The resulting CAR T cellular product demonstrates a high level of expansion (up to 18 times in the culture plates, up to 28 times in the G Rex platform over the course of 8 10 days). In addition, CAR-T cells demonstrated cytotoxic and proliferative activities though functional in vitro tests using CD19-expressing target cell lines (Raji, NALM6, K562-CD19+).

Conclusion

As a result of the optimization of the production methodology, an anti-CD19 CAR-T cellular product was obtained with a high level of functional activity in tests. This allowed for the preclinical studies of the efficacy and safety of anti-CD19 CAR-T cell therapy to commence.

Keywords

Immunotherapy, chimeric antigen receptor, lentiviral vector, CAR-T cells, anti-CD19 CAR-T, functional activity, cellular product.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29849" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29853" ["VALUE"]=> string(142) "AW-02. Development of a method for production of a third-generation lentiviral vector for the manufacturing of an anti-CD19 CAR-T cell product" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(142) "AW-02. Development of a method for production of a third-generation lentiviral vector for the manufacturing of an anti-CD19 CAR-T cell product" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(142) "AW-02. Development of a method for production of a third-generation lentiviral vector for the manufacturing of an anti-CD19 CAR-T cell product" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29851" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(192) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Nataliya O. Ivanova, e-mail: halfblood394@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(150) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Nataliya O. Ivanova, e-mail: halfblood394@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(150) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Nataliya O. Ivanova, e-mail: halfblood394@gmail.com

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29846" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(237) "<p>Наталия О. Иванова, Яна В. Сердюк, Екатерина И. Фефелова, Дмитрий В. Дианов, Татьяна А. Ненашева, Аполлинария В. Боголюбова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(225) "

Наталия О. Иванова, Яна В. Сердюк, Екатерина И. Фефелова, Дмитрий В. Дианов, Татьяна А. Ненашева, Аполлинария В. Боголюбова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(225) "

Наталия О. Иванова, Яна В. Сердюк, Екатерина И. Фефелова, Дмитрий В. Дианов, Татьяна А. Ненашева, Аполлинария В. Боголюбова

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29848" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7277) "<p style="text-align: justify;">Клеточная терапия генетически модифицированными Т-клетками, экспрессирующими химерный антигенный рецептор (CAR), достигла значительных успехов при лечении В-клеточных злокачественных новообразований, таких как B-лимфобластный лейкоз (В-ОЛЛ), хронический лимфолейкоз (ХЛЛ) и неходжкинская лимфома (НХЛ). CAR, нацеленный на определенный антиген, представляет собой химерную молекулу, состоящую из доменов Т-клеточного рецепторного комплекса и слитого с ними внеклеточного антиген-распознающего домена, в качестве которого может выступать одноцепочечный фрагмент (scFv) моноклонального антитела. CAR Т клетки способны эффективно распознавать несущие антиген клетки и уничтожать их. В отличие от распознавания, опосредованного ТКР, распознавание антигена с помощью CAR не зависит от главного комплекса гистосовместимости (MHC). Лентивирусные векторы (LV) обладают рядом преимуществ по сравнению с другими векторами доставки генов, кодирующих CAR. Их потенциал для интеграции и долгосрочной экспрессии терапевтических генов делает их эффективным инструментом для разработки генной и клеточной терапии. Целью настоящей работы была оптимизация процесса разработки и получения CAR-Т-клеточного лекарственного препарата со специфичностью к антигену CD19, имеющего в качестве костимуляторного и сигнального доменов последовательности CD28 и CD3ζ, соответственно.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">В качестве линии-продуцента лентивирусного вектора (CAR LV) использовали адгезивную линию клеток эмбриональной почки человека HEK293T и суспензионную линию Expi293F. Экспрессионную плазмиду котрансфецировали в клетки тремя упаковочными плазмидами (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) и pLP/VSV-G (оболочка VSV G) с использованием полиэтиленимина (PEI) или липидных комплексов (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). Для оценки функциональных титров CAR LV проводили трансдукцию клеточной линии Т лимфобластной лейкемии человека (Jurkat E6.1). Уровень трансдукции оценивали с помощью проточной цитофлуориметрии методом окрашивания клеток рекомбинантным белком CD19 Fc, конъюгированным с красителем Alexa Fluor 647. Уровень экспансии первичных Т-клеток, активированных и трансдуцированных CAR LV, измеряли в культуральных планшетах и биореакторах G-Rex в течение 7-14 дней. Для оценки функциональной активности использовали в качестве мишеней клеточные линии, несущие на своей поверхности антиген CD19 (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>), с использованием в качестве контрольной клеточной линии K562-CD19<sup>–</sup>.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Показано, что разработанный протокол получения лентивирусного вектора позволяет нарабатывать лентивирусные частицы, экспрессирующие химерный антигенный рецептор, с инфекционным титром (6-32)×10<sup>6</sup> единиц трансдукции (TU)/мл (со средним значением 19×10<sup>6</sup> TU/мл). Такие титры позволяют эффективно трансдуцировать Т-клеточные линии (Jurkat E6.1) и первичные Т клетки здоровых доноров и пациентов лентивирусным вектором, несущим конструкт CAR, достигая высокого уровня интеграции гена в первичных Т-клетках (20-70% при MOI=10). Полученный CAR-T-клеточный продукт демонстрирует высокий уровень экспансии (до 18 раз в культуральных планшетах и до 28 раз на платформе G-Rex на 8-10 день), а также киллинговую и пролиферативную активность в функциональных тестах <i>in vitro</i> с использованием в качестве мишеней клеточных линий, несущих на своей поверхности антиген CD19 (Raji, NALM6, K562-CD19<sup>+</sup>).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">В результате оптимизации методики производства получен анти-CD19 CAR-T-клеточный продукт, демонстрирующий высокий уровень функциональной активности в тестах <i>in vitro</i>, что позволило запустить проведение доклинических исследований эффективности и безопасности анти-CD19 CAR T-клеточной терапии.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Иммунотерапия, химерный антигенный рецептор, лентивирусный вектор, CAR-T-клетки, анти-CD19 CAR-T, функциональная активность, клеточный продукт. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(7035) "

Клеточная терапия генетически модифицированными Т-клетками, экспрессирующими химерный антигенный рецептор (CAR), достигла значительных успехов при лечении В-клеточных злокачественных новообразований, таких как B-лимфобластный лейкоз (В-ОЛЛ), хронический лимфолейкоз (ХЛЛ) и неходжкинская лимфома (НХЛ). CAR, нацеленный на определенный антиген, представляет собой химерную молекулу, состоящую из доменов Т-клеточного рецепторного комплекса и слитого с ними внеклеточного антиген-распознающего домена, в качестве которого может выступать одноцепочечный фрагмент (scFv) моноклонального антитела. CAR Т клетки способны эффективно распознавать несущие антиген клетки и уничтожать их. В отличие от распознавания, опосредованного ТКР, распознавание антигена с помощью CAR не зависит от главного комплекса гистосовместимости (MHC). Лентивирусные векторы (LV) обладают рядом преимуществ по сравнению с другими векторами доставки генов, кодирующих CAR. Их потенциал для интеграции и долгосрочной экспрессии терапевтических генов делает их эффективным инструментом для разработки генной и клеточной терапии. Целью настоящей работы была оптимизация процесса разработки и получения CAR-Т-клеточного лекарственного препарата со специфичностью к антигену CD19, имеющего в качестве костимуляторного и сигнального доменов последовательности CD28 и CD3ζ, соответственно.

Материалы и методы

В качестве линии-продуцента лентивирусного вектора (CAR LV) использовали адгезивную линию клеток эмбриональной почки человека HEK293T и суспензионную линию Expi293F. Экспрессионную плазмиду котрансфецировали в клетки тремя упаковочными плазмидами (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) и pLP/VSV-G (оболочка VSV G) с использованием полиэтиленимина (PEI) или липидных комплексов (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). Для оценки функциональных титров CAR LV проводили трансдукцию клеточной линии Т лимфобластной лейкемии человека (Jurkat E6.1). Уровень трансдукции оценивали с помощью проточной цитофлуориметрии методом окрашивания клеток рекомбинантным белком CD19 Fc, конъюгированным с красителем Alexa Fluor 647. Уровень экспансии первичных Т-клеток, активированных и трансдуцированных CAR LV, измеряли в культуральных планшетах и биореакторах G-Rex в течение 7-14 дней. Для оценки функциональной активности использовали в качестве мишеней клеточные линии, несущие на своей поверхности антиген CD19 (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19+), с использованием в качестве контрольной клеточной линии K562-CD19.

Результаты

Показано, что разработанный протокол получения лентивирусного вектора позволяет нарабатывать лентивирусные частицы, экспрессирующие химерный антигенный рецептор, с инфекционным титром (6-32)×106 единиц трансдукции (TU)/мл (со средним значением 19×106 TU/мл). Такие титры позволяют эффективно трансдуцировать Т-клеточные линии (Jurkat E6.1) и первичные Т клетки здоровых доноров и пациентов лентивирусным вектором, несущим конструкт CAR, достигая высокого уровня интеграции гена в первичных Т-клетках (20-70% при MOI=10). Полученный CAR-T-клеточный продукт демонстрирует высокий уровень экспансии (до 18 раз в культуральных планшетах и до 28 раз на платформе G-Rex на 8-10 день), а также киллинговую и пролиферативную активность в функциональных тестах in vitro с использованием в качестве мишеней клеточных линий, несущих на своей поверхности антиген CD19 (Raji, NALM6, K562-CD19+).

Выводы

В результате оптимизации методики производства получен анти-CD19 CAR-T-клеточный продукт, демонстрирующий высокий уровень функциональной активности в тестах in vitro, что позволило запустить проведение доклинических исследований эффективности и безопасности анти-CD19 CAR T-клеточной терапии.

Ключевые слова

Иммунотерапия, химерный антигенный рецептор, лентивирусный вектор, CAR-T-клетки, анти-CD19 CAR-T, функциональная активность, клеточный продукт.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(7035) "

Клеточная терапия генетически модифицированными Т-клетками, экспрессирующими химерный антигенный рецептор (CAR), достигла значительных успехов при лечении В-клеточных злокачественных новообразований, таких как B-лимфобластный лейкоз (В-ОЛЛ), хронический лимфолейкоз (ХЛЛ) и неходжкинская лимфома (НХЛ). CAR, нацеленный на определенный антиген, представляет собой химерную молекулу, состоящую из доменов Т-клеточного рецепторного комплекса и слитого с ними внеклеточного антиген-распознающего домена, в качестве которого может выступать одноцепочечный фрагмент (scFv) моноклонального антитела. CAR Т клетки способны эффективно распознавать несущие антиген клетки и уничтожать их. В отличие от распознавания, опосредованного ТКР, распознавание антигена с помощью CAR не зависит от главного комплекса гистосовместимости (MHC). Лентивирусные векторы (LV) обладают рядом преимуществ по сравнению с другими векторами доставки генов, кодирующих CAR. Их потенциал для интеграции и долгосрочной экспрессии терапевтических генов делает их эффективным инструментом для разработки генной и клеточной терапии. Целью настоящей работы была оптимизация процесса разработки и получения CAR-Т-клеточного лекарственного препарата со специфичностью к антигену CD19, имеющего в качестве костимуляторного и сигнального доменов последовательности CD28 и CD3ζ, соответственно.

Материалы и методы

В качестве линии-продуцента лентивирусного вектора (CAR LV) использовали адгезивную линию клеток эмбриональной почки человека HEK293T и суспензионную линию Expi293F. Экспрессионную плазмиду котрансфецировали в клетки тремя упаковочными плазмидами (pLP1(gag/pol), pLP2 (rev) и pLP/VSV-G (оболочка VSV G) с использованием полиэтиленимина (PEI) или липидных комплексов (GenJect-39, ExpiFectamine Transfection Reagent). Для оценки функциональных титров CAR LV проводили трансдукцию клеточной линии Т лимфобластной лейкемии человека (Jurkat E6.1). Уровень трансдукции оценивали с помощью проточной цитофлуориметрии методом окрашивания клеток рекомбинантным белком CD19 Fc, конъюгированным с красителем Alexa Fluor 647. Уровень экспансии первичных Т-клеток, активированных и трансдуцированных CAR LV, измеряли в культуральных планшетах и биореакторах G-Rex в течение 7-14 дней. Для оценки функциональной активности использовали в качестве мишеней клеточные линии, несущие на своей поверхности антиген CD19 (RS4;11, Raji, NALM6, K562-CD19+), с использованием в качестве контрольной клеточной линии K562-CD19.

Результаты

Показано, что разработанный протокол получения лентивирусного вектора позволяет нарабатывать лентивирусные частицы, экспрессирующие химерный антигенный рецептор, с инфекционным титром (6-32)×106 единиц трансдукции (TU)/мл (со средним значением 19×106 TU/мл). Такие титры позволяют эффективно трансдуцировать Т-клеточные линии (Jurkat E6.1) и первичные Т клетки здоровых доноров и пациентов лентивирусным вектором, несущим конструкт CAR, достигая высокого уровня интеграции гена в первичных Т-клетках (20-70% при MOI=10). Полученный CAR-T-клеточный продукт демонстрирует высокий уровень экспансии (до 18 раз в культуральных планшетах и до 28 раз на платформе G-Rex на 8-10 день), а также киллинговую и пролиферативную активность в функциональных тестах in vitro с использованием в качестве мишеней клеточных линий, несущих на своей поверхности антиген CD19 (Raji, NALM6, K562-CD19+).

Выводы

В результате оптимизации методики производства получен анти-CD19 CAR-T-клеточный продукт, демонстрирующий высокий уровень функциональной активности в тестах in vitro, что позволило запустить проведение доклинических исследований эффективности и безопасности анти-CD19 CAR T-клеточной терапии.

Ключевые слова

Иммунотерапия, химерный антигенный рецептор, лентивирусный вектор, CAR-T-клетки, анти-CD19 CAR-T, функциональная активность, клеточный продукт.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29847" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" } } } [1]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["ID"]=> string(4) "2172" ["~ID"]=> string(4) "2172" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["~NAME"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:26:18 am" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:26:18 am" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(242) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/aw-03-nesostoyatelnost-transplantata-posle-allogennoy-transplantatsii-gemopoeticheskikh-stvolovykh-k/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(242) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/aw-03-nesostoyatelnost-transplantata-posle-allogennoy-transplantatsii-gemopoeticheskikh-stvolovykh-k/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "30" ["~SORT"]=> string(2) "30" ["CODE"]=> string(100) "aw-03-nesostoyatelnost-transplantata-posle-allogennoy-transplantatsii-gemopoeticheskikh-stvolovykh-k" ["~CODE"]=> string(100) "aw-03-nesostoyatelnost-transplantata-posle-allogennoy-transplantatsii-gemopoeticheskikh-stvolovykh-k" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2172" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2172" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(388) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопленияAW-03. Graft failure after allogeneic stem cell transplantation in patients with hereditary storage diseases" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(6991) "<p style="text-align: justify;">Несостоятельность трансплантата (НТ), как первичная (неприживление), так и вторичная (отторжение, смешанный химеризм) является серьезным осложнением, значимо влияющим на результаты аллогенной транплантации гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) у пациентов детского возраста с наследственными болезнями накопления (НБН). Актуальными является изучение факторов риска и разработка методов профилактики данного осложнения у вышеуказанной категории пациентов. Целью работы было выявление факторов, влияющих на частоту НТ после алло-ТГСК у детей с НБН.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">Проведен ретроспективный анализ данных 55 пациентов детского возраста после алло-ТГСК, выполненных в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой с 2006 по 2023 гг., с диагнозами: мукополисахаридоз 1 типа (n=37), остеопетроз (n=10), Х – сцепленная адренолейкодистрофия (n=3), острая детская лейкодистрофия (n=3), метахроматическая лейкодистофия (n=1), липогранулематоз Фарбера (n=1). Медиана возраста на момент алло-ТГСК составила 2,1 (0-15) лет. Медиана времени от постановки диагноза до выполнения алло-ТГСК составила 9,3 (1-52) месяца. От совместимого родственного донора выполнено 6 алло-ТГСК, от неродственного донора – 44 (35 – от полностью совместимого, 9 – с частичной несовместимостью 9/10), 5 – от гаплоидентичного донора. Источником трансплантата был костный мозг у 43 пациентов, периферические стволовые клетки крови – у 12 больных. В качестве подготовки к ТГСК 32 пациентам были проведены миелоаблативные режимы кондиционирования, 23 пациенту – немиелоаблативные режимы. Профилактика реакции трансплантат против хозяина (РТПХ) была основана на антитимоцитарном иммуноглобулине (n=18), посттрансплантационном циклофосфамиде (n=21), комбинация использована у 8 пациентов. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Длительность наблюдения составила от 1 до 144 (медиана 39,8) месяцев. Полное приживление зафиксировано у 49 (89%) пациентов, медиана срока приживления составила 19,5 (9-33) дней. НТ была отмечена у 25 (45,5%) пациентов: у 6 (10,9%) – первичное неприживление трансплантата, у 7 (14%) – вторичная НТ (медиана срока НТ составила 203 (67-1242) дня), у 17 (35%) – тяжелая гипофункция трансплантата (у 15 из них в сочетании со смешанным химеризмом), у 2 (4%) – персистенция смешанного химеризма. В группе пациентов с остеопетрозом значимо чаще в сравнении с пациентами с другими НБН наблюдались неприживление и вторичная несостоятельность трансплантата: 50% (n=5) <i>vs</i> 18% (n=8), p=0,04, OR 4,63 (1,08-19,84). При выполнении алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. от момента постановки диагноза у всех пациентов с НБН частота тяжелой гипофункции трансплантата была значимо ниже (21%, n=6), чем в более ранние сроки (62%, n=13), p=0,008, OR 5,96 (1,69-21,03). Частота НТ была значимо выше у пациентов, возраст доноров которых (известен для 41 пациента) превышал 29 лет (44%, n=18) в сравнении с донорами более молодого возраста (9,7%, n=4), p=0,01, OR 6,19 (1,5-25,48). Такие факторы, как совместимость доноров и реципиентов по группе крови, генам HLA, а также источник и клеточность трансплантата, режим кондиционирования, профилактика РТПХ статистически значимо не влияли на частоту НТ. Возникновение НТ статистически не повлияло на показатели общей 5-летней выживаемости пациентов с НБН (68% (n=25) <i>vs</i> 83,3% (n=30), p=0,183).</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;">Несостоятельность трансплантата (НТ) в группе пациентов с НБН наиболее часто встречалась у пациентов с остеопетрозом. Снижение частоты НТ после алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. с момента постановки диагноза и, следовательно, возможное влияние возраста донора, требуют уточнения. Предпочтение в пользу доноров моложе 30 лет снижает частоту НТ у пациентов с НБН.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Несостоятельность трансплантата, неприживление, отторжение, наследственные болезни накопления.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-03-nesostoyatelnost-transplantata-posle-allogennoy-transplantatsii-gemopoeticheskikh-stvolovykh-k" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(280) "AW-03. Несостоятельность трансплантата после аллогенной трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у детей с наследственными болезнями накопления" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-03-nesostoyatelnost-transplantata-posle-allogennoy-transplantatsii-gemopoeticheskikh-stvolovykh-k" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-03-nesostoyatelnost-transplantata-posle-allogennoy-transplantatsii-gemopoeticheskikh-stvolovykh-k" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-03-nesostoyatelnost-transplantata-posle-allogennoy-transplantatsii-gemopoeticheskikh-stvolovykh-k" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29856" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(460) "<p>Ольга А. Слесарчук, Екатерина Н. Долгушина, Полина В. Шевелева, Анна А. Звягинцева, Анастасия С. Боровкова, Анна А. Осипова, Наталья Е. Иванова, Ильдар М. Бархатов, Мария О. Голощапова, Татьяна А. Быкова, Александр Д. Кулагин, Людмила С. Зубаровская</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(448) "

Ольга А. Слесарчук, Екатерина Н. Долгушина, Полина В. Шевелева, Анна А. Звягинцева, Анастасия С. Боровкова, Анна А. Осипова, Наталья Е. Иванова, Ильдар М. Бархатов, Мария О. Голощапова, Татьяна А. Быкова, Александр Д. Кулагин, Людмила С. Зубаровская

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29857" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(359) "<p>НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(347) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29858" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6991) "<p style="text-align: justify;">Несостоятельность трансплантата (НТ), как первичная (неприживление), так и вторичная (отторжение, смешанный химеризм) является серьезным осложнением, значимо влияющим на результаты аллогенной транплантации гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) у пациентов детского возраста с наследственными болезнями накопления (НБН). Актуальными является изучение факторов риска и разработка методов профилактики данного осложнения у вышеуказанной категории пациентов. Целью работы было выявление факторов, влияющих на частоту НТ после алло-ТГСК у детей с НБН.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">Проведен ретроспективный анализ данных 55 пациентов детского возраста после алло-ТГСК, выполненных в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой с 2006 по 2023 гг., с диагнозами: мукополисахаридоз 1 типа (n=37), остеопетроз (n=10), Х – сцепленная адренолейкодистрофия (n=3), острая детская лейкодистрофия (n=3), метахроматическая лейкодистофия (n=1), липогранулематоз Фарбера (n=1). Медиана возраста на момент алло-ТГСК составила 2,1 (0-15) лет. Медиана времени от постановки диагноза до выполнения алло-ТГСК составила 9,3 (1-52) месяца. От совместимого родственного донора выполнено 6 алло-ТГСК, от неродственного донора – 44 (35 – от полностью совместимого, 9 – с частичной несовместимостью 9/10), 5 – от гаплоидентичного донора. Источником трансплантата был костный мозг у 43 пациентов, периферические стволовые клетки крови – у 12 больных. В качестве подготовки к ТГСК 32 пациентам были проведены миелоаблативные режимы кондиционирования, 23 пациенту – немиелоаблативные режимы. Профилактика реакции трансплантат против хозяина (РТПХ) была основана на антитимоцитарном иммуноглобулине (n=18), посттрансплантационном циклофосфамиде (n=21), комбинация использована у 8 пациентов. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Длительность наблюдения составила от 1 до 144 (медиана 39,8) месяцев. Полное приживление зафиксировано у 49 (89%) пациентов, медиана срока приживления составила 19,5 (9-33) дней. НТ была отмечена у 25 (45,5%) пациентов: у 6 (10,9%) – первичное неприживление трансплантата, у 7 (14%) – вторичная НТ (медиана срока НТ составила 203 (67-1242) дня), у 17 (35%) – тяжелая гипофункция трансплантата (у 15 из них в сочетании со смешанным химеризмом), у 2 (4%) – персистенция смешанного химеризма. В группе пациентов с остеопетрозом значимо чаще в сравнении с пациентами с другими НБН наблюдались неприживление и вторичная несостоятельность трансплантата: 50% (n=5) <i>vs</i> 18% (n=8), p=0,04, OR 4,63 (1,08-19,84). При выполнении алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. от момента постановки диагноза у всех пациентов с НБН частота тяжелой гипофункции трансплантата была значимо ниже (21%, n=6), чем в более ранние сроки (62%, n=13), p=0,008, OR 5,96 (1,69-21,03). Частота НТ была значимо выше у пациентов, возраст доноров которых (известен для 41 пациента) превышал 29 лет (44%, n=18) в сравнении с донорами более молодого возраста (9,7%, n=4), p=0,01, OR 6,19 (1,5-25,48). Такие факторы, как совместимость доноров и реципиентов по группе крови, генам HLA, а также источник и клеточность трансплантата, режим кондиционирования, профилактика РТПХ статистически значимо не влияли на частоту НТ. Возникновение НТ статистически не повлияло на показатели общей 5-летней выживаемости пациентов с НБН (68% (n=25) <i>vs</i> 83,3% (n=30), p=0,183).</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;">Несостоятельность трансплантата (НТ) в группе пациентов с НБН наиболее часто встречалась у пациентов с остеопетрозом. Снижение частоты НТ после алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. с момента постановки диагноза и, следовательно, возможное влияние возраста донора, требуют уточнения. Предпочтение в пользу доноров моложе 30 лет снижает частоту НТ у пациентов с НБН.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Несостоятельность трансплантата, неприживление, отторжение, наследственные болезни накопления.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6809) "

Несостоятельность трансплантата (НТ), как первичная (неприживление), так и вторичная (отторжение, смешанный химеризм) является серьезным осложнением, значимо влияющим на результаты аллогенной транплантации гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) у пациентов детского возраста с наследственными болезнями накопления (НБН). Актуальными является изучение факторов риска и разработка методов профилактики данного осложнения у вышеуказанной категории пациентов. Целью работы было выявление факторов, влияющих на частоту НТ после алло-ТГСК у детей с НБН.

Материалы и методы

Проведен ретроспективный анализ данных 55 пациентов детского возраста после алло-ТГСК, выполненных в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой с 2006 по 2023 гг., с диагнозами: мукополисахаридоз 1 типа (n=37), остеопетроз (n=10), Х – сцепленная адренолейкодистрофия (n=3), острая детская лейкодистрофия (n=3), метахроматическая лейкодистофия (n=1), липогранулематоз Фарбера (n=1). Медиана возраста на момент алло-ТГСК составила 2,1 (0-15) лет. Медиана времени от постановки диагноза до выполнения алло-ТГСК составила 9,3 (1-52) месяца. От совместимого родственного донора выполнено 6 алло-ТГСК, от неродственного донора – 44 (35 – от полностью совместимого, 9 – с частичной несовместимостью 9/10), 5 – от гаплоидентичного донора. Источником трансплантата был костный мозг у 43 пациентов, периферические стволовые клетки крови – у 12 больных. В качестве подготовки к ТГСК 32 пациентам были проведены миелоаблативные режимы кондиционирования, 23 пациенту – немиелоаблативные режимы. Профилактика реакции трансплантат против хозяина (РТПХ) была основана на антитимоцитарном иммуноглобулине (n=18), посттрансплантационном циклофосфамиде (n=21), комбинация использована у 8 пациентов.

Результаты

Длительность наблюдения составила от 1 до 144 (медиана 39,8) месяцев. Полное приживление зафиксировано у 49 (89%) пациентов, медиана срока приживления составила 19,5 (9-33) дней. НТ была отмечена у 25 (45,5%) пациентов: у 6 (10,9%) – первичное неприживление трансплантата, у 7 (14%) – вторичная НТ (медиана срока НТ составила 203 (67-1242) дня), у 17 (35%) – тяжелая гипофункция трансплантата (у 15 из них в сочетании со смешанным химеризмом), у 2 (4%) – персистенция смешанного химеризма. В группе пациентов с остеопетрозом значимо чаще в сравнении с пациентами с другими НБН наблюдались неприживление и вторичная несостоятельность трансплантата: 50% (n=5) vs 18% (n=8), p=0,04, OR 4,63 (1,08-19,84). При выполнении алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. от момента постановки диагноза у всех пациентов с НБН частота тяжелой гипофункции трансплантата была значимо ниже (21%, n=6), чем в более ранние сроки (62%, n=13), p=0,008, OR 5,96 (1,69-21,03). Частота НТ была значимо выше у пациентов, возраст доноров которых (известен для 41 пациента) превышал 29 лет (44%, n=18) в сравнении с донорами более молодого возраста (9,7%, n=4), p=0,01, OR 6,19 (1,5-25,48). Такие факторы, как совместимость доноров и реципиентов по группе крови, генам HLA, а также источник и клеточность трансплантата, режим кондиционирования, профилактика РТПХ статистически значимо не влияли на частоту НТ. Возникновение НТ статистически не повлияло на показатели общей 5-летней выживаемости пациентов с НБН (68% (n=25) vs 83,3% (n=30), p=0,183).

Заключение

Несостоятельность трансплантата (НТ) в группе пациентов с НБН наиболее часто встречалась у пациентов с остеопетрозом. Снижение частоты НТ после алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. с момента постановки диагноза и, следовательно, возможное влияние возраста донора, требуют уточнения. Предпочтение в пользу доноров моложе 30 лет снижает частоту НТ у пациентов с НБН.

Ключевые слова

Несостоятельность трансплантата, неприживление, отторжение, наследственные болезни накопления.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29859" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29860" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(280) "<p>Olga A. Slesarchuk, Ekaterina N. Dolgushina, Polina V. Sheveleva, Anna A. Zvyagintseva, Anastasiya S. Borovkova, Anna A. Osipova, Natalia E. Ivanova, Ildar M. Barkhatov, Mariya O. Goloshchapova, Tatiana A. Bykova, Alexander D. Kulagin, Ludmila S. Zubarovskaya</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(268) "

Olga A. Slesarchuk, Ekaterina N. Dolgushina, Polina V. Sheveleva, Anna A. Zvyagintseva, Anastasiya S. Borovkova, Anna A. Osipova, Natalia E. Ivanova, Ildar M. Barkhatov, Mariya O. Goloshchapova, Tatiana A. Bykova, Alexander D. Kulagin, Ludmila S. Zubarovskaya

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29861" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(233) "<p>RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Olga A. Slesarchuk, phone: +7 (921) 377-00-03, e-mail: slesarchuk_oa@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(191) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Dr. Olga A. Slesarchuk, phone: +7 (921) 377-00-03, e-mail: slesarchuk_oa@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29862" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4044) "<p style="text-align: justify;">Graft failure (GF), both primary (non-engraftment) and secondary one (rejection, mixed chimerism), represent a serious complication that significantly affects the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) in pediatric patients (pts) with hereditary storage diseases (HSD). Specification of GF risk factors and development of the GF prevention in pts with HSD is quite relevant. Our aim was to identify risk factors of GF after allo-HSCT in children with HSD.</p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;">We retrospectively analyzed the data of 55 pediatric patients after allo-HSCTs performed at the RM Gorbacheva Research Institute from 2006 to 2023, with mucopolysaccharidosis type 1 (n=37), osteopetrosis (n=10), X-linked adrenoleukodystrophy (n=3), globoid cell leukodystrophy (n=3), metachromatic leukodystophy (n=1), Farber’s lipogranulomatosis (n=1). The median age at the time of allo-HSCT was 2.1 (0–15) years. The median time from diagnosis to allo-HSCT was 9.3 (1-52) months. Six allo-HSCTs were performed from a HLA-matched related donors, 44 – from an unrelated donors (35, fully HLA-matched; 9, HLA-mismatched 9/10; 5, from haploidentical donors. The graft source was bone marrow in 43 cases, and peripheral blood stem cells in 12 cases. Thirty-two pts received myeloablative conditioning, and 23 pts, non-myeloablative regimens. Graft-versus-host disease (GvHD) prophylaxis was based on antithymocyte immunoglobulin (ATG) in 18 pts, post-transplant cyclophosphamide (PTCy) was applied in 21 pts, and the combination of ATG and PTCy was used in 8 pts. <i>Ex vivo</i> graft manipulations were performed in 4 cases, i.e., CD34+ cell selection (n=3), and TCR alpha-beta and CD19 depletion (n=1).</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">The follow-up period ranged from 1 to 144 (median 39.8) months. Forty-nine (89%) pts achieved neutrophil engraftment, with a median time of 19.5 (9-33) days. GF was diagnosed in 25 (45.5%) pts: in 6 (10.9%), primary GF; in 7 (14%), secondary GF with median time of 203 (67-1242) days; in 17 cases (35%), severe graft hypofunction was documented (with mixed chimerism in 15 cases). In 2 cases (4%), we traced persistence of mixed chimerism. The incidence of primary and secondary GF was significantly higher in the group of patients with osteopetrosis that in other HSDs: 50% (n=5) <i>versus</i> 18% (n=8), p=0.04, OR 4.63 (1.08-19.84). Incidence of severe graft hypofunction was significantly lower (21%, n=6) in the pts who received allo-HSCT later than 9.3 months after diagnosis when compared to the earlier HSCT terms (62%, n=13), p=0.008, OR 5.96 (1.69-21.03). The incidence of GF was significantly higher in the patients whose donors (known for 41 patients) were >29 years old (44%, n=18) compared to the cases with younger donors (9.7%, n=4), p=0.01, OR 6.19 (1.5-25.48). The compatibility of donors and recipients for HLA antigens and blood groups, as well as the stem cell source and graft cellularity, conditioning regimen, GvHD prophylaxis strategy did not show statistically significant associations with GF incidence. Meanwhile, the incidence of GF did not statistically influence the 5-year overall survival of patients with HSD (68% (n=25) <i>versus</i> 83.3% (n=30), p=0.183).</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">Graft failure (GF) most often occurs in pts with osteopetrosis in comparison with other HSD. Lower incidence of GF after allo-HSCT performed more then 9.3 months after diagnosis and hence age influence require clarification. Choosing of donors younger than 30 years reduces the incidence of GF in patients with HSD.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Graft failure, non-engraftment, rejection, storage diseases. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3847) "

Graft failure (GF), both primary (non-engraftment) and secondary one (rejection, mixed chimerism), represent a serious complication that significantly affects the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) in pediatric patients (pts) with hereditary storage diseases (HSD). Specification of GF risk factors and development of the GF prevention in pts with HSD is quite relevant. Our aim was to identify risk factors of GF after allo-HSCT in children with HSD.

Patients and methods

We retrospectively analyzed the data of 55 pediatric patients after allo-HSCTs performed at the RM Gorbacheva Research Institute from 2006 to 2023, with mucopolysaccharidosis type 1 (n=37), osteopetrosis (n=10), X-linked adrenoleukodystrophy (n=3), globoid cell leukodystrophy (n=3), metachromatic leukodystophy (n=1), Farber’s lipogranulomatosis (n=1). The median age at the time of allo-HSCT was 2.1 (0–15) years. The median time from diagnosis to allo-HSCT was 9.3 (1-52) months. Six allo-HSCTs were performed from a HLA-matched related donors, 44 – from an unrelated donors (35, fully HLA-matched; 9, HLA-mismatched 9/10; 5, from haploidentical donors. The graft source was bone marrow in 43 cases, and peripheral blood stem cells in 12 cases. Thirty-two pts received myeloablative conditioning, and 23 pts, non-myeloablative regimens. Graft-versus-host disease (GvHD) prophylaxis was based on antithymocyte immunoglobulin (ATG) in 18 pts, post-transplant cyclophosphamide (PTCy) was applied in 21 pts, and the combination of ATG and PTCy was used in 8 pts. Ex vivo graft manipulations were performed in 4 cases, i.e., CD34+ cell selection (n=3), and TCR alpha-beta and CD19 depletion (n=1).

Results

The follow-up period ranged from 1 to 144 (median 39.8) months. Forty-nine (89%) pts achieved neutrophil engraftment, with a median time of 19.5 (9-33) days. GF was diagnosed in 25 (45.5%) pts: in 6 (10.9%), primary GF; in 7 (14%), secondary GF with median time of 203 (67-1242) days; in 17 cases (35%), severe graft hypofunction was documented (with mixed chimerism in 15 cases). In 2 cases (4%), we traced persistence of mixed chimerism. The incidence of primary and secondary GF was significantly higher in the group of patients with osteopetrosis that in other HSDs: 50% (n=5) versus 18% (n=8), p=0.04, OR 4.63 (1.08-19.84). Incidence of severe graft hypofunction was significantly lower (21%, n=6) in the pts who received allo-HSCT later than 9.3 months after diagnosis when compared to the earlier HSCT terms (62%, n=13), p=0.008, OR 5.96 (1.69-21.03). The incidence of GF was significantly higher in the patients whose donors (known for 41 patients) were >29 years old (44%, n=18) compared to the cases with younger donors (9.7%, n=4), p=0.01, OR 6.19 (1.5-25.48). The compatibility of donors and recipients for HLA antigens and blood groups, as well as the stem cell source and graft cellularity, conditioning regimen, GvHD prophylaxis strategy did not show statistically significant associations with GF incidence. Meanwhile, the incidence of GF did not statistically influence the 5-year overall survival of patients with HSD (68% (n=25) versus 83.3% (n=30), p=0.183).

Conclusion

Graft failure (GF) most often occurs in pts with osteopetrosis in comparison with other HSD. Lower incidence of GF after allo-HSCT performed more then 9.3 months after diagnosis and hence age influence require clarification. Choosing of donors younger than 30 years reduces the incidence of GF in patients with HSD.

Keywords

Graft failure, non-engraftment, rejection, storage diseases.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29863" ["VALUE"]=> string(108) "AW-03. Graft failure after allogeneic stem cell transplantation in patients with hereditary storage diseases" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(108) "AW-03. Graft failure after allogeneic stem cell transplantation in patients with hereditary storage diseases" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29864" ["VALUE"]=> string(4) "3297" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3297" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29865" ["VALUE"]=> string(4) "3298" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3298" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29860" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(280) "<p>Olga A. Slesarchuk, Ekaterina N. Dolgushina, Polina V. Sheveleva, Anna A. Zvyagintseva, Anastasiya S. Borovkova, Anna A. Osipova, Natalia E. Ivanova, Ildar M. Barkhatov, Mariya O. Goloshchapova, Tatiana A. Bykova, Alexander D. Kulagin, Ludmila S. Zubarovskaya</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(268) "

Olga A. Slesarchuk, Ekaterina N. Dolgushina, Polina V. Sheveleva, Anna A. Zvyagintseva, Anastasiya S. Borovkova, Anna A. Osipova, Natalia E. Ivanova, Ildar M. Barkhatov, Mariya O. Goloshchapova, Tatiana A. Bykova, Alexander D. Kulagin, Ludmila S. Zubarovskaya

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(268) "

Olga A. Slesarchuk, Ekaterina N. Dolgushina, Polina V. Sheveleva, Anna A. Zvyagintseva, Anastasiya S. Borovkova, Anna A. Osipova, Natalia E. Ivanova, Ildar M. Barkhatov, Mariya O. Goloshchapova, Tatiana A. Bykova, Alexander D. Kulagin, Ludmila S. Zubarovskaya

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29862" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4044) "<p style="text-align: justify;">Graft failure (GF), both primary (non-engraftment) and secondary one (rejection, mixed chimerism), represent a serious complication that significantly affects the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) in pediatric patients (pts) with hereditary storage diseases (HSD). Specification of GF risk factors and development of the GF prevention in pts with HSD is quite relevant. Our aim was to identify risk factors of GF after allo-HSCT in children with HSD.</p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;">We retrospectively analyzed the data of 55 pediatric patients after allo-HSCTs performed at the RM Gorbacheva Research Institute from 2006 to 2023, with mucopolysaccharidosis type 1 (n=37), osteopetrosis (n=10), X-linked adrenoleukodystrophy (n=3), globoid cell leukodystrophy (n=3), metachromatic leukodystophy (n=1), Farber’s lipogranulomatosis (n=1). The median age at the time of allo-HSCT was 2.1 (0–15) years. The median time from diagnosis to allo-HSCT was 9.3 (1-52) months. Six allo-HSCTs were performed from a HLA-matched related donors, 44 – from an unrelated donors (35, fully HLA-matched; 9, HLA-mismatched 9/10; 5, from haploidentical donors. The graft source was bone marrow in 43 cases, and peripheral blood stem cells in 12 cases. Thirty-two pts received myeloablative conditioning, and 23 pts, non-myeloablative regimens. Graft-versus-host disease (GvHD) prophylaxis was based on antithymocyte immunoglobulin (ATG) in 18 pts, post-transplant cyclophosphamide (PTCy) was applied in 21 pts, and the combination of ATG and PTCy was used in 8 pts. <i>Ex vivo</i> graft manipulations were performed in 4 cases, i.e., CD34+ cell selection (n=3), and TCR alpha-beta and CD19 depletion (n=1).</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">The follow-up period ranged from 1 to 144 (median 39.8) months. Forty-nine (89%) pts achieved neutrophil engraftment, with a median time of 19.5 (9-33) days. GF was diagnosed in 25 (45.5%) pts: in 6 (10.9%), primary GF; in 7 (14%), secondary GF with median time of 203 (67-1242) days; in 17 cases (35%), severe graft hypofunction was documented (with mixed chimerism in 15 cases). In 2 cases (4%), we traced persistence of mixed chimerism. The incidence of primary and secondary GF was significantly higher in the group of patients with osteopetrosis that in other HSDs: 50% (n=5) <i>versus</i> 18% (n=8), p=0.04, OR 4.63 (1.08-19.84). Incidence of severe graft hypofunction was significantly lower (21%, n=6) in the pts who received allo-HSCT later than 9.3 months after diagnosis when compared to the earlier HSCT terms (62%, n=13), p=0.008, OR 5.96 (1.69-21.03). The incidence of GF was significantly higher in the patients whose donors (known for 41 patients) were >29 years old (44%, n=18) compared to the cases with younger donors (9.7%, n=4), p=0.01, OR 6.19 (1.5-25.48). The compatibility of donors and recipients for HLA antigens and blood groups, as well as the stem cell source and graft cellularity, conditioning regimen, GvHD prophylaxis strategy did not show statistically significant associations with GF incidence. Meanwhile, the incidence of GF did not statistically influence the 5-year overall survival of patients with HSD (68% (n=25) <i>versus</i> 83.3% (n=30), p=0.183).</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">Graft failure (GF) most often occurs in pts with osteopetrosis in comparison with other HSD. Lower incidence of GF after allo-HSCT performed more then 9.3 months after diagnosis and hence age influence require clarification. Choosing of donors younger than 30 years reduces the incidence of GF in patients with HSD.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Graft failure, non-engraftment, rejection, storage diseases. </p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3847) "

Graft failure (GF), both primary (non-engraftment) and secondary one (rejection, mixed chimerism), represent a serious complication that significantly affects the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) in pediatric patients (pts) with hereditary storage diseases (HSD). Specification of GF risk factors and development of the GF prevention in pts with HSD is quite relevant. Our aim was to identify risk factors of GF after allo-HSCT in children with HSD.

Patients and methods

We retrospectively analyzed the data of 55 pediatric patients after allo-HSCTs performed at the RM Gorbacheva Research Institute from 2006 to 2023, with mucopolysaccharidosis type 1 (n=37), osteopetrosis (n=10), X-linked adrenoleukodystrophy (n=3), globoid cell leukodystrophy (n=3), metachromatic leukodystophy (n=1), Farber’s lipogranulomatosis (n=1). The median age at the time of allo-HSCT was 2.1 (0–15) years. The median time from diagnosis to allo-HSCT was 9.3 (1-52) months. Six allo-HSCTs were performed from a HLA-matched related donors, 44 – from an unrelated donors (35, fully HLA-matched; 9, HLA-mismatched 9/10; 5, from haploidentical donors. The graft source was bone marrow in 43 cases, and peripheral blood stem cells in 12 cases. Thirty-two pts received myeloablative conditioning, and 23 pts, non-myeloablative regimens. Graft-versus-host disease (GvHD) prophylaxis was based on antithymocyte immunoglobulin (ATG) in 18 pts, post-transplant cyclophosphamide (PTCy) was applied in 21 pts, and the combination of ATG and PTCy was used in 8 pts. Ex vivo graft manipulations were performed in 4 cases, i.e., CD34+ cell selection (n=3), and TCR alpha-beta and CD19 depletion (n=1).

Results

The follow-up period ranged from 1 to 144 (median 39.8) months. Forty-nine (89%) pts achieved neutrophil engraftment, with a median time of 19.5 (9-33) days. GF was diagnosed in 25 (45.5%) pts: in 6 (10.9%), primary GF; in 7 (14%), secondary GF with median time of 203 (67-1242) days; in 17 cases (35%), severe graft hypofunction was documented (with mixed chimerism in 15 cases). In 2 cases (4%), we traced persistence of mixed chimerism. The incidence of primary and secondary GF was significantly higher in the group of patients with osteopetrosis that in other HSDs: 50% (n=5) versus 18% (n=8), p=0.04, OR 4.63 (1.08-19.84). Incidence of severe graft hypofunction was significantly lower (21%, n=6) in the pts who received allo-HSCT later than 9.3 months after diagnosis when compared to the earlier HSCT terms (62%, n=13), p=0.008, OR 5.96 (1.69-21.03). The incidence of GF was significantly higher in the patients whose donors (known for 41 patients) were >29 years old (44%, n=18) compared to the cases with younger donors (9.7%, n=4), p=0.01, OR 6.19 (1.5-25.48). The compatibility of donors and recipients for HLA antigens and blood groups, as well as the stem cell source and graft cellularity, conditioning regimen, GvHD prophylaxis strategy did not show statistically significant associations with GF incidence. Meanwhile, the incidence of GF did not statistically influence the 5-year overall survival of patients with HSD (68% (n=25) versus 83.3% (n=30), p=0.183).

Conclusion

Graft failure (GF) most often occurs in pts with osteopetrosis in comparison with other HSD. Lower incidence of GF after allo-HSCT performed more then 9.3 months after diagnosis and hence age influence require clarification. Choosing of donors younger than 30 years reduces the incidence of GF in patients with HSD.

Keywords

Graft failure, non-engraftment, rejection, storage diseases.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3847) "

Graft failure (GF), both primary (non-engraftment) and secondary one (rejection, mixed chimerism), represent a serious complication that significantly affects the results of allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) in pediatric patients (pts) with hereditary storage diseases (HSD). Specification of GF risk factors and development of the GF prevention in pts with HSD is quite relevant. Our aim was to identify risk factors of GF after allo-HSCT in children with HSD.

Patients and methods

We retrospectively analyzed the data of 55 pediatric patients after allo-HSCTs performed at the RM Gorbacheva Research Institute from 2006 to 2023, with mucopolysaccharidosis type 1 (n=37), osteopetrosis (n=10), X-linked adrenoleukodystrophy (n=3), globoid cell leukodystrophy (n=3), metachromatic leukodystophy (n=1), Farber’s lipogranulomatosis (n=1). The median age at the time of allo-HSCT was 2.1 (0–15) years. The median time from diagnosis to allo-HSCT was 9.3 (1-52) months. Six allo-HSCTs were performed from a HLA-matched related donors, 44 – from an unrelated donors (35, fully HLA-matched; 9, HLA-mismatched 9/10; 5, from haploidentical donors. The graft source was bone marrow in 43 cases, and peripheral blood stem cells in 12 cases. Thirty-two pts received myeloablative conditioning, and 23 pts, non-myeloablative regimens. Graft-versus-host disease (GvHD) prophylaxis was based on antithymocyte immunoglobulin (ATG) in 18 pts, post-transplant cyclophosphamide (PTCy) was applied in 21 pts, and the combination of ATG and PTCy was used in 8 pts. Ex vivo graft manipulations were performed in 4 cases, i.e., CD34+ cell selection (n=3), and TCR alpha-beta and CD19 depletion (n=1).

Results

The follow-up period ranged from 1 to 144 (median 39.8) months. Forty-nine (89%) pts achieved neutrophil engraftment, with a median time of 19.5 (9-33) days. GF was diagnosed in 25 (45.5%) pts: in 6 (10.9%), primary GF; in 7 (14%), secondary GF with median time of 203 (67-1242) days; in 17 cases (35%), severe graft hypofunction was documented (with mixed chimerism in 15 cases). In 2 cases (4%), we traced persistence of mixed chimerism. The incidence of primary and secondary GF was significantly higher in the group of patients with osteopetrosis that in other HSDs: 50% (n=5) versus 18% (n=8), p=0.04, OR 4.63 (1.08-19.84). Incidence of severe graft hypofunction was significantly lower (21%, n=6) in the pts who received allo-HSCT later than 9.3 months after diagnosis when compared to the earlier HSCT terms (62%, n=13), p=0.008, OR 5.96 (1.69-21.03). The incidence of GF was significantly higher in the patients whose donors (known for 41 patients) were >29 years old (44%, n=18) compared to the cases with younger donors (9.7%, n=4), p=0.01, OR 6.19 (1.5-25.48). The compatibility of donors and recipients for HLA antigens and blood groups, as well as the stem cell source and graft cellularity, conditioning regimen, GvHD prophylaxis strategy did not show statistically significant associations with GF incidence. Meanwhile, the incidence of GF did not statistically influence the 5-year overall survival of patients with HSD (68% (n=25) versus 83.3% (n=30), p=0.183).

Conclusion

Graft failure (GF) most often occurs in pts with osteopetrosis in comparison with other HSD. Lower incidence of GF after allo-HSCT performed more then 9.3 months after diagnosis and hence age influence require clarification. Choosing of donors younger than 30 years reduces the incidence of GF in patients with HSD.

Keywords

Graft failure, non-engraftment, rejection, storage diseases.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29859" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29863" ["VALUE"]=> string(108) "AW-03. Graft failure after allogeneic stem cell transplantation in patients with hereditary storage diseases" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(108) "AW-03. Graft failure after allogeneic stem cell transplantation in patients with hereditary storage diseases" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(108) "AW-03. Graft failure after allogeneic stem cell transplantation in patients with hereditary storage diseases" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29861" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(233) "<p>RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Olga A. Slesarchuk, phone: +7 (921) 377-00-03, e-mail: slesarchuk_oa@mail.ru</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(191) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Dr. Olga A. Slesarchuk, phone: +7 (921) 377-00-03, e-mail: slesarchuk_oa@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(191) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Dr. Olga A. Slesarchuk, phone: +7 (921) 377-00-03, e-mail: slesarchuk_oa@mail.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29856" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(460) "<p>Ольга А. Слесарчук, Екатерина Н. Долгушина, Полина В. Шевелева, Анна А. Звягинцева, Анастасия С. Боровкова, Анна А. Осипова, Наталья Е. Иванова, Ильдар М. Бархатов, Мария О. Голощапова, Татьяна А. Быкова, Александр Д. Кулагин, Людмила С. Зубаровская</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(448) "

Ольга А. Слесарчук, Екатерина Н. Долгушина, Полина В. Шевелева, Анна А. Звягинцева, Анастасия С. Боровкова, Анна А. Осипова, Наталья Е. Иванова, Ильдар М. Бархатов, Мария О. Голощапова, Татьяна А. Быкова, Александр Д. Кулагин, Людмила С. Зубаровская

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(448) "

Ольга А. Слесарчук, Екатерина Н. Долгушина, Полина В. Шевелева, Анна А. Звягинцева, Анастасия С. Боровкова, Анна А. Осипова, Наталья Е. Иванова, Ильдар М. Бархатов, Мария О. Голощапова, Татьяна А. Быкова, Александр Д. Кулагин, Людмила С. Зубаровская

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29858" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6991) "<p style="text-align: justify;">Несостоятельность трансплантата (НТ), как первичная (неприживление), так и вторичная (отторжение, смешанный химеризм) является серьезным осложнением, значимо влияющим на результаты аллогенной транплантации гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) у пациентов детского возраста с наследственными болезнями накопления (НБН). Актуальными является изучение факторов риска и разработка методов профилактики данного осложнения у вышеуказанной категории пациентов. Целью работы было выявление факторов, влияющих на частоту НТ после алло-ТГСК у детей с НБН.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">Проведен ретроспективный анализ данных 55 пациентов детского возраста после алло-ТГСК, выполненных в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой с 2006 по 2023 гг., с диагнозами: мукополисахаридоз 1 типа (n=37), остеопетроз (n=10), Х – сцепленная адренолейкодистрофия (n=3), острая детская лейкодистрофия (n=3), метахроматическая лейкодистофия (n=1), липогранулематоз Фарбера (n=1). Медиана возраста на момент алло-ТГСК составила 2,1 (0-15) лет. Медиана времени от постановки диагноза до выполнения алло-ТГСК составила 9,3 (1-52) месяца. От совместимого родственного донора выполнено 6 алло-ТГСК, от неродственного донора – 44 (35 – от полностью совместимого, 9 – с частичной несовместимостью 9/10), 5 – от гаплоидентичного донора. Источником трансплантата был костный мозг у 43 пациентов, периферические стволовые клетки крови – у 12 больных. В качестве подготовки к ТГСК 32 пациентам были проведены миелоаблативные режимы кондиционирования, 23 пациенту – немиелоаблативные режимы. Профилактика реакции трансплантат против хозяина (РТПХ) была основана на антитимоцитарном иммуноглобулине (n=18), посттрансплантационном циклофосфамиде (n=21), комбинация использована у 8 пациентов. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Длительность наблюдения составила от 1 до 144 (медиана 39,8) месяцев. Полное приживление зафиксировано у 49 (89%) пациентов, медиана срока приживления составила 19,5 (9-33) дней. НТ была отмечена у 25 (45,5%) пациентов: у 6 (10,9%) – первичное неприживление трансплантата, у 7 (14%) – вторичная НТ (медиана срока НТ составила 203 (67-1242) дня), у 17 (35%) – тяжелая гипофункция трансплантата (у 15 из них в сочетании со смешанным химеризмом), у 2 (4%) – персистенция смешанного химеризма. В группе пациентов с остеопетрозом значимо чаще в сравнении с пациентами с другими НБН наблюдались неприживление и вторичная несостоятельность трансплантата: 50% (n=5) <i>vs</i> 18% (n=8), p=0,04, OR 4,63 (1,08-19,84). При выполнении алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. от момента постановки диагноза у всех пациентов с НБН частота тяжелой гипофункции трансплантата была значимо ниже (21%, n=6), чем в более ранние сроки (62%, n=13), p=0,008, OR 5,96 (1,69-21,03). Частота НТ была значимо выше у пациентов, возраст доноров которых (известен для 41 пациента) превышал 29 лет (44%, n=18) в сравнении с донорами более молодого возраста (9,7%, n=4), p=0,01, OR 6,19 (1,5-25,48). Такие факторы, как совместимость доноров и реципиентов по группе крови, генам HLA, а также источник и клеточность трансплантата, режим кондиционирования, профилактика РТПХ статистически значимо не влияли на частоту НТ. Возникновение НТ статистически не повлияло на показатели общей 5-летней выживаемости пациентов с НБН (68% (n=25) <i>vs</i> 83,3% (n=30), p=0,183).</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;">Несостоятельность трансплантата (НТ) в группе пациентов с НБН наиболее часто встречалась у пациентов с остеопетрозом. Снижение частоты НТ после алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. с момента постановки диагноза и, следовательно, возможное влияние возраста донора, требуют уточнения. Предпочтение в пользу доноров моложе 30 лет снижает частоту НТ у пациентов с НБН.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Несостоятельность трансплантата, неприживление, отторжение, наследственные болезни накопления.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6809) "

Несостоятельность трансплантата (НТ), как первичная (неприживление), так и вторичная (отторжение, смешанный химеризм) является серьезным осложнением, значимо влияющим на результаты аллогенной транплантации гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) у пациентов детского возраста с наследственными болезнями накопления (НБН). Актуальными является изучение факторов риска и разработка методов профилактики данного осложнения у вышеуказанной категории пациентов. Целью работы было выявление факторов, влияющих на частоту НТ после алло-ТГСК у детей с НБН.

Материалы и методы

Проведен ретроспективный анализ данных 55 пациентов детского возраста после алло-ТГСК, выполненных в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой с 2006 по 2023 гг., с диагнозами: мукополисахаридоз 1 типа (n=37), остеопетроз (n=10), Х – сцепленная адренолейкодистрофия (n=3), острая детская лейкодистрофия (n=3), метахроматическая лейкодистофия (n=1), липогранулематоз Фарбера (n=1). Медиана возраста на момент алло-ТГСК составила 2,1 (0-15) лет. Медиана времени от постановки диагноза до выполнения алло-ТГСК составила 9,3 (1-52) месяца. От совместимого родственного донора выполнено 6 алло-ТГСК, от неродственного донора – 44 (35 – от полностью совместимого, 9 – с частичной несовместимостью 9/10), 5 – от гаплоидентичного донора. Источником трансплантата был костный мозг у 43 пациентов, периферические стволовые клетки крови – у 12 больных. В качестве подготовки к ТГСК 32 пациентам были проведены миелоаблативные режимы кондиционирования, 23 пациенту – немиелоаблативные режимы. Профилактика реакции трансплантат против хозяина (РТПХ) была основана на антитимоцитарном иммуноглобулине (n=18), посттрансплантационном циклофосфамиде (n=21), комбинация использована у 8 пациентов.

Результаты

Длительность наблюдения составила от 1 до 144 (медиана 39,8) месяцев. Полное приживление зафиксировано у 49 (89%) пациентов, медиана срока приживления составила 19,5 (9-33) дней. НТ была отмечена у 25 (45,5%) пациентов: у 6 (10,9%) – первичное неприживление трансплантата, у 7 (14%) – вторичная НТ (медиана срока НТ составила 203 (67-1242) дня), у 17 (35%) – тяжелая гипофункция трансплантата (у 15 из них в сочетании со смешанным химеризмом), у 2 (4%) – персистенция смешанного химеризма. В группе пациентов с остеопетрозом значимо чаще в сравнении с пациентами с другими НБН наблюдались неприживление и вторичная несостоятельность трансплантата: 50% (n=5) vs 18% (n=8), p=0,04, OR 4,63 (1,08-19,84). При выполнении алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. от момента постановки диагноза у всех пациентов с НБН частота тяжелой гипофункции трансплантата была значимо ниже (21%, n=6), чем в более ранние сроки (62%, n=13), p=0,008, OR 5,96 (1,69-21,03). Частота НТ была значимо выше у пациентов, возраст доноров которых (известен для 41 пациента) превышал 29 лет (44%, n=18) в сравнении с донорами более молодого возраста (9,7%, n=4), p=0,01, OR 6,19 (1,5-25,48). Такие факторы, как совместимость доноров и реципиентов по группе крови, генам HLA, а также источник и клеточность трансплантата, режим кондиционирования, профилактика РТПХ статистически значимо не влияли на частоту НТ. Возникновение НТ статистически не повлияло на показатели общей 5-летней выживаемости пациентов с НБН (68% (n=25) vs 83,3% (n=30), p=0,183).

Заключение

Несостоятельность трансплантата (НТ) в группе пациентов с НБН наиболее часто встречалась у пациентов с остеопетрозом. Снижение частоты НТ после алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. с момента постановки диагноза и, следовательно, возможное влияние возраста донора, требуют уточнения. Предпочтение в пользу доноров моложе 30 лет снижает частоту НТ у пациентов с НБН.

Ключевые слова

Несостоятельность трансплантата, неприживление, отторжение, наследственные болезни накопления.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(6809) "

Несостоятельность трансплантата (НТ), как первичная (неприживление), так и вторичная (отторжение, смешанный химеризм) является серьезным осложнением, значимо влияющим на результаты аллогенной транплантации гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) у пациентов детского возраста с наследственными болезнями накопления (НБН). Актуальными является изучение факторов риска и разработка методов профилактики данного осложнения у вышеуказанной категории пациентов. Целью работы было выявление факторов, влияющих на частоту НТ после алло-ТГСК у детей с НБН.

Материалы и методы

Проведен ретроспективный анализ данных 55 пациентов детского возраста после алло-ТГСК, выполненных в НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой с 2006 по 2023 гг., с диагнозами: мукополисахаридоз 1 типа (n=37), остеопетроз (n=10), Х – сцепленная адренолейкодистрофия (n=3), острая детская лейкодистрофия (n=3), метахроматическая лейкодистофия (n=1), липогранулематоз Фарбера (n=1). Медиана возраста на момент алло-ТГСК составила 2,1 (0-15) лет. Медиана времени от постановки диагноза до выполнения алло-ТГСК составила 9,3 (1-52) месяца. От совместимого родственного донора выполнено 6 алло-ТГСК, от неродственного донора – 44 (35 – от полностью совместимого, 9 – с частичной несовместимостью 9/10), 5 – от гаплоидентичного донора. Источником трансплантата был костный мозг у 43 пациентов, периферические стволовые клетки крови – у 12 больных. В качестве подготовки к ТГСК 32 пациентам были проведены миелоаблативные режимы кондиционирования, 23 пациенту – немиелоаблативные режимы. Профилактика реакции трансплантат против хозяина (РТПХ) была основана на антитимоцитарном иммуноглобулине (n=18), посттрансплантационном циклофосфамиде (n=21), комбинация использована у 8 пациентов.

Результаты

Длительность наблюдения составила от 1 до 144 (медиана 39,8) месяцев. Полное приживление зафиксировано у 49 (89%) пациентов, медиана срока приживления составила 19,5 (9-33) дней. НТ была отмечена у 25 (45,5%) пациентов: у 6 (10,9%) – первичное неприживление трансплантата, у 7 (14%) – вторичная НТ (медиана срока НТ составила 203 (67-1242) дня), у 17 (35%) – тяжелая гипофункция трансплантата (у 15 из них в сочетании со смешанным химеризмом), у 2 (4%) – персистенция смешанного химеризма. В группе пациентов с остеопетрозом значимо чаще в сравнении с пациентами с другими НБН наблюдались неприживление и вторичная несостоятельность трансплантата: 50% (n=5) vs 18% (n=8), p=0,04, OR 4,63 (1,08-19,84). При выполнении алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. от момента постановки диагноза у всех пациентов с НБН частота тяжелой гипофункции трансплантата была значимо ниже (21%, n=6), чем в более ранние сроки (62%, n=13), p=0,008, OR 5,96 (1,69-21,03). Частота НТ была значимо выше у пациентов, возраст доноров которых (известен для 41 пациента) превышал 29 лет (44%, n=18) в сравнении с донорами более молодого возраста (9,7%, n=4), p=0,01, OR 6,19 (1,5-25,48). Такие факторы, как совместимость доноров и реципиентов по группе крови, генам HLA, а также источник и клеточность трансплантата, режим кондиционирования, профилактика РТПХ статистически значимо не влияли на частоту НТ. Возникновение НТ статистически не повлияло на показатели общей 5-летней выживаемости пациентов с НБН (68% (n=25) vs 83,3% (n=30), p=0,183).

Заключение

Несостоятельность трансплантата (НТ) в группе пациентов с НБН наиболее часто встречалась у пациентов с остеопетрозом. Снижение частоты НТ после алло-ТГСК в сроки более 9,3 мес. с момента постановки диагноза и, следовательно, возможное влияние возраста донора, требуют уточнения. Предпочтение в пользу доноров моложе 30 лет снижает частоту НТ у пациентов с НБН.

Ключевые слова

Несостоятельность трансплантата, неприживление, отторжение, наследственные болезни накопления.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29857" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(359) "<p>НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(347) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(347) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" } } } [2]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["ID"]=> string(4) "2173" ["~ID"]=> string(4) "2173" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["~NAME"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:32:26 am" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:32:26 am" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(216) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/aw-04-opyt-nablyudeniya-za-patsientami-posle-otmeny-opioidnykh-analgetikov/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(216) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/aw-04-opyt-nablyudeniya-za-patsientami-posle-otmeny-opioidnykh-analgetikov/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "40" ["~SORT"]=> string(2) "40" ["CODE"]=> string(74) "aw-04-opyt-nablyudeniya-za-patsientami-posle-otmeny-opioidnykh-analgetikov" ["~CODE"]=> string(74) "aw-04-opyt-nablyudeniya-za-patsientami-posle-otmeny-opioidnykh-analgetikov" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2173" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2173" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(206) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиковAW-04. Experience of patient follow-up after withdrawal of opioid analgesics" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(4763) "<p style="text-align: justify;">Современные методики лечения онкологических, гематологических и наследственных заболеваний позволяют значительно улучшить выживаемость пациентов, но в тоже время требуют тщательного подбора сопроводительной терапии. Одним из компонентов этого направления является купирование болевого синдрома. Особенностью пациентов с тромбоцитопенией и агранулоцитозом, связанными с проведением полихимиотерапии или прогрессированием основного заболевания является ограничение в назначении нестероидных противовоспалительных препаратов. Поэтому при развитии слабой, умеренной или интенсивной боли средствами выбора нередко становятся сильнодействующие препараты и/или наркотические анальгетики, по окончании введения которых, в зависимости от длительности курса и суммарной дозы, может развиться синдром отмены. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">За период с 2019 по 2022 год было проанализировано 226 эпизодов назначения анальгетической терапии детям (от 6 мес. до 17 лет). Основными причинами, вызвавшими жалобы на боль стали: мукозит – 65% (n=147), терапия моноклональными антителами – 22,5% (n=51), прогрессия основного заболевания в 4 % (n=9) и 8,5% (n=19) – иные причины. Пациентам назначались: трамадол, морфин, фентанил. Анальгетики вводились путем внутривенной пролонгированной микроструйной инфузии. Средняя продолжительность составила 7,5 суток – от 3 до 39 суток. В зависимости от препарата, длительности введения и суммарной дозы, отмена анальгетиков производилась одномоментно или с постепенным снижением объема инфузии по мере редукции болевого синдрома. Все пациенты наблюдались службой лечения боли на протяжении периода обезболивания и 72 часа после его полной отмены. Оценка клинических признаков развития синдрома отмены производилась при помощи шкалы WAT-1. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">В 15 (6,5%) случаях отмечались клинические признаки развития синдрома отмены после окончания инфузии анальгетиков: нарушение сна, раздражительность, озноб, без повышения температуры тела. Данные явления наблюдались в легкой форме, купировались назначением адъювантных препаратов, не потребовали возобновления инфузии трамадола или опиоидов и не влияли на длительность госпитализации. </p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Пациенты, получающие пролонгированную анальгезию сильнодействующими препаратами и наркотическими анальгетиками, нуждаются в наблюдении специалистами на этапе отмены препарата.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Онкогематология, опиоидные аналгетики, отмена.</p>" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(78) "aw-04-opyt-nablyudeniya-za-patsientami-posle-otmeny-opioidnykh-analgetikov-img" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(130) "AW-04. Опыт наблюдения за пациентами после отмены опиоидных анальгетиков" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(78) "aw-04-opyt-nablyudeniya-za-patsientami-posle-otmeny-opioidnykh-analgetikov-img" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(78) "aw-04-opyt-nablyudeniya-za-patsientami-posle-otmeny-opioidnykh-analgetikov-img" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(78) "aw-04-opyt-nablyudeniya-za-patsientami-posle-otmeny-opioidnykh-analgetikov-img" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29866" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(128) "<p>Константин В. Щедрин, Екатерина В. Гончарова, Максим А. Кучер</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(116) "

Константин В. Щедрин, Екатерина В. Гончарова, Максим А. Кучер

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29867" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(358) "<p>НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(346) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29868" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4763) "<p style="text-align: justify;">Современные методики лечения онкологических, гематологических и наследственных заболеваний позволяют значительно улучшить выживаемость пациентов, но в тоже время требуют тщательного подбора сопроводительной терапии. Одним из компонентов этого направления является купирование болевого синдрома. Особенностью пациентов с тромбоцитопенией и агранулоцитозом, связанными с проведением полихимиотерапии или прогрессированием основного заболевания является ограничение в назначении нестероидных противовоспалительных препаратов. Поэтому при развитии слабой, умеренной или интенсивной боли средствами выбора нередко становятся сильнодействующие препараты и/или наркотические анальгетики, по окончании введения которых, в зависимости от длительности курса и суммарной дозы, может развиться синдром отмены. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">За период с 2019 по 2022 год было проанализировано 226 эпизодов назначения анальгетической терапии детям (от 6 мес. до 17 лет). Основными причинами, вызвавшими жалобы на боль стали: мукозит – 65% (n=147), терапия моноклональными антителами – 22,5% (n=51), прогрессия основного заболевания в 4 % (n=9) и 8,5% (n=19) – иные причины. Пациентам назначались: трамадол, морфин, фентанил. Анальгетики вводились путем внутривенной пролонгированной микроструйной инфузии. Средняя продолжительность составила 7,5 суток – от 3 до 39 суток. В зависимости от препарата, длительности введения и суммарной дозы, отмена анальгетиков производилась одномоментно или с постепенным снижением объема инфузии по мере редукции болевого синдрома. Все пациенты наблюдались службой лечения боли на протяжении периода обезболивания и 72 часа после его полной отмены. Оценка клинических признаков развития синдрома отмены производилась при помощи шкалы WAT-1. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">В 15 (6,5%) случаях отмечались клинические признаки развития синдрома отмены после окончания инфузии анальгетиков: нарушение сна, раздражительность, озноб, без повышения температуры тела. Данные явления наблюдались в легкой форме, купировались назначением адъювантных препаратов, не потребовали возобновления инфузии трамадола или опиоидов и не влияли на длительность госпитализации. </p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Пациенты, получающие пролонгированную анальгезию сильнодействующими препаратами и наркотическими анальгетиками, нуждаются в наблюдении специалистами на этапе отмены препарата.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Онкогематология, опиоидные аналгетики, отмена.</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4605) "

Современные методики лечения онкологических, гематологических и наследственных заболеваний позволяют значительно улучшить выживаемость пациентов, но в тоже время требуют тщательного подбора сопроводительной терапии. Одним из компонентов этого направления является купирование болевого синдрома. Особенностью пациентов с тромбоцитопенией и агранулоцитозом, связанными с проведением полихимиотерапии или прогрессированием основного заболевания является ограничение в назначении нестероидных противовоспалительных препаратов. Поэтому при развитии слабой, умеренной или интенсивной боли средствами выбора нередко становятся сильнодействующие препараты и/или наркотические анальгетики, по окончании введения которых, в зависимости от длительности курса и суммарной дозы, может развиться синдром отмены.

Материалы и методы

За период с 2019 по 2022 год было проанализировано 226 эпизодов назначения анальгетической терапии детям (от 6 мес. до 17 лет). Основными причинами, вызвавшими жалобы на боль стали: мукозит – 65% (n=147), терапия моноклональными антителами – 22,5% (n=51), прогрессия основного заболевания в 4 % (n=9) и 8,5% (n=19) – иные причины. Пациентам назначались: трамадол, морфин, фентанил. Анальгетики вводились путем внутривенной пролонгированной микроструйной инфузии. Средняя продолжительность составила 7,5 суток – от 3 до 39 суток. В зависимости от препарата, длительности введения и суммарной дозы, отмена анальгетиков производилась одномоментно или с постепенным снижением объема инфузии по мере редукции болевого синдрома. Все пациенты наблюдались службой лечения боли на протяжении периода обезболивания и 72 часа после его полной отмены. Оценка клинических признаков развития синдрома отмены производилась при помощи шкалы WAT-1.

Результаты

В 15 (6,5%) случаях отмечались клинические признаки развития синдрома отмены после окончания инфузии анальгетиков: нарушение сна, раздражительность, озноб, без повышения температуры тела. Данные явления наблюдались в легкой форме, купировались назначением адъювантных препаратов, не потребовали возобновления инфузии трамадола или опиоидов и не влияли на длительность госпитализации.

Выводы

Пациенты, получающие пролонгированную анальгезию сильнодействующими препаратами и наркотическими анальгетиками, нуждаются в наблюдении специалистами на этапе отмены препарата.

Ключевые слова

Онкогематология, опиоидные аналгетики, отмена.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29869" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29870" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(84) "<p>Konstantin V. Shchedrin, Ekaterina V. Goncharova, Maxim A. Kucher</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(72) "

Konstantin V. Shchedrin, Ekaterina V. Goncharova, Maxim A. Kucher

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29871" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(210) "<p>RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Konstantin V. Shchedrin, e-mail: overseer141112@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(168) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Konstantin V. Shchedrin, e-mail: overseer141112@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29872" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2532) "<p style="text-align: justify;">Current methods of treatment of hematological, malignancy and hereditary diseases may significantly improve overall survival, but at the same time require adequate supportive care, which include pain management. Thrombocytopenia and neutropenia cased by chemotherapy or disease progression represents contraindications to nonsteroidal anti-inflammatory drugs usage. Therefore, in occurrence of mild, moderate or intense pain, tramadol or opioid analgesics often become the options of choice. However, according to duration of the analgesics course and the total dose, after discontinuation of infusion withdrawal syndrome may appear. </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;">Between 2019 and 2022, 226 episodes of analgesic therapy in children (6 months to 17 years) were analyzed. The main reasons for pain appearance were: mucositis in 65% (n=147), monoclonal antibody therapy – 22.5% (n=51), disease progression – 4% (n=9) and 8.5% (n=19) other reasons. Patients were prescribed tramadol, morphine, fentanyl. Analgesics were administered by prolonged intravenous pump infusion. The average duration was 7.5 days (from 3 to 39 days). Depending on the drug, duration of infusion, and total dose, analgesics were discontinued immediately or with a gradual decrease in the infusion volume as the pain syndrome reduced. The pain management team monitored all patients for the duration of analgesia and 72 hours after its complete withdrawal. Clinical signs of withdrawal were assessed using the WAT-1 scale. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">In 15 (6.5%) cases, clinical signs of withdrawal syndrome were observed after the end of analgesic infusion, such as sleep disturbance, irritability, chills without an increase in body temperature. These phenomena were observed in mild form, were managed by the administration of adjuvant medications, did not require resumption of tramadol or opioid infusion and did not affect the duration of hospitalization. </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;">Patients receiving prolonged analgesia with potent drugs and opioid analgesics require additional monitoring during the drug withdrawal phase by pain management team.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Oncohematology, opioid analgetics, withdrawal.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2374) "

Current methods of treatment of hematological, malignancy and hereditary diseases may significantly improve overall survival, but at the same time require adequate supportive care, which include pain management. Thrombocytopenia and neutropenia cased by chemotherapy or disease progression represents contraindications to nonsteroidal anti-inflammatory drugs usage. Therefore, in occurrence of mild, moderate or intense pain, tramadol or opioid analgesics often become the options of choice. However, according to duration of the analgesics course and the total dose, after discontinuation of infusion withdrawal syndrome may appear.

Materials and methods

Between 2019 and 2022, 226 episodes of analgesic therapy in children (6 months to 17 years) were analyzed. The main reasons for pain appearance were: mucositis in 65% (n=147), monoclonal antibody therapy – 22.5% (n=51), disease progression – 4% (n=9) and 8.5% (n=19) other reasons. Patients were prescribed tramadol, morphine, fentanyl. Analgesics were administered by prolonged intravenous pump infusion. The average duration was 7.5 days (from 3 to 39 days). Depending on the drug, duration of infusion, and total dose, analgesics were discontinued immediately or with a gradual decrease in the infusion volume as the pain syndrome reduced. The pain management team monitored all patients for the duration of analgesia and 72 hours after its complete withdrawal. Clinical signs of withdrawal were assessed using the WAT-1 scale.

Results

In 15 (6.5%) cases, clinical signs of withdrawal syndrome were observed after the end of analgesic infusion, such as sleep disturbance, irritability, chills without an increase in body temperature. These phenomena were observed in mild form, were managed by the administration of adjuvant medications, did not require resumption of tramadol or opioid infusion and did not affect the duration of hospitalization.

Conclusions

Patients receiving prolonged analgesia with potent drugs and opioid analgesics require additional monitoring during the drug withdrawal phase by pain management team.

Keywords

Oncohematology, opioid analgetics, withdrawal.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29873" ["VALUE"]=> string(76) "AW-04. Experience of patient follow-up after withdrawal of opioid analgesics" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(76) "AW-04. Experience of patient follow-up after withdrawal of opioid analgesics" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29874" ["VALUE"]=> string(4) "3299" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3299" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29875" ["VALUE"]=> string(4) "3300" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3300" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29870" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(84) "<p>Konstantin V. Shchedrin, Ekaterina V. Goncharova, Maxim A. Kucher</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(72) "

Konstantin V. Shchedrin, Ekaterina V. Goncharova, Maxim A. Kucher

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(72) "

Konstantin V. Shchedrin, Ekaterina V. Goncharova, Maxim A. Kucher

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29872" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2532) "<p style="text-align: justify;">Current methods of treatment of hematological, malignancy and hereditary diseases may significantly improve overall survival, but at the same time require adequate supportive care, which include pain management. Thrombocytopenia and neutropenia cased by chemotherapy or disease progression represents contraindications to nonsteroidal anti-inflammatory drugs usage. Therefore, in occurrence of mild, moderate or intense pain, tramadol or opioid analgesics often become the options of choice. However, according to duration of the analgesics course and the total dose, after discontinuation of infusion withdrawal syndrome may appear. </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;">Between 2019 and 2022, 226 episodes of analgesic therapy in children (6 months to 17 years) were analyzed. The main reasons for pain appearance were: mucositis in 65% (n=147), monoclonal antibody therapy – 22.5% (n=51), disease progression – 4% (n=9) and 8.5% (n=19) other reasons. Patients were prescribed tramadol, morphine, fentanyl. Analgesics were administered by prolonged intravenous pump infusion. The average duration was 7.5 days (from 3 to 39 days). Depending on the drug, duration of infusion, and total dose, analgesics were discontinued immediately or with a gradual decrease in the infusion volume as the pain syndrome reduced. The pain management team monitored all patients for the duration of analgesia and 72 hours after its complete withdrawal. Clinical signs of withdrawal were assessed using the WAT-1 scale. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">In 15 (6.5%) cases, clinical signs of withdrawal syndrome were observed after the end of analgesic infusion, such as sleep disturbance, irritability, chills without an increase in body temperature. These phenomena were observed in mild form, were managed by the administration of adjuvant medications, did not require resumption of tramadol or opioid infusion and did not affect the duration of hospitalization. </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;">Patients receiving prolonged analgesia with potent drugs and opioid analgesics require additional monitoring during the drug withdrawal phase by pain management team.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Oncohematology, opioid analgetics, withdrawal.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2374) "

Current methods of treatment of hematological, malignancy and hereditary diseases may significantly improve overall survival, but at the same time require adequate supportive care, which include pain management. Thrombocytopenia and neutropenia cased by chemotherapy or disease progression represents contraindications to nonsteroidal anti-inflammatory drugs usage. Therefore, in occurrence of mild, moderate or intense pain, tramadol or opioid analgesics often become the options of choice. However, according to duration of the analgesics course and the total dose, after discontinuation of infusion withdrawal syndrome may appear.

Materials and methods

Between 2019 and 2022, 226 episodes of analgesic therapy in children (6 months to 17 years) were analyzed. The main reasons for pain appearance were: mucositis in 65% (n=147), monoclonal antibody therapy – 22.5% (n=51), disease progression – 4% (n=9) and 8.5% (n=19) other reasons. Patients were prescribed tramadol, morphine, fentanyl. Analgesics were administered by prolonged intravenous pump infusion. The average duration was 7.5 days (from 3 to 39 days). Depending on the drug, duration of infusion, and total dose, analgesics were discontinued immediately or with a gradual decrease in the infusion volume as the pain syndrome reduced. The pain management team monitored all patients for the duration of analgesia and 72 hours after its complete withdrawal. Clinical signs of withdrawal were assessed using the WAT-1 scale.

Results

In 15 (6.5%) cases, clinical signs of withdrawal syndrome were observed after the end of analgesic infusion, such as sleep disturbance, irritability, chills without an increase in body temperature. These phenomena were observed in mild form, were managed by the administration of adjuvant medications, did not require resumption of tramadol or opioid infusion and did not affect the duration of hospitalization.

Conclusions

Patients receiving prolonged analgesia with potent drugs and opioid analgesics require additional monitoring during the drug withdrawal phase by pain management team.

Keywords

Oncohematology, opioid analgetics, withdrawal.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(2374) "

Current methods of treatment of hematological, malignancy and hereditary diseases may significantly improve overall survival, but at the same time require adequate supportive care, which include pain management. Thrombocytopenia and neutropenia cased by chemotherapy or disease progression represents contraindications to nonsteroidal anti-inflammatory drugs usage. Therefore, in occurrence of mild, moderate or intense pain, tramadol or opioid analgesics often become the options of choice. However, according to duration of the analgesics course and the total dose, after discontinuation of infusion withdrawal syndrome may appear.

Materials and methods

Between 2019 and 2022, 226 episodes of analgesic therapy in children (6 months to 17 years) were analyzed. The main reasons for pain appearance were: mucositis in 65% (n=147), monoclonal antibody therapy – 22.5% (n=51), disease progression – 4% (n=9) and 8.5% (n=19) other reasons. Patients were prescribed tramadol, morphine, fentanyl. Analgesics were administered by prolonged intravenous pump infusion. The average duration was 7.5 days (from 3 to 39 days). Depending on the drug, duration of infusion, and total dose, analgesics were discontinued immediately or with a gradual decrease in the infusion volume as the pain syndrome reduced. The pain management team monitored all patients for the duration of analgesia and 72 hours after its complete withdrawal. Clinical signs of withdrawal were assessed using the WAT-1 scale.

Results

In 15 (6.5%) cases, clinical signs of withdrawal syndrome were observed after the end of analgesic infusion, such as sleep disturbance, irritability, chills without an increase in body temperature. These phenomena were observed in mild form, were managed by the administration of adjuvant medications, did not require resumption of tramadol or opioid infusion and did not affect the duration of hospitalization.

Conclusions

Patients receiving prolonged analgesia with potent drugs and opioid analgesics require additional monitoring during the drug withdrawal phase by pain management team.

Keywords

Oncohematology, opioid analgetics, withdrawal.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29869" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29873" ["VALUE"]=> string(76) "AW-04. Experience of patient follow-up after withdrawal of opioid analgesics" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(76) "AW-04. Experience of patient follow-up after withdrawal of opioid analgesics" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(76) "AW-04. Experience of patient follow-up after withdrawal of opioid analgesics" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29871" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(210) "<p>RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Konstantin V. Shchedrin, e-mail: overseer141112@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(168) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Konstantin V. Shchedrin, e-mail: overseer141112@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(168) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Konstantin V. Shchedrin, e-mail: overseer141112@gmail.com

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29866" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(128) "<p>Константин В. Щедрин, Екатерина В. Гончарова, Максим А. Кучер</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(116) "

Константин В. Щедрин, Екатерина В. Гончарова, Максим А. Кучер

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(116) "

Константин В. Щедрин, Екатерина В. Гончарова, Максим А. Кучер

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29868" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4763) "<p style="text-align: justify;">Современные методики лечения онкологических, гематологических и наследственных заболеваний позволяют значительно улучшить выживаемость пациентов, но в тоже время требуют тщательного подбора сопроводительной терапии. Одним из компонентов этого направления является купирование болевого синдрома. Особенностью пациентов с тромбоцитопенией и агранулоцитозом, связанными с проведением полихимиотерапии или прогрессированием основного заболевания является ограничение в назначении нестероидных противовоспалительных препаратов. Поэтому при развитии слабой, умеренной или интенсивной боли средствами выбора нередко становятся сильнодействующие препараты и/или наркотические анальгетики, по окончании введения которых, в зависимости от длительности курса и суммарной дозы, может развиться синдром отмены. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">За период с 2019 по 2022 год было проанализировано 226 эпизодов назначения анальгетической терапии детям (от 6 мес. до 17 лет). Основными причинами, вызвавшими жалобы на боль стали: мукозит – 65% (n=147), терапия моноклональными антителами – 22,5% (n=51), прогрессия основного заболевания в 4 % (n=9) и 8,5% (n=19) – иные причины. Пациентам назначались: трамадол, морфин, фентанил. Анальгетики вводились путем внутривенной пролонгированной микроструйной инфузии. Средняя продолжительность составила 7,5 суток – от 3 до 39 суток. В зависимости от препарата, длительности введения и суммарной дозы, отмена анальгетиков производилась одномоментно или с постепенным снижением объема инфузии по мере редукции болевого синдрома. Все пациенты наблюдались службой лечения боли на протяжении периода обезболивания и 72 часа после его полной отмены. Оценка клинических признаков развития синдрома отмены производилась при помощи шкалы WAT-1. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">В 15 (6,5%) случаях отмечались клинические признаки развития синдрома отмены после окончания инфузии анальгетиков: нарушение сна, раздражительность, озноб, без повышения температуры тела. Данные явления наблюдались в легкой форме, купировались назначением адъювантных препаратов, не потребовали возобновления инфузии трамадола или опиоидов и не влияли на длительность госпитализации. </p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Пациенты, получающие пролонгированную анальгезию сильнодействующими препаратами и наркотическими анальгетиками, нуждаются в наблюдении специалистами на этапе отмены препарата.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Онкогематология, опиоидные аналгетики, отмена.</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4605) "

Современные методики лечения онкологических, гематологических и наследственных заболеваний позволяют значительно улучшить выживаемость пациентов, но в тоже время требуют тщательного подбора сопроводительной терапии. Одним из компонентов этого направления является купирование болевого синдрома. Особенностью пациентов с тромбоцитопенией и агранулоцитозом, связанными с проведением полихимиотерапии или прогрессированием основного заболевания является ограничение в назначении нестероидных противовоспалительных препаратов. Поэтому при развитии слабой, умеренной или интенсивной боли средствами выбора нередко становятся сильнодействующие препараты и/или наркотические анальгетики, по окончании введения которых, в зависимости от длительности курса и суммарной дозы, может развиться синдром отмены.

Материалы и методы

За период с 2019 по 2022 год было проанализировано 226 эпизодов назначения анальгетической терапии детям (от 6 мес. до 17 лет). Основными причинами, вызвавшими жалобы на боль стали: мукозит – 65% (n=147), терапия моноклональными антителами – 22,5% (n=51), прогрессия основного заболевания в 4 % (n=9) и 8,5% (n=19) – иные причины. Пациентам назначались: трамадол, морфин, фентанил. Анальгетики вводились путем внутривенной пролонгированной микроструйной инфузии. Средняя продолжительность составила 7,5 суток – от 3 до 39 суток. В зависимости от препарата, длительности введения и суммарной дозы, отмена анальгетиков производилась одномоментно или с постепенным снижением объема инфузии по мере редукции болевого синдрома. Все пациенты наблюдались службой лечения боли на протяжении периода обезболивания и 72 часа после его полной отмены. Оценка клинических признаков развития синдрома отмены производилась при помощи шкалы WAT-1.

Результаты

В 15 (6,5%) случаях отмечались клинические признаки развития синдрома отмены после окончания инфузии анальгетиков: нарушение сна, раздражительность, озноб, без повышения температуры тела. Данные явления наблюдались в легкой форме, купировались назначением адъювантных препаратов, не потребовали возобновления инфузии трамадола или опиоидов и не влияли на длительность госпитализации.

Выводы

Пациенты, получающие пролонгированную анальгезию сильнодействующими препаратами и наркотическими анальгетиками, нуждаются в наблюдении специалистами на этапе отмены препарата.

Ключевые слова

Онкогематология, опиоидные аналгетики, отмена.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(4605) "

Современные методики лечения онкологических, гематологических и наследственных заболеваний позволяют значительно улучшить выживаемость пациентов, но в тоже время требуют тщательного подбора сопроводительной терапии. Одним из компонентов этого направления является купирование болевого синдрома. Особенностью пациентов с тромбоцитопенией и агранулоцитозом, связанными с проведением полихимиотерапии или прогрессированием основного заболевания является ограничение в назначении нестероидных противовоспалительных препаратов. Поэтому при развитии слабой, умеренной или интенсивной боли средствами выбора нередко становятся сильнодействующие препараты и/или наркотические анальгетики, по окончании введения которых, в зависимости от длительности курса и суммарной дозы, может развиться синдром отмены.

Материалы и методы

За период с 2019 по 2022 год было проанализировано 226 эпизодов назначения анальгетической терапии детям (от 6 мес. до 17 лет). Основными причинами, вызвавшими жалобы на боль стали: мукозит – 65% (n=147), терапия моноклональными антителами – 22,5% (n=51), прогрессия основного заболевания в 4 % (n=9) и 8,5% (n=19) – иные причины. Пациентам назначались: трамадол, морфин, фентанил. Анальгетики вводились путем внутривенной пролонгированной микроструйной инфузии. Средняя продолжительность составила 7,5 суток – от 3 до 39 суток. В зависимости от препарата, длительности введения и суммарной дозы, отмена анальгетиков производилась одномоментно или с постепенным снижением объема инфузии по мере редукции болевого синдрома. Все пациенты наблюдались службой лечения боли на протяжении периода обезболивания и 72 часа после его полной отмены. Оценка клинических признаков развития синдрома отмены производилась при помощи шкалы WAT-1.

Результаты

В 15 (6,5%) случаях отмечались клинические признаки развития синдрома отмены после окончания инфузии анальгетиков: нарушение сна, раздражительность, озноб, без повышения температуры тела. Данные явления наблюдались в легкой форме, купировались назначением адъювантных препаратов, не потребовали возобновления инфузии трамадола или опиоидов и не влияли на длительность госпитализации.

Выводы

Пациенты, получающие пролонгированную анальгезию сильнодействующими препаратами и наркотическими анальгетиками, нуждаются в наблюдении специалистами на этапе отмены препарата.

Ключевые слова

Онкогематология, опиоидные аналгетики, отмена.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29867" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(358) "<p>НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(346) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(346) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" } } } [3]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["ID"]=> string(4) "2170" ["~ID"]=> string(4) "2170" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["~NAME"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:01:01 am" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:01:01 am" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(242) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/sochetannaya-aktivatsiya-t-limfotsitov-i-eliminatsiya-b-limfotsitov-s-pomoshchyu-bispetsificheskikh-/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(242) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/sochetannaya-aktivatsiya-t-limfotsitov-i-eliminatsiya-b-limfotsitov-s-pomoshchyu-bispetsificheskikh-/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "10" ["~SORT"]=> string(2) "10" ["CODE"]=> string(100) "sochetannaya-aktivatsiya-t-limfotsitov-i-eliminatsiya-b-limfotsitov-s-pomoshchyu-bispetsificheskikh-" ["~CODE"]=> string(100) "sochetannaya-aktivatsiya-t-limfotsitov-i-eliminatsiya-b-limfotsitov-s-pomoshchyu-bispetsificheskikh-" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2170" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2170" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(409) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-TAW-01. Simultaneous T-lymphocyte activation and B-lymphocyte elimination by bispecific monoclonal antibodies in the CAR-T production process" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(6887) "<p style="text-align: justify;">Терапия Т-клетками с химерным антигенным рецептором (CAR-T) является многообещающей опцией для лечения В-клеточных злокачественных новообразований. Одним из важных этапов производства CAR-T продукта является активация и экспансия T-клеток. Основные варианты протокола включают магнитную селекцию CD4+/CD8+ лимфоцитов с последующим добавлением CD3/CD28 специфических частиц-активаторов или же активация неселектированных мононуклеарных клеток периферической крови (МКПК) с помощью анти-CD3 моноклональных антител. Последний способ является более экономичным, однако применение полученных таким образом продуктов ограничено в отношении показаний, для которых характерно наличие циркулирующих опухолевых B-клеток. Мы предлагаем использовать моноклональные биспецифические антитела для одновременной активации Т-клеток и элиминации популяции B клеток в процессе производства CAR-T.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">МКПК 4 здоровых доноров выделяли с помощью центрифугирования в градиенте плотности фиколла. Клетки были засеяны в 24-луночный планшет в концентрации 1*10<sup>6</sup> клеток/мл, для активации использовалось моноклональное биспецифичное анти-CD3/CD20 антитело в 4 различных концентрациях (0,5;1, 5 и 10 пмоль/мл) с добавлением 150 МЕ/мл IL-2 в течение 6 дней. В качестве отрицательного контроля клетки культивировались в среде без добавления активирующего агента в течение 6 дней, в группе сравнения активация производилась с помощью OKT-3 в концентрации 100 нг\мл. Для оценки кинетики пролиферации МКПК использовали кумулятивный уровень удвоения популяций (КУУП). После выделения и на 3 день после активации количество CD3+ и CD19+ оценивалось с помощью проточной цитофлуориметрии. У 2 доноров оценивали экспрессию на CD3 положительных клетках CD4, CD45RO, CCR7 для определения фенотипа Т-клеток и оценки влияния биспецифического антитела на фенотип Т-клеток. На основе указанных маркеров среди CD4 и CD8 выделены 4 группы: клетки центральной памяти (TCM); наивные Т-лимфоциты /стволовые клетки памяти; эффекторные лимфоциты (EFF) и клетки эффекторной памяти (TEM).</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Во всех экспериментах наблюдалась активация Т-клеток с выраженной экспансией к 6 дню. КУУП статистически значимо отличался во всех экспериментальных группах в сравнении с группой контроля (p<0,05). КУУП статистически значимо отличался для групп с добавлением биспецифичное анти-CD3/CD20 в концентрации 0,5 пмоль (1,39±0,64), 1 пмоль (1,25±0,64), и 10 пмоль (2,2±0,19) от группы с добавлением ОКТ-3. Вначале среди МКПК содержание CD19+ клеток составляло 5,97±1,05%. На третий день культивации у всех доноров наблюдалась элиминация B-лимфоцитов, когда в контроле с ОКТ-3 и без ОКТ-3 выявлялось 3,28±1,2% и 5,93±1,2% соответственно. При оценке влияния предложенного протокола активации на иммунофенотип Т-клеток выявлено уменьшение количества EFF в 2 раза и более, TEM в 1,5 и более, одновременно с этим увеличивалось количество TCM в 8 раз и более.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Активация Т-клеток в МКПК посредством добавления во всех представленных концентрациях моноклонального биспецифичного анти-CD3/CD20 антитела не уступает стандартному протоколу активации и экспансии с ОКТ-3, а также потенциально позволяет использовать МКПК для производства CAR-T клеток без использования магнитной селекции у пациентов с циркулирующими CD20+ B-клетками. Совместно с элиминацией B-лимфоцитов в популяции Т-лимфоцитов уменьшается количество эффекторных клеток, одновременно возрастает количество клеток памяти, что является благоприятным субупопуляционным профилем Т-клеток для последующего производства CAR-T.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">CAR-T, химерный антигенный рецептор, биспецифичные антитела, В-клеточные опухоли.</p>" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-01-sochetannaya-aktivatsiya-t-limfotsitov-i-eliminatsiya-b-limfotsitov-s-pomoshchyu-bispetsifiche" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(269) "AW-01. Сочетанная активация Т-лимфоцитов и элиминация B-лимфоцитов с помощью биспецифических моноклональных антител в производственном процессе CAR-T" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-01-sochetannaya-aktivatsiya-t-limfotsitov-i-eliminatsiya-b-limfotsitov-s-pomoshchyu-bispetsifiche" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-01-sochetannaya-aktivatsiya-t-limfotsitov-i-eliminatsiya-b-limfotsitov-s-pomoshchyu-bispetsifiche" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "aw-01-sochetannaya-aktivatsiya-t-limfotsitov-i-eliminatsiya-b-limfotsitov-s-pomoshchyu-bispetsifiche" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29836" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(296) "<p>Иван Н. Гапоненко, Артем А. Потанин, Владислав В. Маркелов, Дина А. Сеничкина, Владислав С. Сергеев, Алена И. Шакирова, Кирилл В. Лепик, Александр Д. Кулагин</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(284) "

Иван Н. Гапоненко, Артем А. Потанин, Владислав В. Маркелов, Дина А. Сеничкина, Владислав С. Сергеев, Алена И. Шакирова, Кирилл В. Лепик, Александр Д. Кулагин

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29837" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(358) "<p>НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(346) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29838" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6887) "<p style="text-align: justify;">Терапия Т-клетками с химерным антигенным рецептором (CAR-T) является многообещающей опцией для лечения В-клеточных злокачественных новообразований. Одним из важных этапов производства CAR-T продукта является активация и экспансия T-клеток. Основные варианты протокола включают магнитную селекцию CD4+/CD8+ лимфоцитов с последующим добавлением CD3/CD28 специфических частиц-активаторов или же активация неселектированных мононуклеарных клеток периферической крови (МКПК) с помощью анти-CD3 моноклональных антител. Последний способ является более экономичным, однако применение полученных таким образом продуктов ограничено в отношении показаний, для которых характерно наличие циркулирующих опухолевых B-клеток. Мы предлагаем использовать моноклональные биспецифические антитела для одновременной активации Т-клеток и элиминации популяции B клеток в процессе производства CAR-T.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">МКПК 4 здоровых доноров выделяли с помощью центрифугирования в градиенте плотности фиколла. Клетки были засеяны в 24-луночный планшет в концентрации 1*10<sup>6</sup> клеток/мл, для активации использовалось моноклональное биспецифичное анти-CD3/CD20 антитело в 4 различных концентрациях (0,5;1, 5 и 10 пмоль/мл) с добавлением 150 МЕ/мл IL-2 в течение 6 дней. В качестве отрицательного контроля клетки культивировались в среде без добавления активирующего агента в течение 6 дней, в группе сравнения активация производилась с помощью OKT-3 в концентрации 100 нг\мл. Для оценки кинетики пролиферации МКПК использовали кумулятивный уровень удвоения популяций (КУУП). После выделения и на 3 день после активации количество CD3+ и CD19+ оценивалось с помощью проточной цитофлуориметрии. У 2 доноров оценивали экспрессию на CD3 положительных клетках CD4, CD45RO, CCR7 для определения фенотипа Т-клеток и оценки влияния биспецифического антитела на фенотип Т-клеток. На основе указанных маркеров среди CD4 и CD8 выделены 4 группы: клетки центральной памяти (TCM); наивные Т-лимфоциты /стволовые клетки памяти; эффекторные лимфоциты (EFF) и клетки эффекторной памяти (TEM).</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Во всех экспериментах наблюдалась активация Т-клеток с выраженной экспансией к 6 дню. КУУП статистически значимо отличался во всех экспериментальных группах в сравнении с группой контроля (p<0,05). КУУП статистически значимо отличался для групп с добавлением биспецифичное анти-CD3/CD20 в концентрации 0,5 пмоль (1,39±0,64), 1 пмоль (1,25±0,64), и 10 пмоль (2,2±0,19) от группы с добавлением ОКТ-3. Вначале среди МКПК содержание CD19+ клеток составляло 5,97±1,05%. На третий день культивации у всех доноров наблюдалась элиминация B-лимфоцитов, когда в контроле с ОКТ-3 и без ОКТ-3 выявлялось 3,28±1,2% и 5,93±1,2% соответственно. При оценке влияния предложенного протокола активации на иммунофенотип Т-клеток выявлено уменьшение количества EFF в 2 раза и более, TEM в 1,5 и более, одновременно с этим увеличивалось количество TCM в 8 раз и более.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Активация Т-клеток в МКПК посредством добавления во всех представленных концентрациях моноклонального биспецифичного анти-CD3/CD20 антитела не уступает стандартному протоколу активации и экспансии с ОКТ-3, а также потенциально позволяет использовать МКПК для производства CAR-T клеток без использования магнитной селекции у пациентов с циркулирующими CD20+ B-клетками. Совместно с элиминацией B-лимфоцитов в популяции Т-лимфоцитов уменьшается количество эффекторных клеток, одновременно возрастает количество клеток памяти, что является благоприятным субупопуляционным профилем Т-клеток для последующего производства CAR-T.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">CAR-T, химерный антигенный рецептор, биспецифичные антитела, В-клеточные опухоли.</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6714) "

Терапия Т-клетками с химерным антигенным рецептором (CAR-T) является многообещающей опцией для лечения В-клеточных злокачественных новообразований. Одним из важных этапов производства CAR-T продукта является активация и экспансия T-клеток. Основные варианты протокола включают магнитную селекцию CD4+/CD8+ лимфоцитов с последующим добавлением CD3/CD28 специфических частиц-активаторов или же активация неселектированных мононуклеарных клеток периферической крови (МКПК) с помощью анти-CD3 моноклональных антител. Последний способ является более экономичным, однако применение полученных таким образом продуктов ограничено в отношении показаний, для которых характерно наличие циркулирующих опухолевых B-клеток. Мы предлагаем использовать моноклональные биспецифические антитела для одновременной активации Т-клеток и элиминации популяции B клеток в процессе производства CAR-T.

Материалы и методы

МКПК 4 здоровых доноров выделяли с помощью центрифугирования в градиенте плотности фиколла. Клетки были засеяны в 24-луночный планшет в концентрации 1*106 клеток/мл, для активации использовалось моноклональное биспецифичное анти-CD3/CD20 антитело в 4 различных концентрациях (0,5;1, 5 и 10 пмоль/мл) с добавлением 150 МЕ/мл IL-2 в течение 6 дней. В качестве отрицательного контроля клетки культивировались в среде без добавления активирующего агента в течение 6 дней, в группе сравнения активация производилась с помощью OKT-3 в концентрации 100 нг\мл. Для оценки кинетики пролиферации МКПК использовали кумулятивный уровень удвоения популяций (КУУП). После выделения и на 3 день после активации количество CD3+ и CD19+ оценивалось с помощью проточной цитофлуориметрии. У 2 доноров оценивали экспрессию на CD3 положительных клетках CD4, CD45RO, CCR7 для определения фенотипа Т-клеток и оценки влияния биспецифического антитела на фенотип Т-клеток. На основе указанных маркеров среди CD4 и CD8 выделены 4 группы: клетки центральной памяти (TCM); наивные Т-лимфоциты /стволовые клетки памяти; эффекторные лимфоциты (EFF) и клетки эффекторной памяти (TEM).

Результаты

Во всех экспериментах наблюдалась активация Т-клеток с выраженной экспансией к 6 дню. КУУП статистически значимо отличался во всех экспериментальных группах в сравнении с группой контроля (p<0,05). КУУП статистически значимо отличался для групп с добавлением биспецифичное анти-CD3/CD20 в концентрации 0,5 пмоль (1,39±0,64), 1 пмоль (1,25±0,64), и 10 пмоль (2,2±0,19) от группы с добавлением ОКТ-3. Вначале среди МКПК содержание CD19+ клеток составляло 5,97±1,05%. На третий день культивации у всех доноров наблюдалась элиминация B-лимфоцитов, когда в контроле с ОКТ-3 и без ОКТ-3 выявлялось 3,28±1,2% и 5,93±1,2% соответственно. При оценке влияния предложенного протокола активации на иммунофенотип Т-клеток выявлено уменьшение количества EFF в 2 раза и более, TEM в 1,5 и более, одновременно с этим увеличивалось количество TCM в 8 раз и более.

Выводы

Активация Т-клеток в МКПК посредством добавления во всех представленных концентрациях моноклонального биспецифичного анти-CD3/CD20 антитела не уступает стандартному протоколу активации и экспансии с ОКТ-3, а также потенциально позволяет использовать МКПК для производства CAR-T клеток без использования магнитной селекции у пациентов с циркулирующими CD20+ B-клетками. Совместно с элиминацией B-лимфоцитов в популяции Т-лимфоцитов уменьшается количество эффекторных клеток, одновременно возрастает количество клеток памяти, что является благоприятным субупопуляционным профилем Т-клеток для последующего производства CAR-T.

Ключевые слова

CAR-T, химерный антигенный рецептор, биспецифичные антитела, В-клеточные опухоли.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29839" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29840" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(180) "<p>Ivan N. Gaponenko, Artem A. Potanin, Vladislav V. Markelov, Dina A. Senichchina, Vladislav S. Sergeev, Alena I. Shakirova, Kirill V. Lepik, Alexander D. Kulagin</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(168) "

Ivan N. Gaponenko, Artem A. Potanin, Vladislav V. Markelov, Dina A. Senichchina, Vladislav S. Sergeev, Alena I. Shakirova, Kirill V. Lepik, Alexander D. Kulagin

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29841" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(206) "<p>RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia </p><br> <p><b>Contact:</b> Ivan N.Gaponenko, e-mail: ivangaponenko1999@mail.ru </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(164) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Ivan N.Gaponenko, e-mail: ivangaponenko1999@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29842" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3914) "<p style="text-align: justify;">Chimeric antigen receptor T-cell (CAR-T) therapy is a promising option for the treatment of B-cell malignancies. One of the important steps in the production of a CAR-T product is T-cell activation and expansion. The main protocol options includes magnetic selection of CD4+/CD8+ lymphocytes followed by the addition of CD3/CD28 activator particles or activation of unselected peripheral blood mononuclear cells (PBMCs) using anti-CD3 monoclonal antibodies. The latter method is more economical, but the application of the products obtained in this way is limited to indications characterized by the presence of circulating tumor B cells. We propose to use monoclonal bispecific antibodies to simultaneously activate T cells and eliminate the B cell population during CAR-T production.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;">PBMCs from 4 healthy donors were isolated by centrifugation in a ficoll density gradient. Cells were seeded onto a 24-well plate at a concentration of 1*10<sup>6</sup> cells/mL, and activated by a monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at 4 different concentrations (0.5;1, 5 and 10 pmol/mL) with 150 IU/mL IL-2 for 6 days. As a negative control, cells were cultured in a medium without the addition of an activating agent for 6 days; in the comparison group, activation was performed with OKT-3 at a concentration of 100 ng/mL. The cumulative population doubling level (CPDL) was used to evaluate the kinetics of PBMC proliferation. After isolation and on day 3 after activation, CD3+ and CD19+ cells were counted by flow cytometry. In 2 donors, the expression of CD4, CD45RO, and CCR7 on CD3 positive cells was evaluated to assess the effect of bispecific antibody on T cell phenotype. Based on these markers, 4 groups were identified among CD4 and CD8 cells: memory cells (TCM); naive/stem cell memory T lymphocytes; effector lymphocytes (EFFL) and effector memory cells (TEM).</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">T-cell activation with expansion by day 6 was observed in all experiments. CPDL was significantly higher in all experimental groups compared to the control group (p<0.05). CDPL was statistically significantly different for the groups with the addition of bispecific anti-CD3/CD20 at concentrations of 0.5 pmol/mL (1.39±0.64), 1 pmol/mL (1.25±0.64), and 10 pmol/mL (2.2±0.19) from the group with the addition of OKT-3 (p<0.05). Initially, the CD19+ cell content among PBMCs was 5.97±1.05%. On the third day of culturing, elimination of B-lymphocytes was observed in all donors, where 3.28±1.2% and 5.93±1.2% were detected in controls with and without OKT-3, respectively. When evaluating the effect of the proposed activation protocol on the immunophenotype of T cells, a decrease in the number of EFFL by >2 times, TEM by >1.5 times was revealed. At the same time, the number of TCM increased by 8 times and more.</p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;">Activation of T cells in PBMC by the addition of monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at all presented concentrations is not inferior to the standard activation and expansion protocol with OKT-3, and potentially allows the use of PBMC for CAR-T cell production without magnetic selection in patients with circulating CD20+ B cells. Together with the elimination of B-lymphocytes in the T-lymphocyte population, the number of effector cells decreases, while the number of memory cells increases, which is a favorable subpopulation profile of T cells for subsequent CAR-T production.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">CAR-T, chimeric antigen receptor, bispecific antibodies, B-cell tumors.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3732) "

Chimeric antigen receptor T-cell (CAR-T) therapy is a promising option for the treatment of B-cell malignancies. One of the important steps in the production of a CAR-T product is T-cell activation and expansion. The main protocol options includes magnetic selection of CD4+/CD8+ lymphocytes followed by the addition of CD3/CD28 activator particles or activation of unselected peripheral blood mononuclear cells (PBMCs) using anti-CD3 monoclonal antibodies. The latter method is more economical, but the application of the products obtained in this way is limited to indications characterized by the presence of circulating tumor B cells. We propose to use monoclonal bispecific antibodies to simultaneously activate T cells and eliminate the B cell population during CAR-T production.

Materials and methods

PBMCs from 4 healthy donors were isolated by centrifugation in a ficoll density gradient. Cells were seeded onto a 24-well plate at a concentration of 1*106 cells/mL, and activated by a monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at 4 different concentrations (0.5;1, 5 and 10 pmol/mL) with 150 IU/mL IL-2 for 6 days. As a negative control, cells were cultured in a medium without the addition of an activating agent for 6 days; in the comparison group, activation was performed with OKT-3 at a concentration of 100 ng/mL. The cumulative population doubling level (CPDL) was used to evaluate the kinetics of PBMC proliferation. After isolation and on day 3 after activation, CD3+ and CD19+ cells were counted by flow cytometry. In 2 donors, the expression of CD4, CD45RO, and CCR7 on CD3 positive cells was evaluated to assess the effect of bispecific antibody on T cell phenotype. Based on these markers, 4 groups were identified among CD4 and CD8 cells: memory cells (TCM); naive/stem cell memory T lymphocytes; effector lymphocytes (EFFL) and effector memory cells (TEM).

Results

T-cell activation with expansion by day 6 was observed in all experiments. CPDL was significantly higher in all experimental groups compared to the control group (p<0.05). CDPL was statistically significantly different for the groups with the addition of bispecific anti-CD3/CD20 at concentrations of 0.5 pmol/mL (1.39±0.64), 1 pmol/mL (1.25±0.64), and 10 pmol/mL (2.2±0.19) from the group with the addition of OKT-3 (p<0.05). Initially, the CD19+ cell content among PBMCs was 5.97±1.05%. On the third day of culturing, elimination of B-lymphocytes was observed in all donors, where 3.28±1.2% and 5.93±1.2% were detected in controls with and without OKT-3, respectively. When evaluating the effect of the proposed activation protocol on the immunophenotype of T cells, a decrease in the number of EFFL by >2 times, TEM by >1.5 times was revealed. At the same time, the number of TCM increased by 8 times and more.

Conclusions

Activation of T cells in PBMC by the addition of monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at all presented concentrations is not inferior to the standard activation and expansion protocol with OKT-3, and potentially allows the use of PBMC for CAR-T cell production without magnetic selection in patients with circulating CD20+ B cells. Together with the elimination of B-lymphocytes in the T-lymphocyte population, the number of effector cells decreases, while the number of memory cells increases, which is a favorable subpopulation profile of T cells for subsequent CAR-T production.

Keywords

CAR-T, chimeric antigen receptor, bispecific antibodies, B-cell tumors.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29843" ["VALUE"]=> string(140) "AW-01. Simultaneous T-lymphocyte activation and B-lymphocyte elimination by bispecific monoclonal antibodies in the CAR-T production process" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(140) "AW-01. Simultaneous T-lymphocyte activation and B-lymphocyte elimination by bispecific monoclonal antibodies in the CAR-T production process" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29844" ["VALUE"]=> string(4) "3293" ["DESCRIPTION"]=> NULL ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3293" ["~DESCRIPTION"]=> NULL ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29845" ["VALUE"]=> string(4) "3294" ["DESCRIPTION"]=> NULL ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3294" ["~DESCRIPTION"]=> NULL ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29840" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(180) "<p>Ivan N. Gaponenko, Artem A. Potanin, Vladislav V. Markelov, Dina A. Senichchina, Vladislav S. Sergeev, Alena I. Shakirova, Kirill V. Lepik, Alexander D. Kulagin</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(168) "

Ivan N. Gaponenko, Artem A. Potanin, Vladislav V. Markelov, Dina A. Senichchina, Vladislav S. Sergeev, Alena I. Shakirova, Kirill V. Lepik, Alexander D. Kulagin

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(168) "

Ivan N. Gaponenko, Artem A. Potanin, Vladislav V. Markelov, Dina A. Senichchina, Vladislav S. Sergeev, Alena I. Shakirova, Kirill V. Lepik, Alexander D. Kulagin

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29842" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3914) "<p style="text-align: justify;">Chimeric antigen receptor T-cell (CAR-T) therapy is a promising option for the treatment of B-cell malignancies. One of the important steps in the production of a CAR-T product is T-cell activation and expansion. The main protocol options includes magnetic selection of CD4+/CD8+ lymphocytes followed by the addition of CD3/CD28 activator particles or activation of unselected peripheral blood mononuclear cells (PBMCs) using anti-CD3 monoclonal antibodies. The latter method is more economical, but the application of the products obtained in this way is limited to indications characterized by the presence of circulating tumor B cells. We propose to use monoclonal bispecific antibodies to simultaneously activate T cells and eliminate the B cell population during CAR-T production.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;">PBMCs from 4 healthy donors were isolated by centrifugation in a ficoll density gradient. Cells were seeded onto a 24-well plate at a concentration of 1*10<sup>6</sup> cells/mL, and activated by a monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at 4 different concentrations (0.5;1, 5 and 10 pmol/mL) with 150 IU/mL IL-2 for 6 days. As a negative control, cells were cultured in a medium without the addition of an activating agent for 6 days; in the comparison group, activation was performed with OKT-3 at a concentration of 100 ng/mL. The cumulative population doubling level (CPDL) was used to evaluate the kinetics of PBMC proliferation. After isolation and on day 3 after activation, CD3+ and CD19+ cells were counted by flow cytometry. In 2 donors, the expression of CD4, CD45RO, and CCR7 on CD3 positive cells was evaluated to assess the effect of bispecific antibody on T cell phenotype. Based on these markers, 4 groups were identified among CD4 and CD8 cells: memory cells (TCM); naive/stem cell memory T lymphocytes; effector lymphocytes (EFFL) and effector memory cells (TEM).</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">T-cell activation with expansion by day 6 was observed in all experiments. CPDL was significantly higher in all experimental groups compared to the control group (p<0.05). CDPL was statistically significantly different for the groups with the addition of bispecific anti-CD3/CD20 at concentrations of 0.5 pmol/mL (1.39±0.64), 1 pmol/mL (1.25±0.64), and 10 pmol/mL (2.2±0.19) from the group with the addition of OKT-3 (p<0.05). Initially, the CD19+ cell content among PBMCs was 5.97±1.05%. On the third day of culturing, elimination of B-lymphocytes was observed in all donors, where 3.28±1.2% and 5.93±1.2% were detected in controls with and without OKT-3, respectively. When evaluating the effect of the proposed activation protocol on the immunophenotype of T cells, a decrease in the number of EFFL by >2 times, TEM by >1.5 times was revealed. At the same time, the number of TCM increased by 8 times and more.</p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;">Activation of T cells in PBMC by the addition of monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at all presented concentrations is not inferior to the standard activation and expansion protocol with OKT-3, and potentially allows the use of PBMC for CAR-T cell production without magnetic selection in patients with circulating CD20+ B cells. Together with the elimination of B-lymphocytes in the T-lymphocyte population, the number of effector cells decreases, while the number of memory cells increases, which is a favorable subpopulation profile of T cells for subsequent CAR-T production.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">CAR-T, chimeric antigen receptor, bispecific antibodies, B-cell tumors.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3732) "

Chimeric antigen receptor T-cell (CAR-T) therapy is a promising option for the treatment of B-cell malignancies. One of the important steps in the production of a CAR-T product is T-cell activation and expansion. The main protocol options includes magnetic selection of CD4+/CD8+ lymphocytes followed by the addition of CD3/CD28 activator particles or activation of unselected peripheral blood mononuclear cells (PBMCs) using anti-CD3 monoclonal antibodies. The latter method is more economical, but the application of the products obtained in this way is limited to indications characterized by the presence of circulating tumor B cells. We propose to use monoclonal bispecific antibodies to simultaneously activate T cells and eliminate the B cell population during CAR-T production.

Materials and methods

PBMCs from 4 healthy donors were isolated by centrifugation in a ficoll density gradient. Cells were seeded onto a 24-well plate at a concentration of 1*106 cells/mL, and activated by a monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at 4 different concentrations (0.5;1, 5 and 10 pmol/mL) with 150 IU/mL IL-2 for 6 days. As a negative control, cells were cultured in a medium without the addition of an activating agent for 6 days; in the comparison group, activation was performed with OKT-3 at a concentration of 100 ng/mL. The cumulative population doubling level (CPDL) was used to evaluate the kinetics of PBMC proliferation. After isolation and on day 3 after activation, CD3+ and CD19+ cells were counted by flow cytometry. In 2 donors, the expression of CD4, CD45RO, and CCR7 on CD3 positive cells was evaluated to assess the effect of bispecific antibody on T cell phenotype. Based on these markers, 4 groups were identified among CD4 and CD8 cells: memory cells (TCM); naive/stem cell memory T lymphocytes; effector lymphocytes (EFFL) and effector memory cells (TEM).

Results

T-cell activation with expansion by day 6 was observed in all experiments. CPDL was significantly higher in all experimental groups compared to the control group (p<0.05). CDPL was statistically significantly different for the groups with the addition of bispecific anti-CD3/CD20 at concentrations of 0.5 pmol/mL (1.39±0.64), 1 pmol/mL (1.25±0.64), and 10 pmol/mL (2.2±0.19) from the group with the addition of OKT-3 (p<0.05). Initially, the CD19+ cell content among PBMCs was 5.97±1.05%. On the third day of culturing, elimination of B-lymphocytes was observed in all donors, where 3.28±1.2% and 5.93±1.2% were detected in controls with and without OKT-3, respectively. When evaluating the effect of the proposed activation protocol on the immunophenotype of T cells, a decrease in the number of EFFL by >2 times, TEM by >1.5 times was revealed. At the same time, the number of TCM increased by 8 times and more.

Conclusions

Activation of T cells in PBMC by the addition of monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at all presented concentrations is not inferior to the standard activation and expansion protocol with OKT-3, and potentially allows the use of PBMC for CAR-T cell production without magnetic selection in patients with circulating CD20+ B cells. Together with the elimination of B-lymphocytes in the T-lymphocyte population, the number of effector cells decreases, while the number of memory cells increases, which is a favorable subpopulation profile of T cells for subsequent CAR-T production.

Keywords

CAR-T, chimeric antigen receptor, bispecific antibodies, B-cell tumors.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3732) "

Chimeric antigen receptor T-cell (CAR-T) therapy is a promising option for the treatment of B-cell malignancies. One of the important steps in the production of a CAR-T product is T-cell activation and expansion. The main protocol options includes magnetic selection of CD4+/CD8+ lymphocytes followed by the addition of CD3/CD28 activator particles or activation of unselected peripheral blood mononuclear cells (PBMCs) using anti-CD3 monoclonal antibodies. The latter method is more economical, but the application of the products obtained in this way is limited to indications characterized by the presence of circulating tumor B cells. We propose to use monoclonal bispecific antibodies to simultaneously activate T cells and eliminate the B cell population during CAR-T production.

Materials and methods

PBMCs from 4 healthy donors were isolated by centrifugation in a ficoll density gradient. Cells were seeded onto a 24-well plate at a concentration of 1*106 cells/mL, and activated by a monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at 4 different concentrations (0.5;1, 5 and 10 pmol/mL) with 150 IU/mL IL-2 for 6 days. As a negative control, cells were cultured in a medium without the addition of an activating agent for 6 days; in the comparison group, activation was performed with OKT-3 at a concentration of 100 ng/mL. The cumulative population doubling level (CPDL) was used to evaluate the kinetics of PBMC proliferation. After isolation and on day 3 after activation, CD3+ and CD19+ cells were counted by flow cytometry. In 2 donors, the expression of CD4, CD45RO, and CCR7 on CD3 positive cells was evaluated to assess the effect of bispecific antibody on T cell phenotype. Based on these markers, 4 groups were identified among CD4 and CD8 cells: memory cells (TCM); naive/stem cell memory T lymphocytes; effector lymphocytes (EFFL) and effector memory cells (TEM).

Results

T-cell activation with expansion by day 6 was observed in all experiments. CPDL was significantly higher in all experimental groups compared to the control group (p<0.05). CDPL was statistically significantly different for the groups with the addition of bispecific anti-CD3/CD20 at concentrations of 0.5 pmol/mL (1.39±0.64), 1 pmol/mL (1.25±0.64), and 10 pmol/mL (2.2±0.19) from the group with the addition of OKT-3 (p<0.05). Initially, the CD19+ cell content among PBMCs was 5.97±1.05%. On the third day of culturing, elimination of B-lymphocytes was observed in all donors, where 3.28±1.2% and 5.93±1.2% were detected in controls with and without OKT-3, respectively. When evaluating the effect of the proposed activation protocol on the immunophenotype of T cells, a decrease in the number of EFFL by >2 times, TEM by >1.5 times was revealed. At the same time, the number of TCM increased by 8 times and more.

Conclusions

Activation of T cells in PBMC by the addition of monoclonal bispecific anti-CD3/CD20 antibody at all presented concentrations is not inferior to the standard activation and expansion protocol with OKT-3, and potentially allows the use of PBMC for CAR-T cell production without magnetic selection in patients with circulating CD20+ B cells. Together with the elimination of B-lymphocytes in the T-lymphocyte population, the number of effector cells decreases, while the number of memory cells increases, which is a favorable subpopulation profile of T cells for subsequent CAR-T production.

Keywords

CAR-T, chimeric antigen receptor, bispecific antibodies, B-cell tumors.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29839" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29843" ["VALUE"]=> string(140) "AW-01. Simultaneous T-lymphocyte activation and B-lymphocyte elimination by bispecific monoclonal antibodies in the CAR-T production process" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(140) "AW-01. Simultaneous T-lymphocyte activation and B-lymphocyte elimination by bispecific monoclonal antibodies in the CAR-T production process" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(140) "AW-01. Simultaneous T-lymphocyte activation and B-lymphocyte elimination by bispecific monoclonal antibodies in the CAR-T production process" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29841" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(206) "<p>RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia </p><br> <p><b>Contact:</b> Ivan N.Gaponenko, e-mail: ivangaponenko1999@mail.ru </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(164) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Ivan N.Gaponenko, e-mail: ivangaponenko1999@mail.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(164) "

RM Gorbacheva Research Institute, Pavlov University, St. Petersburg, Russia


Contact: Ivan N.Gaponenko, e-mail: ivangaponenko1999@mail.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29836" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(296) "<p>Иван Н. Гапоненко, Артем А. Потанин, Владислав В. Маркелов, Дина А. Сеничкина, Владислав С. Сергеев, Алена И. Шакирова, Кирилл В. Лепик, Александр Д. Кулагин</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(284) "

Иван Н. Гапоненко, Артем А. Потанин, Владислав В. Маркелов, Дина А. Сеничкина, Владислав С. Сергеев, Алена И. Шакирова, Кирилл В. Лепик, Александр Д. Кулагин

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(284) "

Иван Н. Гапоненко, Артем А. Потанин, Владислав В. Маркелов, Дина А. Сеничкина, Владислав С. Сергеев, Алена И. Шакирова, Кирилл В. Лепик, Александр Д. Кулагин

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29838" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6887) "<p style="text-align: justify;">Терапия Т-клетками с химерным антигенным рецептором (CAR-T) является многообещающей опцией для лечения В-клеточных злокачественных новообразований. Одним из важных этапов производства CAR-T продукта является активация и экспансия T-клеток. Основные варианты протокола включают магнитную селекцию CD4+/CD8+ лимфоцитов с последующим добавлением CD3/CD28 специфических частиц-активаторов или же активация неселектированных мононуклеарных клеток периферической крови (МКПК) с помощью анти-CD3 моноклональных антител. Последний способ является более экономичным, однако применение полученных таким образом продуктов ограничено в отношении показаний, для которых характерно наличие циркулирующих опухолевых B-клеток. Мы предлагаем использовать моноклональные биспецифические антитела для одновременной активации Т-клеток и элиминации популяции B клеток в процессе производства CAR-T.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;">МКПК 4 здоровых доноров выделяли с помощью центрифугирования в градиенте плотности фиколла. Клетки были засеяны в 24-луночный планшет в концентрации 1*10<sup>6</sup> клеток/мл, для активации использовалось моноклональное биспецифичное анти-CD3/CD20 антитело в 4 различных концентрациях (0,5;1, 5 и 10 пмоль/мл) с добавлением 150 МЕ/мл IL-2 в течение 6 дней. В качестве отрицательного контроля клетки культивировались в среде без добавления активирующего агента в течение 6 дней, в группе сравнения активация производилась с помощью OKT-3 в концентрации 100 нг\мл. Для оценки кинетики пролиферации МКПК использовали кумулятивный уровень удвоения популяций (КУУП). После выделения и на 3 день после активации количество CD3+ и CD19+ оценивалось с помощью проточной цитофлуориметрии. У 2 доноров оценивали экспрессию на CD3 положительных клетках CD4, CD45RO, CCR7 для определения фенотипа Т-клеток и оценки влияния биспецифического антитела на фенотип Т-клеток. На основе указанных маркеров среди CD4 и CD8 выделены 4 группы: клетки центральной памяти (TCM); наивные Т-лимфоциты /стволовые клетки памяти; эффекторные лимфоциты (EFF) и клетки эффекторной памяти (TEM).</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Во всех экспериментах наблюдалась активация Т-клеток с выраженной экспансией к 6 дню. КУУП статистически значимо отличался во всех экспериментальных группах в сравнении с группой контроля (p<0,05). КУУП статистически значимо отличался для групп с добавлением биспецифичное анти-CD3/CD20 в концентрации 0,5 пмоль (1,39±0,64), 1 пмоль (1,25±0,64), и 10 пмоль (2,2±0,19) от группы с добавлением ОКТ-3. Вначале среди МКПК содержание CD19+ клеток составляло 5,97±1,05%. На третий день культивации у всех доноров наблюдалась элиминация B-лимфоцитов, когда в контроле с ОКТ-3 и без ОКТ-3 выявлялось 3,28±1,2% и 5,93±1,2% соответственно. При оценке влияния предложенного протокола активации на иммунофенотип Т-клеток выявлено уменьшение количества EFF в 2 раза и более, TEM в 1,5 и более, одновременно с этим увеличивалось количество TCM в 8 раз и более.</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">Активация Т-клеток в МКПК посредством добавления во всех представленных концентрациях моноклонального биспецифичного анти-CD3/CD20 антитела не уступает стандартному протоколу активации и экспансии с ОКТ-3, а также потенциально позволяет использовать МКПК для производства CAR-T клеток без использования магнитной селекции у пациентов с циркулирующими CD20+ B-клетками. Совместно с элиминацией B-лимфоцитов в популяции Т-лимфоцитов уменьшается количество эффекторных клеток, одновременно возрастает количество клеток памяти, что является благоприятным субупопуляционным профилем Т-клеток для последующего производства CAR-T.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">CAR-T, химерный антигенный рецептор, биспецифичные антитела, В-клеточные опухоли.</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6714) "

Терапия Т-клетками с химерным антигенным рецептором (CAR-T) является многообещающей опцией для лечения В-клеточных злокачественных новообразований. Одним из важных этапов производства CAR-T продукта является активация и экспансия T-клеток. Основные варианты протокола включают магнитную селекцию CD4+/CD8+ лимфоцитов с последующим добавлением CD3/CD28 специфических частиц-активаторов или же активация неселектированных мононуклеарных клеток периферической крови (МКПК) с помощью анти-CD3 моноклональных антител. Последний способ является более экономичным, однако применение полученных таким образом продуктов ограничено в отношении показаний, для которых характерно наличие циркулирующих опухолевых B-клеток. Мы предлагаем использовать моноклональные биспецифические антитела для одновременной активации Т-клеток и элиминации популяции B клеток в процессе производства CAR-T.

Материалы и методы

МКПК 4 здоровых доноров выделяли с помощью центрифугирования в градиенте плотности фиколла. Клетки были засеяны в 24-луночный планшет в концентрации 1*106 клеток/мл, для активации использовалось моноклональное биспецифичное анти-CD3/CD20 антитело в 4 различных концентрациях (0,5;1, 5 и 10 пмоль/мл) с добавлением 150 МЕ/мл IL-2 в течение 6 дней. В качестве отрицательного контроля клетки культивировались в среде без добавления активирующего агента в течение 6 дней, в группе сравнения активация производилась с помощью OKT-3 в концентрации 100 нг\мл. Для оценки кинетики пролиферации МКПК использовали кумулятивный уровень удвоения популяций (КУУП). После выделения и на 3 день после активации количество CD3+ и CD19+ оценивалось с помощью проточной цитофлуориметрии. У 2 доноров оценивали экспрессию на CD3 положительных клетках CD4, CD45RO, CCR7 для определения фенотипа Т-клеток и оценки влияния биспецифического антитела на фенотип Т-клеток. На основе указанных маркеров среди CD4 и CD8 выделены 4 группы: клетки центральной памяти (TCM); наивные Т-лимфоциты /стволовые клетки памяти; эффекторные лимфоциты (EFF) и клетки эффекторной памяти (TEM).

Результаты

Во всех экспериментах наблюдалась активация Т-клеток с выраженной экспансией к 6 дню. КУУП статистически значимо отличался во всех экспериментальных группах в сравнении с группой контроля (p<0,05). КУУП статистически значимо отличался для групп с добавлением биспецифичное анти-CD3/CD20 в концентрации 0,5 пмоль (1,39±0,64), 1 пмоль (1,25±0,64), и 10 пмоль (2,2±0,19) от группы с добавлением ОКТ-3. Вначале среди МКПК содержание CD19+ клеток составляло 5,97±1,05%. На третий день культивации у всех доноров наблюдалась элиминация B-лимфоцитов, когда в контроле с ОКТ-3 и без ОКТ-3 выявлялось 3,28±1,2% и 5,93±1,2% соответственно. При оценке влияния предложенного протокола активации на иммунофенотип Т-клеток выявлено уменьшение количества EFF в 2 раза и более, TEM в 1,5 и более, одновременно с этим увеличивалось количество TCM в 8 раз и более.

Выводы

Активация Т-клеток в МКПК посредством добавления во всех представленных концентрациях моноклонального биспецифичного анти-CD3/CD20 антитела не уступает стандартному протоколу активации и экспансии с ОКТ-3, а также потенциально позволяет использовать МКПК для производства CAR-T клеток без использования магнитной селекции у пациентов с циркулирующими CD20+ B-клетками. Совместно с элиминацией B-лимфоцитов в популяции Т-лимфоцитов уменьшается количество эффекторных клеток, одновременно возрастает количество клеток памяти, что является благоприятным субупопуляционным профилем Т-клеток для последующего производства CAR-T.

Ключевые слова

CAR-T, химерный антигенный рецептор, биспецифичные антитела, В-клеточные опухоли.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(6714) "

Терапия Т-клетками с химерным антигенным рецептором (CAR-T) является многообещающей опцией для лечения В-клеточных злокачественных новообразований. Одним из важных этапов производства CAR-T продукта является активация и экспансия T-клеток. Основные варианты протокола включают магнитную селекцию CD4+/CD8+ лимфоцитов с последующим добавлением CD3/CD28 специфических частиц-активаторов или же активация неселектированных мононуклеарных клеток периферической крови (МКПК) с помощью анти-CD3 моноклональных антител. Последний способ является более экономичным, однако применение полученных таким образом продуктов ограничено в отношении показаний, для которых характерно наличие циркулирующих опухолевых B-клеток. Мы предлагаем использовать моноклональные биспецифические антитела для одновременной активации Т-клеток и элиминации популяции B клеток в процессе производства CAR-T.

Материалы и методы

МКПК 4 здоровых доноров выделяли с помощью центрифугирования в градиенте плотности фиколла. Клетки были засеяны в 24-луночный планшет в концентрации 1*106 клеток/мл, для активации использовалось моноклональное биспецифичное анти-CD3/CD20 антитело в 4 различных концентрациях (0,5;1, 5 и 10 пмоль/мл) с добавлением 150 МЕ/мл IL-2 в течение 6 дней. В качестве отрицательного контроля клетки культивировались в среде без добавления активирующего агента в течение 6 дней, в группе сравнения активация производилась с помощью OKT-3 в концентрации 100 нг\мл. Для оценки кинетики пролиферации МКПК использовали кумулятивный уровень удвоения популяций (КУУП). После выделения и на 3 день после активации количество CD3+ и CD19+ оценивалось с помощью проточной цитофлуориметрии. У 2 доноров оценивали экспрессию на CD3 положительных клетках CD4, CD45RO, CCR7 для определения фенотипа Т-клеток и оценки влияния биспецифического антитела на фенотип Т-клеток. На основе указанных маркеров среди CD4 и CD8 выделены 4 группы: клетки центральной памяти (TCM); наивные Т-лимфоциты /стволовые клетки памяти; эффекторные лимфоциты (EFF) и клетки эффекторной памяти (TEM).

Результаты

Во всех экспериментах наблюдалась активация Т-клеток с выраженной экспансией к 6 дню. КУУП статистически значимо отличался во всех экспериментальных группах в сравнении с группой контроля (p<0,05). КУУП статистически значимо отличался для групп с добавлением биспецифичное анти-CD3/CD20 в концентрации 0,5 пмоль (1,39±0,64), 1 пмоль (1,25±0,64), и 10 пмоль (2,2±0,19) от группы с добавлением ОКТ-3. Вначале среди МКПК содержание CD19+ клеток составляло 5,97±1,05%. На третий день культивации у всех доноров наблюдалась элиминация B-лимфоцитов, когда в контроле с ОКТ-3 и без ОКТ-3 выявлялось 3,28±1,2% и 5,93±1,2% соответственно. При оценке влияния предложенного протокола активации на иммунофенотип Т-клеток выявлено уменьшение количества EFF в 2 раза и более, TEM в 1,5 и более, одновременно с этим увеличивалось количество TCM в 8 раз и более.

Выводы

Активация Т-клеток в МКПК посредством добавления во всех представленных концентрациях моноклонального биспецифичного анти-CD3/CD20 антитела не уступает стандартному протоколу активации и экспансии с ОКТ-3, а также потенциально позволяет использовать МКПК для производства CAR-T клеток без использования магнитной селекции у пациентов с циркулирующими CD20+ B-клетками. Совместно с элиминацией B-лимфоцитов в популяции Т-лимфоцитов уменьшается количество эффекторных клеток, одновременно возрастает количество клеток памяти, что является благоприятным субупопуляционным профилем Т-клеток для последующего производства CAR-T.

Ключевые слова

CAR-T, химерный антигенный рецептор, биспецифичные антитела, В-клеточные опухоли.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29837" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(358) "<p>НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(346) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(346) "

НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. М. Горбачевой, Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. И. П. Павлова, Санкт-Петербург, Россия

" } } } [4]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" ["ID"]=> string(4) "2174" ["~ID"]=> string(4) "2174" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["~NAME"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:39:21 am" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/14/2023 10:39:21 am" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(237) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/aw-05-o-vazhnosti-kommunikativnykh-navykov-v-rabote-s-patsientami-v-kriticheskikh-sostoyaniyakh/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(237) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/nagrazhdennye-doklady-aw-01-aw-05/aw-05-o-vazhnosti-kommunikativnykh-navykov-v-rabote-s-patsientami-v-kriticheskikh-sostoyaniyakh/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "50" ["~SORT"]=> string(2) "50" ["CODE"]=> string(95) "aw-05-o-vazhnosti-kommunikativnykh-navykov-v-rabote-s-patsientami-v-kriticheskikh-sostoyaniyakh" ["~CODE"]=> string(95) "aw-05-o-vazhnosti-kommunikativnykh-navykov-v-rabote-s-patsientami-v-kriticheskikh-sostoyaniyakh" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2174" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2174" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(247) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состоянияхAW-05. On the importance of communication skills in working with critically ill patients" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(4605) "<p style="text-align: justify;">Работа медицинской сестры отделения реанимации и интенсивной терапии предполагает, с одной стороны, непосредственный тесный контакт с пациентом и его семьей, с другой – характеризуется целым рядом объективных и субъективных ограничений в общении с ними. Профессиональные стандарты не включают коммуникативные навыки в состав необходимых знаний и умений медицинской сестры, образовательные стандарты так же, на наш взгляд, не уделяют данному вопросу достаточного внимания. Жизнеугрожающие и критические состояния порождают у пациентов и их родственников страх, тревогу, ощущение беспомощности, в то же время, требуя от медицинских сестер, работающих с ними, максимальной включенности, многозадачности, психологической гибкости и высокой стрессоустойчивости. В таких условиях между медицинским персоналом и пациентами могут возникать сложности и конфликты, а последствия молчания и неэффективной коммуникации могут быть фатальными. Разрешение данного противоречия лежит, на наш взгляд, в плоскости межличностных отношений, готовности и решимости каждого отдельного специалиста рассматривать общение как важный компонент своей работы, быть открытым к обсуждению, сотрудничеству и поиску выходов из нестандартных ситуаций – на благо пациента и медицинского сообщества. </p> <p style="text-align: justify;">Смерть больного ребенка – трагическое, травмирующее и противоестественное событие, сопряженное с острыми эмоциональными переживаниями. При этом для медсестры, работающей в отделении реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ), особенно, с пациентами онкогематологического профиля, такая смерть – не только соприкосновение с личной потерей и чужой болью, но и часть работы, требующая от нее, как от специалиста, определенных действий и процедур. Смерть затрагивает и делает уязвимыми не только медицинский персонал, но и, в первую очередь, родителей, потерявших ребенка, других детей-пациентов, членов их семьи. Как видят и реагируют на смерть они? Что мы, медицинские сестры, можем сделать, находясь в пределах своей компетенции, чтобы выразить сочувствие? На что можем опереться и как можем помочь? </p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;">Доклад представляет собой рассуждения и примеры из практики касательно вопроса: как, оставаясь профессионалом, медсестре ОРИТ сохранить человечность и суметь проявить сострадание.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Интенсивная терапия, дети, медицинская сестра, коммуникативные навыки.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(99) "aw-05-o-vazhnosti-kommunikativnykh-navykov-v-rabote-s-patsientami-v-kriticheskikh-sostoyaniyakh-img" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(159) "AW-05. О важности коммуникативных навыков в работе с пациентами в критических состояниях" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(99) "aw-05-o-vazhnosti-kommunikativnykh-navykov-v-rabote-s-patsientami-v-kriticheskikh-sostoyaniyakh-img" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(99) "aw-05-o-vazhnosti-kommunikativnykh-navykov-v-rabote-s-patsientami-v-kriticheskikh-sostoyaniyakh-img" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(99) "aw-05-o-vazhnosti-kommunikativnykh-navykov-v-rabote-s-patsientami-v-kriticheskikh-sostoyaniyakh-img" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "253" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29876" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(56) "<p>Татьяна М. Семчишина</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(44) "

Татьяна М. Семчишина

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29877" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(251) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(239) "

Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29878" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4605) "<p style="text-align: justify;">Работа медицинской сестры отделения реанимации и интенсивной терапии предполагает, с одной стороны, непосредственный тесный контакт с пациентом и его семьей, с другой – характеризуется целым рядом объективных и субъективных ограничений в общении с ними. Профессиональные стандарты не включают коммуникативные навыки в состав необходимых знаний и умений медицинской сестры, образовательные стандарты так же, на наш взгляд, не уделяют данному вопросу достаточного внимания. Жизнеугрожающие и критические состояния порождают у пациентов и их родственников страх, тревогу, ощущение беспомощности, в то же время, требуя от медицинских сестер, работающих с ними, максимальной включенности, многозадачности, психологической гибкости и высокой стрессоустойчивости. В таких условиях между медицинским персоналом и пациентами могут возникать сложности и конфликты, а последствия молчания и неэффективной коммуникации могут быть фатальными. Разрешение данного противоречия лежит, на наш взгляд, в плоскости межличностных отношений, готовности и решимости каждого отдельного специалиста рассматривать общение как важный компонент своей работы, быть открытым к обсуждению, сотрудничеству и поиску выходов из нестандартных ситуаций – на благо пациента и медицинского сообщества. </p> <p style="text-align: justify;">Смерть больного ребенка – трагическое, травмирующее и противоестественное событие, сопряженное с острыми эмоциональными переживаниями. При этом для медсестры, работающей в отделении реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ), особенно, с пациентами онкогематологического профиля, такая смерть – не только соприкосновение с личной потерей и чужой болью, но и часть работы, требующая от нее, как от специалиста, определенных действий и процедур. Смерть затрагивает и делает уязвимыми не только медицинский персонал, но и, в первую очередь, родителей, потерявших ребенка, других детей-пациентов, членов их семьи. Как видят и реагируют на смерть они? Что мы, медицинские сестры, можем сделать, находясь в пределах своей компетенции, чтобы выразить сочувствие? На что можем опереться и как можем помочь? </p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;">Доклад представляет собой рассуждения и примеры из практики касательно вопроса: как, оставаясь профессионалом, медсестре ОРИТ сохранить человечность и суметь проявить сострадание.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Интенсивная терапия, дети, медицинская сестра, коммуникативные навыки.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4493) "

Работа медицинской сестры отделения реанимации и интенсивной терапии предполагает, с одной стороны, непосредственный тесный контакт с пациентом и его семьей, с другой – характеризуется целым рядом объективных и субъективных ограничений в общении с ними. Профессиональные стандарты не включают коммуникативные навыки в состав необходимых знаний и умений медицинской сестры, образовательные стандарты так же, на наш взгляд, не уделяют данному вопросу достаточного внимания. Жизнеугрожающие и критические состояния порождают у пациентов и их родственников страх, тревогу, ощущение беспомощности, в то же время, требуя от медицинских сестер, работающих с ними, максимальной включенности, многозадачности, психологической гибкости и высокой стрессоустойчивости. В таких условиях между медицинским персоналом и пациентами могут возникать сложности и конфликты, а последствия молчания и неэффективной коммуникации могут быть фатальными. Разрешение данного противоречия лежит, на наш взгляд, в плоскости межличностных отношений, готовности и решимости каждого отдельного специалиста рассматривать общение как важный компонент своей работы, быть открытым к обсуждению, сотрудничеству и поиску выходов из нестандартных ситуаций – на благо пациента и медицинского сообщества.

Смерть больного ребенка – трагическое, травмирующее и противоестественное событие, сопряженное с острыми эмоциональными переживаниями. При этом для медсестры, работающей в отделении реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ), особенно, с пациентами онкогематологического профиля, такая смерть – не только соприкосновение с личной потерей и чужой болью, но и часть работы, требующая от нее, как от специалиста, определенных действий и процедур. Смерть затрагивает и делает уязвимыми не только медицинский персонал, но и, в первую очередь, родителей, потерявших ребенка, других детей-пациентов, членов их семьи. Как видят и реагируют на смерть они? Что мы, медицинские сестры, можем сделать, находясь в пределах своей компетенции, чтобы выразить сочувствие? На что можем опереться и как можем помочь?

Заключение

Доклад представляет собой рассуждения и примеры из практики касательно вопроса: как, оставаясь профессионалом, медсестре ОРИТ сохранить человечность и суметь проявить сострадание.

Ключевые слова

Интенсивная терапия, дети, медицинская сестра, коммуникативные навыки.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29879" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29880" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(41) "<p>Tatyana M. Semchishina</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(29) "

Tatyana M. Semchishina

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29881" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(274) "<p>Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Tatyana M. Semchishina, phone: +7 (903) 208-72-12, e-mail: tatyana.semch@gmail.com </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(232) "

Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia


Contact: Tatyana M. Semchishina, phone: +7 (903) 208-72-12, e-mail: tatyana.semch@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29882" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2565) "<p style="text-align: justify;">The work of a nurse at the intensive care and critical care unit entails, on one hand, direct and close contact with the patient and their family. On the other hand, it is characterized by a range of objective and subjective limitations in communicating with them. Professional standards do not include communication skills as a part of the necessary knowledge and skills for nurses, and educational standards, in our opinion, do not pay sufficient attention to this issue. Life-threatening and critical conditions generate fear, anxiety, and a sense of helplessness in patients and their relatives, while also requiring maximum involvement, multitasking, psychological flexibility, and high stress tolerance from the nurses working with them. Under such conditions, difficulties and conflicts can arise between the medical staff and patients, and the consequences of silence and ineffective communication can be fatal. Resolving this contradiction lies, in our opinion, in the realm of interpersonal relationships, the readiness and determination of each individual specialist to consider communication as an important component of their work, to be open to discussion, collaboration, and finding solutions to non-standard situations to the benefit of the patient and the medical community.</p> <p style="text-align: justify;">The death of a critically ill child is a tragic, traumatizing, and unnatural event that is accompanied by intense emotional experiences. For a nurse working in the intensive care unit, particularly with patients in the oncology and hematology field, such a death is not only a personal loss and someone else’s pain, but also a part of the job that requires specific actions and procedures. Death affects and makes vulnerable not only the medical staff but, first and foremost, the parents who have lost a child, other pediatric patients, and their family members. How do they perceive and react to death? What can we, as nurses, do within our scope of practice to express sympathy? What can we rely on and how can we help? </p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">The report consists of reflections and examples from practice regarding the question of how an ICU nurse can maintain their humanity and show compassion while remaining a professional.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Critical care, children, medical nurse, communicative skills.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2453) "

The work of a nurse at the intensive care and critical care unit entails, on one hand, direct and close contact with the patient and their family. On the other hand, it is characterized by a range of objective and subjective limitations in communicating with them. Professional standards do not include communication skills as a part of the necessary knowledge and skills for nurses, and educational standards, in our opinion, do not pay sufficient attention to this issue. Life-threatening and critical conditions generate fear, anxiety, and a sense of helplessness in patients and their relatives, while also requiring maximum involvement, multitasking, psychological flexibility, and high stress tolerance from the nurses working with them. Under such conditions, difficulties and conflicts can arise between the medical staff and patients, and the consequences of silence and ineffective communication can be fatal. Resolving this contradiction lies, in our opinion, in the realm of interpersonal relationships, the readiness and determination of each individual specialist to consider communication as an important component of their work, to be open to discussion, collaboration, and finding solutions to non-standard situations to the benefit of the patient and the medical community.

The death of a critically ill child is a tragic, traumatizing, and unnatural event that is accompanied by intense emotional experiences. For a nurse working in the intensive care unit, particularly with patients in the oncology and hematology field, such a death is not only a personal loss and someone else’s pain, but also a part of the job that requires specific actions and procedures. Death affects and makes vulnerable not only the medical staff but, first and foremost, the parents who have lost a child, other pediatric patients, and their family members. How do they perceive and react to death? What can we, as nurses, do within our scope of practice to express sympathy? What can we rely on and how can we help?

Conclusion

The report consists of reflections and examples from practice regarding the question of how an ICU nurse can maintain their humanity and show compassion while remaining a professional.

Keywords

Critical care, children, medical nurse, communicative skills.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29883" ["VALUE"]=> string(88) "AW-05. On the importance of communication skills in working with critically ill patients" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(88) "AW-05. On the importance of communication skills in working with critically ill patients" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29884" ["VALUE"]=> string(4) "3301" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3301" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29885" ["VALUE"]=> string(4) "3302" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3302" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29880" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(41) "<p>Tatyana M. Semchishina</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(29) "

Tatyana M. Semchishina

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(29) "

Tatyana M. Semchishina

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29882" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2565) "<p style="text-align: justify;">The work of a nurse at the intensive care and critical care unit entails, on one hand, direct and close contact with the patient and their family. On the other hand, it is characterized by a range of objective and subjective limitations in communicating with them. Professional standards do not include communication skills as a part of the necessary knowledge and skills for nurses, and educational standards, in our opinion, do not pay sufficient attention to this issue. Life-threatening and critical conditions generate fear, anxiety, and a sense of helplessness in patients and their relatives, while also requiring maximum involvement, multitasking, psychological flexibility, and high stress tolerance from the nurses working with them. Under such conditions, difficulties and conflicts can arise between the medical staff and patients, and the consequences of silence and ineffective communication can be fatal. Resolving this contradiction lies, in our opinion, in the realm of interpersonal relationships, the readiness and determination of each individual specialist to consider communication as an important component of their work, to be open to discussion, collaboration, and finding solutions to non-standard situations to the benefit of the patient and the medical community.</p> <p style="text-align: justify;">The death of a critically ill child is a tragic, traumatizing, and unnatural event that is accompanied by intense emotional experiences. For a nurse working in the intensive care unit, particularly with patients in the oncology and hematology field, such a death is not only a personal loss and someone else’s pain, but also a part of the job that requires specific actions and procedures. Death affects and makes vulnerable not only the medical staff but, first and foremost, the parents who have lost a child, other pediatric patients, and their family members. How do they perceive and react to death? What can we, as nurses, do within our scope of practice to express sympathy? What can we rely on and how can we help? </p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">The report consists of reflections and examples from practice regarding the question of how an ICU nurse can maintain their humanity and show compassion while remaining a professional.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Critical care, children, medical nurse, communicative skills.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2453) "

The work of a nurse at the intensive care and critical care unit entails, on one hand, direct and close contact with the patient and their family. On the other hand, it is characterized by a range of objective and subjective limitations in communicating with them. Professional standards do not include communication skills as a part of the necessary knowledge and skills for nurses, and educational standards, in our opinion, do not pay sufficient attention to this issue. Life-threatening and critical conditions generate fear, anxiety, and a sense of helplessness in patients and their relatives, while also requiring maximum involvement, multitasking, psychological flexibility, and high stress tolerance from the nurses working with them. Under such conditions, difficulties and conflicts can arise between the medical staff and patients, and the consequences of silence and ineffective communication can be fatal. Resolving this contradiction lies, in our opinion, in the realm of interpersonal relationships, the readiness and determination of each individual specialist to consider communication as an important component of their work, to be open to discussion, collaboration, and finding solutions to non-standard situations to the benefit of the patient and the medical community.

The death of a critically ill child is a tragic, traumatizing, and unnatural event that is accompanied by intense emotional experiences. For a nurse working in the intensive care unit, particularly with patients in the oncology and hematology field, such a death is not only a personal loss and someone else’s pain, but also a part of the job that requires specific actions and procedures. Death affects and makes vulnerable not only the medical staff but, first and foremost, the parents who have lost a child, other pediatric patients, and their family members. How do they perceive and react to death? What can we, as nurses, do within our scope of practice to express sympathy? What can we rely on and how can we help?

Conclusion

The report consists of reflections and examples from practice regarding the question of how an ICU nurse can maintain their humanity and show compassion while remaining a professional.

Keywords

Critical care, children, medical nurse, communicative skills.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(2453) "

The work of a nurse at the intensive care and critical care unit entails, on one hand, direct and close contact with the patient and their family. On the other hand, it is characterized by a range of objective and subjective limitations in communicating with them. Professional standards do not include communication skills as a part of the necessary knowledge and skills for nurses, and educational standards, in our opinion, do not pay sufficient attention to this issue. Life-threatening and critical conditions generate fear, anxiety, and a sense of helplessness in patients and their relatives, while also requiring maximum involvement, multitasking, psychological flexibility, and high stress tolerance from the nurses working with them. Under such conditions, difficulties and conflicts can arise between the medical staff and patients, and the consequences of silence and ineffective communication can be fatal. Resolving this contradiction lies, in our opinion, in the realm of interpersonal relationships, the readiness and determination of each individual specialist to consider communication as an important component of their work, to be open to discussion, collaboration, and finding solutions to non-standard situations to the benefit of the patient and the medical community.

The death of a critically ill child is a tragic, traumatizing, and unnatural event that is accompanied by intense emotional experiences. For a nurse working in the intensive care unit, particularly with patients in the oncology and hematology field, such a death is not only a personal loss and someone else’s pain, but also a part of the job that requires specific actions and procedures. Death affects and makes vulnerable not only the medical staff but, first and foremost, the parents who have lost a child, other pediatric patients, and their family members. How do they perceive and react to death? What can we, as nurses, do within our scope of practice to express sympathy? What can we rely on and how can we help?

Conclusion

The report consists of reflections and examples from practice regarding the question of how an ICU nurse can maintain their humanity and show compassion while remaining a professional.

Keywords

Critical care, children, medical nurse, communicative skills.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29879" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29883" ["VALUE"]=> string(88) "AW-05. On the importance of communication skills in working with critically ill patients" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(88) "AW-05. On the importance of communication skills in working with critically ill patients" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(88) "AW-05. On the importance of communication skills in working with critically ill patients" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29881" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(274) "<p>Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Tatyana M. Semchishina, phone: +7 (903) 208-72-12, e-mail: tatyana.semch@gmail.com </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(232) "

Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia


Contact: Tatyana M. Semchishina, phone: +7 (903) 208-72-12, e-mail: tatyana.semch@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(232) "

Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia


Contact: Tatyana M. Semchishina, phone: +7 (903) 208-72-12, e-mail: tatyana.semch@gmail.com

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29876" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(56) "<p>Татьяна М. Семчишина</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(44) "

Татьяна М. Семчишина

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(44) "

Татьяна М. Семчишина

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29878" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4605) "<p style="text-align: justify;">Работа медицинской сестры отделения реанимации и интенсивной терапии предполагает, с одной стороны, непосредственный тесный контакт с пациентом и его семьей, с другой – характеризуется целым рядом объективных и субъективных ограничений в общении с ними. Профессиональные стандарты не включают коммуникативные навыки в состав необходимых знаний и умений медицинской сестры, образовательные стандарты так же, на наш взгляд, не уделяют данному вопросу достаточного внимания. Жизнеугрожающие и критические состояния порождают у пациентов и их родственников страх, тревогу, ощущение беспомощности, в то же время, требуя от медицинских сестер, работающих с ними, максимальной включенности, многозадачности, психологической гибкости и высокой стрессоустойчивости. В таких условиях между медицинским персоналом и пациентами могут возникать сложности и конфликты, а последствия молчания и неэффективной коммуникации могут быть фатальными. Разрешение данного противоречия лежит, на наш взгляд, в плоскости межличностных отношений, готовности и решимости каждого отдельного специалиста рассматривать общение как важный компонент своей работы, быть открытым к обсуждению, сотрудничеству и поиску выходов из нестандартных ситуаций – на благо пациента и медицинского сообщества. </p> <p style="text-align: justify;">Смерть больного ребенка – трагическое, травмирующее и противоестественное событие, сопряженное с острыми эмоциональными переживаниями. При этом для медсестры, работающей в отделении реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ), особенно, с пациентами онкогематологического профиля, такая смерть – не только соприкосновение с личной потерей и чужой болью, но и часть работы, требующая от нее, как от специалиста, определенных действий и процедур. Смерть затрагивает и делает уязвимыми не только медицинский персонал, но и, в первую очередь, родителей, потерявших ребенка, других детей-пациентов, членов их семьи. Как видят и реагируют на смерть они? Что мы, медицинские сестры, можем сделать, находясь в пределах своей компетенции, чтобы выразить сочувствие? На что можем опереться и как можем помочь? </p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;">Доклад представляет собой рассуждения и примеры из практики касательно вопроса: как, оставаясь профессионалом, медсестре ОРИТ сохранить человечность и суметь проявить сострадание.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Интенсивная терапия, дети, медицинская сестра, коммуникативные навыки.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4493) "

Работа медицинской сестры отделения реанимации и интенсивной терапии предполагает, с одной стороны, непосредственный тесный контакт с пациентом и его семьей, с другой – характеризуется целым рядом объективных и субъективных ограничений в общении с ними. Профессиональные стандарты не включают коммуникативные навыки в состав необходимых знаний и умений медицинской сестры, образовательные стандарты так же, на наш взгляд, не уделяют данному вопросу достаточного внимания. Жизнеугрожающие и критические состояния порождают у пациентов и их родственников страх, тревогу, ощущение беспомощности, в то же время, требуя от медицинских сестер, работающих с ними, максимальной включенности, многозадачности, психологической гибкости и высокой стрессоустойчивости. В таких условиях между медицинским персоналом и пациентами могут возникать сложности и конфликты, а последствия молчания и неэффективной коммуникации могут быть фатальными. Разрешение данного противоречия лежит, на наш взгляд, в плоскости межличностных отношений, готовности и решимости каждого отдельного специалиста рассматривать общение как важный компонент своей работы, быть открытым к обсуждению, сотрудничеству и поиску выходов из нестандартных ситуаций – на благо пациента и медицинского сообщества.

Смерть больного ребенка – трагическое, травмирующее и противоестественное событие, сопряженное с острыми эмоциональными переживаниями. При этом для медсестры, работающей в отделении реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ), особенно, с пациентами онкогематологического профиля, такая смерть – не только соприкосновение с личной потерей и чужой болью, но и часть работы, требующая от нее, как от специалиста, определенных действий и процедур. Смерть затрагивает и делает уязвимыми не только медицинский персонал, но и, в первую очередь, родителей, потерявших ребенка, других детей-пациентов, членов их семьи. Как видят и реагируют на смерть они? Что мы, медицинские сестры, можем сделать, находясь в пределах своей компетенции, чтобы выразить сочувствие? На что можем опереться и как можем помочь?

Заключение

Доклад представляет собой рассуждения и примеры из практики касательно вопроса: как, оставаясь профессионалом, медсестре ОРИТ сохранить человечность и суметь проявить сострадание.

Ключевые слова

Интенсивная терапия, дети, медицинская сестра, коммуникативные навыки.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(4493) "

Работа медицинской сестры отделения реанимации и интенсивной терапии предполагает, с одной стороны, непосредственный тесный контакт с пациентом и его семьей, с другой – характеризуется целым рядом объективных и субъективных ограничений в общении с ними. Профессиональные стандарты не включают коммуникативные навыки в состав необходимых знаний и умений медицинской сестры, образовательные стандарты так же, на наш взгляд, не уделяют данному вопросу достаточного внимания. Жизнеугрожающие и критические состояния порождают у пациентов и их родственников страх, тревогу, ощущение беспомощности, в то же время, требуя от медицинских сестер, работающих с ними, максимальной включенности, многозадачности, психологической гибкости и высокой стрессоустойчивости. В таких условиях между медицинским персоналом и пациентами могут возникать сложности и конфликты, а последствия молчания и неэффективной коммуникации могут быть фатальными. Разрешение данного противоречия лежит, на наш взгляд, в плоскости межличностных отношений, готовности и решимости каждого отдельного специалиста рассматривать общение как важный компонент своей работы, быть открытым к обсуждению, сотрудничеству и поиску выходов из нестандартных ситуаций – на благо пациента и медицинского сообщества.

Смерть больного ребенка – трагическое, травмирующее и противоестественное событие, сопряженное с острыми эмоциональными переживаниями. При этом для медсестры, работающей в отделении реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ), особенно, с пациентами онкогематологического профиля, такая смерть – не только соприкосновение с личной потерей и чужой болью, но и часть работы, требующая от нее, как от специалиста, определенных действий и процедур. Смерть затрагивает и делает уязвимыми не только медицинский персонал, но и, в первую очередь, родителей, потерявших ребенка, других детей-пациентов, членов их семьи. Как видят и реагируют на смерть они? Что мы, медицинские сестры, можем сделать, находясь в пределах своей компетенции, чтобы выразить сочувствие? На что можем опереться и как можем помочь?

Заключение

Доклад представляет собой рассуждения и примеры из практики касательно вопроса: как, оставаясь профессионалом, медсестре ОРИТ сохранить человечность и суметь проявить сострадание.

Ключевые слова

Интенсивная терапия, дети, медицинская сестра, коммуникативные навыки.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29877" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(251) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(239) "

Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(239) "

Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия

" } } } [5]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" ["ID"]=> string(4) "2183" ["~ID"]=> string(4) "2183" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["~NAME"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 02:41:17 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 02:41:17 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(235) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/ostrye-leykozy-al-01-al-10/al-09-znachenie-immunofenotipicheskikh-markerov-u-vzroslykh-bolnykh-t-kletochnymi-limfoblastnymi-ley/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(235) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/ostrye-leykozy-al-01-al-10/al-09-znachenie-immunofenotipicheskikh-markerov-u-vzroslykh-bolnykh-t-kletochnymi-limfoblastnymi-ley/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(119) "Vasylieva-fig01-02.jpg" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(119) "Vasylieva-fig01-02.jpg" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "90" ["~SORT"]=> string(2) "90" ["CODE"]=> string(100) "al-09-znachenie-immunofenotipicheskikh-markerov-u-vzroslykh-bolnykh-t-kletochnymi-limfoblastnymi-ley" ["~CODE"]=> string(100) "al-09-znachenie-immunofenotipicheskikh-markerov-u-vzroslykh-bolnykh-t-kletochnymi-limfoblastnymi-ley" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2183" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2183" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(288) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозамиAL-09. Significance of immunophenotypic markers in adult patients with T-cell lymphoblastic leukemia" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(6476) "<p style="text-align: justify;">С 2017 года в классификации ВОЗ среди Т-ОЛЛ был выделен новый вариант – ОЛЛ из ранних предшественников Т-клеток (ETP-ОЛЛ) с уникальным иммунофенотипом (ИФТ) (отсутствие экспрессии CD1a и CD8, низкая (<75%), экспрессия CD5, наличие экспрессии одного или нескольких маркеров стволовых клеток или миелоидных предшественников) и неблагоприятным прогнозом. В последние годы помимо ETP-ОЛЛ выделяют группу также с неблагоприятным прогнозом, названную near-ETP, их отличие от ETP-ОЛЛ состоит в яркости экспрессии CD5 (>75%). Цель работы: определить значение выделения различных иммуновариантов Т-ОЛЛ у взрослых пациентов, получивших терапию в рамках многоцентрового рандомизированного проспективного исследования ОЛЛ-2016.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> С декабря 2016 года по июнь 2023 года в исследование было включено 108 больных с установленным диагнозом Т-ОЛЛ/ЛБЛ. Из них 78 (72%) составили лица мужского пола, 30 (28%) – женского пола. Распределение на варианты по ИФТ: 22 (20%) – ETP, 9 (8%) – near-ETP, 24 (22%) – TI/II, 48 (44%) – T III, 5 (4%) – T IV.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Медиана возраста во всех группах была примерно одинаковой, не выявлено достоверных различий и составила 30,5 лет (в группе TI/II) и 36 лет (в группе near-ETP). Медиана количества лейкоцитов наибольшей была в группе T III и T II и составляла 48,5 и 48 тыс/мкл, соотвественно, а наименьшей – в группе near-ETP – 9,5 тыс/мкл. Наибольшее значение медианы ЛДГ выявлена в группе T III и составила 1468 ЕД/л. Исследование предполагало рандомизацию для больных с Т-ОЛЛ: 36 больных были рандомизированы на выполнение ауто-ТГСК с дальнейшим продолжением химиотерапии, 37 – на продолжение химиотерапии без выполнения ауто-ТГСК. В группе ауто-ТГСК распределение по ИФТ: ETP – 4 (2 выполнена алло-ТГСК), near-ETP – 2, TI/II – 11, T III – 16, T IV – 3. В группе химиотерапии распределение по ИФТ: ETP – 6 (2 выполнена алло-ТГСК), near- ETP – 2, TI/II – 3, T III – 25, T IV – 1. Больные из группы near-ETP были равномерно распределены как в группу ауто-ТГСК, так и на химиотерапию. Количество больных со специфическим поражением средостения в группе с более ранними вариантами заболевания было меньше (ETP составила 45%, Т IV – 80%), в то время как специфическое поражение ЦНС у них встречалось гораздо чаще (ETP – у 7 больных (31%), T IV – не встречалось). Аномальный кариотип по данным СЦИ встречался наиболее часто в группе ЕТP (17 больных – 77%), near-ETP (5 больных – 55%) и Т III (21 больной – 55%). При это комплексные перестройки были обнаружены только у 3-х больных (14%) из группы Т III варианта заболевания, а в группе ETP – у 5 (30%), near-ETP – у 2 (40%). Общая 3-летняя выживаемость была достоверно лучше в группе TIII в отличие от других групп: ETP – 46%, near-ETP – 56%, TI/II – 58%, TIII – 86%, TIV – 60% (Рис. 1). Самыми неблагоприятными группами при оценке безрецидивной 3-х летней выживаемости выявлены ETP и near-ETP: ETP – 56%, near-ETP – 62%, TI/II – 79%, TIII – 94%, TIV – 75% (Рис. 2).</p> <h2>Заключение</p> <p style="text-align: justify;">ETP вариант выделен ВОЗ в 2017 году как неблагоприятный вариант, и для него, согласно клиническим рекомендациям, показана интенсификация терапии с включением алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания. Учитывая полученные данные о высокой частоте рецидивов у больных с вариантом near-ETP ОЛЛ сравнительно с группой ETP на фоне стандартной химиотерапии, вероятно, эту группу больных нужно также выделять как группу высокого риска рецидива и рассматривать для нее выполнение алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Острый лимфобластный лейкоз, иммунофенотипирование, ранние Т-клеточные прекурсоры (ETP), группа near-ETP.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "al-09-znachenie-immunofenotipicheskikh-markerov-u-vzroslykh-bolnykh-t-kletochnymi-limfoblastnymi-ley" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(188) "AL-09. Значение иммунофенотипических маркеров у взрослых больных Т-клеточными лимфобластными лейкозами" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "al-09-znachenie-immunofenotipicheskikh-markerov-u-vzroslykh-bolnykh-t-kletochnymi-limfoblastnymi-ley" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "al-09-znachenie-immunofenotipicheskikh-markerov-u-vzroslykh-bolnykh-t-kletochnymi-limfoblastnymi-ley" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "al-09-znachenie-immunofenotipicheskikh-markerov-u-vzroslykh-bolnykh-t-kletochnymi-limfoblastnymi-ley" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29966" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(249) "<p>Анастасия Н. Васильева, Ольга А. Алешина, Татьяна Н. Обухова, Валентина Н. Двирнык, Екатерина И. Захарько, Елена Н. Паровичникова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(237) "

Анастасия Н. Васильева, Ольга А. Алешина, Татьяна Н. Обухова, Валентина Н. Двирнык, Екатерина И. Захарько, Елена Н. Паровичникова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29967" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29968" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6476) "<p style="text-align: justify;">С 2017 года в классификации ВОЗ среди Т-ОЛЛ был выделен новый вариант – ОЛЛ из ранних предшественников Т-клеток (ETP-ОЛЛ) с уникальным иммунофенотипом (ИФТ) (отсутствие экспрессии CD1a и CD8, низкая (<75%), экспрессия CD5, наличие экспрессии одного или нескольких маркеров стволовых клеток или миелоидных предшественников) и неблагоприятным прогнозом. В последние годы помимо ETP-ОЛЛ выделяют группу также с неблагоприятным прогнозом, названную near-ETP, их отличие от ETP-ОЛЛ состоит в яркости экспрессии CD5 (>75%). Цель работы: определить значение выделения различных иммуновариантов Т-ОЛЛ у взрослых пациентов, получивших терапию в рамках многоцентрового рандомизированного проспективного исследования ОЛЛ-2016.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> С декабря 2016 года по июнь 2023 года в исследование было включено 108 больных с установленным диагнозом Т-ОЛЛ/ЛБЛ. Из них 78 (72%) составили лица мужского пола, 30 (28%) – женского пола. Распределение на варианты по ИФТ: 22 (20%) – ETP, 9 (8%) – near-ETP, 24 (22%) – TI/II, 48 (44%) – T III, 5 (4%) – T IV.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Медиана возраста во всех группах была примерно одинаковой, не выявлено достоверных различий и составила 30,5 лет (в группе TI/II) и 36 лет (в группе near-ETP). Медиана количества лейкоцитов наибольшей была в группе T III и T II и составляла 48,5 и 48 тыс/мкл, соотвественно, а наименьшей – в группе near-ETP – 9,5 тыс/мкл. Наибольшее значение медианы ЛДГ выявлена в группе T III и составила 1468 ЕД/л. Исследование предполагало рандомизацию для больных с Т-ОЛЛ: 36 больных были рандомизированы на выполнение ауто-ТГСК с дальнейшим продолжением химиотерапии, 37 – на продолжение химиотерапии без выполнения ауто-ТГСК. В группе ауто-ТГСК распределение по ИФТ: ETP – 4 (2 выполнена алло-ТГСК), near-ETP – 2, TI/II – 11, T III – 16, T IV – 3. В группе химиотерапии распределение по ИФТ: ETP – 6 (2 выполнена алло-ТГСК), near- ETP – 2, TI/II – 3, T III – 25, T IV – 1. Больные из группы near-ETP были равномерно распределены как в группу ауто-ТГСК, так и на химиотерапию. Количество больных со специфическим поражением средостения в группе с более ранними вариантами заболевания было меньше (ETP составила 45%, Т IV – 80%), в то время как специфическое поражение ЦНС у них встречалось гораздо чаще (ETP – у 7 больных (31%), T IV – не встречалось). Аномальный кариотип по данным СЦИ встречался наиболее часто в группе ЕТP (17 больных – 77%), near-ETP (5 больных – 55%) и Т III (21 больной – 55%). При это комплексные перестройки были обнаружены только у 3-х больных (14%) из группы Т III варианта заболевания, а в группе ETP – у 5 (30%), near-ETP – у 2 (40%). Общая 3-летняя выживаемость была достоверно лучше в группе TIII в отличие от других групп: ETP – 46%, near-ETP – 56%, TI/II – 58%, TIII – 86%, TIV – 60% (Рис. 1). Самыми неблагоприятными группами при оценке безрецидивной 3-х летней выживаемости выявлены ETP и near-ETP: ETP – 56%, near-ETP – 62%, TI/II – 79%, TIII – 94%, TIV – 75% (Рис. 2).</p> <h2>Заключение</p> <p style="text-align: justify;">ETP вариант выделен ВОЗ в 2017 году как неблагоприятный вариант, и для него, согласно клиническим рекомендациям, показана интенсификация терапии с включением алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания. Учитывая полученные данные о высокой частоте рецидивов у больных с вариантом near-ETP ОЛЛ сравнительно с группой ETP на фоне стандартной химиотерапии, вероятно, эту группу больных нужно также выделять как группу высокого риска рецидива и рассматривать для нее выполнение алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Острый лимфобластный лейкоз, иммунофенотипирование, ранние Т-клеточные прекурсоры (ETP), группа near-ETP.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6312) "

С 2017 года в классификации ВОЗ среди Т-ОЛЛ был выделен новый вариант – ОЛЛ из ранних предшественников Т-клеток (ETP-ОЛЛ) с уникальным иммунофенотипом (ИФТ) (отсутствие экспрессии CD1a и CD8, низкая (<75%), экспрессия CD5, наличие экспрессии одного или нескольких маркеров стволовых клеток или миелоидных предшественников) и неблагоприятным прогнозом. В последние годы помимо ETP-ОЛЛ выделяют группу также с неблагоприятным прогнозом, названную near-ETP, их отличие от ETP-ОЛЛ состоит в яркости экспрессии CD5 (>75%). Цель работы: определить значение выделения различных иммуновариантов Т-ОЛЛ у взрослых пациентов, получивших терапию в рамках многоцентрового рандомизированного проспективного исследования ОЛЛ-2016.

Материалы и методы

С декабря 2016 года по июнь 2023 года в исследование было включено 108 больных с установленным диагнозом Т-ОЛЛ/ЛБЛ. Из них 78 (72%) составили лица мужского пола, 30 (28%) – женского пола. Распределение на варианты по ИФТ: 22 (20%) – ETP, 9 (8%) – near-ETP, 24 (22%) – TI/II, 48 (44%) – T III, 5 (4%) – T IV.

Результаты

Медиана возраста во всех группах была примерно одинаковой, не выявлено достоверных различий и составила 30,5 лет (в группе TI/II) и 36 лет (в группе near-ETP). Медиана количества лейкоцитов наибольшей была в группе T III и T II и составляла 48,5 и 48 тыс/мкл, соотвественно, а наименьшей – в группе near-ETP – 9,5 тыс/мкл. Наибольшее значение медианы ЛДГ выявлена в группе T III и составила 1468 ЕД/л. Исследование предполагало рандомизацию для больных с Т-ОЛЛ: 36 больных были рандомизированы на выполнение ауто-ТГСК с дальнейшим продолжением химиотерапии, 37 – на продолжение химиотерапии без выполнения ауто-ТГСК. В группе ауто-ТГСК распределение по ИФТ: ETP – 4 (2 выполнена алло-ТГСК), near-ETP – 2, TI/II – 11, T III – 16, T IV – 3. В группе химиотерапии распределение по ИФТ: ETP – 6 (2 выполнена алло-ТГСК), near- ETP – 2, TI/II – 3, T III – 25, T IV – 1. Больные из группы near-ETP были равномерно распределены как в группу ауто-ТГСК, так и на химиотерапию. Количество больных со специфическим поражением средостения в группе с более ранними вариантами заболевания было меньше (ETP составила 45%, Т IV – 80%), в то время как специфическое поражение ЦНС у них встречалось гораздо чаще (ETP – у 7 больных (31%), T IV – не встречалось). Аномальный кариотип по данным СЦИ встречался наиболее часто в группе ЕТP (17 больных – 77%), near-ETP (5 больных – 55%) и Т III (21 больной – 55%). При это комплексные перестройки были обнаружены только у 3-х больных (14%) из группы Т III варианта заболевания, а в группе ETP – у 5 (30%), near-ETP – у 2 (40%). Общая 3-летняя выживаемость была достоверно лучше в группе TIII в отличие от других групп: ETP – 46%, near-ETP – 56%, TI/II – 58%, TIII – 86%, TIV – 60% (Рис. 1). Самыми неблагоприятными группами при оценке безрецидивной 3-х летней выживаемости выявлены ETP и near-ETP: ETP – 56%, near-ETP – 62%, TI/II – 79%, TIII – 94%, TIV – 75% (Рис. 2).

Заключение

ETP вариант выделен ВОЗ в 2017 году как неблагоприятный вариант, и для него, согласно клиническим рекомендациям, показана интенсификация терапии с включением алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания. Учитывая полученные данные о высокой частоте рецидивов у больных с вариантом near-ETP ОЛЛ сравнительно с группой ETP на фоне стандартной химиотерапии, вероятно, эту группу больных нужно также выделять как группу высокого риска рецидива и рассматривать для нее выполнение алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания.

Ключевые слова

Острый лимфобластный лейкоз, иммунофенотипирование, ранние Т-клеточные прекурсоры (ETP), группа near-ETP.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29969" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29970" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "<p>Anastasia N. Vasilyeva, Olga A. Aleshina, Tatiana N. Obukhova, Valentina N. Dvirnyk, Ekaterina I. Zakharko, Elena N. Parovichnikova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(139) "

Anastasia N. Vasilyeva, Olga A. Aleshina, Tatiana N. Obukhova, Valentina N. Dvirnyk, Ekaterina I. Zakharko, Elena N. Parovichnikova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29971" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(227) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Anastasia N. Vasilyeva, phone: +7 (926) 288-80-35, e-mail: vasilnastia@yandex.ru </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(185) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Anastasia N. Vasilyeva, phone: +7 (926) 288-80-35, e-mail: vasilnastia@yandex.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29972" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3946) "<p style="text-align: justify;">Since 2017, in the WHO classification, a new variant has been identified – early T-cell precursor ALL (ETP-ALL) with a unique immunophenotype (absence of CD1a and CD8 expression, low (<75%), CD5 expression, presence of expression of one or more stem cell or myeloid precursor markers) and unfavorable prognosis. In recent years, in addition to ETP-ALL, a group with unfavorable prognosis, called near-ETP, has been singled out; their difference from ETP-ALL lies in the brightness of CD5 expression (>75%). Our aim was to determine the value of distinguishing different T-ALL variants in adult patients who received therapy in the multicenter randomized prospective study RALL-2016.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;">From December 2016 to June 2023, 108 patients with T-ALL/LBL were included in the study. Of these, 78 (72%) were males and 30 (28%) were females. Distribution into variants: 22 (20%) were ETP, 9 (8%) were near-ETP, 24 (22%) were T I/II, 48 (44%) were T III, and 5 (4%) were T IV.</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">The median age in all groups was similar, amounting 30.5 years (in the TI/II group) and 36 years (in the near-ETP group). The median leukocyte was the highest in the TIII and TII groups at 48.5 and 48 thousand cells/µL, respectively, and the lowest in the near-ETP group at 9.5 thousand cells/µL. The highest value of median LDH was found in group T III and amounted to 1468 U/L. The study involved randomization for patients with T-ALL: 36 patients were randomized to auto-HSCT with further continued chemotherapy; 37, to continued chemotherapy without auto-HSCT. The distribution in auto-HSCT group was as follows: ETP, 4 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2 cases; T I/II, 11 patients; T III, 16 cases; T IV, 3 patients. The case distribution in the chemotherapy group: ETP, 6 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2; T I/II, 3 cases; T III, 25 cases; T IV, one patient. The cases from near-ETP group were evenly distributed both to auto-HSCT group and to chemotherapy. The number of patients with specific mediastinal lesions was lower in the group with earlier disease variants (ETP – 45%, T IV – 80%), while specific CNS involvement in them was significantly more frequent (ETP – in 7 patients (31%); T IV – none). Abnormal karyotype was most frequently found in the ETP (17 patients, 77%), near-ETP (5 cases, 55%), and T III (21 patients, 55%). At the same time, complex rearrangements were detected only in 3 patients (14%) from the T III group, and in the ETP, in 5 patients (30%); near-ETP, in 2 cases (40%). The overall 3-year survival rate was significantly better in the T III patients versus other groups: ETP, 46%; near-ETP, 56%; TI/II, 58%; T III, 86%; T IV, 60% (Fig. 1). ETP and near-ETP were found to be the most unfavorable groups when evaluating the 3-year relapse-free survival: ETP (56%), near-ETP – (62%); T I/II (79%), T III (94%); T IV (75%) as seen in Fig. 2.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">ETP was considered an unfavorable variant by WHO in 2017. According to the clinical recommendations, intensified therapy with inclusion of allo-HSCT is indicated for ETP in the first remission of the disease. Taking into account the results of the study about high relapse rate in patients with near-ETP compared to ETP group on the basis of standard chemotherapy, it is likely that this group of patients should also be classified into a high-risk group of relapse and should be considered for allo-HSCT in the 1<sup>st</sup> remission.</p> <h2>Keywords </h2> <p style="text-align: justify;">Acute lymphoblastic leukemia, immunophenotype, early T cell precursors (ETP), near-ETP group.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3770) "

Since 2017, in the WHO classification, a new variant has been identified – early T-cell precursor ALL (ETP-ALL) with a unique immunophenotype (absence of CD1a and CD8 expression, low (<75%), CD5 expression, presence of expression of one or more stem cell or myeloid precursor markers) and unfavorable prognosis. In recent years, in addition to ETP-ALL, a group with unfavorable prognosis, called near-ETP, has been singled out; their difference from ETP-ALL lies in the brightness of CD5 expression (>75%). Our aim was to determine the value of distinguishing different T-ALL variants in adult patients who received therapy in the multicenter randomized prospective study RALL-2016.

Materials and methods

From December 2016 to June 2023, 108 patients with T-ALL/LBL were included in the study. Of these, 78 (72%) were males and 30 (28%) were females. Distribution into variants: 22 (20%) were ETP, 9 (8%) were near-ETP, 24 (22%) were T I/II, 48 (44%) were T III, and 5 (4%) were T IV.

Results

The median age in all groups was similar, amounting 30.5 years (in the TI/II group) and 36 years (in the near-ETP group). The median leukocyte was the highest in the TIII and TII groups at 48.5 and 48 thousand cells/µL, respectively, and the lowest in the near-ETP group at 9.5 thousand cells/µL. The highest value of median LDH was found in group T III and amounted to 1468 U/L. The study involved randomization for patients with T-ALL: 36 patients were randomized to auto-HSCT with further continued chemotherapy; 37, to continued chemotherapy without auto-HSCT. The distribution in auto-HSCT group was as follows: ETP, 4 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2 cases; T I/II, 11 patients; T III, 16 cases; T IV, 3 patients. The case distribution in the chemotherapy group: ETP, 6 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2; T I/II, 3 cases; T III, 25 cases; T IV, one patient. The cases from near-ETP group were evenly distributed both to auto-HSCT group and to chemotherapy. The number of patients with specific mediastinal lesions was lower in the group with earlier disease variants (ETP – 45%, T IV – 80%), while specific CNS involvement in them was significantly more frequent (ETP – in 7 patients (31%); T IV – none). Abnormal karyotype was most frequently found in the ETP (17 patients, 77%), near-ETP (5 cases, 55%), and T III (21 patients, 55%). At the same time, complex rearrangements were detected only in 3 patients (14%) from the T III group, and in the ETP, in 5 patients (30%); near-ETP, in 2 cases (40%). The overall 3-year survival rate was significantly better in the T III patients versus other groups: ETP, 46%; near-ETP, 56%; TI/II, 58%; T III, 86%; T IV, 60% (Fig. 1). ETP and near-ETP were found to be the most unfavorable groups when evaluating the 3-year relapse-free survival: ETP (56%), near-ETP – (62%); T I/II (79%), T III (94%); T IV (75%) as seen in Fig. 2.

Conclusion

ETP was considered an unfavorable variant by WHO in 2017. According to the clinical recommendations, intensified therapy with inclusion of allo-HSCT is indicated for ETP in the first remission of the disease. Taking into account the results of the study about high relapse rate in patients with near-ETP compared to ETP group on the basis of standard chemotherapy, it is likely that this group of patients should also be classified into a high-risk group of relapse and should be considered for allo-HSCT in the 1st remission.

Keywords

Acute lymphoblastic leukemia, immunophenotype, early T cell precursors (ETP), near-ETP group.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29973" ["VALUE"]=> string(100) "AL-09. Significance of immunophenotypic markers in adult patients with T-cell lymphoblastic leukemia" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(100) "AL-09. Significance of immunophenotypic markers in adult patients with T-cell lymphoblastic leukemia" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29974" ["VALUE"]=> string(4) "3324" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3324" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29975" ["VALUE"]=> string(4) "3325" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3325" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29970" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "<p>Anastasia N. Vasilyeva, Olga A. Aleshina, Tatiana N. Obukhova, Valentina N. Dvirnyk, Ekaterina I. Zakharko, Elena N. Parovichnikova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(139) "

Anastasia N. Vasilyeva, Olga A. Aleshina, Tatiana N. Obukhova, Valentina N. Dvirnyk, Ekaterina I. Zakharko, Elena N. Parovichnikova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(139) "

Anastasia N. Vasilyeva, Olga A. Aleshina, Tatiana N. Obukhova, Valentina N. Dvirnyk, Ekaterina I. Zakharko, Elena N. Parovichnikova

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29972" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3946) "<p style="text-align: justify;">Since 2017, in the WHO classification, a new variant has been identified – early T-cell precursor ALL (ETP-ALL) with a unique immunophenotype (absence of CD1a and CD8 expression, low (<75%), CD5 expression, presence of expression of one or more stem cell or myeloid precursor markers) and unfavorable prognosis. In recent years, in addition to ETP-ALL, a group with unfavorable prognosis, called near-ETP, has been singled out; their difference from ETP-ALL lies in the brightness of CD5 expression (>75%). Our aim was to determine the value of distinguishing different T-ALL variants in adult patients who received therapy in the multicenter randomized prospective study RALL-2016.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;">From December 2016 to June 2023, 108 patients with T-ALL/LBL were included in the study. Of these, 78 (72%) were males and 30 (28%) were females. Distribution into variants: 22 (20%) were ETP, 9 (8%) were near-ETP, 24 (22%) were T I/II, 48 (44%) were T III, and 5 (4%) were T IV.</p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;">The median age in all groups was similar, amounting 30.5 years (in the TI/II group) and 36 years (in the near-ETP group). The median leukocyte was the highest in the TIII and TII groups at 48.5 and 48 thousand cells/µL, respectively, and the lowest in the near-ETP group at 9.5 thousand cells/µL. The highest value of median LDH was found in group T III and amounted to 1468 U/L. The study involved randomization for patients with T-ALL: 36 patients were randomized to auto-HSCT with further continued chemotherapy; 37, to continued chemotherapy without auto-HSCT. The distribution in auto-HSCT group was as follows: ETP, 4 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2 cases; T I/II, 11 patients; T III, 16 cases; T IV, 3 patients. The case distribution in the chemotherapy group: ETP, 6 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2; T I/II, 3 cases; T III, 25 cases; T IV, one patient. The cases from near-ETP group were evenly distributed both to auto-HSCT group and to chemotherapy. The number of patients with specific mediastinal lesions was lower in the group with earlier disease variants (ETP – 45%, T IV – 80%), while specific CNS involvement in them was significantly more frequent (ETP – in 7 patients (31%); T IV – none). Abnormal karyotype was most frequently found in the ETP (17 patients, 77%), near-ETP (5 cases, 55%), and T III (21 patients, 55%). At the same time, complex rearrangements were detected only in 3 patients (14%) from the T III group, and in the ETP, in 5 patients (30%); near-ETP, in 2 cases (40%). The overall 3-year survival rate was significantly better in the T III patients versus other groups: ETP, 46%; near-ETP, 56%; TI/II, 58%; T III, 86%; T IV, 60% (Fig. 1). ETP and near-ETP were found to be the most unfavorable groups when evaluating the 3-year relapse-free survival: ETP (56%), near-ETP – (62%); T I/II (79%), T III (94%); T IV (75%) as seen in Fig. 2.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">ETP was considered an unfavorable variant by WHO in 2017. According to the clinical recommendations, intensified therapy with inclusion of allo-HSCT is indicated for ETP in the first remission of the disease. Taking into account the results of the study about high relapse rate in patients with near-ETP compared to ETP group on the basis of standard chemotherapy, it is likely that this group of patients should also be classified into a high-risk group of relapse and should be considered for allo-HSCT in the 1<sup>st</sup> remission.</p> <h2>Keywords </h2> <p style="text-align: justify;">Acute lymphoblastic leukemia, immunophenotype, early T cell precursors (ETP), near-ETP group.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3770) "

Since 2017, in the WHO classification, a new variant has been identified – early T-cell precursor ALL (ETP-ALL) with a unique immunophenotype (absence of CD1a and CD8 expression, low (<75%), CD5 expression, presence of expression of one or more stem cell or myeloid precursor markers) and unfavorable prognosis. In recent years, in addition to ETP-ALL, a group with unfavorable prognosis, called near-ETP, has been singled out; their difference from ETP-ALL lies in the brightness of CD5 expression (>75%). Our aim was to determine the value of distinguishing different T-ALL variants in adult patients who received therapy in the multicenter randomized prospective study RALL-2016.

Materials and methods

From December 2016 to June 2023, 108 patients with T-ALL/LBL were included in the study. Of these, 78 (72%) were males and 30 (28%) were females. Distribution into variants: 22 (20%) were ETP, 9 (8%) were near-ETP, 24 (22%) were T I/II, 48 (44%) were T III, and 5 (4%) were T IV.

Results

The median age in all groups was similar, amounting 30.5 years (in the TI/II group) and 36 years (in the near-ETP group). The median leukocyte was the highest in the TIII and TII groups at 48.5 and 48 thousand cells/µL, respectively, and the lowest in the near-ETP group at 9.5 thousand cells/µL. The highest value of median LDH was found in group T III and amounted to 1468 U/L. The study involved randomization for patients with T-ALL: 36 patients were randomized to auto-HSCT with further continued chemotherapy; 37, to continued chemotherapy without auto-HSCT. The distribution in auto-HSCT group was as follows: ETP, 4 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2 cases; T I/II, 11 patients; T III, 16 cases; T IV, 3 patients. The case distribution in the chemotherapy group: ETP, 6 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2; T I/II, 3 cases; T III, 25 cases; T IV, one patient. The cases from near-ETP group were evenly distributed both to auto-HSCT group and to chemotherapy. The number of patients with specific mediastinal lesions was lower in the group with earlier disease variants (ETP – 45%, T IV – 80%), while specific CNS involvement in them was significantly more frequent (ETP – in 7 patients (31%); T IV – none). Abnormal karyotype was most frequently found in the ETP (17 patients, 77%), near-ETP (5 cases, 55%), and T III (21 patients, 55%). At the same time, complex rearrangements were detected only in 3 patients (14%) from the T III group, and in the ETP, in 5 patients (30%); near-ETP, in 2 cases (40%). The overall 3-year survival rate was significantly better in the T III patients versus other groups: ETP, 46%; near-ETP, 56%; TI/II, 58%; T III, 86%; T IV, 60% (Fig. 1). ETP and near-ETP were found to be the most unfavorable groups when evaluating the 3-year relapse-free survival: ETP (56%), near-ETP – (62%); T I/II (79%), T III (94%); T IV (75%) as seen in Fig. 2.

Conclusion

ETP was considered an unfavorable variant by WHO in 2017. According to the clinical recommendations, intensified therapy with inclusion of allo-HSCT is indicated for ETP in the first remission of the disease. Taking into account the results of the study about high relapse rate in patients with near-ETP compared to ETP group on the basis of standard chemotherapy, it is likely that this group of patients should also be classified into a high-risk group of relapse and should be considered for allo-HSCT in the 1st remission.

Keywords

Acute lymphoblastic leukemia, immunophenotype, early T cell precursors (ETP), near-ETP group.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3770) "

Since 2017, in the WHO classification, a new variant has been identified – early T-cell precursor ALL (ETP-ALL) with a unique immunophenotype (absence of CD1a and CD8 expression, low (<75%), CD5 expression, presence of expression of one or more stem cell or myeloid precursor markers) and unfavorable prognosis. In recent years, in addition to ETP-ALL, a group with unfavorable prognosis, called near-ETP, has been singled out; their difference from ETP-ALL lies in the brightness of CD5 expression (>75%). Our aim was to determine the value of distinguishing different T-ALL variants in adult patients who received therapy in the multicenter randomized prospective study RALL-2016.

Materials and methods

From December 2016 to June 2023, 108 patients with T-ALL/LBL were included in the study. Of these, 78 (72%) were males and 30 (28%) were females. Distribution into variants: 22 (20%) were ETP, 9 (8%) were near-ETP, 24 (22%) were T I/II, 48 (44%) were T III, and 5 (4%) were T IV.

Results

The median age in all groups was similar, amounting 30.5 years (in the TI/II group) and 36 years (in the near-ETP group). The median leukocyte was the highest in the TIII and TII groups at 48.5 and 48 thousand cells/µL, respectively, and the lowest in the near-ETP group at 9.5 thousand cells/µL. The highest value of median LDH was found in group T III and amounted to 1468 U/L. The study involved randomization for patients with T-ALL: 36 patients were randomized to auto-HSCT with further continued chemotherapy; 37, to continued chemotherapy without auto-HSCT. The distribution in auto-HSCT group was as follows: ETP, 4 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2 cases; T I/II, 11 patients; T III, 16 cases; T IV, 3 patients. The case distribution in the chemotherapy group: ETP, 6 (2 performed allo-HSCT); near-ETP, 2; T I/II, 3 cases; T III, 25 cases; T IV, one patient. The cases from near-ETP group were evenly distributed both to auto-HSCT group and to chemotherapy. The number of patients with specific mediastinal lesions was lower in the group with earlier disease variants (ETP – 45%, T IV – 80%), while specific CNS involvement in them was significantly more frequent (ETP – in 7 patients (31%); T IV – none). Abnormal karyotype was most frequently found in the ETP (17 patients, 77%), near-ETP (5 cases, 55%), and T III (21 patients, 55%). At the same time, complex rearrangements were detected only in 3 patients (14%) from the T III group, and in the ETP, in 5 patients (30%); near-ETP, in 2 cases (40%). The overall 3-year survival rate was significantly better in the T III patients versus other groups: ETP, 46%; near-ETP, 56%; TI/II, 58%; T III, 86%; T IV, 60% (Fig. 1). ETP and near-ETP were found to be the most unfavorable groups when evaluating the 3-year relapse-free survival: ETP (56%), near-ETP – (62%); T I/II (79%), T III (94%); T IV (75%) as seen in Fig. 2.

Conclusion

ETP was considered an unfavorable variant by WHO in 2017. According to the clinical recommendations, intensified therapy with inclusion of allo-HSCT is indicated for ETP in the first remission of the disease. Taking into account the results of the study about high relapse rate in patients with near-ETP compared to ETP group on the basis of standard chemotherapy, it is likely that this group of patients should also be classified into a high-risk group of relapse and should be considered for allo-HSCT in the 1st remission.

Keywords

Acute lymphoblastic leukemia, immunophenotype, early T cell precursors (ETP), near-ETP group.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29969" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29973" ["VALUE"]=> string(100) "AL-09. Significance of immunophenotypic markers in adult patients with T-cell lymphoblastic leukemia" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(100) "AL-09. Significance of immunophenotypic markers in adult patients with T-cell lymphoblastic leukemia" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(100) "AL-09. Significance of immunophenotypic markers in adult patients with T-cell lymphoblastic leukemia" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29971" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(227) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Anastasia N. Vasilyeva, phone: +7 (926) 288-80-35, e-mail: vasilnastia@yandex.ru </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(185) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Anastasia N. Vasilyeva, phone: +7 (926) 288-80-35, e-mail: vasilnastia@yandex.ru

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(185) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Anastasia N. Vasilyeva, phone: +7 (926) 288-80-35, e-mail: vasilnastia@yandex.ru

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29966" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(249) "<p>Анастасия Н. Васильева, Ольга А. Алешина, Татьяна Н. Обухова, Валентина Н. Двирнык, Екатерина И. Захарько, Елена Н. Паровичникова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(237) "

Анастасия Н. Васильева, Ольга А. Алешина, Татьяна Н. Обухова, Валентина Н. Двирнык, Екатерина И. Захарько, Елена Н. Паровичникова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(237) "

Анастасия Н. Васильева, Ольга А. Алешина, Татьяна Н. Обухова, Валентина Н. Двирнык, Екатерина И. Захарько, Елена Н. Паровичникова

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29968" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6476) "<p style="text-align: justify;">С 2017 года в классификации ВОЗ среди Т-ОЛЛ был выделен новый вариант – ОЛЛ из ранних предшественников Т-клеток (ETP-ОЛЛ) с уникальным иммунофенотипом (ИФТ) (отсутствие экспрессии CD1a и CD8, низкая (<75%), экспрессия CD5, наличие экспрессии одного или нескольких маркеров стволовых клеток или миелоидных предшественников) и неблагоприятным прогнозом. В последние годы помимо ETP-ОЛЛ выделяют группу также с неблагоприятным прогнозом, названную near-ETP, их отличие от ETP-ОЛЛ состоит в яркости экспрессии CD5 (>75%). Цель работы: определить значение выделения различных иммуновариантов Т-ОЛЛ у взрослых пациентов, получивших терапию в рамках многоцентрового рандомизированного проспективного исследования ОЛЛ-2016.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> С декабря 2016 года по июнь 2023 года в исследование было включено 108 больных с установленным диагнозом Т-ОЛЛ/ЛБЛ. Из них 78 (72%) составили лица мужского пола, 30 (28%) – женского пола. Распределение на варианты по ИФТ: 22 (20%) – ETP, 9 (8%) – near-ETP, 24 (22%) – TI/II, 48 (44%) – T III, 5 (4%) – T IV.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Медиана возраста во всех группах была примерно одинаковой, не выявлено достоверных различий и составила 30,5 лет (в группе TI/II) и 36 лет (в группе near-ETP). Медиана количества лейкоцитов наибольшей была в группе T III и T II и составляла 48,5 и 48 тыс/мкл, соотвественно, а наименьшей – в группе near-ETP – 9,5 тыс/мкл. Наибольшее значение медианы ЛДГ выявлена в группе T III и составила 1468 ЕД/л. Исследование предполагало рандомизацию для больных с Т-ОЛЛ: 36 больных были рандомизированы на выполнение ауто-ТГСК с дальнейшим продолжением химиотерапии, 37 – на продолжение химиотерапии без выполнения ауто-ТГСК. В группе ауто-ТГСК распределение по ИФТ: ETP – 4 (2 выполнена алло-ТГСК), near-ETP – 2, TI/II – 11, T III – 16, T IV – 3. В группе химиотерапии распределение по ИФТ: ETP – 6 (2 выполнена алло-ТГСК), near- ETP – 2, TI/II – 3, T III – 25, T IV – 1. Больные из группы near-ETP были равномерно распределены как в группу ауто-ТГСК, так и на химиотерапию. Количество больных со специфическим поражением средостения в группе с более ранними вариантами заболевания было меньше (ETP составила 45%, Т IV – 80%), в то время как специфическое поражение ЦНС у них встречалось гораздо чаще (ETP – у 7 больных (31%), T IV – не встречалось). Аномальный кариотип по данным СЦИ встречался наиболее часто в группе ЕТP (17 больных – 77%), near-ETP (5 больных – 55%) и Т III (21 больной – 55%). При это комплексные перестройки были обнаружены только у 3-х больных (14%) из группы Т III варианта заболевания, а в группе ETP – у 5 (30%), near-ETP – у 2 (40%). Общая 3-летняя выживаемость была достоверно лучше в группе TIII в отличие от других групп: ETP – 46%, near-ETP – 56%, TI/II – 58%, TIII – 86%, TIV – 60% (Рис. 1). Самыми неблагоприятными группами при оценке безрецидивной 3-х летней выживаемости выявлены ETP и near-ETP: ETP – 56%, near-ETP – 62%, TI/II – 79%, TIII – 94%, TIV – 75% (Рис. 2).</p> <h2>Заключение</p> <p style="text-align: justify;">ETP вариант выделен ВОЗ в 2017 году как неблагоприятный вариант, и для него, согласно клиническим рекомендациям, показана интенсификация терапии с включением алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания. Учитывая полученные данные о высокой частоте рецидивов у больных с вариантом near-ETP ОЛЛ сравнительно с группой ETP на фоне стандартной химиотерапии, вероятно, эту группу больных нужно также выделять как группу высокого риска рецидива и рассматривать для нее выполнение алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Острый лимфобластный лейкоз, иммунофенотипирование, ранние Т-клеточные прекурсоры (ETP), группа near-ETP.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6312) "

С 2017 года в классификации ВОЗ среди Т-ОЛЛ был выделен новый вариант – ОЛЛ из ранних предшественников Т-клеток (ETP-ОЛЛ) с уникальным иммунофенотипом (ИФТ) (отсутствие экспрессии CD1a и CD8, низкая (<75%), экспрессия CD5, наличие экспрессии одного или нескольких маркеров стволовых клеток или миелоидных предшественников) и неблагоприятным прогнозом. В последние годы помимо ETP-ОЛЛ выделяют группу также с неблагоприятным прогнозом, названную near-ETP, их отличие от ETP-ОЛЛ состоит в яркости экспрессии CD5 (>75%). Цель работы: определить значение выделения различных иммуновариантов Т-ОЛЛ у взрослых пациентов, получивших терапию в рамках многоцентрового рандомизированного проспективного исследования ОЛЛ-2016.

Материалы и методы

С декабря 2016 года по июнь 2023 года в исследование было включено 108 больных с установленным диагнозом Т-ОЛЛ/ЛБЛ. Из них 78 (72%) составили лица мужского пола, 30 (28%) – женского пола. Распределение на варианты по ИФТ: 22 (20%) – ETP, 9 (8%) – near-ETP, 24 (22%) – TI/II, 48 (44%) – T III, 5 (4%) – T IV.

Результаты

Медиана возраста во всех группах была примерно одинаковой, не выявлено достоверных различий и составила 30,5 лет (в группе TI/II) и 36 лет (в группе near-ETP). Медиана количества лейкоцитов наибольшей была в группе T III и T II и составляла 48,5 и 48 тыс/мкл, соотвественно, а наименьшей – в группе near-ETP – 9,5 тыс/мкл. Наибольшее значение медианы ЛДГ выявлена в группе T III и составила 1468 ЕД/л. Исследование предполагало рандомизацию для больных с Т-ОЛЛ: 36 больных были рандомизированы на выполнение ауто-ТГСК с дальнейшим продолжением химиотерапии, 37 – на продолжение химиотерапии без выполнения ауто-ТГСК. В группе ауто-ТГСК распределение по ИФТ: ETP – 4 (2 выполнена алло-ТГСК), near-ETP – 2, TI/II – 11, T III – 16, T IV – 3. В группе химиотерапии распределение по ИФТ: ETP – 6 (2 выполнена алло-ТГСК), near- ETP – 2, TI/II – 3, T III – 25, T IV – 1. Больные из группы near-ETP были равномерно распределены как в группу ауто-ТГСК, так и на химиотерапию. Количество больных со специфическим поражением средостения в группе с более ранними вариантами заболевания было меньше (ETP составила 45%, Т IV – 80%), в то время как специфическое поражение ЦНС у них встречалось гораздо чаще (ETP – у 7 больных (31%), T IV – не встречалось). Аномальный кариотип по данным СЦИ встречался наиболее часто в группе ЕТP (17 больных – 77%), near-ETP (5 больных – 55%) и Т III (21 больной – 55%). При это комплексные перестройки были обнаружены только у 3-х больных (14%) из группы Т III варианта заболевания, а в группе ETP – у 5 (30%), near-ETP – у 2 (40%). Общая 3-летняя выживаемость была достоверно лучше в группе TIII в отличие от других групп: ETP – 46%, near-ETP – 56%, TI/II – 58%, TIII – 86%, TIV – 60% (Рис. 1). Самыми неблагоприятными группами при оценке безрецидивной 3-х летней выживаемости выявлены ETP и near-ETP: ETP – 56%, near-ETP – 62%, TI/II – 79%, TIII – 94%, TIV – 75% (Рис. 2).

Заключение

ETP вариант выделен ВОЗ в 2017 году как неблагоприятный вариант, и для него, согласно клиническим рекомендациям, показана интенсификация терапии с включением алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания. Учитывая полученные данные о высокой частоте рецидивов у больных с вариантом near-ETP ОЛЛ сравнительно с группой ETP на фоне стандартной химиотерапии, вероятно, эту группу больных нужно также выделять как группу высокого риска рецидива и рассматривать для нее выполнение алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания.

Ключевые слова

Острый лимфобластный лейкоз, иммунофенотипирование, ранние Т-клеточные прекурсоры (ETP), группа near-ETP.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(6312) "

С 2017 года в классификации ВОЗ среди Т-ОЛЛ был выделен новый вариант – ОЛЛ из ранних предшественников Т-клеток (ETP-ОЛЛ) с уникальным иммунофенотипом (ИФТ) (отсутствие экспрессии CD1a и CD8, низкая (<75%), экспрессия CD5, наличие экспрессии одного или нескольких маркеров стволовых клеток или миелоидных предшественников) и неблагоприятным прогнозом. В последние годы помимо ETP-ОЛЛ выделяют группу также с неблагоприятным прогнозом, названную near-ETP, их отличие от ETP-ОЛЛ состоит в яркости экспрессии CD5 (>75%). Цель работы: определить значение выделения различных иммуновариантов Т-ОЛЛ у взрослых пациентов, получивших терапию в рамках многоцентрового рандомизированного проспективного исследования ОЛЛ-2016.

Материалы и методы

С декабря 2016 года по июнь 2023 года в исследование было включено 108 больных с установленным диагнозом Т-ОЛЛ/ЛБЛ. Из них 78 (72%) составили лица мужского пола, 30 (28%) – женского пола. Распределение на варианты по ИФТ: 22 (20%) – ETP, 9 (8%) – near-ETP, 24 (22%) – TI/II, 48 (44%) – T III, 5 (4%) – T IV.

Результаты

Медиана возраста во всех группах была примерно одинаковой, не выявлено достоверных различий и составила 30,5 лет (в группе TI/II) и 36 лет (в группе near-ETP). Медиана количества лейкоцитов наибольшей была в группе T III и T II и составляла 48,5 и 48 тыс/мкл, соотвественно, а наименьшей – в группе near-ETP – 9,5 тыс/мкл. Наибольшее значение медианы ЛДГ выявлена в группе T III и составила 1468 ЕД/л. Исследование предполагало рандомизацию для больных с Т-ОЛЛ: 36 больных были рандомизированы на выполнение ауто-ТГСК с дальнейшим продолжением химиотерапии, 37 – на продолжение химиотерапии без выполнения ауто-ТГСК. В группе ауто-ТГСК распределение по ИФТ: ETP – 4 (2 выполнена алло-ТГСК), near-ETP – 2, TI/II – 11, T III – 16, T IV – 3. В группе химиотерапии распределение по ИФТ: ETP – 6 (2 выполнена алло-ТГСК), near- ETP – 2, TI/II – 3, T III – 25, T IV – 1. Больные из группы near-ETP были равномерно распределены как в группу ауто-ТГСК, так и на химиотерапию. Количество больных со специфическим поражением средостения в группе с более ранними вариантами заболевания было меньше (ETP составила 45%, Т IV – 80%), в то время как специфическое поражение ЦНС у них встречалось гораздо чаще (ETP – у 7 больных (31%), T IV – не встречалось). Аномальный кариотип по данным СЦИ встречался наиболее часто в группе ЕТP (17 больных – 77%), near-ETP (5 больных – 55%) и Т III (21 больной – 55%). При это комплексные перестройки были обнаружены только у 3-х больных (14%) из группы Т III варианта заболевания, а в группе ETP – у 5 (30%), near-ETP – у 2 (40%). Общая 3-летняя выживаемость была достоверно лучше в группе TIII в отличие от других групп: ETP – 46%, near-ETP – 56%, TI/II – 58%, TIII – 86%, TIV – 60% (Рис. 1). Самыми неблагоприятными группами при оценке безрецидивной 3-х летней выживаемости выявлены ETP и near-ETP: ETP – 56%, near-ETP – 62%, TI/II – 79%, TIII – 94%, TIV – 75% (Рис. 2).

Заключение

ETP вариант выделен ВОЗ в 2017 году как неблагоприятный вариант, и для него, согласно клиническим рекомендациям, показана интенсификация терапии с включением алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания. Учитывая полученные данные о высокой частоте рецидивов у больных с вариантом near-ETP ОЛЛ сравнительно с группой ETP на фоне стандартной химиотерапии, вероятно, эту группу больных нужно также выделять как группу высокого риска рецидива и рассматривать для нее выполнение алло-ТГСК в первой ремиссии заболевания.

Ключевые слова

Острый лимфобластный лейкоз, иммунофенотипирование, ранние Т-клеточные прекурсоры (ETP), группа near-ETP.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29967" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" } } } [6]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" ["ID"]=> string(4) "2181" ["~ID"]=> string(4) "2181" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["~NAME"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 02:19:42 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 02:19:42 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(236) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/ostrye-leykozy-al-01-al-10/al-07-minimalnaya-ostatochnaya-bolezn-pered-transplantatsiey-allogennykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(236) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/ostrye-leykozy-al-01-al-10/al-07-minimalnaya-ostatochnaya-bolezn-pered-transplantatsiey-allogennykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(171) "

Table 1. Patient’s characteristics

Konova-tab01.jpg" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(171) "

Table 1. Patient’s characteristics

Konova-tab01.jpg" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "70" ["~SORT"]=> string(2) "70" ["CODE"]=> string(101) "al-07-minimalnaya-ostatochnaya-bolezn-pered-transplantatsiey-allogennykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh" ["~CODE"]=> string(101) "al-07-minimalnaya-ostatochnaya-bolezn-pered-transplantatsiey-allogennykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2181" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2181" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(531) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссииAL-07. Pre-transplant minimal residual disease as an unfavorable prognostic factor in patients with acute myeloid leukemia in the first complete remission" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(5092) "<p style="text-align: justify;">Трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) потенциально является радикальным методом лечения острого миелоидного лейкоза (ОМЛ). Тем не менее, более чем у трети пациентов после алло-ТГСК возникает рецидив, возможности лечения которого ограничены. Выявление пациентов с высоким риском рецидива после алло-ТГСК и последующее назначение им посттрансплантационной профилактической терапии (ПТТ) может способствовать улучшению прогноза. Минимальная остаточная болезнь (МОБ), определяемая с помощью многоцветной проточной цитометрии (МПЦ), широко используется для выявления пациентов с плохим прогнозом на всех этапах лечения ОМЛ. Цель работы: оценить результаты алло-ТГСК у пациентов с ОМЛ в зависимости от предтрансплантационного МОБ-статуса.</p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;">В исследование включено 182 пациента в первой ремиссии ОМЛ, которым была выполнена алло-ТГСК в НМИЦ гематологии с сентября 2015 по июль 2023 гг. Характеристики пациентов приведены в таблице 1. Исследование МОБ проводили на образцах костного мозга с использованием методом МПЦ, с помощью сочетания подходов: метод «пустых мест» и поиск клеток с лейкоз-ассоциированным. Вероятность общей выживаемости (ОВ), безрецидивной выживаемости (БРВ) и развития рецидива (ВРР) оценивалась по методу Каплана-Мейера. Статистически значимыми считали различия при p <0,05.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Перед алло-ТГСК МОБ была выявлена у 37 пациентов (20%). Результаты алло-ТГСК у МОБ+ пациентов были достоверно хуже, по сравнению с МОБ- (ОВ: 43% против 70%, р<0,0001; БРВ: 31% против 63%, р<0,0001; ВРР: 65% против 19%, р<0,0001). Интенсификация кондиционирования не улучшила прогноз МОБ+ пациентов: БРВ при использовании MAC – 14%, а при RIC – 36% (p=0,1), ВРР 82% против 60% (р=0,1). При сравнении результатов алло-ТГСК у МОБ+ пациентов в зависимости от вида донора также не было получено существенных различий (ОВ: p=0,8; БРВ: p=0,5; ВРР: p=0,4). Проведение ПТТ достоверно улучшило БРВ МОБ+ пациентов (46% против 25%, р=0,0470).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">МОБ+ статус ассоциирован с высоким риском развития рецидива, несмотря на наличие морфологической ремиссии перед алло-ТГСК. Исследование МОБ у пациентов с ОМЛ перед алло-ТГСК может использоваться для стратификации риска и выявления пациентов, которым необходимо назначение посттранплантационной профилактической терапии. Разработка эффективных методов профилактики развития рецидива после алло-ТГСК является областью наибольшей клинической потребности, которая в настоящее время решена не полностью.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Минимальная остаточная болезнь, трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, острый миелоидный лейкоз.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(101) "al-07-minimalnaya-ostatochnaya-bolezn-pered-transplantatsiey-allogennykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(377) "AL-07. Минимальная остаточная болезнь перед трансплантацией аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, как фактор неблагоприятного прогноза у больных острым миелоидным лейкозом в первой полной ремиссии" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(101) "al-07-minimalnaya-ostatochnaya-bolezn-pered-transplantatsiey-allogennykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(101) "al-07-minimalnaya-ostatochnaya-bolezn-pered-transplantatsiey-allogennykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(101) "al-07-minimalnaya-ostatochnaya-bolezn-pered-transplantatsiey-allogennykh-gemopoeticheskikh-stvolovykh" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29946" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(641) "<p>Зоя В. Конова, Ирина В. Гальцева, Юлия О. Давыдова, Николай М. Капранов, Мария В. Довыденко, Екатерина Д. Михальцова, Наталья Н. Попова, Феруза А. Омарова, Эльмира И. Кольгаева, Дарья А. Миронова, Луиза А. Карасева, Ольга М. Королева, Дарья С. Дубняк, Ольга С. Караваева, Ульяна В. Масликова, Вера В. Васильева, Лариса А. Кузьмина, Елена Н. Паровичникова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(629) "

Зоя В. Конова, Ирина В. Гальцева, Юлия О. Давыдова, Николай М. Капранов, Мария В. Довыденко, Екатерина Д. Михальцова, Наталья Н. Попова, Феруза А. Омарова, Эльмира И. Кольгаева, Дарья А. Миронова, Луиза А. Карасева, Ольга М. Королева, Дарья С. Дубняк, Ольга С. Караваева, Ульяна В. Масликова, Вера В. Васильева, Лариса А. Кузьмина, Елена Н. Паровичникова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29947" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29948" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5092) "<p style="text-align: justify;">Трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) потенциально является радикальным методом лечения острого миелоидного лейкоза (ОМЛ). Тем не менее, более чем у трети пациентов после алло-ТГСК возникает рецидив, возможности лечения которого ограничены. Выявление пациентов с высоким риском рецидива после алло-ТГСК и последующее назначение им посттрансплантационной профилактической терапии (ПТТ) может способствовать улучшению прогноза. Минимальная остаточная болезнь (МОБ), определяемая с помощью многоцветной проточной цитометрии (МПЦ), широко используется для выявления пациентов с плохим прогнозом на всех этапах лечения ОМЛ. Цель работы: оценить результаты алло-ТГСК у пациентов с ОМЛ в зависимости от предтрансплантационного МОБ-статуса.</p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;">В исследование включено 182 пациента в первой ремиссии ОМЛ, которым была выполнена алло-ТГСК в НМИЦ гематологии с сентября 2015 по июль 2023 гг. Характеристики пациентов приведены в таблице 1. Исследование МОБ проводили на образцах костного мозга с использованием методом МПЦ, с помощью сочетания подходов: метод «пустых мест» и поиск клеток с лейкоз-ассоциированным. Вероятность общей выживаемости (ОВ), безрецидивной выживаемости (БРВ) и развития рецидива (ВРР) оценивалась по методу Каплана-Мейера. Статистически значимыми считали различия при p <0,05.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Перед алло-ТГСК МОБ была выявлена у 37 пациентов (20%). Результаты алло-ТГСК у МОБ+ пациентов были достоверно хуже, по сравнению с МОБ- (ОВ: 43% против 70%, р<0,0001; БРВ: 31% против 63%, р<0,0001; ВРР: 65% против 19%, р<0,0001). Интенсификация кондиционирования не улучшила прогноз МОБ+ пациентов: БРВ при использовании MAC – 14%, а при RIC – 36% (p=0,1), ВРР 82% против 60% (р=0,1). При сравнении результатов алло-ТГСК у МОБ+ пациентов в зависимости от вида донора также не было получено существенных различий (ОВ: p=0,8; БРВ: p=0,5; ВРР: p=0,4). Проведение ПТТ достоверно улучшило БРВ МОБ+ пациентов (46% против 25%, р=0,0470).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">МОБ+ статус ассоциирован с высоким риском развития рецидива, несмотря на наличие морфологической ремиссии перед алло-ТГСК. Исследование МОБ у пациентов с ОМЛ перед алло-ТГСК может использоваться для стратификации риска и выявления пациентов, которым необходимо назначение посттранплантационной профилактической терапии. Разработка эффективных методов профилактики развития рецидива после алло-ТГСК является областью наибольшей клинической потребности, которая в настоящее время решена не полностью.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Минимальная остаточная болезнь, трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, острый миелоидный лейкоз.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4922) "

Трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) потенциально является радикальным методом лечения острого миелоидного лейкоза (ОМЛ). Тем не менее, более чем у трети пациентов после алло-ТГСК возникает рецидив, возможности лечения которого ограничены. Выявление пациентов с высоким риском рецидива после алло-ТГСК и последующее назначение им посттрансплантационной профилактической терапии (ПТТ) может способствовать улучшению прогноза. Минимальная остаточная болезнь (МОБ), определяемая с помощью многоцветной проточной цитометрии (МПЦ), широко используется для выявления пациентов с плохим прогнозом на всех этапах лечения ОМЛ. Цель работы: оценить результаты алло-ТГСК у пациентов с ОМЛ в зависимости от предтрансплантационного МОБ-статуса.

Пациенты и методы

В исследование включено 182 пациента в первой ремиссии ОМЛ, которым была выполнена алло-ТГСК в НМИЦ гематологии с сентября 2015 по июль 2023 гг. Характеристики пациентов приведены в таблице 1. Исследование МОБ проводили на образцах костного мозга с использованием методом МПЦ, с помощью сочетания подходов: метод «пустых мест» и поиск клеток с лейкоз-ассоциированным. Вероятность общей выживаемости (ОВ), безрецидивной выживаемости (БРВ) и развития рецидива (ВРР) оценивалась по методу Каплана-Мейера. Статистически значимыми считали различия при p <0,05.

Результаты

Перед алло-ТГСК МОБ была выявлена у 37 пациентов (20%). Результаты алло-ТГСК у МОБ+ пациентов были достоверно хуже, по сравнению с МОБ- (ОВ: 43% против 70%, р<0,0001; БРВ: 31% против 63%, р<0,0001; ВРР: 65% против 19%, р<0,0001). Интенсификация кондиционирования не улучшила прогноз МОБ+ пациентов: БРВ при использовании MAC – 14%, а при RIC – 36% (p=0,1), ВРР 82% против 60% (р=0,1). При сравнении результатов алло-ТГСК у МОБ+ пациентов в зависимости от вида донора также не было получено существенных различий (ОВ: p=0,8; БРВ: p=0,5; ВРР: p=0,4). Проведение ПТТ достоверно улучшило БРВ МОБ+ пациентов (46% против 25%, р=0,0470).

Выводы

МОБ+ статус ассоциирован с высоким риском развития рецидива, несмотря на наличие морфологической ремиссии перед алло-ТГСК. Исследование МОБ у пациентов с ОМЛ перед алло-ТГСК может использоваться для стратификации риска и выявления пациентов, которым необходимо назначение посттранплантационной профилактической терапии. Разработка эффективных методов профилактики развития рецидива после алло-ТГСК является областью наибольшей клинической потребности, которая в настоящее время решена не полностью.

Ключевые слова

Минимальная остаточная болезнь, трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, острый миелоидный лейкоз.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29949" ["VALUE"]=> string(39) " 10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(39) " 10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29950" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(374) "<p>Zoya V. Konova, Irina V. Galtseva, Yulia O. Davydova, Nikolay M. Kapranov, Maria V. Dovydenko, Ekaterina D. Mikhaltsova, Natalia N. Popova, Feruza A. Omarova, Elmira I. Kolgaeva, Daria A. Mironova, Luiza A. Karaseva, Olga M. Koroleva, Daria S. Dubnyak, Olga S. Karavaeva, Uliana V. Maslikova, Vera V. Vasilyeva, Larisa A. Kuzmina, Elena N. Parovichnikova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(362) "

Zoya V. Konova, Irina V. Galtseva, Yulia O. Davydova, Nikolay M. Kapranov, Maria V. Dovydenko, Ekaterina D. Mikhaltsova, Natalia N. Popova, Feruza A. Omarova, Elmira I. Kolgaeva, Daria A. Mironova, Luiza A. Karaseva, Olga M. Koroleva, Daria S. Dubnyak, Olga S. Karavaeva, Uliana V. Maslikova, Vera V. Vasilyeva, Larisa A. Kuzmina, Elena N. Parovichnikova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29951" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(191) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Zoya V. Konova, e-mail: konova.zoya@gmail.com </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(149) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Zoya V. Konova, e-mail: konova.zoya@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29952" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3044) "<p style="text-align: justify;"> Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) is a potentially definitive treatment for acute myeloid leukemia (AML). However, more than a third of patients after allo-HSCT relapse, the treatment options for which are limited. Identification of patients at high risk of disease relapse after allo-HSCT and subsequent administration of post-transplant prophylactic therapy (PTT) to them may improve the prognosis. Minimal residual disease (MRD), as determined by multicolor flow cytometry (MCF), is widely used to identify patients with a poor prognosis at all stages of AML treatment. Our aim was to evaluate the results of allo-HSCT in patients with AML depending on the pre-transplant MRD status. </p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> The study included 182 patients in the first remission of AML who underwent allo-HSCT at the National Medical Research Center for Hematology from September 2015 to July 2023. Characteristics of the patients are shown in Table 1. The analysis of MRD was performed on bone marrow samples using the MPC method, using a combination of approaches: the method of “different from normal” and the search for cells with leukemia-associated phenotype. Overall survival (OS), disease-free survival (DFS) and the probability of relapse (PR) was assessed using the Kaplan-Meier method. Differences were considered statistically significant at p&lt;0.05. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> MRD was detected in 37 patients (20%) before allo-HSCT. The results of allo-HSCT in MRD+ patients were significantly worse compared to MRD- (OS: 43% vs. 70%, p&lt;0.0001; DFS: 31% vs. 63%, p&lt;0.0001; PR: 65% vs. 19%, p&lt;0.0001). The intensification of conditioning regimen did not improve the prognosis of MRD+ patients: DFS with MAC – 14%, and with RIC – 36% (p=0.1), PR 82% vs. 60% (p=0.1). When comparing the results of allo-HSCT in MRD+ patients, depending on the type of donor, no significant differences were also obtained (OS: p=0.8; DFS: p=0.5; PR: p=0.4). PTT significantly improved the DFS of MRD+ patients (46% <i>versus</i> 25%, p=0.0470). </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;"> MRD+ status is associated with a high risk of relapse, despite the presence of morphological remission before allo-HSCT. The analysis of MRD in patients with AML before allo-HSCT can be used to stratify the risk all-HSCT and identify patients who need post-transplant prophylactic therapy. The development of effective methods for relapse prevention after allo-HSCT is an area of greatest clinical need, which is currently not fully resolved.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Minimal residual disease, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, acute myeloid leukemia.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2858) "

Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) is a potentially definitive treatment for acute myeloid leukemia (AML). However, more than a third of patients after allo-HSCT relapse, the treatment options for which are limited. Identification of patients at high risk of disease relapse after allo-HSCT and subsequent administration of post-transplant prophylactic therapy (PTT) to them may improve the prognosis. Minimal residual disease (MRD), as determined by multicolor flow cytometry (MCF), is widely used to identify patients with a poor prognosis at all stages of AML treatment. Our aim was to evaluate the results of allo-HSCT in patients with AML depending on the pre-transplant MRD status.

Patients and methods

The study included 182 patients in the first remission of AML who underwent allo-HSCT at the National Medical Research Center for Hematology from September 2015 to July 2023. Characteristics of the patients are shown in Table 1. The analysis of MRD was performed on bone marrow samples using the MPC method, using a combination of approaches: the method of “different from normal” and the search for cells with leukemia-associated phenotype. Overall survival (OS), disease-free survival (DFS) and the probability of relapse (PR) was assessed using the Kaplan-Meier method. Differences were considered statistically significant at p<0.05.

Results

MRD was detected in 37 patients (20%) before allo-HSCT. The results of allo-HSCT in MRD+ patients were significantly worse compared to MRD- (OS: 43% vs. 70%, p<0.0001; DFS: 31% vs. 63%, p<0.0001; PR: 65% vs. 19%, p<0.0001). The intensification of conditioning regimen did not improve the prognosis of MRD+ patients: DFS with MAC – 14%, and with RIC – 36% (p=0.1), PR 82% vs. 60% (p=0.1). When comparing the results of allo-HSCT in MRD+ patients, depending on the type of donor, no significant differences were also obtained (OS: p=0.8; DFS: p=0.5; PR: p=0.4). PTT significantly improved the DFS of MRD+ patients (46% versus 25%, p=0.0470).

Conclusions

MRD+ status is associated with a high risk of relapse, despite the presence of morphological remission before allo-HSCT. The analysis of MRD in patients with AML before allo-HSCT can be used to stratify the risk all-HSCT and identify patients who need post-transplant prophylactic therapy. The development of effective methods for relapse prevention after allo-HSCT is an area of greatest clinical need, which is currently not fully resolved.

Keywords

Minimal residual disease, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, acute myeloid leukemia.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29953" ["VALUE"]=> string(154) "AL-07. Pre-transplant minimal residual disease as an unfavorable prognostic factor in patients with acute myeloid leukemia in the first complete remission" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(154) "AL-07. Pre-transplant minimal residual disease as an unfavorable prognostic factor in patients with acute myeloid leukemia in the first complete remission" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29954" ["VALUE"]=> string(4) "3318" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3318" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29955" ["VALUE"]=> string(4) "3319" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3319" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29950" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(374) "<p>Zoya V. Konova, Irina V. Galtseva, Yulia O. Davydova, Nikolay M. Kapranov, Maria V. Dovydenko, Ekaterina D. Mikhaltsova, Natalia N. Popova, Feruza A. Omarova, Elmira I. Kolgaeva, Daria A. Mironova, Luiza A. Karaseva, Olga M. Koroleva, Daria S. Dubnyak, Olga S. Karavaeva, Uliana V. Maslikova, Vera V. Vasilyeva, Larisa A. Kuzmina, Elena N. Parovichnikova</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(362) "

Zoya V. Konova, Irina V. Galtseva, Yulia O. Davydova, Nikolay M. Kapranov, Maria V. Dovydenko, Ekaterina D. Mikhaltsova, Natalia N. Popova, Feruza A. Omarova, Elmira I. Kolgaeva, Daria A. Mironova, Luiza A. Karaseva, Olga M. Koroleva, Daria S. Dubnyak, Olga S. Karavaeva, Uliana V. Maslikova, Vera V. Vasilyeva, Larisa A. Kuzmina, Elena N. Parovichnikova

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(362) "

Zoya V. Konova, Irina V. Galtseva, Yulia O. Davydova, Nikolay M. Kapranov, Maria V. Dovydenko, Ekaterina D. Mikhaltsova, Natalia N. Popova, Feruza A. Omarova, Elmira I. Kolgaeva, Daria A. Mironova, Luiza A. Karaseva, Olga M. Koroleva, Daria S. Dubnyak, Olga S. Karavaeva, Uliana V. Maslikova, Vera V. Vasilyeva, Larisa A. Kuzmina, Elena N. Parovichnikova

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29952" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3044) "<p style="text-align: justify;"> Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) is a potentially definitive treatment for acute myeloid leukemia (AML). However, more than a third of patients after allo-HSCT relapse, the treatment options for which are limited. Identification of patients at high risk of disease relapse after allo-HSCT and subsequent administration of post-transplant prophylactic therapy (PTT) to them may improve the prognosis. Minimal residual disease (MRD), as determined by multicolor flow cytometry (MCF), is widely used to identify patients with a poor prognosis at all stages of AML treatment. Our aim was to evaluate the results of allo-HSCT in patients with AML depending on the pre-transplant MRD status. </p> <h2>Patients and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> The study included 182 patients in the first remission of AML who underwent allo-HSCT at the National Medical Research Center for Hematology from September 2015 to July 2023. Characteristics of the patients are shown in Table 1. The analysis of MRD was performed on bone marrow samples using the MPC method, using a combination of approaches: the method of “different from normal” and the search for cells with leukemia-associated phenotype. Overall survival (OS), disease-free survival (DFS) and the probability of relapse (PR) was assessed using the Kaplan-Meier method. Differences were considered statistically significant at p&lt;0.05. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> MRD was detected in 37 patients (20%) before allo-HSCT. The results of allo-HSCT in MRD+ patients were significantly worse compared to MRD- (OS: 43% vs. 70%, p&lt;0.0001; DFS: 31% vs. 63%, p&lt;0.0001; PR: 65% vs. 19%, p&lt;0.0001). The intensification of conditioning regimen did not improve the prognosis of MRD+ patients: DFS with MAC – 14%, and with RIC – 36% (p=0.1), PR 82% vs. 60% (p=0.1). When comparing the results of allo-HSCT in MRD+ patients, depending on the type of donor, no significant differences were also obtained (OS: p=0.8; DFS: p=0.5; PR: p=0.4). PTT significantly improved the DFS of MRD+ patients (46% <i>versus</i> 25%, p=0.0470). </p> <h2>Conclusions</h2> <p style="text-align: justify;"> MRD+ status is associated with a high risk of relapse, despite the presence of morphological remission before allo-HSCT. The analysis of MRD in patients with AML before allo-HSCT can be used to stratify the risk all-HSCT and identify patients who need post-transplant prophylactic therapy. The development of effective methods for relapse prevention after allo-HSCT is an area of greatest clinical need, which is currently not fully resolved.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Minimal residual disease, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, acute myeloid leukemia.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2858) "

Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) is a potentially definitive treatment for acute myeloid leukemia (AML). However, more than a third of patients after allo-HSCT relapse, the treatment options for which are limited. Identification of patients at high risk of disease relapse after allo-HSCT and subsequent administration of post-transplant prophylactic therapy (PTT) to them may improve the prognosis. Minimal residual disease (MRD), as determined by multicolor flow cytometry (MCF), is widely used to identify patients with a poor prognosis at all stages of AML treatment. Our aim was to evaluate the results of allo-HSCT in patients with AML depending on the pre-transplant MRD status.

Patients and methods

The study included 182 patients in the first remission of AML who underwent allo-HSCT at the National Medical Research Center for Hematology from September 2015 to July 2023. Characteristics of the patients are shown in Table 1. The analysis of MRD was performed on bone marrow samples using the MPC method, using a combination of approaches: the method of “different from normal” and the search for cells with leukemia-associated phenotype. Overall survival (OS), disease-free survival (DFS) and the probability of relapse (PR) was assessed using the Kaplan-Meier method. Differences were considered statistically significant at p<0.05.

Results

MRD was detected in 37 patients (20%) before allo-HSCT. The results of allo-HSCT in MRD+ patients were significantly worse compared to MRD- (OS: 43% vs. 70%, p<0.0001; DFS: 31% vs. 63%, p<0.0001; PR: 65% vs. 19%, p<0.0001). The intensification of conditioning regimen did not improve the prognosis of MRD+ patients: DFS with MAC – 14%, and with RIC – 36% (p=0.1), PR 82% vs. 60% (p=0.1). When comparing the results of allo-HSCT in MRD+ patients, depending on the type of donor, no significant differences were also obtained (OS: p=0.8; DFS: p=0.5; PR: p=0.4). PTT significantly improved the DFS of MRD+ patients (46% versus 25%, p=0.0470).

Conclusions

MRD+ status is associated with a high risk of relapse, despite the presence of morphological remission before allo-HSCT. The analysis of MRD in patients with AML before allo-HSCT can be used to stratify the risk all-HSCT and identify patients who need post-transplant prophylactic therapy. The development of effective methods for relapse prevention after allo-HSCT is an area of greatest clinical need, which is currently not fully resolved.

Keywords

Minimal residual disease, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, acute myeloid leukemia.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(2858) "

Allogeneic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT) is a potentially definitive treatment for acute myeloid leukemia (AML). However, more than a third of patients after allo-HSCT relapse, the treatment options for which are limited. Identification of patients at high risk of disease relapse after allo-HSCT and subsequent administration of post-transplant prophylactic therapy (PTT) to them may improve the prognosis. Minimal residual disease (MRD), as determined by multicolor flow cytometry (MCF), is widely used to identify patients with a poor prognosis at all stages of AML treatment. Our aim was to evaluate the results of allo-HSCT in patients with AML depending on the pre-transplant MRD status.

Patients and methods

The study included 182 patients in the first remission of AML who underwent allo-HSCT at the National Medical Research Center for Hematology from September 2015 to July 2023. Characteristics of the patients are shown in Table 1. The analysis of MRD was performed on bone marrow samples using the MPC method, using a combination of approaches: the method of “different from normal” and the search for cells with leukemia-associated phenotype. Overall survival (OS), disease-free survival (DFS) and the probability of relapse (PR) was assessed using the Kaplan-Meier method. Differences were considered statistically significant at p<0.05.

Results

MRD was detected in 37 patients (20%) before allo-HSCT. The results of allo-HSCT in MRD+ patients were significantly worse compared to MRD- (OS: 43% vs. 70%, p<0.0001; DFS: 31% vs. 63%, p<0.0001; PR: 65% vs. 19%, p<0.0001). The intensification of conditioning regimen did not improve the prognosis of MRD+ patients: DFS with MAC – 14%, and with RIC – 36% (p=0.1), PR 82% vs. 60% (p=0.1). When comparing the results of allo-HSCT in MRD+ patients, depending on the type of donor, no significant differences were also obtained (OS: p=0.8; DFS: p=0.5; PR: p=0.4). PTT significantly improved the DFS of MRD+ patients (46% versus 25%, p=0.0470).

Conclusions

MRD+ status is associated with a high risk of relapse, despite the presence of morphological remission before allo-HSCT. The analysis of MRD in patients with AML before allo-HSCT can be used to stratify the risk all-HSCT and identify patients who need post-transplant prophylactic therapy. The development of effective methods for relapse prevention after allo-HSCT is an area of greatest clinical need, which is currently not fully resolved.

Keywords

Minimal residual disease, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, acute myeloid leukemia.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29949" ["VALUE"]=> string(39) " 10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(39) " 10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(39) " 10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29953" ["VALUE"]=> string(154) "AL-07. Pre-transplant minimal residual disease as an unfavorable prognostic factor in patients with acute myeloid leukemia in the first complete remission" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(154) "AL-07. Pre-transplant minimal residual disease as an unfavorable prognostic factor in patients with acute myeloid leukemia in the first complete remission" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(154) "AL-07. Pre-transplant minimal residual disease as an unfavorable prognostic factor in patients with acute myeloid leukemia in the first complete remission" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29951" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(191) "<p>National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Zoya V. Konova, e-mail: konova.zoya@gmail.com </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(149) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Zoya V. Konova, e-mail: konova.zoya@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(149) "

National Medical Research Center for Hematology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Zoya V. Konova, e-mail: konova.zoya@gmail.com

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29946" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(641) "<p>Зоя В. Конова, Ирина В. Гальцева, Юлия О. Давыдова, Николай М. Капранов, Мария В. Довыденко, Екатерина Д. Михальцова, Наталья Н. Попова, Феруза А. Омарова, Эльмира И. Кольгаева, Дарья А. Миронова, Луиза А. Карасева, Ольга М. Королева, Дарья С. Дубняк, Ольга С. Караваева, Ульяна В. Масликова, Вера В. Васильева, Лариса А. Кузьмина, Елена Н. Паровичникова</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(629) "

Зоя В. Конова, Ирина В. Гальцева, Юлия О. Давыдова, Николай М. Капранов, Мария В. Довыденко, Екатерина Д. Михальцова, Наталья Н. Попова, Феруза А. Омарова, Эльмира И. Кольгаева, Дарья А. Миронова, Луиза А. Карасева, Ольга М. Королева, Дарья С. Дубняк, Ольга С. Караваева, Ульяна В. Масликова, Вера В. Васильева, Лариса А. Кузьмина, Елена Н. Паровичникова

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(629) "

Зоя В. Конова, Ирина В. Гальцева, Юлия О. Давыдова, Николай М. Капранов, Мария В. Довыденко, Екатерина Д. Михальцова, Наталья Н. Попова, Феруза А. Омарова, Эльмира И. Кольгаева, Дарья А. Миронова, Луиза А. Карасева, Ольга М. Королева, Дарья С. Дубняк, Ольга С. Караваева, Ульяна В. Масликова, Вера В. Васильева, Лариса А. Кузьмина, Елена Н. Паровичникова

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29948" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5092) "<p style="text-align: justify;">Трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) потенциально является радикальным методом лечения острого миелоидного лейкоза (ОМЛ). Тем не менее, более чем у трети пациентов после алло-ТГСК возникает рецидив, возможности лечения которого ограничены. Выявление пациентов с высоким риском рецидива после алло-ТГСК и последующее назначение им посттрансплантационной профилактической терапии (ПТТ) может способствовать улучшению прогноза. Минимальная остаточная болезнь (МОБ), определяемая с помощью многоцветной проточной цитометрии (МПЦ), широко используется для выявления пациентов с плохим прогнозом на всех этапах лечения ОМЛ. Цель работы: оценить результаты алло-ТГСК у пациентов с ОМЛ в зависимости от предтрансплантационного МОБ-статуса.</p> <h2>Пациенты и методы</h2> <p style="text-align: justify;">В исследование включено 182 пациента в первой ремиссии ОМЛ, которым была выполнена алло-ТГСК в НМИЦ гематологии с сентября 2015 по июль 2023 гг. Характеристики пациентов приведены в таблице 1. Исследование МОБ проводили на образцах костного мозга с использованием методом МПЦ, с помощью сочетания подходов: метод «пустых мест» и поиск клеток с лейкоз-ассоциированным. Вероятность общей выживаемости (ОВ), безрецидивной выживаемости (БРВ) и развития рецидива (ВРР) оценивалась по методу Каплана-Мейера. Статистически значимыми считали различия при p <0,05.</p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;">Перед алло-ТГСК МОБ была выявлена у 37 пациентов (20%). Результаты алло-ТГСК у МОБ+ пациентов были достоверно хуже, по сравнению с МОБ- (ОВ: 43% против 70%, р<0,0001; БРВ: 31% против 63%, р<0,0001; ВРР: 65% против 19%, р<0,0001). Интенсификация кондиционирования не улучшила прогноз МОБ+ пациентов: БРВ при использовании MAC – 14%, а при RIC – 36% (p=0,1), ВРР 82% против 60% (р=0,1). При сравнении результатов алло-ТГСК у МОБ+ пациентов в зависимости от вида донора также не было получено существенных различий (ОВ: p=0,8; БРВ: p=0,5; ВРР: p=0,4). Проведение ПТТ достоверно улучшило БРВ МОБ+ пациентов (46% против 25%, р=0,0470).</p> <h2>Выводы</h2> <p style="text-align: justify;">МОБ+ статус ассоциирован с высоким риском развития рецидива, несмотря на наличие морфологической ремиссии перед алло-ТГСК. Исследование МОБ у пациентов с ОМЛ перед алло-ТГСК может использоваться для стратификации риска и выявления пациентов, которым необходимо назначение посттранплантационной профилактической терапии. Разработка эффективных методов профилактики развития рецидива после алло-ТГСК является областью наибольшей клинической потребности, которая в настоящее время решена не полностью.</p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;">Минимальная остаточная болезнь, трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, острый миелоидный лейкоз.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4922) "

Трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) потенциально является радикальным методом лечения острого миелоидного лейкоза (ОМЛ). Тем не менее, более чем у трети пациентов после алло-ТГСК возникает рецидив, возможности лечения которого ограничены. Выявление пациентов с высоким риском рецидива после алло-ТГСК и последующее назначение им посттрансплантационной профилактической терапии (ПТТ) может способствовать улучшению прогноза. Минимальная остаточная болезнь (МОБ), определяемая с помощью многоцветной проточной цитометрии (МПЦ), широко используется для выявления пациентов с плохим прогнозом на всех этапах лечения ОМЛ. Цель работы: оценить результаты алло-ТГСК у пациентов с ОМЛ в зависимости от предтрансплантационного МОБ-статуса.

Пациенты и методы

В исследование включено 182 пациента в первой ремиссии ОМЛ, которым была выполнена алло-ТГСК в НМИЦ гематологии с сентября 2015 по июль 2023 гг. Характеристики пациентов приведены в таблице 1. Исследование МОБ проводили на образцах костного мозга с использованием методом МПЦ, с помощью сочетания подходов: метод «пустых мест» и поиск клеток с лейкоз-ассоциированным. Вероятность общей выживаемости (ОВ), безрецидивной выживаемости (БРВ) и развития рецидива (ВРР) оценивалась по методу Каплана-Мейера. Статистически значимыми считали различия при p <0,05.

Результаты

Перед алло-ТГСК МОБ была выявлена у 37 пациентов (20%). Результаты алло-ТГСК у МОБ+ пациентов были достоверно хуже, по сравнению с МОБ- (ОВ: 43% против 70%, р<0,0001; БРВ: 31% против 63%, р<0,0001; ВРР: 65% против 19%, р<0,0001). Интенсификация кондиционирования не улучшила прогноз МОБ+ пациентов: БРВ при использовании MAC – 14%, а при RIC – 36% (p=0,1), ВРР 82% против 60% (р=0,1). При сравнении результатов алло-ТГСК у МОБ+ пациентов в зависимости от вида донора также не было получено существенных различий (ОВ: p=0,8; БРВ: p=0,5; ВРР: p=0,4). Проведение ПТТ достоверно улучшило БРВ МОБ+ пациентов (46% против 25%, р=0,0470).

Выводы

МОБ+ статус ассоциирован с высоким риском развития рецидива, несмотря на наличие морфологической ремиссии перед алло-ТГСК. Исследование МОБ у пациентов с ОМЛ перед алло-ТГСК может использоваться для стратификации риска и выявления пациентов, которым необходимо назначение посттранплантационной профилактической терапии. Разработка эффективных методов профилактики развития рецидива после алло-ТГСК является областью наибольшей клинической потребности, которая в настоящее время решена не полностью.

Ключевые слова

Минимальная остаточная болезнь, трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, острый миелоидный лейкоз.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(4922) "

Трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК) потенциально является радикальным методом лечения острого миелоидного лейкоза (ОМЛ). Тем не менее, более чем у трети пациентов после алло-ТГСК возникает рецидив, возможности лечения которого ограничены. Выявление пациентов с высоким риском рецидива после алло-ТГСК и последующее назначение им посттрансплантационной профилактической терапии (ПТТ) может способствовать улучшению прогноза. Минимальная остаточная болезнь (МОБ), определяемая с помощью многоцветной проточной цитометрии (МПЦ), широко используется для выявления пациентов с плохим прогнозом на всех этапах лечения ОМЛ. Цель работы: оценить результаты алло-ТГСК у пациентов с ОМЛ в зависимости от предтрансплантационного МОБ-статуса.

Пациенты и методы

В исследование включено 182 пациента в первой ремиссии ОМЛ, которым была выполнена алло-ТГСК в НМИЦ гематологии с сентября 2015 по июль 2023 гг. Характеристики пациентов приведены в таблице 1. Исследование МОБ проводили на образцах костного мозга с использованием методом МПЦ, с помощью сочетания подходов: метод «пустых мест» и поиск клеток с лейкоз-ассоциированным. Вероятность общей выживаемости (ОВ), безрецидивной выживаемости (БРВ) и развития рецидива (ВРР) оценивалась по методу Каплана-Мейера. Статистически значимыми считали различия при p <0,05.

Результаты

Перед алло-ТГСК МОБ была выявлена у 37 пациентов (20%). Результаты алло-ТГСК у МОБ+ пациентов были достоверно хуже, по сравнению с МОБ- (ОВ: 43% против 70%, р<0,0001; БРВ: 31% против 63%, р<0,0001; ВРР: 65% против 19%, р<0,0001). Интенсификация кондиционирования не улучшила прогноз МОБ+ пациентов: БРВ при использовании MAC – 14%, а при RIC – 36% (p=0,1), ВРР 82% против 60% (р=0,1). При сравнении результатов алло-ТГСК у МОБ+ пациентов в зависимости от вида донора также не было получено существенных различий (ОВ: p=0,8; БРВ: p=0,5; ВРР: p=0,4). Проведение ПТТ достоверно улучшило БРВ МОБ+ пациентов (46% против 25%, р=0,0470).

Выводы

МОБ+ статус ассоциирован с высоким риском развития рецидива, несмотря на наличие морфологической ремиссии перед алло-ТГСК. Исследование МОБ у пациентов с ОМЛ перед алло-ТГСК может использоваться для стратификации риска и выявления пациентов, которым необходимо назначение посттранплантационной профилактической терапии. Разработка эффективных методов профилактики развития рецидива после алло-ТГСК является областью наибольшей клинической потребности, которая в настоящее время решена не полностью.

Ключевые слова

Минимальная остаточная болезнь, трансплантация аллогенных гемопоэтических стволовых клеток, острый миелоидный лейкоз.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29947" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(163) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(151) "

Национальный медицинский исследовательский центр гематологии, Москва, Россия

" } } } [7]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" ["ID"]=> string(4) "2180" ["~ID"]=> string(4) "2180" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["~NAME"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 12:27:01 pm" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 12:27:01 pm" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(230) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/ostrye-leykozy-al-01-al-10/al-06-rezultaty-allogennoy-tgsk-u-patsientov-s-khimiorezistentnym-ostrym-mieloblastnym-leykozom/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(230) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/ostrye-leykozy-al-01-al-10/al-06-rezultaty-allogennoy-tgsk-u-patsientov-s-khimiorezistentnym-ostrym-mieloblastnym-leykozom/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "60" ["~SORT"]=> string(2) "60" ["CODE"]=> string(95) "al-06-rezultaty-allogennoy-tgsk-u-patsientov-s-khimiorezistentnym-ostrym-mieloblastnym-leykozom" ["~CODE"]=> string(95) "al-06-rezultaty-allogennoy-tgsk-u-patsientov-s-khimiorezistentnym-ostrym-mieloblastnym-leykozom" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2180" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2180" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(302) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозомAL-06. The outcomes of hematopoietic stem cell transplantation in pediatric patients with chemorefractory acute myeloid leukemia" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(6645) "<p style="text-align: justify;">Известно, что наибольшей эффективностью трансплантация гемопоэтических стволовых клеток крови (ТГСК) обладает у пациентов с острыми лейкозами, подошедших к ТГСК в ремиссии. В данной работе проведен анализ когорты детей с химиорефрактерным острым миелоидным лейкозом с целью исследования результативности ТГСК.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Всего 69 пациентов, 32 – первично-рефрактерные, 37 – рефрактерный рецидив, 30 девочек/39 мальчиков, медиана возраста 9,4 лет. Трансплантации проведены в период с февраля 2012 г. по январь 2020 г., медиана наблюдения: 5,47 года. 49 пациентов трансплантированы от гаплоидентичных, двенадцать от родственныx и 8 от неродственных доноров. Режим кондиционирования на основе треосульфана (42 г/м<sup>2</sup>), второй препарат мельфалан (140 мг/м<sup>2</sup> (n=39) или тиотепа 10 м/кг (n=30). Схемы профилактики реакции трансплантата против хозяина (РТПХ): Схема 1 (n=9): АТГАМ 50 мг/кг + Такро/МТХ; схема 2 (n=11): тимоглобулин 5 мг/кг, ритуксимаб 200 мг/м<sup>2</sup> и бортезомиб (n=9); схема 3 (n=36): тоцилизумаб в дозе 8 мг/кг в день -1 и бортезомиб (n=33), 24 пациента получили абатацепт в дозе 10 мг/кг по схеме. Схема 4 (n=3) пострансплантационный циклофосфан. Десять без профилактики РТПХ в связи с низким содержанием Т клеток в трансплантате после деплеции TCRαβ+/CD19+. 55 ТГСК с TCRαβ+/CD19+-деплеция SCT по технологии CliniMACS, 12 пациентов получили нативный КМ: 9 пациентов от родственных совместимых доноров, 3 – гаплоидентичный КМ. У двоих детей источник ГСК – неродственная пуповинная кровь. В качестве профилактики рецидива заболевания после ТГСК 21 пациенту предложены курсы посттрансплантационной терапии: гипометилирующие препараты в сочетании с бортезомибом, а 48 – инфузии донорских лимфоцитов. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Приживление достигнуто у 66 из 69 пациентов (3 пациента погибли: 1 пациент – прогрессия, 2 – сепсис). Среднее время восстановления нейтрофилов – 14 дней. Десять пациентов не достигли ремиссии после ТГСК, 9 из них умерли в ближайшие 3 месяца от прогрессии, 1 получил повторную ТГСК. Пятьдесят девять пациентов (85%) на +30 день были в статусе полной МОБ-негативной ремиссии. Значимых токсических эффектов после ТГСК не было. Суммарная частота оРТПХ 2-4 степени составила 55%, РТПХ 3-4 стадии – 20%, хронической РТПХ – 21%. Применение серотерапии не влияло на частоту РТПХ. Летальность, связанная с трансплантацией, составила 8%. Рецидивы развились у 36 пациентов, 9 получили повторные ТГСК. Кумулятивная частота рецидивов – 52%. Медиана времени до рецидива 1,2 года (0,18-2,53). Статистической разницы в риске рецидива заболевания в зависимости от технологии процессинга трансплантата не получено: 51% – TCR αβ+/CD19+ деплеция, 56% – нативный продукт. Частота рецидивов в подгруппе с реактивацией цитомегаловирусной инфекции 47%, в подгруппе без реактивации 58%, р=0,5. Восстановление NK-клеток на +30 день связано со снижением частоты рецидивов, кумулятивный риск 76% у пациентов с содержанием NK-клеток в крови меньше медианы против 43% у пациентов с содержанием NK-клеток выше медианы, p=0,013.При медиане наблюдения 5,5 лет бессобытийная выживаемость составляет 37%, а общая выживаемость – 42%.</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> Выполнение ТГСК пациентам с рефрактерным течением ОМЛ позволяет достичь ремиссии у 85% пациентов и долгосрочной выживаемости 40%. Раннее восстановление NK-клеток ассоциировано с большей противолейкемической активностью ТГСК. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Острый миелоидный лейкоз, химиорезистентный, аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, NK-клетки, восстановление.</p> " ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(99) "al-06-rezultaty-allogennoy-tgsk-u-patsientov-s-khimiorezistentnym-ostrym-mieloblastnym-leykozom-img" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(174) "AL-06. Результаты аллогенной ТГСК у пациентов с химиорезистентным острым миелобластным лейкозом" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(99) "al-06-rezultaty-allogennoy-tgsk-u-patsientov-s-khimiorezistentnym-ostrym-mieloblastnym-leykozom-img" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(99) "al-06-rezultaty-allogennoy-tgsk-u-patsientov-s-khimiorezistentnym-ostrym-mieloblastnym-leykozom-img" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(99) "al-06-rezultaty-allogennoy-tgsk-u-patsientov-s-khimiorezistentnym-ostrym-mieloblastnym-leykozom-img" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29936" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(323) "<p>Мария А. Илюшина, Лариса Н. Шелихова, Дарья А. Шашелева, Елена Е. Курникова, Яков О. Музалевский, Ирина И. Калинина, Галина А. Новичкова, Алексей А. Масчан, Михаил А. Масчан</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(311) "

Мария А. Илюшина, Лариса Н. Шелихова, Дарья А. Шашелева, Елена Е. Курникова, Яков О. Музалевский, Ирина И. Калинина, Галина А. Новичкова, Алексей А. Масчан, Михаил А. Масчан

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29937" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(251) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(239) "

Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29938" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6645) "<p style="text-align: justify;">Известно, что наибольшей эффективностью трансплантация гемопоэтических стволовых клеток крови (ТГСК) обладает у пациентов с острыми лейкозами, подошедших к ТГСК в ремиссии. В данной работе проведен анализ когорты детей с химиорефрактерным острым миелоидным лейкозом с целью исследования результативности ТГСК.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Всего 69 пациентов, 32 – первично-рефрактерные, 37 – рефрактерный рецидив, 30 девочек/39 мальчиков, медиана возраста 9,4 лет. Трансплантации проведены в период с февраля 2012 г. по январь 2020 г., медиана наблюдения: 5,47 года. 49 пациентов трансплантированы от гаплоидентичных, двенадцать от родственныx и 8 от неродственных доноров. Режим кондиционирования на основе треосульфана (42 г/м<sup>2</sup>), второй препарат мельфалан (140 мг/м<sup>2</sup> (n=39) или тиотепа 10 м/кг (n=30). Схемы профилактики реакции трансплантата против хозяина (РТПХ): Схема 1 (n=9): АТГАМ 50 мг/кг + Такро/МТХ; схема 2 (n=11): тимоглобулин 5 мг/кг, ритуксимаб 200 мг/м<sup>2</sup> и бортезомиб (n=9); схема 3 (n=36): тоцилизумаб в дозе 8 мг/кг в день -1 и бортезомиб (n=33), 24 пациента получили абатацепт в дозе 10 мг/кг по схеме. Схема 4 (n=3) пострансплантационный циклофосфан. Десять без профилактики РТПХ в связи с низким содержанием Т клеток в трансплантате после деплеции TCRαβ+/CD19+. 55 ТГСК с TCRαβ+/CD19+-деплеция SCT по технологии CliniMACS, 12 пациентов получили нативный КМ: 9 пациентов от родственных совместимых доноров, 3 – гаплоидентичный КМ. У двоих детей источник ГСК – неродственная пуповинная кровь. В качестве профилактики рецидива заболевания после ТГСК 21 пациенту предложены курсы посттрансплантационной терапии: гипометилирующие препараты в сочетании с бортезомибом, а 48 – инфузии донорских лимфоцитов. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Приживление достигнуто у 66 из 69 пациентов (3 пациента погибли: 1 пациент – прогрессия, 2 – сепсис). Среднее время восстановления нейтрофилов – 14 дней. Десять пациентов не достигли ремиссии после ТГСК, 9 из них умерли в ближайшие 3 месяца от прогрессии, 1 получил повторную ТГСК. Пятьдесят девять пациентов (85%) на +30 день были в статусе полной МОБ-негативной ремиссии. Значимых токсических эффектов после ТГСК не было. Суммарная частота оРТПХ 2-4 степени составила 55%, РТПХ 3-4 стадии – 20%, хронической РТПХ – 21%. Применение серотерапии не влияло на частоту РТПХ. Летальность, связанная с трансплантацией, составила 8%. Рецидивы развились у 36 пациентов, 9 получили повторные ТГСК. Кумулятивная частота рецидивов – 52%. Медиана времени до рецидива 1,2 года (0,18-2,53). Статистической разницы в риске рецидива заболевания в зависимости от технологии процессинга трансплантата не получено: 51% – TCR αβ+/CD19+ деплеция, 56% – нативный продукт. Частота рецидивов в подгруппе с реактивацией цитомегаловирусной инфекции 47%, в подгруппе без реактивации 58%, р=0,5. Восстановление NK-клеток на +30 день связано со снижением частоты рецидивов, кумулятивный риск 76% у пациентов с содержанием NK-клеток в крови меньше медианы против 43% у пациентов с содержанием NK-клеток выше медианы, p=0,013.При медиане наблюдения 5,5 лет бессобытийная выживаемость составляет 37%, а общая выживаемость – 42%.</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> Выполнение ТГСК пациентам с рефрактерным течением ОМЛ позволяет достичь ремиссии у 85% пациентов и долгосрочной выживаемости 40%. Раннее восстановление NK-клеток ассоциировано с большей противолейкемической активностью ТГСК. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Острый миелоидный лейкоз, химиорезистентный, аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, NK-клетки, восстановление.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6451) "

Известно, что наибольшей эффективностью трансплантация гемопоэтических стволовых клеток крови (ТГСК) обладает у пациентов с острыми лейкозами, подошедших к ТГСК в ремиссии. В данной работе проведен анализ когорты детей с химиорефрактерным острым миелоидным лейкозом с целью исследования результативности ТГСК.

Материалы и методы

Всего 69 пациентов, 32 – первично-рефрактерные, 37 – рефрактерный рецидив, 30 девочек/39 мальчиков, медиана возраста 9,4 лет. Трансплантации проведены в период с февраля 2012 г. по январь 2020 г., медиана наблюдения: 5,47 года. 49 пациентов трансплантированы от гаплоидентичных, двенадцать от родственныx и 8 от неродственных доноров. Режим кондиционирования на основе треосульфана (42 г/м2), второй препарат мельфалан (140 мг/м2 (n=39) или тиотепа 10 м/кг (n=30). Схемы профилактики реакции трансплантата против хозяина (РТПХ): Схема 1 (n=9): АТГАМ 50 мг/кг + Такро/МТХ; схема 2 (n=11): тимоглобулин 5 мг/кг, ритуксимаб 200 мг/м2 и бортезомиб (n=9); схема 3 (n=36): тоцилизумаб в дозе 8 мг/кг в день -1 и бортезомиб (n=33), 24 пациента получили абатацепт в дозе 10 мг/кг по схеме. Схема 4 (n=3) пострансплантационный циклофосфан. Десять без профилактики РТПХ в связи с низким содержанием Т клеток в трансплантате после деплеции TCRαβ+/CD19+. 55 ТГСК с TCRαβ+/CD19+-деплеция SCT по технологии CliniMACS, 12 пациентов получили нативный КМ: 9 пациентов от родственных совместимых доноров, 3 – гаплоидентичный КМ. У двоих детей источник ГСК – неродственная пуповинная кровь. В качестве профилактики рецидива заболевания после ТГСК 21 пациенту предложены курсы посттрансплантационной терапии: гипометилирующие препараты в сочетании с бортезомибом, а 48 – инфузии донорских лимфоцитов.

Результаты

Приживление достигнуто у 66 из 69 пациентов (3 пациента погибли: 1 пациент – прогрессия, 2 – сепсис). Среднее время восстановления нейтрофилов – 14 дней. Десять пациентов не достигли ремиссии после ТГСК, 9 из них умерли в ближайшие 3 месяца от прогрессии, 1 получил повторную ТГСК. Пятьдесят девять пациентов (85%) на +30 день были в статусе полной МОБ-негативной ремиссии. Значимых токсических эффектов после ТГСК не было. Суммарная частота оРТПХ 2-4 степени составила 55%, РТПХ 3-4 стадии – 20%, хронической РТПХ – 21%. Применение серотерапии не влияло на частоту РТПХ. Летальность, связанная с трансплантацией, составила 8%. Рецидивы развились у 36 пациентов, 9 получили повторные ТГСК. Кумулятивная частота рецидивов – 52%. Медиана времени до рецидива 1,2 года (0,18-2,53). Статистической разницы в риске рецидива заболевания в зависимости от технологии процессинга трансплантата не получено: 51% – TCR αβ+/CD19+ деплеция, 56% – нативный продукт. Частота рецидивов в подгруппе с реактивацией цитомегаловирусной инфекции 47%, в подгруппе без реактивации 58%, р=0,5. Восстановление NK-клеток на +30 день связано со снижением частоты рецидивов, кумулятивный риск 76% у пациентов с содержанием NK-клеток в крови меньше медианы против 43% у пациентов с содержанием NK-клеток выше медианы, p=0,013.При медиане наблюдения 5,5 лет бессобытийная выживаемость составляет 37%, а общая выживаемость – 42%.

Заключение

Выполнение ТГСК пациентам с рефрактерным течением ОМЛ позволяет достичь ремиссии у 85% пациентов и долгосрочной выживаемости 40%. Раннее восстановление NK-клеток ассоциировано с большей противолейкемической активностью ТГСК.

Ключевые слова

Острый миелоидный лейкоз, химиорезистентный, аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, NK-клетки, восстановление.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29939" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29940" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(202) "<p>Maria A. Ilyushina, Larisa N. Shelikhova, Daria A. Shasheleva, Elena E. Kurnikova, Yakov O. Muzalevsky, Irina I. Kalinina, Galina A. Novichkova, Aleksey A. Maschan, Michael A. Maschan</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(190) "

Maria A. Ilyushina, Larisa N. Shelikhova, Daria A. Shasheleva, Elena E. Kurnikova, Yakov O. Muzalevsky, Irina I. Kalinina, Galina A. Novichkova, Aleksey A. Maschan, Michael A. Maschan

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29941" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(247) "<p>Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Maria A. Ilyushina, e-mail: maria.ilushina@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(205) "

Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Maria A. Ilyushina, e-mail: maria.ilushina@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29942" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3379) "<p style="text-align: justify;">The hematopoietic stem cell transplantation (HSCT) is known to be most efficient for patients in an initial remission. In this research, we analyzed a cohort of children with chemorefractory acute myeloid leukemia (AML) in order to study the efficiency of HSCT in this cohort of patients.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> A total of 69 pts with chemorefractory AML (induction failure (n=32), refractory relapse (n=37), 30 female/39 male, median age 9.4 years (1.1-22), underwent HSCT between Feb 2012 and Jan 2020, at median follow-up of 5.47 years (2-9). 49 pts were transplanted from haploidentical, 12 from matched family donors, 8 from matched unrelated donors. All pts received treosulfan-based conditioning regimen. The following conditioning regimens of GvHD prophylaxis were used: regimen 1 (n=9) included ATGAM 50 mg/kg + Tacro/MTX; regimen 2 (n=11) consisted of: thymoglobulin (5mg/kg), rituximab (200 mg/m<sup>2</sup>), and bortezomib on day +2,+5 (n=9); regimen 3 (n=36) included tocilizumab (8 mg/kg), and post-transplant bortezomib (n=33). Moreover, 24 pts received additional abatacept at 10 mg/kg on day+2,+7,+14, +28; regimen 4 was performed with post-transplant cyclophosphamide. Ten pts did not receive any prophylaxis. TCRαβ+/CD19+-depletion of stem cells with CliniMACS technology was implemented in 55 cases; 12 patients received native BM. Twenty-one patients received post-transplant therapy by means of hypomethylating agents; 48 pts. Were subjected to modified donor lymphocyte infusions (DLI). </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> Primary engraftment was achieved in 66 of 69 pts (3 pts died before engraftment), the median time to recovery of ANC and platelets was 14 days (10-49). Complete chimerism by the day +30 was achieved by 85% pts. The cumulative incidence (CI) of grade 2-4 aGvHD was 55%, chronic GvHD, 17%. Serotherapy (ATG) did not affect the incidence of GvHD. Among all patients, transplant-related mortality was 8%, CI of relapse, 52%. The incidence of relapse in a subgroup with CMV reactivation was 47%, in CMV reactivation-free subgroup, 58% (p=0.5). NK-cell recovery at day +30 was significantly associated with decreased incidence of relapse, CI of relapse was 76% in patients with below-median peripheral blood NK recovery, and 43% in those with over-median NK-cell numbers (p=0.013). At a median follow-up of 5,5 years, event-free survival was 37% and overall survival was 42%.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">Performing HSCT in patients with refractory AML resulted in a remission in 85% of patients and long-term survival of 40%. Improving early NK cell recovery may open up the opportunity to effectively enhance the anti-tumor effect and decrease the relapse rates in children with chemorefractory AML. </p> <h2>Conflict of interest</h2> <p style="text-align: justify;">The authors do not declare any competing interests.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Acute myeloid leukemia, chemorefractory, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, NK-cell, recovery.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3175) "

The hematopoietic stem cell transplantation (HSCT) is known to be most efficient for patients in an initial remission. In this research, we analyzed a cohort of children with chemorefractory acute myeloid leukemia (AML) in order to study the efficiency of HSCT in this cohort of patients.

Materials and methods

A total of 69 pts with chemorefractory AML (induction failure (n=32), refractory relapse (n=37), 30 female/39 male, median age 9.4 years (1.1-22), underwent HSCT between Feb 2012 and Jan 2020, at median follow-up of 5.47 years (2-9). 49 pts were transplanted from haploidentical, 12 from matched family donors, 8 from matched unrelated donors. All pts received treosulfan-based conditioning regimen. The following conditioning regimens of GvHD prophylaxis were used: regimen 1 (n=9) included ATGAM 50 mg/kg + Tacro/MTX; regimen 2 (n=11) consisted of: thymoglobulin (5mg/kg), rituximab (200 mg/m2), and bortezomib on day +2,+5 (n=9); regimen 3 (n=36) included tocilizumab (8 mg/kg), and post-transplant bortezomib (n=33). Moreover, 24 pts received additional abatacept at 10 mg/kg on day+2,+7,+14, +28; regimen 4 was performed with post-transplant cyclophosphamide. Ten pts did not receive any prophylaxis. TCRαβ+/CD19+-depletion of stem cells with CliniMACS technology was implemented in 55 cases; 12 patients received native BM. Twenty-one patients received post-transplant therapy by means of hypomethylating agents; 48 pts. Were subjected to modified donor lymphocyte infusions (DLI).

Results

Primary engraftment was achieved in 66 of 69 pts (3 pts died before engraftment), the median time to recovery of ANC and platelets was 14 days (10-49). Complete chimerism by the day +30 was achieved by 85% pts. The cumulative incidence (CI) of grade 2-4 aGvHD was 55%, chronic GvHD, 17%. Serotherapy (ATG) did not affect the incidence of GvHD. Among all patients, transplant-related mortality was 8%, CI of relapse, 52%. The incidence of relapse in a subgroup with CMV reactivation was 47%, in CMV reactivation-free subgroup, 58% (p=0.5). NK-cell recovery at day +30 was significantly associated with decreased incidence of relapse, CI of relapse was 76% in patients with below-median peripheral blood NK recovery, and 43% in those with over-median NK-cell numbers (p=0.013). At a median follow-up of 5,5 years, event-free survival was 37% and overall survival was 42%.

Conclusion

Performing HSCT in patients with refractory AML resulted in a remission in 85% of patients and long-term survival of 40%. Improving early NK cell recovery may open up the opportunity to effectively enhance the anti-tumor effect and decrease the relapse rates in children with chemorefractory AML.

Conflict of interest

The authors do not declare any competing interests.

Keywords

Acute myeloid leukemia, chemorefractory, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, NK-cell, recovery.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29943" ["VALUE"]=> string(128) "AL-06. The outcomes of hematopoietic stem cell transplantation in pediatric patients with chemorefractory acute myeloid leukemia" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(128) "AL-06. The outcomes of hematopoietic stem cell transplantation in pediatric patients with chemorefractory acute myeloid leukemia" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29944" ["VALUE"]=> string(4) "3315" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3315" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29945" ["VALUE"]=> string(4) "3316" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3316" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29940" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(202) "<p>Maria A. Ilyushina, Larisa N. Shelikhova, Daria A. Shasheleva, Elena E. Kurnikova, Yakov O. Muzalevsky, Irina I. Kalinina, Galina A. Novichkova, Aleksey A. Maschan, Michael A. Maschan</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(190) "

Maria A. Ilyushina, Larisa N. Shelikhova, Daria A. Shasheleva, Elena E. Kurnikova, Yakov O. Muzalevsky, Irina I. Kalinina, Galina A. Novichkova, Aleksey A. Maschan, Michael A. Maschan

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(190) "

Maria A. Ilyushina, Larisa N. Shelikhova, Daria A. Shasheleva, Elena E. Kurnikova, Yakov O. Muzalevsky, Irina I. Kalinina, Galina A. Novichkova, Aleksey A. Maschan, Michael A. Maschan

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29942" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3379) "<p style="text-align: justify;">The hematopoietic stem cell transplantation (HSCT) is known to be most efficient for patients in an initial remission. In this research, we analyzed a cohort of children with chemorefractory acute myeloid leukemia (AML) in order to study the efficiency of HSCT in this cohort of patients.</p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> A total of 69 pts with chemorefractory AML (induction failure (n=32), refractory relapse (n=37), 30 female/39 male, median age 9.4 years (1.1-22), underwent HSCT between Feb 2012 and Jan 2020, at median follow-up of 5.47 years (2-9). 49 pts were transplanted from haploidentical, 12 from matched family donors, 8 from matched unrelated donors. All pts received treosulfan-based conditioning regimen. The following conditioning regimens of GvHD prophylaxis were used: regimen 1 (n=9) included ATGAM 50 mg/kg + Tacro/MTX; regimen 2 (n=11) consisted of: thymoglobulin (5mg/kg), rituximab (200 mg/m<sup>2</sup>), and bortezomib on day +2,+5 (n=9); regimen 3 (n=36) included tocilizumab (8 mg/kg), and post-transplant bortezomib (n=33). Moreover, 24 pts received additional abatacept at 10 mg/kg on day+2,+7,+14, +28; regimen 4 was performed with post-transplant cyclophosphamide. Ten pts did not receive any prophylaxis. TCRαβ+/CD19+-depletion of stem cells with CliniMACS technology was implemented in 55 cases; 12 patients received native BM. Twenty-one patients received post-transplant therapy by means of hypomethylating agents; 48 pts. Were subjected to modified donor lymphocyte infusions (DLI). </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> Primary engraftment was achieved in 66 of 69 pts (3 pts died before engraftment), the median time to recovery of ANC and platelets was 14 days (10-49). Complete chimerism by the day +30 was achieved by 85% pts. The cumulative incidence (CI) of grade 2-4 aGvHD was 55%, chronic GvHD, 17%. Serotherapy (ATG) did not affect the incidence of GvHD. Among all patients, transplant-related mortality was 8%, CI of relapse, 52%. The incidence of relapse in a subgroup with CMV reactivation was 47%, in CMV reactivation-free subgroup, 58% (p=0.5). NK-cell recovery at day +30 was significantly associated with decreased incidence of relapse, CI of relapse was 76% in patients with below-median peripheral blood NK recovery, and 43% in those with over-median NK-cell numbers (p=0.013). At a median follow-up of 5,5 years, event-free survival was 37% and overall survival was 42%.</p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;">Performing HSCT in patients with refractory AML resulted in a remission in 85% of patients and long-term survival of 40%. Improving early NK cell recovery may open up the opportunity to effectively enhance the anti-tumor effect and decrease the relapse rates in children with chemorefractory AML. </p> <h2>Conflict of interest</h2> <p style="text-align: justify;">The authors do not declare any competing interests.</p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;">Acute myeloid leukemia, chemorefractory, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, NK-cell, recovery.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3175) "

The hematopoietic stem cell transplantation (HSCT) is known to be most efficient for patients in an initial remission. In this research, we analyzed a cohort of children with chemorefractory acute myeloid leukemia (AML) in order to study the efficiency of HSCT in this cohort of patients.

Materials and methods

A total of 69 pts with chemorefractory AML (induction failure (n=32), refractory relapse (n=37), 30 female/39 male, median age 9.4 years (1.1-22), underwent HSCT between Feb 2012 and Jan 2020, at median follow-up of 5.47 years (2-9). 49 pts were transplanted from haploidentical, 12 from matched family donors, 8 from matched unrelated donors. All pts received treosulfan-based conditioning regimen. The following conditioning regimens of GvHD prophylaxis were used: regimen 1 (n=9) included ATGAM 50 mg/kg + Tacro/MTX; regimen 2 (n=11) consisted of: thymoglobulin (5mg/kg), rituximab (200 mg/m2), and bortezomib on day +2,+5 (n=9); regimen 3 (n=36) included tocilizumab (8 mg/kg), and post-transplant bortezomib (n=33). Moreover, 24 pts received additional abatacept at 10 mg/kg on day+2,+7,+14, +28; regimen 4 was performed with post-transplant cyclophosphamide. Ten pts did not receive any prophylaxis. TCRαβ+/CD19+-depletion of stem cells with CliniMACS technology was implemented in 55 cases; 12 patients received native BM. Twenty-one patients received post-transplant therapy by means of hypomethylating agents; 48 pts. Were subjected to modified donor lymphocyte infusions (DLI).

Results

Primary engraftment was achieved in 66 of 69 pts (3 pts died before engraftment), the median time to recovery of ANC and platelets was 14 days (10-49). Complete chimerism by the day +30 was achieved by 85% pts. The cumulative incidence (CI) of grade 2-4 aGvHD was 55%, chronic GvHD, 17%. Serotherapy (ATG) did not affect the incidence of GvHD. Among all patients, transplant-related mortality was 8%, CI of relapse, 52%. The incidence of relapse in a subgroup with CMV reactivation was 47%, in CMV reactivation-free subgroup, 58% (p=0.5). NK-cell recovery at day +30 was significantly associated with decreased incidence of relapse, CI of relapse was 76% in patients with below-median peripheral blood NK recovery, and 43% in those with over-median NK-cell numbers (p=0.013). At a median follow-up of 5,5 years, event-free survival was 37% and overall survival was 42%.

Conclusion

Performing HSCT in patients with refractory AML resulted in a remission in 85% of patients and long-term survival of 40%. Improving early NK cell recovery may open up the opportunity to effectively enhance the anti-tumor effect and decrease the relapse rates in children with chemorefractory AML.

Conflict of interest

The authors do not declare any competing interests.

Keywords

Acute myeloid leukemia, chemorefractory, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, NK-cell, recovery.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(3175) "

The hematopoietic stem cell transplantation (HSCT) is known to be most efficient for patients in an initial remission. In this research, we analyzed a cohort of children with chemorefractory acute myeloid leukemia (AML) in order to study the efficiency of HSCT in this cohort of patients.

Materials and methods

A total of 69 pts with chemorefractory AML (induction failure (n=32), refractory relapse (n=37), 30 female/39 male, median age 9.4 years (1.1-22), underwent HSCT between Feb 2012 and Jan 2020, at median follow-up of 5.47 years (2-9). 49 pts were transplanted from haploidentical, 12 from matched family donors, 8 from matched unrelated donors. All pts received treosulfan-based conditioning regimen. The following conditioning regimens of GvHD prophylaxis were used: regimen 1 (n=9) included ATGAM 50 mg/kg + Tacro/MTX; regimen 2 (n=11) consisted of: thymoglobulin (5mg/kg), rituximab (200 mg/m2), and bortezomib on day +2,+5 (n=9); regimen 3 (n=36) included tocilizumab (8 mg/kg), and post-transplant bortezomib (n=33). Moreover, 24 pts received additional abatacept at 10 mg/kg on day+2,+7,+14, +28; regimen 4 was performed with post-transplant cyclophosphamide. Ten pts did not receive any prophylaxis. TCRαβ+/CD19+-depletion of stem cells with CliniMACS technology was implemented in 55 cases; 12 patients received native BM. Twenty-one patients received post-transplant therapy by means of hypomethylating agents; 48 pts. Were subjected to modified donor lymphocyte infusions (DLI).

Results

Primary engraftment was achieved in 66 of 69 pts (3 pts died before engraftment), the median time to recovery of ANC and platelets was 14 days (10-49). Complete chimerism by the day +30 was achieved by 85% pts. The cumulative incidence (CI) of grade 2-4 aGvHD was 55%, chronic GvHD, 17%. Serotherapy (ATG) did not affect the incidence of GvHD. Among all patients, transplant-related mortality was 8%, CI of relapse, 52%. The incidence of relapse in a subgroup with CMV reactivation was 47%, in CMV reactivation-free subgroup, 58% (p=0.5). NK-cell recovery at day +30 was significantly associated with decreased incidence of relapse, CI of relapse was 76% in patients with below-median peripheral blood NK recovery, and 43% in those with over-median NK-cell numbers (p=0.013). At a median follow-up of 5,5 years, event-free survival was 37% and overall survival was 42%.

Conclusion

Performing HSCT in patients with refractory AML resulted in a remission in 85% of patients and long-term survival of 40%. Improving early NK cell recovery may open up the opportunity to effectively enhance the anti-tumor effect and decrease the relapse rates in children with chemorefractory AML.

Conflict of interest

The authors do not declare any competing interests.

Keywords

Acute myeloid leukemia, chemorefractory, allogeneic hematopoietic stem cell transplantation, NK-cell, recovery.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29939" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29943" ["VALUE"]=> string(128) "AL-06. The outcomes of hematopoietic stem cell transplantation in pediatric patients with chemorefractory acute myeloid leukemia" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(128) "AL-06. The outcomes of hematopoietic stem cell transplantation in pediatric patients with chemorefractory acute myeloid leukemia" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(128) "AL-06. The outcomes of hematopoietic stem cell transplantation in pediatric patients with chemorefractory acute myeloid leukemia" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29941" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(247) "<p>Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Maria A. Ilyushina, e-mail: maria.ilushina@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(205) "

Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Maria A. Ilyushina, e-mail: maria.ilushina@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(205) "

Dmitry Rogachev National Medical Research Center of Pediatric Hematology, Oncology and Immunology, Moscow, Russia


Contact: Dr. Maria A. Ilyushina, e-mail: maria.ilushina@gmail.com

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29936" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(323) "<p>Мария А. Илюшина, Лариса Н. Шелихова, Дарья А. Шашелева, Елена Е. Курникова, Яков О. Музалевский, Ирина И. Калинина, Галина А. Новичкова, Алексей А. Масчан, Михаил А. Масчан</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(311) "

Мария А. Илюшина, Лариса Н. Шелихова, Дарья А. Шашелева, Елена Е. Курникова, Яков О. Музалевский, Ирина И. Калинина, Галина А. Новичкова, Алексей А. Масчан, Михаил А. Масчан

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(311) "

Мария А. Илюшина, Лариса Н. Шелихова, Дарья А. Шашелева, Елена Е. Курникова, Яков О. Музалевский, Ирина И. Калинина, Галина А. Новичкова, Алексей А. Масчан, Михаил А. Масчан

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29938" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6645) "<p style="text-align: justify;">Известно, что наибольшей эффективностью трансплантация гемопоэтических стволовых клеток крови (ТГСК) обладает у пациентов с острыми лейкозами, подошедших к ТГСК в ремиссии. В данной работе проведен анализ когорты детей с химиорефрактерным острым миелоидным лейкозом с целью исследования результативности ТГСК.</p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> Всего 69 пациентов, 32 – первично-рефрактерные, 37 – рефрактерный рецидив, 30 девочек/39 мальчиков, медиана возраста 9,4 лет. Трансплантации проведены в период с февраля 2012 г. по январь 2020 г., медиана наблюдения: 5,47 года. 49 пациентов трансплантированы от гаплоидентичных, двенадцать от родственныx и 8 от неродственных доноров. Режим кондиционирования на основе треосульфана (42 г/м<sup>2</sup>), второй препарат мельфалан (140 мг/м<sup>2</sup> (n=39) или тиотепа 10 м/кг (n=30). Схемы профилактики реакции трансплантата против хозяина (РТПХ): Схема 1 (n=9): АТГАМ 50 мг/кг + Такро/МТХ; схема 2 (n=11): тимоглобулин 5 мг/кг, ритуксимаб 200 мг/м<sup>2</sup> и бортезомиб (n=9); схема 3 (n=36): тоцилизумаб в дозе 8 мг/кг в день -1 и бортезомиб (n=33), 24 пациента получили абатацепт в дозе 10 мг/кг по схеме. Схема 4 (n=3) пострансплантационный циклофосфан. Десять без профилактики РТПХ в связи с низким содержанием Т клеток в трансплантате после деплеции TCRαβ+/CD19+. 55 ТГСК с TCRαβ+/CD19+-деплеция SCT по технологии CliniMACS, 12 пациентов получили нативный КМ: 9 пациентов от родственных совместимых доноров, 3 – гаплоидентичный КМ. У двоих детей источник ГСК – неродственная пуповинная кровь. В качестве профилактики рецидива заболевания после ТГСК 21 пациенту предложены курсы посттрансплантационной терапии: гипометилирующие препараты в сочетании с бортезомибом, а 48 – инфузии донорских лимфоцитов. </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Приживление достигнуто у 66 из 69 пациентов (3 пациента погибли: 1 пациент – прогрессия, 2 – сепсис). Среднее время восстановления нейтрофилов – 14 дней. Десять пациентов не достигли ремиссии после ТГСК, 9 из них умерли в ближайшие 3 месяца от прогрессии, 1 получил повторную ТГСК. Пятьдесят девять пациентов (85%) на +30 день были в статусе полной МОБ-негативной ремиссии. Значимых токсических эффектов после ТГСК не было. Суммарная частота оРТПХ 2-4 степени составила 55%, РТПХ 3-4 стадии – 20%, хронической РТПХ – 21%. Применение серотерапии не влияло на частоту РТПХ. Летальность, связанная с трансплантацией, составила 8%. Рецидивы развились у 36 пациентов, 9 получили повторные ТГСК. Кумулятивная частота рецидивов – 52%. Медиана времени до рецидива 1,2 года (0,18-2,53). Статистической разницы в риске рецидива заболевания в зависимости от технологии процессинга трансплантата не получено: 51% – TCR αβ+/CD19+ деплеция, 56% – нативный продукт. Частота рецидивов в подгруппе с реактивацией цитомегаловирусной инфекции 47%, в подгруппе без реактивации 58%, р=0,5. Восстановление NK-клеток на +30 день связано со снижением частоты рецидивов, кумулятивный риск 76% у пациентов с содержанием NK-клеток в крови меньше медианы против 43% у пациентов с содержанием NK-клеток выше медианы, p=0,013.При медиане наблюдения 5,5 лет бессобытийная выживаемость составляет 37%, а общая выживаемость – 42%.</p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> Выполнение ТГСК пациентам с рефрактерным течением ОМЛ позволяет достичь ремиссии у 85% пациентов и долгосрочной выживаемости 40%. Раннее восстановление NK-клеток ассоциировано с большей противолейкемической активностью ТГСК. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Острый миелоидный лейкоз, химиорезистентный, аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, NK-клетки, восстановление.</p> " ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(6451) "

Известно, что наибольшей эффективностью трансплантация гемопоэтических стволовых клеток крови (ТГСК) обладает у пациентов с острыми лейкозами, подошедших к ТГСК в ремиссии. В данной работе проведен анализ когорты детей с химиорефрактерным острым миелоидным лейкозом с целью исследования результативности ТГСК.

Материалы и методы

Всего 69 пациентов, 32 – первично-рефрактерные, 37 – рефрактерный рецидив, 30 девочек/39 мальчиков, медиана возраста 9,4 лет. Трансплантации проведены в период с февраля 2012 г. по январь 2020 г., медиана наблюдения: 5,47 года. 49 пациентов трансплантированы от гаплоидентичных, двенадцать от родственныx и 8 от неродственных доноров. Режим кондиционирования на основе треосульфана (42 г/м2), второй препарат мельфалан (140 мг/м2 (n=39) или тиотепа 10 м/кг (n=30). Схемы профилактики реакции трансплантата против хозяина (РТПХ): Схема 1 (n=9): АТГАМ 50 мг/кг + Такро/МТХ; схема 2 (n=11): тимоглобулин 5 мг/кг, ритуксимаб 200 мг/м2 и бортезомиб (n=9); схема 3 (n=36): тоцилизумаб в дозе 8 мг/кг в день -1 и бортезомиб (n=33), 24 пациента получили абатацепт в дозе 10 мг/кг по схеме. Схема 4 (n=3) пострансплантационный циклофосфан. Десять без профилактики РТПХ в связи с низким содержанием Т клеток в трансплантате после деплеции TCRαβ+/CD19+. 55 ТГСК с TCRαβ+/CD19+-деплеция SCT по технологии CliniMACS, 12 пациентов получили нативный КМ: 9 пациентов от родственных совместимых доноров, 3 – гаплоидентичный КМ. У двоих детей источник ГСК – неродственная пуповинная кровь. В качестве профилактики рецидива заболевания после ТГСК 21 пациенту предложены курсы посттрансплантационной терапии: гипометилирующие препараты в сочетании с бортезомибом, а 48 – инфузии донорских лимфоцитов.

Результаты

Приживление достигнуто у 66 из 69 пациентов (3 пациента погибли: 1 пациент – прогрессия, 2 – сепсис). Среднее время восстановления нейтрофилов – 14 дней. Десять пациентов не достигли ремиссии после ТГСК, 9 из них умерли в ближайшие 3 месяца от прогрессии, 1 получил повторную ТГСК. Пятьдесят девять пациентов (85%) на +30 день были в статусе полной МОБ-негативной ремиссии. Значимых токсических эффектов после ТГСК не было. Суммарная частота оРТПХ 2-4 степени составила 55%, РТПХ 3-4 стадии – 20%, хронической РТПХ – 21%. Применение серотерапии не влияло на частоту РТПХ. Летальность, связанная с трансплантацией, составила 8%. Рецидивы развились у 36 пациентов, 9 получили повторные ТГСК. Кумулятивная частота рецидивов – 52%. Медиана времени до рецидива 1,2 года (0,18-2,53). Статистической разницы в риске рецидива заболевания в зависимости от технологии процессинга трансплантата не получено: 51% – TCR αβ+/CD19+ деплеция, 56% – нативный продукт. Частота рецидивов в подгруппе с реактивацией цитомегаловирусной инфекции 47%, в подгруппе без реактивации 58%, р=0,5. Восстановление NK-клеток на +30 день связано со снижением частоты рецидивов, кумулятивный риск 76% у пациентов с содержанием NK-клеток в крови меньше медианы против 43% у пациентов с содержанием NK-клеток выше медианы, p=0,013.При медиане наблюдения 5,5 лет бессобытийная выживаемость составляет 37%, а общая выживаемость – 42%.

Заключение

Выполнение ТГСК пациентам с рефрактерным течением ОМЛ позволяет достичь ремиссии у 85% пациентов и долгосрочной выживаемости 40%. Раннее восстановление NK-клеток ассоциировано с большей противолейкемической активностью ТГСК.

Ключевые слова

Острый миелоидный лейкоз, химиорезистентный, аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, NK-клетки, восстановление.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(6451) "

Известно, что наибольшей эффективностью трансплантация гемопоэтических стволовых клеток крови (ТГСК) обладает у пациентов с острыми лейкозами, подошедших к ТГСК в ремиссии. В данной работе проведен анализ когорты детей с химиорефрактерным острым миелоидным лейкозом с целью исследования результативности ТГСК.

Материалы и методы

Всего 69 пациентов, 32 – первично-рефрактерные, 37 – рефрактерный рецидив, 30 девочек/39 мальчиков, медиана возраста 9,4 лет. Трансплантации проведены в период с февраля 2012 г. по январь 2020 г., медиана наблюдения: 5,47 года. 49 пациентов трансплантированы от гаплоидентичных, двенадцать от родственныx и 8 от неродственных доноров. Режим кондиционирования на основе треосульфана (42 г/м2), второй препарат мельфалан (140 мг/м2 (n=39) или тиотепа 10 м/кг (n=30). Схемы профилактики реакции трансплантата против хозяина (РТПХ): Схема 1 (n=9): АТГАМ 50 мг/кг + Такро/МТХ; схема 2 (n=11): тимоглобулин 5 мг/кг, ритуксимаб 200 мг/м2 и бортезомиб (n=9); схема 3 (n=36): тоцилизумаб в дозе 8 мг/кг в день -1 и бортезомиб (n=33), 24 пациента получили абатацепт в дозе 10 мг/кг по схеме. Схема 4 (n=3) пострансплантационный циклофосфан. Десять без профилактики РТПХ в связи с низким содержанием Т клеток в трансплантате после деплеции TCRαβ+/CD19+. 55 ТГСК с TCRαβ+/CD19+-деплеция SCT по технологии CliniMACS, 12 пациентов получили нативный КМ: 9 пациентов от родственных совместимых доноров, 3 – гаплоидентичный КМ. У двоих детей источник ГСК – неродственная пуповинная кровь. В качестве профилактики рецидива заболевания после ТГСК 21 пациенту предложены курсы посттрансплантационной терапии: гипометилирующие препараты в сочетании с бортезомибом, а 48 – инфузии донорских лимфоцитов.

Результаты

Приживление достигнуто у 66 из 69 пациентов (3 пациента погибли: 1 пациент – прогрессия, 2 – сепсис). Среднее время восстановления нейтрофилов – 14 дней. Десять пациентов не достигли ремиссии после ТГСК, 9 из них умерли в ближайшие 3 месяца от прогрессии, 1 получил повторную ТГСК. Пятьдесят девять пациентов (85%) на +30 день были в статусе полной МОБ-негативной ремиссии. Значимых токсических эффектов после ТГСК не было. Суммарная частота оРТПХ 2-4 степени составила 55%, РТПХ 3-4 стадии – 20%, хронической РТПХ – 21%. Применение серотерапии не влияло на частоту РТПХ. Летальность, связанная с трансплантацией, составила 8%. Рецидивы развились у 36 пациентов, 9 получили повторные ТГСК. Кумулятивная частота рецидивов – 52%. Медиана времени до рецидива 1,2 года (0,18-2,53). Статистической разницы в риске рецидива заболевания в зависимости от технологии процессинга трансплантата не получено: 51% – TCR αβ+/CD19+ деплеция, 56% – нативный продукт. Частота рецидивов в подгруппе с реактивацией цитомегаловирусной инфекции 47%, в подгруппе без реактивации 58%, р=0,5. Восстановление NK-клеток на +30 день связано со снижением частоты рецидивов, кумулятивный риск 76% у пациентов с содержанием NK-клеток в крови меньше медианы против 43% у пациентов с содержанием NK-клеток выше медианы, p=0,013.При медиане наблюдения 5,5 лет бессобытийная выживаемость составляет 37%, а общая выживаемость – 42%.

Заключение

Выполнение ТГСК пациентам с рефрактерным течением ОМЛ позволяет достичь ремиссии у 85% пациентов и долгосрочной выживаемости 40%. Раннее восстановление NK-клеток ассоциировано с большей противолейкемической активностью ТГСК.

Ключевые слова

Острый миелоидный лейкоз, химиорезистентный, аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток, NK-клетки, восстановление.

" } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29937" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(251) "<p>Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(239) "

Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(239) "

Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева, Москва, Россия

" } } } [8]=> array(49) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" ["ID"]=> string(4) "2176" ["~ID"]=> string(4) "2176" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["~NAME"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["ACTIVE_FROM"]=> NULL ["~ACTIVE_FROM"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 11:11:46 am" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(22) "11/17/2023 11:11:46 am" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(235) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/ostrye-leykozy-al-01-al-10/al-02-dinamika-mrnk-genov-wt1-prame-evi1-baalc-i-hmga2-v-dinamike-terapii-ostrogo-promielotsitarnogo/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(235) "/en/archive/tom-12-nomer-3-prilozhenie/tezisy-dokladov-xvii-simpoziuma-pamyati-r-m-gorbachevoy-po-razdelam/ostrye-leykozy-al-01-al-10/al-02-dinamika-mrnk-genov-wt1-prame-evi1-baalc-i-hmga2-v-dinamike-terapii-ostrogo-promielotsitarnogo/" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(12) "/en/archive/" ["DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(0) "" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(0) "" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "text" ["PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["~PREVIEW_PICTURE"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["~LANG_DIR"]=> string(4) "/ru/" ["SORT"]=> string(2) "20" ["~SORT"]=> string(2) "20" ["CODE"]=> string(100) "al-02-dinamika-mrnk-genov-wt1-prame-evi1-baalc-i-hmga2-v-dinamike-terapii-ostrogo-promielotsitarnogo" ["~CODE"]=> string(100) "al-02-dinamika-mrnk-genov-wt1-prame-evi1-baalc-i-hmga2-v-dinamike-terapii-ostrogo-promielotsitarnogo" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2176" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2176" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(7) "journal" ["IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(7) "volumes" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> string(1) "2" ["LID"]=> string(2) "s2" ["~LID"]=> string(2) "s2" ["EDIT_LINK"]=> NULL ["DELETE_LINK"]=> NULL ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(0) "" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(18) { ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(0) "" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(291) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкозаAL-02. Dynamics of the mRNA WT1, PRAME, EVI1, BAALC, and HMGA2 genes during therapy of acute promyelocytic leukemia" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(5260) "<p style="text-align: justify;"> Использование транс-ретиноевой кислоты (ATRA) значительно улучшило прогноз лечения пациентов с промиелоцитарным лейкозом (OПЛ). Вместе с тем точный мониторинг остаточной болезни по-прежнему необходим для раннего выявления рецидива. В последние годы многообещающие результаты в диагностике миелоидных лейкозов продемонстрировало использование химерных транскриптов, а также мРНК ряда генов экспрессии которых характерна для недифференцированных клеток. В настоящей работе мы представляем результаты наблюдения пациентов с ОПЛ в течение года после начала терапии, включающей идарубицин и АТРА. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В образцах костного мозга параллельно с количественным определением специфического для ОПЛ химерного транскрипта <i>PML::RARa</i> измерялись уровни мРНК пяти онкоассоциированных генов с помощью аллель-специфической ОТ-ПЦР с использованием реагентов «Лейкемия-монитор» и «Лейкемия-дифф». </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Во всех случаях исходно высокие уровни экспрессии <i>PML::RARa</i>, сочетались с повышением уровня мРНК <i>WT1</i> и <i>PRAME</i>, но низкими значениями других мРНК. К завершению консолидации на третьем месяце терапии уровень мРНК <i>PML::RARa</i> и <i>WT1 </i>резко снижались до неопределяемых значений, однако при этом значительно повышались уровни мРНК генов <i>HMGA2</i>, <i>EVI1 </i>и <i>BAALC</i>. Интересно, что в последующие 9 месяцев наблюдения на фоне полной клинико-гематологической ремиссии и неопределяемого уровня транскрипта <i>PML::RARa</i> (молекулярной ремиссии), динамика других мРНК была различной. Уровни мРНК <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i> и <i>BAALC </i>остаются высокими, а уровни <i>WT1 </i>и <i>PRAME </i>либо находятся ниже предела обнаружения ли повышаются, оставаясь стабильными в пределах, не превышающих 50% от их значений до начала терапии. При этом относительный вклад экспрессии <i>EVI1</i> в динамике наблюдения стабильно снижался, уступая свою долю <i>HMGA2</i> и <i>BAALC</i>. </p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> Полученные данные, очевидно, отражают индивидуальные особенности восстановления поликлонального кроветворения на фоне используемой терапии. Использование расчета относительного вклада отдельных низко специфических мРНК при мониторинге ОПЛ представляет независимый от уровня абсолютных значений показатель который отражает суммарный профиль транскриптома <i>PML::RARa</i> – отрицательных клеток костного мозга. Дальнейшее наблюдение за пациентами позволит установить прогностическое значение данного показателя. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Острый промиелоцитарный лейкоз, мониторинг, эффективность терапии, <i>PML::RARa</i>, <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i>, <i>BAALC</i>, <i>WT1</i>, <i>PRAME</i>. </p>" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["SECTION_META_TITLE"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["SECTION_META_KEYWORDS"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["SECTION_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["SECTION_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["SECTION_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "al-02-dinamika-mrnk-genov-wt1-prame-evi1-baalc-i-hmga2-v-dinamike-terapii-ostrogo-promielotsitarnogo" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_ALT"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_TITLE"]=> string(176) "AL-02. Динамика мРНК генов WT1, PRAME, EVI1, BAALC и HMGA2 в динамике терапии острого промиелоцитарного лейкоза" ["SECTION_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "al-02-dinamika-mrnk-genov-wt1-prame-evi1-baalc-i-hmga2-v-dinamike-terapii-ostrogo-promielotsitarnogo" ["ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "al-02-dinamika-mrnk-genov-wt1-prame-evi1-baalc-i-hmga2-v-dinamike-terapii-ostrogo-promielotsitarnogo" ["ELEMENT_DETAIL_PICTURE_FILE_NAME"]=> string(100) "al-02-dinamika-mrnk-genov-wt1-prame-evi1-baalc-i-hmga2-v-dinamike-terapii-ostrogo-promielotsitarnogo" } ["FIELDS"]=> array(1) { ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(3) "254" } ["PROPERTIES"]=> array(18) { ["KEYWORDS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:46:01" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "KEYWORDS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "19" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "4" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "Y" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "Y" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(27) "Ключевые слова" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["SUBMITTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "SUBMITTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "20" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Дата подачи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["ACCEPTED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "21" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(8) "ACCEPTED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "21" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(25) "Дата принятия" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["PUBLISHED"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "22" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 17:21:42" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "PUBLISHED" ["DEFAULT_VALUE"]=> NULL ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "22" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(8) "DateTime" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Дата публикации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> NULL } ["CONTACT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "23" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 14:43:05" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(14) "Контакт" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "CONTACT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "23" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(14) "Контакт" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHORS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "24" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:45:07" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "AUTHORS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> string(2) "24" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "3" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(13) "EAutocomplete" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(9) { ["VIEW"]=> string(1) "E" ["SHOW_ADD"]=> string(1) "Y" ["MAX_WIDTH"]=> int(0) ["MIN_HEIGHT"]=> int(24) ["MAX_HEIGHT"]=> int(1000) ["BAN_SYM"]=> string(2) ",;" ["REP_SYM"]=> string(1) " " ["OTHER_REP_SYM"]=> string(0) "" ["IBLOCK_MESS"]=> string(1) "N" } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29896" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(198) "<p>Алексей С. Горбенко, Марина А. Столяр, Варвара И. Бахтина, Владислав В. Галанин, Игорь А. Ольховский </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(186) "

Алексей С. Горбенко, Марина А. Столяр, Варвара И. Бахтина, Владислав В. Галанин, Игорь А. Ольховский

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "26" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(22) "Организации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "26" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29897" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(651) "<p>Национальный медицинский исследовательский институт гематологии Минздрава России, Красноярск, Россия; Федеральный исследовательский центр, Сибирское отделение РАН, Красноярск, Россия; Краевая клиническая больница, Красноярск, Россия; Красноярския государственный медицинский университет им. проф. В. Ф. Войно-Ясенецкого, Красноярск, Россия</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(639) "

Национальный медицинский исследовательский институт гематологии Минздрава России, Красноярск, Россия; Федеральный исследовательский центр, Сибирское отделение РАН, Красноярск, Россия; Краевая клиническая больница, Красноярск, Россия; Красноярския государственный медицинский университет им. проф. В. Ф. Войно-Ясенецкого, Красноярск, Россия

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(22) "Организации" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29898" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5260) "<p style="text-align: justify;"> Использование транс-ретиноевой кислоты (ATRA) значительно улучшило прогноз лечения пациентов с промиелоцитарным лейкозом (OПЛ). Вместе с тем точный мониторинг остаточной болезни по-прежнему необходим для раннего выявления рецидива. В последние годы многообещающие результаты в диагностике миелоидных лейкозов продемонстрировало использование химерных транскриптов, а также мРНК ряда генов экспрессии которых характерна для недифференцированных клеток. В настоящей работе мы представляем результаты наблюдения пациентов с ОПЛ в течение года после начала терапии, включающей идарубицин и АТРА. </p> <h2>Материалы и методы</h2> <p style="text-align: justify;"> В образцах костного мозга параллельно с количественным определением специфического для ОПЛ химерного транскрипта <i>PML::RARa</i> измерялись уровни мРНК пяти онкоассоциированных генов с помощью аллель-специфической ОТ-ПЦР с использованием реагентов «Лейкемия-монитор» и «Лейкемия-дифф». </p> <h2>Результаты</h2> <p style="text-align: justify;"> Во всех случаях исходно высокие уровни экспрессии <i>PML::RARa</i>, сочетались с повышением уровня мРНК <i>WT1</i> и <i>PRAME</i>, но низкими значениями других мРНК. К завершению консолидации на третьем месяце терапии уровень мРНК <i>PML::RARa</i> и <i>WT1 </i>резко снижались до неопределяемых значений, однако при этом значительно повышались уровни мРНК генов <i>HMGA2</i>, <i>EVI1 </i>и <i>BAALC</i>. Интересно, что в последующие 9 месяцев наблюдения на фоне полной клинико-гематологической ремиссии и неопределяемого уровня транскрипта <i>PML::RARa</i> (молекулярной ремиссии), динамика других мРНК была различной. Уровни мРНК <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i> и <i>BAALC </i>остаются высокими, а уровни <i>WT1 </i>и <i>PRAME </i>либо находятся ниже предела обнаружения ли повышаются, оставаясь стабильными в пределах, не превышающих 50% от их значений до начала терапии. При этом относительный вклад экспрессии <i>EVI1</i> в динамике наблюдения стабильно снижался, уступая свою долю <i>HMGA2</i> и <i>BAALC</i>. </p> <h2>Заключение</h2> <p style="text-align: justify;"> Полученные данные, очевидно, отражают индивидуальные особенности восстановления поликлонального кроветворения на фоне используемой терапии. Использование расчета относительного вклада отдельных низко специфических мРНК при мониторинге ОПЛ представляет независимый от уровня абсолютных значений показатель который отражает суммарный профиль транскриптома <i>PML::RARa</i> – отрицательных клеток костного мозга. Дальнейшее наблюдение за пациентами позволит установить прогностическое значение данного показателя. </p> <h2>Ключевые слова</h2> <p style="text-align: justify;"> Острый промиелоцитарный лейкоз, мониторинг, эффективность терапии, <i>PML::RARa</i>, <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i>, <i>BAALC</i>, <i>WT1</i>, <i>PRAME</i>. </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(4802) "

Использование транс-ретиноевой кислоты (ATRA) значительно улучшило прогноз лечения пациентов с промиелоцитарным лейкозом (OПЛ). Вместе с тем точный мониторинг остаточной болезни по-прежнему необходим для раннего выявления рецидива. В последние годы многообещающие результаты в диагностике миелоидных лейкозов продемонстрировало использование химерных транскриптов, а также мРНК ряда генов экспрессии которых характерна для недифференцированных клеток. В настоящей работе мы представляем результаты наблюдения пациентов с ОПЛ в течение года после начала терапии, включающей идарубицин и АТРА.

Материалы и методы

В образцах костного мозга параллельно с количественным определением специфического для ОПЛ химерного транскрипта PML::RARa измерялись уровни мРНК пяти онкоассоциированных генов с помощью аллель-специфической ОТ-ПЦР с использованием реагентов «Лейкемия-монитор» и «Лейкемия-дифф».

Результаты

Во всех случаях исходно высокие уровни экспрессии PML::RARa, сочетались с повышением уровня мРНК WT1 и PRAME, но низкими значениями других мРНК. К завершению консолидации на третьем месяце терапии уровень мРНК PML::RARa и WT1 резко снижались до неопределяемых значений, однако при этом значительно повышались уровни мРНК генов HMGA2, EVI1 и BAALC. Интересно, что в последующие 9 месяцев наблюдения на фоне полной клинико-гематологической ремиссии и неопределяемого уровня транскрипта PML::RARa (молекулярной ремиссии), динамика других мРНК была различной. Уровни мРНК HMGA2, EVI1 и BAALC остаются высокими, а уровни WT1 и PRAME либо находятся ниже предела обнаружения ли повышаются, оставаясь стабильными в пределах, не превышающих 50% от их значений до начала терапии. При этом относительный вклад экспрессии EVI1 в динамике наблюдения стабильно снижался, уступая свою долю HMGA2 и BAALC.

Заключение

Полученные данные, очевидно, отражают индивидуальные особенности восстановления поликлонального кроветворения на фоне используемой терапии. Использование расчета относительного вклада отдельных низко специфических мРНК при мониторинге ОПЛ представляет независимый от уровня абсолютных значений показатель который отражает суммарный профиль транскриптома PML::RARa – отрицательных клеток костного мозга. Дальнейшее наблюдение за пациентами позволит установить прогностическое значение данного показателя.

Ключевые слова

Острый промиелоцитарный лейкоз, мониторинг, эффективность терапии, PML::RARa, HMGA2, EVI1, BAALC, WT1, PRAME.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["DOI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29899" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["AUTHOR_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29900" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(119) "<p>Alexey S. Gorbenko, Marina A. Stolyar, Varvara I. Bakhtina, Vladislav V. Galanin, Igor A. Olkhovskiy</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(107) "

Alexey S. Gorbenko, Marina A. Stolyar, Varvara I. Bakhtina, Vladislav V. Galanin, Igor A. Olkhovskiy

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29901" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(487) "<p>National Medical Research Institute of Hematology, Krasnoyarsk Branch, Krasnoyarsk, Russia; Krasnoyarsk Research Center, Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences, Krasnoyarsk, Russia; Regional Clinical Hospital, Krasnoyarsk, Russia; V. F. Voyno-Yasenetsky Krasnoyarsk State Medical University, Krasnoyarsk, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Varvara I. Bakhtina, phone: +7 (923) 357-57-77, e-mail: doctor.gemat@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(445) "

National Medical Research Institute of Hematology, Krasnoyarsk Branch, Krasnoyarsk, Russia; Krasnoyarsk Research Center, Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences, Krasnoyarsk, Russia; Regional Clinical Hospital, Krasnoyarsk, Russia; V. F. Voyno-Yasenetsky Krasnoyarsk State Medical University, Krasnoyarsk, Russia


Contact: Dr. Varvara I. Bakhtina, phone: +7 (923) 357-57-77, e-mail: doctor.gemat@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["SUMMARY_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29902" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3364) "<p style="text-align: justify;"> The use of All-trans-retinoic acid (ATRA) has significantly improved the prognosis of patients with promyelocytic leukemia (APL). However, accurate monitoring of residual disease is still required for early detection of relapses. In recent years, promising results in the diagnosis of myeloid leukemia have been demonstrated by the use of chimeric transcripts, as well as mRNA of a some genes expressed by the non-differentiated cells. In this paper, we present the results of a following-up the patients with APL within a year after starting of the therapy which included idarubicin and ATRA. </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> In bone marrow samples, along with quantitative determination of the <i>PML::RARa</i> chimeric transcript specific for APL, as well as mRNAs of five onco-associated genes were measured using allele-specific RT-PCR using the “Leukemia Monitor” and “Leukemia Screen” reagent kits. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> In all cases, high levels of <i>PML::RARa</i> expression were initially accompanied by increased level of <i>WT1</i> mRNA and, quite often, with increase in <i>PRAME</i> mRNA, however, at low values of other mRNAs under study. At the end of consolidation treatment, the mRNA levels of <i>PML::RARa</i> and <i>WT1</i> dropped sharply to undetectable values, but the mRNA levels of the <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i>, and <i>BAALC </i>genes proved to be significantly increased. Interestingly, over the next 9 months of follow-up, in presence of complete clinical and hematological remission and undetectable levels of the <i>PML::RARa</i> transcript, the dynamics of mRNA of other genes was different. <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i>, and <i>BAALC </i>mRNA levels remained high, whereas <i>WT1</i> and <i>PRAME </i>levels were either below the detection limit or rose and remained stable, but did not reach the pre-treatment values. At the same time, the relative contribution of <i>EVI1 </i>expression in the dynamics of observations showed a steady decrease relatively to <i>HMGA2 </i>and <i>BAALC </i>expression. </p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> The data obtained obviously reflect the individual features of polyclonal hematopoiesis recovered during the therapy. Calculating the relative contribution of individual low-specific mRNAs in APL monitoring provides an index independent on the absolute values thus reflecting total transcriptome profile of <i>PMA::RARa</i>-negative bone marrow cells. Further monitoring of patients will allow to assess a prognostic value of this diagnostic index. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Acute promyelocytic leukemia, therapy effectiveness, monitoring, <i>PML</i>, <i>RARa</i>, <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i>, <i>BAALC</i>, <i>WT1</i>, <i>PRAME</i>. </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2894) "

The use of All-trans-retinoic acid (ATRA) has significantly improved the prognosis of patients with promyelocytic leukemia (APL). However, accurate monitoring of residual disease is still required for early detection of relapses. In recent years, promising results in the diagnosis of myeloid leukemia have been demonstrated by the use of chimeric transcripts, as well as mRNA of a some genes expressed by the non-differentiated cells. In this paper, we present the results of a following-up the patients with APL within a year after starting of the therapy which included idarubicin and ATRA.

Materials and methods

In bone marrow samples, along with quantitative determination of the PML::RARa chimeric transcript specific for APL, as well as mRNAs of five onco-associated genes were measured using allele-specific RT-PCR using the “Leukemia Monitor” and “Leukemia Screen” reagent kits.

Results

In all cases, high levels of PML::RARa expression were initially accompanied by increased level of WT1 mRNA and, quite often, with increase in PRAME mRNA, however, at low values of other mRNAs under study. At the end of consolidation treatment, the mRNA levels of PML::RARa and WT1 dropped sharply to undetectable values, but the mRNA levels of the HMGA2, EVI1, and BAALC genes proved to be significantly increased. Interestingly, over the next 9 months of follow-up, in presence of complete clinical and hematological remission and undetectable levels of the PML::RARa transcript, the dynamics of mRNA of other genes was different. HMGA2, EVI1, and BAALC mRNA levels remained high, whereas WT1 and PRAME levels were either below the detection limit or rose and remained stable, but did not reach the pre-treatment values. At the same time, the relative contribution of EVI1 expression in the dynamics of observations showed a steady decrease relatively to HMGA2 and BAALC expression.

Conclusion

The data obtained obviously reflect the individual features of polyclonal hematopoiesis recovered during the therapy. Calculating the relative contribution of individual low-specific mRNAs in APL monitoring provides an index independent on the absolute values thus reflecting total transcriptome profile of PMA::RARa-negative bone marrow cells. Further monitoring of patients will allow to assess a prognostic value of this diagnostic index.

Keywords

Acute promyelocytic leukemia, therapy effectiveness, monitoring, PML, RARa, HMGA2, EVI1, BAALC, WT1, PRAME.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["NAME_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29903" ["VALUE"]=> string(115) "AL-02. Dynamics of the mRNA WT1, PRAME, EVI1, BAALC, and HMGA2 genes during therapy of acute promyelocytic leukemia" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(115) "AL-02. Dynamics of the mRNA WT1, PRAME, EVI1, BAALC, and HMGA2 genes during therapy of acute promyelocytic leukemia" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["FULL_TEXT_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "42" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-07 20:29:18" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(12) "FULL_TEXT_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "42" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(23) "Полный текст" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } } ["PDF_RU"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "43" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "43" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29904" ["VALUE"]=> string(4) "3305" ["DESCRIPTION"]=> NULL ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3305" ["~DESCRIPTION"]=> NULL ["~NAME"]=> string(7) "PDF RUS" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["PDF_EN"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "44" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-09 16:05:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "PDF_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "F" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "44" ["FILE_TYPE"]=> string(18) "doc, txt, rtf, pdf" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29905" ["VALUE"]=> string(4) "3306" ["DESCRIPTION"]=> NULL ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(4) "3306" ["~DESCRIPTION"]=> NULL ["~NAME"]=> string(7) "PDF ENG" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["NAME_LONG"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "45" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2023-04-13 00:55:00" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "NAME_LONG" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "45" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(80) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> NULL ["VALUE"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(72) "Название (для очень длинных заголовков)" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TYPE"]=> string(4) "HTML" ["TEXT"]=> string(0) "" } } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(8) { ["AUTHOR_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "37" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(6) "Author" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "37" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29900" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(119) "<p>Alexey S. Gorbenko, Marina A. Stolyar, Varvara I. Bakhtina, Vladislav V. Galanin, Igor A. Olkhovskiy</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(107) "

Alexey S. Gorbenko, Marina A. Stolyar, Varvara I. Bakhtina, Vladislav V. Galanin, Igor A. Olkhovskiy

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(6) "Author" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(107) "

Alexey S. Gorbenko, Marina A. Stolyar, Varvara I. Bakhtina, Vladislav V. Galanin, Igor A. Olkhovskiy

" } ["SUMMARY_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "39" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "39" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29902" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(3364) "<p style="text-align: justify;"> The use of All-trans-retinoic acid (ATRA) has significantly improved the prognosis of patients with promyelocytic leukemia (APL). However, accurate monitoring of residual disease is still required for early detection of relapses. In recent years, promising results in the diagnosis of myeloid leukemia have been demonstrated by the use of chimeric transcripts, as well as mRNA of a some genes expressed by the non-differentiated cells. In this paper, we present the results of a following-up the patients with APL within a year after starting of the therapy which included idarubicin and ATRA. </p> <h2>Materials and methods</h2> <p style="text-align: justify;"> In bone marrow samples, along with quantitative determination of the <i>PML::RARa</i> chimeric transcript specific for APL, as well as mRNAs of five onco-associated genes were measured using allele-specific RT-PCR using the “Leukemia Monitor” and “Leukemia Screen” reagent kits. </p> <h2>Results</h2> <p style="text-align: justify;"> In all cases, high levels of <i>PML::RARa</i> expression were initially accompanied by increased level of <i>WT1</i> mRNA and, quite often, with increase in <i>PRAME</i> mRNA, however, at low values of other mRNAs under study. At the end of consolidation treatment, the mRNA levels of <i>PML::RARa</i> and <i>WT1</i> dropped sharply to undetectable values, but the mRNA levels of the <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i>, and <i>BAALC </i>genes proved to be significantly increased. Interestingly, over the next 9 months of follow-up, in presence of complete clinical and hematological remission and undetectable levels of the <i>PML::RARa</i> transcript, the dynamics of mRNA of other genes was different. <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i>, and <i>BAALC </i>mRNA levels remained high, whereas <i>WT1</i> and <i>PRAME </i>levels were either below the detection limit or rose and remained stable, but did not reach the pre-treatment values. At the same time, the relative contribution of <i>EVI1 </i>expression in the dynamics of observations showed a steady decrease relatively to <i>HMGA2 </i>and <i>BAALC </i>expression. </p> <h2>Conclusion</h2> <p style="text-align: justify;"> The data obtained obviously reflect the individual features of polyclonal hematopoiesis recovered during the therapy. Calculating the relative contribution of individual low-specific mRNAs in APL monitoring provides an index independent on the absolute values thus reflecting total transcriptome profile of <i>PMA::RARa</i>-negative bone marrow cells. Further monitoring of patients will allow to assess a prognostic value of this diagnostic index. </p> <h2>Keywords</h2> <p style="text-align: justify;"> Acute promyelocytic leukemia, therapy effectiveness, monitoring, <i>PML</i>, <i>RARa</i>, <i>HMGA2</i>, <i>EVI1</i>, <i>BAALC</i>, <i>WT1</i>, <i>PRAME</i>. </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(2894) "

The use of All-trans-retinoic acid (ATRA) has significantly improved the prognosis of patients with promyelocytic leukemia (APL). However, accurate monitoring of residual disease is still required for early detection of relapses. In recent years, promising results in the diagnosis of myeloid leukemia have been demonstrated by the use of chimeric transcripts, as well as mRNA of a some genes expressed by the non-differentiated cells. In this paper, we present the results of a following-up the patients with APL within a year after starting of the therapy which included idarubicin and ATRA.

Materials and methods

In bone marrow samples, along with quantitative determination of the PML::RARa chimeric transcript specific for APL, as well as mRNAs of five onco-associated genes were measured using allele-specific RT-PCR using the “Leukemia Monitor” and “Leukemia Screen” reagent kits.

Results

In all cases, high levels of PML::RARa expression were initially accompanied by increased level of WT1 mRNA and, quite often, with increase in PRAME mRNA, however, at low values of other mRNAs under study. At the end of consolidation treatment, the mRNA levels of PML::RARa and WT1 dropped sharply to undetectable values, but the mRNA levels of the HMGA2, EVI1, and BAALC genes proved to be significantly increased. Interestingly, over the next 9 months of follow-up, in presence of complete clinical and hematological remission and undetectable levels of the PML::RARa transcript, the dynamics of mRNA of other genes was different. HMGA2, EVI1, and BAALC mRNA levels remained high, whereas WT1 and PRAME levels were either below the detection limit or rose and remained stable, but did not reach the pre-treatment values. At the same time, the relative contribution of EVI1 expression in the dynamics of observations showed a steady decrease relatively to HMGA2 and BAALC expression.

Conclusion

The data obtained obviously reflect the individual features of polyclonal hematopoiesis recovered during the therapy. Calculating the relative contribution of individual low-specific mRNAs in APL monitoring provides an index independent on the absolute values thus reflecting total transcriptome profile of PMA::RARa-negative bone marrow cells. Further monitoring of patients will allow to assess a prognostic value of this diagnostic index.

Keywords

Acute promyelocytic leukemia, therapy effectiveness, monitoring, PML, RARa, HMGA2, EVI1, BAALC, WT1, PRAME.

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(21) "Description / Summary" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(2894) "

The use of All-trans-retinoic acid (ATRA) has significantly improved the prognosis of patients with promyelocytic leukemia (APL). However, accurate monitoring of residual disease is still required for early detection of relapses. In recent years, promising results in the diagnosis of myeloid leukemia have been demonstrated by the use of chimeric transcripts, as well as mRNA of a some genes expressed by the non-differentiated cells. In this paper, we present the results of a following-up the patients with APL within a year after starting of the therapy which included idarubicin and ATRA.

Materials and methods

In bone marrow samples, along with quantitative determination of the PML::RARa chimeric transcript specific for APL, as well as mRNAs of five onco-associated genes were measured using allele-specific RT-PCR using the “Leukemia Monitor” and “Leukemia Screen” reagent kits.

Results

In all cases, high levels of PML::RARa expression were initially accompanied by increased level of WT1 mRNA and, quite often, with increase in PRAME mRNA, however, at low values of other mRNAs under study. At the end of consolidation treatment, the mRNA levels of PML::RARa and WT1 dropped sharply to undetectable values, but the mRNA levels of the HMGA2, EVI1, and BAALC genes proved to be significantly increased. Interestingly, over the next 9 months of follow-up, in presence of complete clinical and hematological remission and undetectable levels of the PML::RARa transcript, the dynamics of mRNA of other genes was different. HMGA2, EVI1, and BAALC mRNA levels remained high, whereas WT1 and PRAME levels were either below the detection limit or rose and remained stable, but did not reach the pre-treatment values. At the same time, the relative contribution of EVI1 expression in the dynamics of observations showed a steady decrease relatively to HMGA2 and BAALC expression.

Conclusion

The data obtained obviously reflect the individual features of polyclonal hematopoiesis recovered during the therapy. Calculating the relative contribution of individual low-specific mRNAs in APL monitoring provides an index independent on the absolute values thus reflecting total transcriptome profile of PMA::RARa-negative bone marrow cells. Further monitoring of patients will allow to assess a prognostic value of this diagnostic index.

Keywords

Acute promyelocytic leukemia, therapy effectiveness, monitoring, PML, RARa, HMGA2, EVI1, BAALC, WT1, PRAME.

" } ["DOI"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "28" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2016-04-06 14:11:12" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(3) "DOI" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(3) "DOI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "28" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29899" ["VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(3) "DOI" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(38) "10.18620/ctt-1866-8836-2023-12-3-1-176" } ["NAME_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "40" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-03 10:49:47" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(4) "Name" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "NAME_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "80" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "40" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "Y" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29903" ["VALUE"]=> string(115) "AL-02. Dynamics of the mRNA WT1, PRAME, EVI1, BAALC, and HMGA2 genes during therapy of acute promyelocytic leukemia" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(115) "AL-02. Dynamics of the mRNA WT1, PRAME, EVI1, BAALC, and HMGA2 genes during therapy of acute promyelocytic leukemia" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(4) "Name" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(115) "AL-02. Dynamics of the mRNA WT1, PRAME, EVI1, BAALC, and HMGA2 genes during therapy of acute promyelocytic leukemia" } ["ORGANIZATION_EN"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "38" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:02:59" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Organization" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(15) "ORGANIZATION_EN" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "38" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29901" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(487) "<p>National Medical Research Institute of Hematology, Krasnoyarsk Branch, Krasnoyarsk, Russia; Krasnoyarsk Research Center, Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences, Krasnoyarsk, Russia; Regional Clinical Hospital, Krasnoyarsk, Russia; V. F. Voyno-Yasenetsky Krasnoyarsk State Medical University, Krasnoyarsk, Russia</p><br> <p><b>Contact:</b> Dr. Varvara I. Bakhtina, phone: +7 (923) 357-57-77, e-mail: doctor.gemat@gmail.com</p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(445) "

National Medical Research Institute of Hematology, Krasnoyarsk Branch, Krasnoyarsk, Russia; Krasnoyarsk Research Center, Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences, Krasnoyarsk, Russia; Regional Clinical Hospital, Krasnoyarsk, Russia; V. F. Voyno-Yasenetsky Krasnoyarsk State Medical University, Krasnoyarsk, Russia


Contact: Dr. Varvara I. Bakhtina, phone: +7 (923) 357-57-77, e-mail: doctor.gemat@gmail.com

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Organization" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(445) "

National Medical Research Institute of Hematology, Krasnoyarsk Branch, Krasnoyarsk, Russia; Krasnoyarsk Research Center, Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences, Krasnoyarsk, Russia; Regional Clinical Hospital, Krasnoyarsk, Russia; V. F. Voyno-Yasenetsky Krasnoyarsk State Medical University, Krasnoyarsk, Russia


Contact: Dr. Varvara I. Bakhtina, phone: +7 (923) 357-57-77, e-mail: doctor.gemat@gmail.com

" } ["AUTHOR_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "25" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(12) "Авторы" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "AUTHOR_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "25" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29896" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(198) "<p>Алексей С. Горбенко, Марина А. Столяр, Варвара И. Бахтина, Владислав В. Галанин, Игорь А. Ольховский </p>" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(186) "

Алексей С. Горбенко, Марина А. Столяр, Варвара И. Бахтина, Владислав В. Галанин, Игорь А. Ольховский

" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(12) "Авторы" ["~DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["DISPLAY_VALUE"]=> string(186) "

Алексей С. Горбенко, Марина А. Столяр, Варвара И. Бахтина, Владислав В. Галанин, Игорь А. Ольховский

" } ["SUMMARY_RU"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "27" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2015-09-02 18:01:20" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["NAME"]=> string(29) "Описание/Резюме" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(10) "SUMMARY_RU" ["DEFAULT_VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(0) "" ["TYPE"]=> string(4) "HTML" } ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> string(2) "27" ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> string(4) "HTML" ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> array(1) { ["height"]=> int(200) } ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(5) "29898" ["VALUE"]=> array(2) { ["TEXT"]=> string(5260) "<p style="text-align: justify;"> Использование транс-ретиноевой кислоты (ATRA) значительно улучшило прогноз лечения пациентов с промиелоцитарным лейкозом (OПЛ). Вместе с тем точный мониторинг остаточной болезни по-прежнему необходим для раннего выявления рецидива. В последние годы многообещающие результаты в диагностике миелоидных лейкозов продемонстрировало использование химерных транскриптов, а также мРНК ряда генов экспрессии которых характерна для недифференцированных клеток. В настоящей работе мы представляем результаты наблюдения пациентов с ОПЛ в течение года после начала терапии, включающей идарубицин и АТРА. </p> <h2>Материалы и методы&l